Упс! Или залет по-взрослому

Сакура ощущала все напряжение ситуации на себе. Вот уже как полчаса происходила встреча отца и сына. Лицемерие Таджимы было забавно. Он зачастую поглядывал на девушку, когда смаковал подробности жизни в Токио. А Мадара бессильно бесился, так как сейчас просто был вынужден делать из себя радушного слушателя. И оба этих человека играли по ее правилам. Что давало возможность ей сидеть в кресле, нога на ногу, и распивать ахуенный кофе. А был он таковым, потому что Мадара ни слова о ней не произнес. Но каково же было ее возмущение, когда Таджима приказал им вселиться вместе в дом. Таков был приказ, и это не обсуждалось. Девушку даже перекосило. Но ни она, ни Мадара не посмели перечить Таджиме. Харуно закурила обычную сигарету. Мадара последовал ее примеру. В помещении, огромном холле, повисло молчание. - У тебя есть сутки, чтобы придти в себя после переезда, а дальше нужно вступать в дела. Есть несколько подозрительных ситуаций, в которых тебе Хару непременно поможет. Таджима вышел из зала, и Мадара собирался что-то сказать, как девушка поставила на стол кружку. Посмотрела пристально и предупредительно, устремляя взгляд на потолок, а потом на что-то позади Учихи. Парень кивнул. Ему не нужны были камеры в их беседе или прослушки. Когда они вышли из дома, девушка потребовала телефон. Во дворе стояла черная машина. Сакура открыла багажник и кинула туда телефоны. И только сев в машину и отъехав на приличное расстояние, можно было поговорить. - Мы оставляли телефоны в машине, когда были на кладбище. В моем багажнике специальная отделка, не позволяющая считывать сигнал. А еще я всегда ношу с собой сверхчувствительное устройство, которое сразу выявляет вмешательство в мою жизнь. - Что мне делать? - массируя виски, тихо спросил парень. - Просто снести его? - Даже если ты его и снесешь, то без авторитета ты ничто. Верх держится всегда на низе. Первые солдаты идут мясом. Тебе придется набирать уважение с самого дна. - Ты предлагаешь мне пойти на улицу и отметелить всех малолеток? - Для начала получи свою территорию. Создай среду. Ками, это же как игра, где ты распределяешь ресурсы. Познакомься с улицей. Потому что без улицы тебя ни в один дом не пустят. Даже при таком отце - только с ним. - Легче сказать, чем сделать. - Я слыхала, что в школе ты был грозой, - сказала она, вот только почему-то Учиха услышал явную насмешку. - Это не совсем честно: ты знаешь обо мне, а я о тебе ничего, - недовольно заметил. - А зачем тебе? - Хотелось бы доверительных отношений. Я не знаю, как у таких, как ты, но, может, давай по-мужски? - В смысле? - недоуменно спросила она. - Ты себя наверняка позиционируешь с парнем. Почему бы нам не завалиться в стрип-бар, где орет музыка и точно нет прослушки? Пропустить стаканчик какой и поговорить? Сакура нахмурилась, изображая глубокий мыслительный процесс. Значит, он ее воспринимает парнем. Набивается в товарищи. - Ладно, поедем в один из наших, не будем обогащать конкурентов, - хмыкнула девушка. - В один из м о и х - так ты хотела сказать? - поправил ее Мадара. - Эй, Учиха, завязывай строить из себя черти что, - фыркнула она. - Вот мне ты можешь не пускать пыль в глаза. Это клубы твоего папаши. Да, админы там трясутся перед ним, но работники молятся на меня. И они бы давно ушли в мой бизнес, но ты знаешь, что так дела не делаются. - У тебя есть бизнес? - недоуменно он спросил. - Сколько тебе лет? - Я тебя старше, - засмеялась она. - Да, видео-студия. - Ты снимаешь порно? - это его еще больше удивило. - С ума сошел? Оно не несет такой прибыли. А в лицензионное видео еще попасть надо. Черта с два тебя студии наших конкурентов пустят. Выкупать право надо. У меня же куплено здание в три этажа. Я занимаюсь видео-чатом. - Это актуально? - Пока есть извращенцы, желающие общения с невинным девичьим образом - да. - И как тебе отец позволил такой кусок себе забрать? - он прибывал в замешательстве. Неужели у этой девки такая волчья хватка? - Позволил, потому что именно я вела переговоры на право открытия студии. У твоего папаши их тоже несколько. Просто я не трогаю его девочек и отказываю им, он не трогает меня. И все-таки я представитель американского сайта в Японии. Самого огромного и прибыльного. Учихе было дико. Хватка у этой Хару была мощной. В идеале, потом, ему нужна была именно такая женщина. Но только смотря на Хару, Учиха уже испытывал раздражение. Потому что ее власть чувствовалась даже тогда, когда она просто сидела. А вот он был сейчас немощным сынком, дохлой тенью. - Куда мы? - вдруг спросил Мадара, так как центр города был совсем в другой стороне. - В наш новый дом, - недобро она сказала. У Харуно было дурное предчувствие с этим совместным проживанием. Заехав в частный сектор, машина остановилась. Сакура нервничала. Потому что ей теперь хоть спи с этой тушью. А как быть с линзами? А когда корни начнут отрастать? Дом был в один этаж, что только ее злило. Этот уебок старый специально? В какие игры он играет, делая такие подставы? Вещи Мадары были уже завезены и оставлены в прихожей. Харуно выругалась про себя, потому что это был абзац: две комнаты, причем одна проходная, кухня, туалет-ванная. - Я буду жить в дальней комнате, - сразу же она заявила. - Мне все равно, - безразлично ответил Учиха. Ему было вообще насрать, потому что все мысли возвращались к Сакуре. Хотелось откровенно наебениться, чтобы забыться. Можно кого-то отпиздить, а лучше бы ему кто-то рожу раскрошил, чтобы по утру пришлось лицо в руках уносить. Это точно выбесит папашу. - Я пойду в душ, - сказал он девушке, усевшейся в кресло. Сакуру аж передернуло. Ох уж эти души, хватило с нее на всю оставшуюся жизнь. Но она ничего не ответила, лишь кивнула. Мадара был в ванной минут пятнадцать. У Сакуры было пятнадцать минут соблазна взять что-то электрическое и включенное, чтобы поджарить Учиху. Нет, так не интересно, а триумфа вообще не предвиделось. Закрыв глаза, она сидела и думала, как же ей быть. Как, будучи с Учихой в одном доме, очень близко, не спалиться и не разрушить все. И как в моменты приступов не разнести дом в клочья. Потому что за последние месяцы приступы агрессии увеличились. А еще кошмары. Во снах у нее была такая херня, что позавидовал бы любой психиатр, если бы она досталась таковому. - Можешь идти, - вырвал его голос из размышлений. Недовольно раскрыв глаза и повернув голову в сторону Мадары, она замерла. - Что? Нравится? - хмыкнул он, стоя перед девушкой в одном лишь полотенце на бедрах. - У твоей девушки такого точно нет, - кивнул он вниз, указывая на свой рельефный пресс. - Зато у нее есть сиськи, - парировала она. - А у тебя нет, - констатировал он. И она чуть не рявкнула, что есть! Вот только вовремя себя остановила. Шесть лет тому назад он ей казался более взрослым, а сейчас он вел себя... Все правильно. Как с парнем. По-товарищески. - Так это же хорошо. А то втрескался бы в меня, вот была бы трагедия, - высокомерно она фыркнула. - Я не хочу никого больше любить, - серьезно он сказал. Ей аж стало не по себе. - Как будто это от тебя зависит. Тут больше восьмидесяти процентов того, что ты втюришся в меня - так часто бывает, когда двоих... сводят обстоятельства. - И у меня нет ни единого шанса? - иронично он спросил. Сакура внутри взорвалась. Вскочила, подошла к парню. Учиха выше на головы две. Его тело идеально. Мускулы, кажется, обтянуты кожей. - Я тебе не нравлюсь. Ты мне - тем более. Вот и закончим на этом, - холодно она сказала. Мадара лишь злобно улыбнулся, обошел ее и зашагал к креслу. Харуно направилась в душ. Прохладная вода не могла успокоить вдруг взбесившийся пульс. Что это, черт возьми? Возбуждения она точно не может чувствовать. Адреналин? Злость? Она же фригидная, у нее ниже пояса, что паяльной лампой все выжгли. Она не может заводиться из-за его слов и голого тела. Хотя... Гормоны могут и выворачивать ее. Ведь шесть лет тому назад она была нормальной. Ее лихорадило лишь только от его взгляда, присутствия. И ему ничего не нужно было делать. А если это вернется? Это рабство эмоций? Нетнетнет. Она тоже не хочет больше любить. Намного спокойней оставаться с черной дырой в груди. С этой Пустотой. Выйдя из душа, она уставилась в зеркало. Костлявое тело. Однако плечи развиты. С правой стороны жуткий шрам, кожа отвратительно стянута. Но большая татуировка из сочных и красных роз маскирует уродство. Розы переплетены с терновником, как будто овивают ее правую грудь. Спускаются на спину, закрывая и там шрам. И если это можно хоть чуть-чуть спрятать, то ее раны внутри не затягиваются. Словно зараженные, наполненные гноем. И ведь нарывает каждый день. И Сакура, что раковая, просто живет этой болью. Кулак врезается в зеркало. Трещины бегут, размножая обнаженное отражение девушки. - Что случилось? - раздается обеспокоенный голос Мадары. Заебись, теперь Учиха пялится на ее тело. На татуировку и шрам. Хорошо, что она выбривает тело полностью. - Выйди. - У тебя сквозное? - игнорирует, смотрит с любопытством. - Нет, - закрывая глаза и закусывая щеку, чуть погодя отвечает. - Пуля раздробила мне ключицу так, что пришлось титановый протез на всю кость ставить. Это такая провокация. Но ей плевать. Сакура поворачивается к парню. Он смотрит в ее холодные глаза. Лицо буквально мрачнеет. И Учиха не смеет даже хоть на секунду отвести взгляд от ее глаз. - Ей тоже прострелили плечо. Так много крови было. Смотри, - он дотрагивается пальцем до своего шрама. До нового шрама. Где кожу просто задело, пусть и глубоко. - Ясно, - Харуно не вытерпит эмоции Учихи. - Извини, - словно замыкаясь в себе, он выходит. Слишком много на сегодня. И всегда так больно. Не сдерживается, начинает шарить по шкафам. Находит бутылку вискаря. Жадно делает несколько глотков, которые обжигают, но не могут выжечь все мысли о Сакуре. Учиха просто не позволяет себе думать об изнасиловании. Потому что это сорвет крышу. Ведь его мышление богато на образность. И это убивает. Потому что ему убивать больше некого. Только отца. Ну, и себя, если он не сможет справиться со своими демонами в голове. Ведь на сегодняшний день его самый страшный демон - это совесть. На секунду мысли сворачивают к этой Хару. Странная девушка. Учиха она точно физически не привлекает, но вот как личность - да. Невесть откуда появляется желание покорить эту мощную личность. И вроде это девчонка с виду, но не совсем так. Не с ее звериной хваткой. Потому что в их годы даже дети мафии не добиваются такого. Подумать только, свой бизнес, свое здание, его папаша, который доверяет ей дела. Который доверил Хару его. Да кто она такая, черт возьми? Всех отпрысков их круга он знал. И там не было Хару Судзуки. И ему срочно нужен Изуна, чтобы выяснить о девушке больше. Отлично, мысли о ней малость притупили бешеный водоворот вокруг Сакуры. Потому что ощущение бессилия убивало. Но был еще папаша, которого Мадара мысленно поклялся убить. - Что, уже за воротник накидываешь? - сурово спросила девушка, выходя полностью обнаженной из ванной. - Оденься, а? - скосив взгляд, вздохнул Учиха. Еще несколько глотков вискря уже не так жгли глотку. - Мне не во что, - хмыкнула Хару. - Только твои вещи сюда завезли, хотя... - она задумчиво уставилась на шкаф. - Нет, быть того не может. Но подойдя к тому и раскрыв, она скривилась, а Учиха тупо и откровенно заржал. На вешалках висели платья. Ни одной пары брюк, джинсов или чего-то там не бабского. - Понятно, - помрачнев, выдавила она. Взгляд устремился вниз, на множество туфлей на каблуках и танкетке. - Явно не твой фасон, да? - прыснул он со смеха, за что сразу поплатился, получая туфлей по своей лохматой башке. - Я смотрю, тебя это веселит... Нет, они что, меня в шлюхи записали? - негодуя, она стала смотреть все полки, где обнаружила уж очень эротического вида белье. Доставая один кружевной лифчик с толстым слоем поролона, девушка затрясла им в воздухе. - А самое забавное, что тебе не на что одевать такую красоту, - откровенно ржал Мадара. - Черт с вами, - вырывая первое попавшееся платье, которое было черным, она надела то. Кое-как подобрала туфли на маленьком каблуке. - И ты вот так войдешь со мной? - Заткнись и одевайся, - рыкнула Сакура. Учиха ее бесил. Он уже был малость пьян и веселился неуместно. И девушка чувствовала, что сегодняшний день будет богат на приключения. Но Мадара послушно встал, отрываясь от бутылки, и направился к своему багажу. - Выйди, - холодным тоном произнес он. Таким властным, довольно-таки жутковатым, что на секунду у девушки все внутри замерло. Ах, да, он все еще остается Учиха Мадарой. А эти подъебки и проблески жалкости - так, временно. Сакура буквально пулей влетела в комнату. Ее затрясло на какое-то мгновение, но она потом все же успокоилась. Надо же. Он даже не пялился на ее тело. Ей давно была не известна скромность касаемо своего тела. Однако ее он выставил. Грубо довольно-таки. А потом постучался в двери. Харуно открыла те, хмуро уставившись на парня. В черной майке и джинсах. Просто, но все это отменно сидело на его теле. Да, не удивительно, что Сакура когда-то влюбилась в него. Тогда Мадара ей казался таким... таким - правильного слова и не подберешь. Ее трясло лишь только от его взгляда. Она тонула в этих темных глазах, не желая быть спасенной. И Сакура утонула. - Почему ты так злобно на меня пялишься? - удивленно он спросил, и Харуно на себе ощутила оценивающий взгляд. - Завязывай-ка ты пить на сегодня, а то меня терзают смутные сомнения, - предостерегающе она сказала. - Ты меня боишься? - тут же игриво спросил парень, вот только глаза его отдавали холодом. - У меня, как пережившей изнасилование, очень неустойчивая психика. Ты это должен понимать и соблюдать правила приличия. Ты же не хочешь, чтобы я тебе нож в печень всадила по неосторожности, - елейно она ответила в тон. Мадара секунду смотрел на нее, такую мелкую, раздражающую и противную, а потом наклонился, так, что их носы соприкасались. Харуно затрясло от бешенства. Отлично, он сам напросился. Учиха еще какое-то мгновение смотрел в глаза этой фурии, как потом просто... щелкнул ей по носу. Сакура аж вскрикнула и растеряно уставилась на парня. - Я не подлец, - холодно он заметил. А потом тупо потрепал девушку по макушке. Харуно закусила губу до крови. Это... уже было, черт бы побрал Мадару. Эти жесты, те самые, которые ее влюбили. Нетнетнет. Это просто воспоминания. Как дурной сон. Нужно проснуться. Нужно... - Пошли? - спросил парень, но ждать Сакуру не стал, хватая бутылку и отпивая из той прилично. А у нее в груди саднило. Это замешательство. Это сумасшествие. Но Сакура медленно пошла за Учихой, предвещая для себя катастрофу. - Не прикасайся ко мне больше, - приказала девушка буквально, когда они сели в машину. - Тебе так неприятно? - безразлично он спросил. - Да. Учиха ничего не ответил, и машина сорвалась с места. Мрачное молчание так сочеталось с сумерками. Но вот город стал меняться, становясь неоновым буквально, таким разноцветным, манящим. Самое то, чтобы мотыльки сгорали в этих прекрасно-проклятых ярких лампах. Харуно очень боялась сгореть сегодня. Нет, она, конечно, справлялась, но ностальгия брала свое. Ведь она искренне любила человека, который сидел сейчас рядом темнее тучи. Просто нужно быть осторожнее. Машина остановилась у огромного клуба. Море толпящегося народа. Все хотят попасть, но идет жесткий отбор. Место только для избранных: богатых, красивых и влиятельных. Сакура неуверенно шагает на каблуках и в обтягивающем платье, которое за много выше колен. Но ее фигурка точенная, а медленная ходьба в стесняющей вещи только лишь только делает походку соблазнительной. Учиха идет сзади и присвистывает, и Харуно тут же поднимает вверх руку, демонстративно показывая средний палец. Тихий смех парня ей в ответ. Его забавляет эта ведьма, отвлекает. Она права, так можно и провалиться в чувства к ней. Только лишь потому, что они сближены насильно. Никому это не нужно. Харуно нагло обходит очередь, настигая двух верзил. - Доброго вечера, госпожа Судзуки, - кивают мужчины, подозрительно косясь на Учиху позади девушки. - Доброго, я сегодня сопровождаю господина Мадару, - вежливо произносит она. Мужчины тут же меняются в лице, почтительно кланяясь и пропуская хозяина. Учиха, сделав пару шагов вперед, хватают девушку за локоть, прижимая ту к себе. - Вот, значит, как ты должна ко мне обращаться, - опаляет своим жарким дыханием щеку Харуно, у которой глаз начинает дергаться от опасной близости. Она до сих пор не выносит прикосновения к своему телу. И ярость тут же заволакивает глаза. Сама не понимает, как интуитивно хватает парня за причинное место. - Оторву же, не трогай меня, ублюдок, - рычит тихо. Их взгляды встречаются, готовые взорвать воздух к ебеням собачьим. - Помягче, дорогая, - хмыкает Мадара, - я все еще знаю, что ты без нижнего белья. - Ты что, блядь во мне увидел? - начинает заводиться, как замирает. Его улыбка лукава, Сакура хочет что-то сказать, но отдергивает руку от паха, потому что тот раскалился и стал твердым. - Пьяная скотина, к твоим ногам сейчас все танцовщицы упадут, ломая ноги, - строго выговаривает она, краснея. - Значит, ты меня можешь трогать, а я тебя нет? Где справедливость? - тихо смеется парень. - Ты смыла свои блевотные духи, и меня аж тянет тебя дразнить. - Иди нахер, не забывайся, - взревела она, когда парень опять ее притянул к себе. - Что такое? А, у тебя рука на меня не поднимается, - склонился он к девушке, буквально вбиваясь в ее тело. Сакура болезненно ударилась лопатками в стену. Терпению настал конец. Колено смачно вошло в паховую зону Мадары. Тихий стон, тело сложилось вдвое. - Зато нога поднимается, - пытаясь отдышаться, выдавила она. - Прости, меня кроет, - извинился он, выпрямляясь. Харуно фыркнула и направилась к дверям. Однако Учиха не дал ей самой открыть, делая это за девушку и галантно пропустил вперед. Она даже не обернулась. Напряженная спина говорила о ее раздражении. Они подошли к стойке администратора, которая находилась у огромных дубовых дверей. - Доброго, госпожа Судзуки, - поприветствовала гостей работник. Широкая улыбка на красивом лице. Конечно, в этом клубе даже персонал типа этой - красавицы. - Я сегодня сопровождаю господина Учиху. Нам, пожалуйста, одиннадцатый столик. Девушка на секунду поменялась в лице, уставившись на Мадару, как тут же собралась и поклонилась. Харуно хмыкнула и направилась к дверям, которые тут же открыли перед ней и Мадарой. Музыка, кажется, вырвалась из огромного темного зала, который освещало множество прожекторов. Большая сцена, на которой было несколько шестов, клетки, наверху какие-то приспособления. Огромный бар, полуголые официантки, разрисованные ультрафиолетовыми красками; танцовщицы, соблазняющие и поражающие воображение своей красотой. Тут был истинный рай ночной жизни. Одиннадцатый столик был буквально на уровне сцены. Харуно плюхнулась на диван, проваливаясь буквально в мягкость того задницей. Учиха угрюмо уставился на сцену, где танцевали девушки, сводя с ума как мужчин, так и женщин. - Что будем пить? - придвигаясь почти вплотную к девушке, спросил Мадара. - Сейчас к тебе подойдет персонал, а мне нужно отлучиться, - строго она сказала, успевая вскочить до того, как руки парня бы ее притянули к себе. - Бросаешь меня, не выполняешь свою работу? - рассмеялся он, откидываясь на подушки. Сакура подняла руку вверх, и тут же к ней подбежало несколько девушек на высоченных каблуках. - Развлеките его, - приказала она, а сама направилась в офисное помещение. Ками, пьяный Мадара, за что? Ему еще забавно ее доставать! Если бы он знал, как ей тяжело себя сдерживать. Если бы только понимал, насколько ей неприятны его прикосновения. Если бы он только знал... Так уходя в мысли, она в кого-то врезалась. Извиняясь, Сакура хотела было дальше идти, как ее грубо схватили за локоть. - Сакура?! Это ты?! Харуно опешила. Колени затряслись так, что казалось, она просто сейчас рухнет на пол. Перед ней стояла Ино. Повзрослевшая Ино. И голубой взгляд требовательно ждал объяснений. Сакура обернулась и выругалась: Мадара даже привстал с дивана, спихивая с себя танцовщиц, чтобы лучше видеть ее. Хорошо, что играла громко музыка. Ей вот только этого не хватало. - Сакура, не хочешь мне ничего сказать? - сложив на груди руки, настаивала подруга детства. Харуно обернулась. Учиха ледяным взглядом смотрел то на нее, то на Ино. И Сакура плюнула на все. Руки обхватили затылок Ино. Губы на секунду раскрылись. А потом произошло это. Жесткий поцелуй. Грубый. Властный. Яманака аж вытянулась стрункой, махая руками, но закрывая глаза. Когда же Сакура оторвалась от ошарашенной подруги, та пребывала в состоянии аффекта. - Называй меня Хару. Это долгая история, но это вопрос жизни и смерти. Притворись моей девушкой, Ино. Умоляю, - взгляд Сакуры был такой убитый, что подруга смилостивилась. Ино хмыкнула, подходя к Харуно ближе, обвила ладонями талию той и приникла в нежном поцелуе. Сакура невольно ответила, голова кружилась. - Это же Мадара, - прошептала блондинка, улыбаясь. - Ага, подыграй, умоляю, - прошептала Сакура и поняла, что сейчас просто расплачется. - Тише, милая, - Ино погладила ее по щеке, а потом взяла за руки и повела в уборную. Когда они оказались в так называемой комнате отдыха, Яманака буквально отдернула свою руку от Сакуры. - Что это, черт возьми? Сакура Харуно воскресла и теперь ее зовут Хару? - взвилась блондинка, взмахивая руками в воздух. - Именно, ты еще дверь раскрой и поори об этом, - парировала жестко девушка. - Ты думала я тебя не узнаю? А Мадара тоже не знает? - ядовито она улыбнулась. - Я тебе напомню, что меня изнасиловало трое ублюдков, накачав наркотой. Как ты думаешь, очень хочется после этого быть Сакурой Харуно? - злобно она прошипела. - А где ты так целоваться научилась? - хмыкнула Ино, и напряженность и враждебность с ее стороны абсолютно пропала. - Он научил, - мрачно ответила Сакура. Учиха ее на выпускном вечере научил так целоваться. Божественно, просто сносящие с ног поцелуи. - Я думаю, мы об этом еще сможем поговорить, - подняв свою светлую бровь, сказала Ино. - Я работаю на отца Мадары. Он меня и приставил к сыну. Да, Таджима знает, - предугадывая вопрос, ответила она заранее. - Ну, пошли, моя дорогая. Так и быть, сегодня тебе повезло. - А как ты меня узнала? - не унималась Харуно. - У тебя шрам на левом плече в форме полумесяца. Ты на осколок упала в детстве, а в неоне очень хорошо видны шрамы. И девушки вышли из уборной, держась за руки. Но стоило им только подняться до столика, как Сакура испуганно остановилась. С Учихой что-то было не так. Взгляд потерянный, вообще отсутствующий. Он что-то бормотал, а сидящая рядом девушка якобы обнимала его. Однако Сакура не была идиоткой, за этими псевдоласками скрывалось обыкновенное... обшаривание карманов! Харуно просто бросилась на незваную гостью, хватая ту за глотку. Большой палец вжался в точку под ухом, доставляя девушке дикую боль. Та даже дернуться не успела, как вторая рука Сакуры тут же сжалась с другой стороны шеи. Девушка буквально выдернула незнакомку с дивана. - Милая, ты знаешь, что ты только что обворовала хозяина клуба, - прошипела Харуно, ядовито улыбаясь. - Я... - пискнула воровка, но Сакура не дала ей ничего сказать: - Чем ты его накачала?! - Ничем! Харуно в бешенстве вжала еще сильнее пальцы в точки под ушами. Девушка дернулась от нестерпимой боли, которая, кажется, была готова раскрошить ее черепную коробку. - К-клофелин. Сакура подняла правую руку вверх, и тут же подбежали официантки. Харуно приказала позвать охрану. - Ты знаешь, чей это клуб? Учих, - отдавая воровку головорезам в черных костюмах, плотоядно она улыбнулась. Сакура села рядом с Учихой, у которого глаза закатывались буквально под веки. - Ты мне такой больше нравишься, - довольно она заметила, помахав рукой перед его не реагирующим ни на что взглядом. - Поедешь со мной? - спросила у подруги, которая из шокового состояния сегодня еще долго не сможет выбраться. - Да, - кивнула Ино. Сакура толкнула сидящего парня, и тот завалился и с грохотом рухнул на пол. Охрана, кое-как дотащив эту здоровую тушу Учихи до машины, погрузила тело в салон. Храп из-за пережатой диафрагмы сотряс машину. Девушки уселись на передние сидения. - Мы с ним теперь и живем еще вместе, - досадливо протянула Сакура, вымученным взглядом посмотрев в глаза подруги.