На полных парусах

* * *

Штиль – редкое явление в здешних водах, обычно он несёт с собой спокойствие и умиротворение, но не для таких, как они. Они были грозой морей, страшным кошмаром всех торговцев и головной болью короны, точнее, занозой в заднице каждого из их величеств. Да, они были пиратами. Таких, как они, было много – нынешний век оказался богатым на проходимцев и романтиков с больших волн, но обитатели «Её высочества» были, пожалуй, лучшими в своём деле. Пиратский корабль, красивый и гордый, любимый своим капитаном, пожалуй, даже больше, чем все сокровища мира, был в шутку назван именно так, как именуются принцессы самых голубых из всех возможных кровей. Эрику порой казалось, что его дед назвал так свой корабль только затем, чтобы вечерами сидеть в капитанской каюте и попивать ром, посмеиваясь себе под нос от одного представления, как будут докладывать очередные неумехи королю – о том, что они снова гонялись за «Её высочеством» и снова не поймали. Леншерр улыбнулся, машинально поднимая руку к медальону на шее – тяжёлый и прохладный почти всегда, он напоминал о твёрдости, которой славился его дед, его отец и теперь должен был славиться он сам. Леншерр был пиратом морской дьявол-знает-в-каком-поколении. По крайней мере, уже дед не помнил, кто именно из его предков бросил всё на берегу и отправился матросом искать счастья на каком-нибудь дырявом пиратском башмаке, который только чудом не тонет во время каждого выхода в море. Но именно дед Эрика, старый Григ, точнее, Старик Григ, как называла его команда, стал первым капитаном из Леншерров. И свой первый корабль, честно украденный в одном из пиратских портов вместе со всем награбленным, пока капитан и команда кутили на берегу, он лёгким движением руки переименовал в «Её высочество», а на гальюнную фигуру в ближайшее время была нахлобучена деревянная корона. Как и отец, как и дед – Эрик был прирождённым пиратом, что постоянно слышал от обоих с самого раннего детства. Иногда ему казалось, что бабушку он никогда не видел, потому что Старик Григ по привычке просто украл своего сына, не особо объясняясь с его матерью. Зная деда, Эрик был уверен, что для него такое могло быть вполне в порядке вещей. Жаль, теперь у Старика уже ничего не спросить, он отправился на корм акулам вместе с сыном, невесткой и половиной команды – это случилось каких-то десять лет назад, когда «Её высочество» вступила в неравный бой с двумя королевскими фрегатами. Покоцали королевских псов они славно, но страшной ценой – корабль едва уцелел после этой встречи, и Эрик Леншерр неожиданно для самого себя в семнадцать стал капитаном. Горевать было особо некогда, нужно было уходить и зализывать раны, пока на это оставались силы. «Её высочество» долго тогда не было видно в морских водах, уже начали поговаривать, что король, наконец, справился с чёрной угрозой, но спустя полгода лихим налётом на богатейший корабль с дарами для дальних стран Леншерр напомнил о себе. Как он пережил то время, это целая история, но главное в ней – наличие мистера Рока, правой руки отца. Именно он тогда сначала накачал Эрика ромом по самые глаза, а потом хорошенько врезал, когда тот в очередной раз начал наматывать сопли на кулак. Это был первый и последний раз, когда мистер Рок общался так со своим капитаном, Эрик усвоил урок и взял себя в руки, а команда была готова к любым приключениям – тогда уже всему пиратскому миру и даже за его пределами была известна легенда, что Леншерры заключили договор с самим морским дьяволом – и лучше им дорогу не переходить и не переплывать.

* * *

- Торговое судно слева по борту! Эрик привычным движением раскрыл подзорную трубу, вглядываясь в горизонт. Действительно, судно, но на торговое оно не совсем было похоже. Слишком… нарядное, что ли. Леншерр часто давал характеристики кораблям, которые встречались на пути. Нарядные, бедные, тухлые, сочные, костяные – такие определения возникали в голове словно сами собой, и каждое несло определённый отпечаток. За бедным кораблём идти не стоит – от него толку нет, сами еле плывут, а вот с костяным можно потягаться, там всегда много наживы, но застрять может, как кость в горле. Тухлые суда везли скоропортящийся товар, топить их было можно разве что в голодные дни. Сочные – торговые, везущие хорошие припасы, которых хватает надолго. Нарядные часто оказывались частными кораблями, которые преследовали свои цели, не всегда торговые. В голове у Эрика была своя система, по которой он определял, будут ли они нападать или нет. Никто никогда не возражал, «Её высочество» была знаменита ещё и тем, что за всю свою историю с момента переименования на ней не было ни одного бунта. Лишний повод обвинить капитанов в связи с морским дьяволом, но всё это стороннее, о чём Эрик задумывался крайне редко. Сейчас он ощущал себя очень странно – ему почему-то вдруг стал необходим этот корабль, хотя в нём не ощущалось никакой очевидной выгоды. - Идём за ним, - сворачивая трубу, Леншерр отдал громкую команду. – Посмотрим, что они там везут. Команда действовала слаженно и ловко, «Её высочество» была быстра и прекрасна, как минимум, для своего капитана. Для остального моря она была предвестником беды, особенно когда шла на полных парусах прямо за вашим кораблём – тут сразу можно начинать молиться и уповать на лучшее. Капитан Леншерр редко уходил без добычи. Они быстро догнали чужой корабль, на борту которого совсем свеженькой краской значилось «Равенна». Эрик усмехнулся: если корабль настолько новый, возможно, его получится взять на буксир и загнать за кругленькую сумму. Давно им так не везло, но, прежде чем Леншерр успел открыть рот, чтобы отдать очередную команду, рядом с бортом «Её высочества» просвистело ядро. - По нам стреляют! – послышался голос с мачты, озвучивший то, что и без него было понятно. - Вот как… - Эрик прищурился, ему вдруг стало любопытно, кто это такой смелый, что решил пальнуть по приближающемуся кораблю первым. Он буквально ощутил свой охотничий инстинкт, словно ему в нос мгновенно ударил запах страха. – Давайте-ка научим этих морских крыс стрелять! Команда «Её высочества» действительно была одной из лучших в ближайших морях. По мнению Леншерра – лучшей. Им потребовался совсем короткий бой, чтобы сломать сопротивление «Равенны», которая хоть и огрызалась, но всё как-то неумело. Эрик про себя отметил, что экипаж наверняка совсем неопытный, впрочем, это их не спасёт. Через несколько часов немногочисленная уцелевшая команда «Равенны» стояла на коленях на палубе «Её высочества», у всех были связаны руки и ноги, рядом с каждым было по пирату с оружием – во избежание соблазна попытаться сбежать. Эрик медленно прошёл вдоль пленных, бросая на каждого короткий оценивающий взгляд, пока его люди таскали добро на борт «Её высочества». Никто из присутствующих капитана не заинтересовал настолько, чтобы можно было потаскать в трюме пару лишних ртов, вряд ли кого-то из этих ребят можно продать за большую цену, в последнее время работорговля как-то пошла на спад, что сильно ударило по прибыли многих пиратов. Для Леншерра это всегда был побочный источник дохода, обычно им хватало и награбленного непосредственно на судне. - За борт, - коротко скомандовал он. Резать глотки не было резона, всё равно половина перетонет, а остальным понадобится некоторое время, прежде чем они заберутся обратно на «Равенну» и смогут хоть как-нибудь прийти в себя, чтобы вернуться и сообщить, где на них напали. За это время «Её высочество» успеет скрыться, продать барахло и купить полный трюм рома на вырученные деньги. - Если выживут все, вы получите гораздо больше. Эрик обернулся. Стоящего в самом начале обладателя голоса тут же схватили за волосы и приставили нож к горлу. - Капитан не велел тебе говорить, морская ты… Пират умолк, видя, что Леншерр оказался рядом. Сейчас Эрик с удивлением смотрел на смельчака, который решил дерзить ему и перечить – кажется, он как-то прошёл мимо, не обратив на него внимания. За волосы того тянули сильно и больно, по шее было видно, как он сглатывает, чувствуя нож так близко, но вот голубые глаза смотрели серьёзно и решительно прямо на Эрика. - Ты кто ещё такой? – поинтересовался Леншерр, не скрывая любопытства в голосе. - Чарльз Ксавье, - во взгляде и голосе юноши появились нотки раздражения, что его кто-то мог не знать. – Единственный наследник дома Ксавье.