Забвение

      После работы спешу в лидерскую квартиру, а в голове ворох мыслей. Как бы мне не сойти с ума раньше Эрика? А может, я уже? Это не Отречение, где забота о других — дело обычное. В Бесстрашии практически каждый занят собой и не думает больше ни о ком: ни о парне, ни о лучшей подруге. Им абсолютно нет дела до другого человека, все думают только о себе. Снова злость накрывает меня, и я удивляюсь собственной смене настроения за последние несколько дней. От гнева звенит в ушах, а кулаки болят от постоянного напряжения. Зайдя в комнату, по пути в душ снимаю всю одежду и бросаю ее на стул. Каково мое удивление, когда я, задумавшись, отодвигаю душевую завесу и вижу голого Эрика с пеной на теле. И как я не заметила этого здоровяка здесь? Совершенно не стесняюсь его по старой привычке, но я совсем забыла, что для Лидера это новшество.       — Вот так сюрприз, — смеётся он. — Неужели не выдержала и поддалась зову природы? Ну, заходи, места хватит.       — Даже не мечтай, — злобно скалюсь я, хватая полотенце и отправляясь в комнату.       Несколько минут смех Эрика стоит в квартире, что и раньше-то было редкостью, а уж сейчас я удивлена его счастью. Даже обидно как-то от его реакции. Неужели я такая смешная? Стараюсь успокоить себя и покорно жду своей очереди в душ. Почему все должно быть так сложно? Я хочу быть обычной счастливой девушкой с хорошими, верными и честными друзьями. Все идет не так. В комнате показывается Эрик в одних трусах, что меня заставляет невольно улыбнуться. У него красивое тело, по которому я соскучилась за этот короткий промежуток времени.       — Я, так понимаю, из тебя здесь напрочь выбили стыд, присущий отреченным? — улыбаясь, говорит он и берет из холодильника пачку сока.       — Вспомнил или догадался? — все так же я продолжаю злиться сама на себя и отвечаю Эрику, разглядывая его и наслаждаясь открывшимся видом на его широкую спину.       — Досье прочел, — Лидер пожимает плечами и отпивает сок прямо из упаковки. — Я же должен знать, с кем живу. Мало ли, кто ты такая. Ну, рассказывай. Как я докатился до такой жизни?       — Докатился? То есть ты считаешь, что я — твоя ошибка? — я злюсь хуже прежнего, но стараюсь не кричать; слишком нервной я стала в последнее время. — В таком случае, вспоминай сам!       Резко встаю и отправляюсь в душ. Какой нахал! Хотя нет смысла злиться и гневаться: наш лидер всегда был прямолинейным и никогда не беспокоился о том, что своими словами может кого-то задеть. Закрыть мутную завесу в душе он мне не позволяет.       — Рассказывай, что ты узнала? — сквозь зубы говорит Эрик, стоя напротив меня. — Я думаю, тебе не раз доводилось испытывать на себе парочку моих наказаний, судя по твоему характеру. Сколько, говоришь, живешь со мной? Месяц? За месяц ты должна была научиться рядом со мной по струнке ходить.       — Плохие тебе неофиты попались в этом году, — я буквально выплевываю слова и задергиваю штору. — Строптивые. —       Значит, надо воспитывать, — поучительным тоном отвечает Эрик. — Судя по твоему настроению, новости меня ждут не самые радостные.       Прогоняю Эрика из душа. Хочу спокойно привести себя в порядок и, слушая громкий топот, я понимаю, что он уходит. Прежний Лидер меня бы уже по стенке размазал и приказал отжаться прямо в душевой. Если прислушивается, значит, что-то в голове отложилось, либо влюбился заново. От этих мыслей становится немного теплее на душе. Быстро закончив, отправляюсь в комнату, где он меня уже ждёт. Выглядит он умиротворенно и спокойно. Одним словом: необычно. Рассказываю ему всю ситуацию с Кристиной и Эрик, нахмурившись, внимательно слушает. Да и было бы, что слушать, — это ничего не даст ни ему и, уж тем более, ни мне.       — Она мне, кстати, даже не нравится. Не в моем вкусе, — хмыкнув, говорит мужчина и заваливается на кровать, призывно хлопая по простыне ладонью рядом с собой. — Не буду я к тебе приставать… Пока что. Но спали мы явно не под разными одеялами и не спинами друг к другу.       Вздыхаю обреченно и заползаю к Эрику. Ложусь на сильное, мужское плечо, положив ладонь ему на грудь. Все будто вернулось на свои места. Чувствую, как его грудь размеренно поднимается и опускается от дыхания, слышу стук его сердца и ощущаю тепло, которое исходит от тела Эрика. Хочется уснуть и забыть все проблемы как страшный сон. В такие моменты я чувствую себя под надежной лидерской защитой. Шершавая ладонь слегка касается моего плеча и сжимает кожу чуть сильнее, затем снова хватка ослабевает.       — И вот так каждый вечер на протяжении нескольких недель? — его удивленный тон заставляет меня улыбнуться. — Черт, ты такая мягкая и приятная. Жаль, что пообещал не приставать.       Смеюсь вместе с ним. Не выдержав наплыва воспоминаний и чувств, я тянусь к Эрику, чтобы поцеловать. Его руки притягивают меня ближе, и я понимаю, что желание во мне пробуждается, но я не должна сейчас ему поддаваться. Оторвавшись от Лидера, я укладываюсь на подушку, желаю ему приятных снов и выключаю тусклую лампочку торшера. Все это время Эрик молча наблюдает за мной, словно пытается все вспомнить. Отвернувшись от него, я чувствую, как в горле снова стоит этот мерзкий ком от обиды и плачу в подушку так тихо, чтобы рядом лежащий парень ничего не узнал. Я безумно скучаю по нему, хоть он здесь, рядом — нужно лишь протянуть руку и сделать все, чего так хочет душа.       Посреди ночи меня будит голос Эрика — кажется, что он кричит, но сквозь сон я не могу ничего разобрать.       — Встань! — произносит он, сбрасывает с меня одеяло и поднимает за руку на ноги, осматривая. — Я отчетливо видел синяки и раны у тебя на теле, словно тебя недавно нехило так приложили несколько раз кулаками. Я уверен, что мне не приснилось.       Лидер держится одной рукой за голову и еще раз обходит меня. Я лишь непонимающе смотрю на него и жмурюсь от включенного света. Он задирает мою футболку, которую я любезно забрала у него специально для сна. Тот Эрик любил, когда я надевала ее.       — Я уверен, что это с тобой было несколько дней назад, — удивлённо и с широко раскрытыми глазами продолжает он. — Что я вспомнил? Говори!       — Меня избил Фор, — собравшись с мыслями, я понимаю, о чем он говорит, и стараюсь ему подробно изложить: — До тебя я встречалась с ним, а после того, как он сделал это со мной, ты пожалел меня. В тот день у нас с тобой начало что-то получаться. Это было чуть больше месяца назад.       — Это значит, что всплывают воспоминания из одного короткого промежутка времени, — Эрик садится на край кровати и нервно дергает ногой, смотря в одну точку. — Веди себя так, как ты вела себя со мной. Это помогает. Я буду стараться не срываться на тебе, чтобы ты не боялась. Что мы делаем в течение дня? Я тоже должен следовать схеме.       — Совместный завтрак, но целый день мы совсем не видимся: ты занят тренировками, а я работой в баре, и вечером… — я отчего-то запинаюсь и мнусь на месте. — Секс, каждый вечер.       — И я это забыл? Я, наверное, сошел с ума, а не потерял память, — успокаивается Эрик и смотрит в этот раз на меня. — Не от прихоти, но вдруг это поможет сейчас?       Буквально кидаюсь на Эрика и он незамедлительно отвечает. Я жаловалась, что он слишком активен в постели? Теперь я его вечность не выпущу отсюда. Что имеем — не ценим? Это определенно про меня. Увлекшись процессом, я буквально ломаю ногти о жёсткую и грубую кожу Эрика, от чего он каждый раз протяжно рычит и громко стонет. На нем останутся мои отметины и долго будут заживать, но сейчас меня это абсолютно не волнует. Жизнь —странная штука, потому нужно ловить каждый момент, используя выделенное нам время на существование по-максимуму. Человеческая жизнь коротка и нужно успеть попробовать все, что так хочется. Сейчас я лишь хочу Эрика и порвать его в клочья в порыве страсти.       Так же, как и обычно, утром меня будят неяркие лучи солнца. Поворачиваю голову и вижу мирно спящего Эрика, сопящего в подушку. Такое привычное пробуждение с утра. Тело ноет после вчерашнего внезапно вспыхнувшего пламени страсти. На бедре во всю пестрит синяк, как и на запястье. Вчера Лидер увлекся этим занятием, чего не было раньше. Наверняка кажется, что давно у него не было секса. Снова глупо улыбаюсь от обстановки вокруг. Честно говоря, в этот момент меня не волнует, вспомнит ли Эрик что-то еще. Чувствую себя даже лучше прежнего. Воодушевленно практически бегу на кухню делать любимый лидерский завтрак.       — Вкусно пахнет, — доносится из комнаты привычная фраза сонным голосом.       Как и раньше мы едим в привычной тишине. Эрик, почему ты молчишь? Почему ничего не говоришь? Наверное, ничего не вспомнил. Наверняка сообщил бы, если бы хоть что-то всплыло. Смотрю на него и понимаю, что он выглядит мрачнее обычного. Эрика тяготит происходящее. Не могу и представить, что испытывает человек, оказавшись в совершенно новых условиях для себя. Каково это — узнать, что твоя жизнь изменилась, а ты забыл об этом?       Так же молча ухожу на работу -туда, где меня ждет предатель в обличии лучшей подруги. Я и по ней скучаю, вечно заводной и веселой, дающей мне силы жить дальше.       — Трис, давай поговорим, — хватает меня Кристина за руку, когда я только вхожу в бар. — Я бы ни за что не разрушила твои отношения. Знаю, что не нравлюсь Эрику и рада, что ему нравишься ты.       — Он любит меня! — вскрикиваю я на все пустое помещение. — Просто забыл об этом…       От последней фразы мне становится обидно, и я нервно смеюсь. Вижу, как подруга плачет и обнимает меня. Может, стоит научиться прощать? Я ведь простила Эрика, не задумываясь. Так почему у Кристины не будет второго шанса?       Домой я прихожу воодушевленной, но Лидера нет в квартире. Он входит буквально следом за мной, шумно дыша от ярости. Его правая рука по локоть в крови, а рана на лбу кровоточит.       — Я убил человека, Трис, — злобно выплевывает он и направляется в сторону душевой.       — Что произошло? — я беспокоюсь, и мой голос дрожит от страха. Не представляю, что могло случиться, поэтому бреду за ним.       — Питер и его шайка напали на меня на мосту, — выделяя каждое слово, отвечает Эрик. — Убить меня хотели, твари. Пропустил удар в голову арматурой, но к их несчастью не вырубился. Схватил за шиворот первого попавшегося и приложил о перила головой. Пока вбивал кусочки его черепа в пол, двое других убежали. Скинул труп в пропасть. Под трибунал тех двоих за нападение! Но сначала выясню причину такого поведения…       Мужчина еще долго возмущенно распинается, даже тогда, когда я ухожу в комнату. От бессилия бью кулаком по столу. Почему, как только все снова начало налаживаться, судьба решает, что рано мне становиться счастливой? Знаю, что с Эриком ничего не случится, но становится не по себе от мысли, что он, и глазом не моргнув, убил человека. Я понимаю, что эти подонки заслужили наказание, но им точно не должна была быть смерть. Как же все запуталось… Проблемы становятся неразрешимыми? Да, в Бесстрашии практически каждый месяц кто-то гибнет на ринге, становится инвалидом, получает серьезные увечия, но это все по неосторожности. Умышленные убийства крайне редки. Не хочу больше думать о проблемах! Не хочу! Хватит!