Я лишь твоя тень...

      — Ты должна что-нибудь поесть, — Мирка стоит рядом с моей кроватью, держа тарелку с завтраком. Вчерашний вечер был самым худшим за всю мою не очень долгую жизнь. Я навсегда разочаровалась в любви, в себе, и в человеке, который был так близко и так далеко одновременно. Открыв конверт, я увидела то, что разбило моё сердце. Он с ней, с той, которая унизила меня, а теперь спит с ним.       В конверте лежат снимки, на которых фото окна отеля, а в нём виднеется спальня Булаткина: на кровати лежит сам Егор, а над ним нависла Вика. Это худшее, что могло случиться. Но я ведь знала, что это случится… Наивная дура, популярный, всеми любимый, с толпами девушек, и сразу твой? Так даже в книгах не бывает.       Мне ничего не хочется, всё, что я вижу, — это мерзкие снимки, что напоминают мне о том, что мой горячо любимый человек, всё это время был просто пустышкой. Я наконец отчётливо понимаю, кто он, какой он и чувствую себя по-настоящему использованной… Пытаясь защитить от подобных ошибок Миру, я и сама не заметила, как попалась на это всё.       Вдруг Мирка поставила поднос на пол и, прикрыв рот рукой, умчалась прочь. Это происшествие заставило меня отвлечься от мрачных мыслей, и я побежала за ней.       — Мирка? Всё хорошо? — спросила я, постучав в дверь ванной.       — Да, всё хорошо, наверное, что-то не то съела, но мне нравится, что это заставило тебя подняться с кровати, — улыбнулась подруга, выйдя из ванной. Её лицо бледное с оттенком зелёного, видно, что ей нехорошо.       — Пойди полежи, а я сделаю тебе чай, — отправив подругу в комнату, я пошла на кухню. Пока чайник кипел, я снова задумалась обо всём происходящем и что с этим делать. Не могу ведь я постоянно быть в подобном состоянии, да и школу пропускать мне не удастся. К тому же, Мирка переживает. Хорошо ещё, что Рома с Викой ничего не заподозрили, так как подруга прикрыла меня и сказала, что я просто устала и сплю. Головой я всё это понимаю, но, как только я закрываю глаза, появляется он и все те крутые моменты снова всплывают в памяти. И снова, снова, снова боль…       Щёлкнула кнопка чайника и я, сделав чай, пошла в комнату Миры. Похоже, настало время поговорить по душам. Сев на краешек кровати, я умостилась напротив Миры и подняла на неё взгляд.       — Поговорим? — выдала подруга, заставив меня улыбнуться. Она всегда знает, что мне надо.       — Я буду сейчас плакать, но я не могу больше сдерживать это всё в себе. Мне так плохо, как никогда ранее, я ничего не хочу, понимаешь? Мне больно, как будто внутри органы переворачиваются, гадкое чувство, — и снова слёзы хлынули из глаз и потекли по щекам.       Мы сидим, как раньше, и просто говорим и говорим. Мне действительно не хватало этого. Мирка сказала, что похоже влюбилась, но боится признаваться в этом самой себе, ибо боится быть отвергнута, и я её понимаю…       Мы сидим в обнимку, наконец успокоившись, как вдруг прозвенел мой телефон. Пришла СМС и, открыв её, я испугалась, даже очень.       «Привет. Надеюсь, ты удалила все ваши фото с компьютера) Уверена, что да, ты ведь видела это фото с грудастой тёлкой, разочарована в любимом, не так ли? Ну, ты не расстраивайся так, ты не первая)»       — Кто это? — спросила Мира.       — Я не знаю, номер не определён, но, похоже, это она разгромила мою комнату. И зачем она мне пишет? — я в полном недоумении. Только этого мне не хватает для полного «счастья».       И тут мой телефон снова издал звук, а на дисплее высветилось его имя. Моё сердце ухнуло в пятки и вернулось на место, бешено стуча.       — Дай мне, — Мирка выхватила телефон и ответила на звонок. — Чего тебе, ублюдок?! — выпалила она. — Нет, она не будет с тобой говорить, хватит, ты сделал ей очень больно, проваливай, не звони сюда больше, — подруга явно стремилась положить трубку, но Егор продолжил, и тут она изменилась в лице.       — Хорошо, — Мира положила трубку и, выдохнув, опустила взгляд.       — Что там? — взволновано спросила я. — Мирка, что? Что он сказал?       — Он просит вернуть ключи от квартиры, — чуть ли не шёпотом произнесла подруга.       — Что? — и снова предательские слёзы…       Я и забыла, что его ключи у меня, зачем он только их оставил? Подорвавшись с кровати и практически ничего не видя из-за слёз, я пошла в комнату. Взяв ключи, я запустила их в окно.       — Я ненавижу тебя, Булаткин, ненавижу! К чертям тебя! — Боже, как же мне больно, за что он так… Ну, почему я, почему именно я?! Я начала бить подушку и кричать, лишь бы боль прошла… Как вдруг Тимур схватил меня за руку и, притянув к себе, обнял.       — Пусти, Тим, прошу, — сквозь рыдания, произнесла я, и сползла на пол. Петров так и не отпустил меня, и теперь мы вместе сидим на полу. Мирка подошла и прижалась к нам. Я поняла, что мои друзья — это всё, что у меня есть, и они вечны…       Я буду жить, назло ему, назло всем, ради близких и друзей. Я докажу всем и самой себе, что не сломлена. Я буду жить…