Школа жизни

Вокруг особняка собралось много прессы, полицейских и машин скорой медицинской помощи. Люди сновали всюду. Кто-то старался помочь раненым выйти из здания, кого-то выносили вперед ногами. Кто-то пытался собрать показания случившегося хоть с кого-нибудь, а кто-то старался узнать у выходивших из дома задержанных, что же случилось, дабы смонтировать потрясающий репортаж. И во всей этой суматохе только двое прорывались обратно в особняк, расталкивая мешающихся полицейских, не обращая внимания на недовольные крики о том, что туда нельзя. У входа парней остановил знакомый блондин в форме, который молча посторонил брюнетов от проема, из которого выносили Антона на носилках. Ин, увидев окровавленного парня, пошатнулся, отступив назад. - Что с ним? – Эд сжал руки в кулаки, наблюдая, как блондина уносят в машину скорой помощи. На плечо брюнета легла ладонь, и парень посмотрел на майора. - Поезжай в больницу с ними, может потребоваться опознание, - мужчина хмыкнул и пошел вперед, углубляясь в тучку репортеров, чтобы закончить этот балаган и прогнать их уже отсюда. Два друга обреченно выдохнули от неизвестности ближайшего будущего, наблюдая за тем, как из здания выводят хромающего Станислава. Затем выходят Гоша и генерал, удерживающий раненого парня за талию. Кудрявый грустно улыбнулся юношам и прошел к врачам. Генерал же остановился на пороге, взглянув на брюнетов и останавливая глаза на Эдуарде, который тут же выпрямился, ощущая, исходящую силу от мужчины. Но тот не сказал ни слова и отправился вслед за лейтенантом. Эд тоже молча спустился с небольшого крыльца и забрался в машину вслед за Антоном, провожаемый тяжелым взглядом друга.

#***#

Два брюнета сидели по обе стороны мраморного надгробия. В этот день на кладбище царила удивительная тишина, даже птицы предпочитали не тревожить парней, склонившихся над могилой. Один из них бережно смахивал пыль с любимой фотографии, большим пальцем погладив знакомую улыбку. Прошло столько времени, а боль не желала уходить, напоминая о тяжелой утрате. Со стороны узкой тропинки послышались мягкие тихие шаги, и парни обернулись на женщину, которая грустно улыбнулась юношам. - Пора ехать, - Ольга скользнула взглядом по могиле и поспешила удалиться обратно в машину. Брюнеты тоже поднялись на ноги и отправились следом в полном молчании, так и не сказав друг другу и слова. До дома они добрались довольно быстро. В дороге так же разговаривала только лишь Ольга, стараясь отвлечь ребят от дурных мыслей после посещения кладбища. Юноши отвечали оживленно, словно пытаясь забыться в разговоре и не вспоминать, что кто-то кого-то потерял. - Эдуард, это твой день рождения, перестань распускать сопли хотя бы ты, - отозвался с водительского сидения Виталий. Парень в ответ только хмыкнул, выходя из машины. Отправившись к дому, юноша был остановлен за руку. Когда же родители скрылись за входной дверью, Эд притянул брюнета к себе, обвивая его талию рукой и порывисто, но коротко целуя, улыбаясь уголком губ. - Идем в дом, праздник же. Не кисни, - быстро отстранившись от парня, он направился за родителями, так же скрываясь за дверью. Брюнет улыбнулся, облизывая свои губы. Он быстро забежал в дом, скидывая в прихожей обувь и проходя в столовую, где был накрыт стол только на самых близких имениннику людей. Праздничный ужин прошел тихо и в уютной обстановке, словно так всегда и было. Парни вызвались помогать горничной с уборкой посуды, но та строго отослала ребят наверх, шутливо пригрозив им ложкой. Брюнеты, смеясь словно дети, послушно ушли в комнату Эда, где расположились на кровати в кромешной темноте спальни. - Знаешь, утром был не основной мой подарок, - задумчиво проговорил юноша, проводя ладонью по широкой груди именинника. Тот в ответ улыбнулся, пальцами руки зарываясь в короткие темные пряди и взъерошивая их на макушке, притягивая парня ближе к себе, шепча в губы с улыбкой. - Тебе безумно идет этот цвет, Антон, не вздумай больше краситься… - брюнет в ответ тихо рассмеялся, прежде чем впиться в любимые губы «подарочным» поцелуем.