Ноу комментс!

Вором и вправду оказался сам хозяин. Нанятый им карманник вместо того, чтобы отвезти всю атрибутику в заранее оговоренное место, выбросил это в ближайший контейнер, завидев полицейский патруль. Так что незадачливый должник во всем сознался и ближайшие годы просидит за решеткой в тюрьме. А Лестрейд после этого случая не переставал думать о Майкрофте. День, ночь — мысли неотступно следовали за ним по пятам. Он ел свой пончик и думал о том, какая бы начинка больше понравилась Холмсу. Он пил кофе и кривился — Майк бы точно не оценил качество этого отвратительнейшего напитка. Грег брал в руки карандаш и отчего-то вспоминал выдающийся кончик носа Холмса. И вообще, он непозволительно часто вспоминал тот массаж, который сохранился в голове обрывками. А все чертов Шерлок! Ничего интересного не происходило, Грегори скучал по Майкрофту, несколько раз порывался позвонить, написать, но каждый раз себя одергивал, понимая, что Холмс возможно, даже не вспоминает о нем. Еще одно дело — последнее — и Майкрофт окончательно исчезнет из его, Грега жизни. А хотел ли этого Лестрейд? Однозначно — нет! Нужно было что-то делать, куда-то бежать, лететь, нестись на всех парах, потому что потерять этого невероятного всезнайку, который, как оказалось, умеет улыбаться глазами, он не имел права. Что тогда останется в его жизни? Лестрейд быстро набрал смс, решительно вдавил кнопку, не позволяя себе передумать, и проследил за тем, как конвертик запечатался и улетел внутрь экрана телефона. — Фух, — выдохнул Грег и покусал губы. Ответ пришел спустя пару часов и был как всегда, лаконичен до безобразия. Грег почесал кончик носа и улыбнулся. — Ну что же, Майкрофт, еще по раунду у нас точно есть!

***

Грег вошел в холл «Диогена», где его плащ забрали прямо с плеч и провели в небольшой зал. П-образный диван так и манил упасть в свои объятия, что Грегори и сделал. Он рухнул на поверхность и удовлетворенно застонал, мгновенно расслабился и осмотрелся. Зал был большим, освещался встроенной в пол и потолок подсветкой и создавал ощущения какого-то волшебного места. Не кроличья нора определенно! — Да я и не Алиса, — хохотнул себе под нос Лестрейд и закинул ногу на колено, полностью погружаясь в нирвану. Когда яркий луч прожектора высветил пятно впереди - прямо перед Грегом, он встрепенулся. Пилон — блестящий, от пола и до потолка, поблескивал в свете прожектора и Лестрейд закусил губу, чтобы не рассмеяться. Нет-нет, он ожидал все что угодно, но не очередная доза стриптиза от самого Холмса! Как, к чертовой бабушке, он снова это выдержит? Да он со смеху покатится, тем более после того, что вытворял Холмс в последний раз. Когда в тишине зала раздались мерные удары барабанов, гул нарастал, становясь каким-то зловещим, а луч прожектора высветил высокую фигуру в неизменном костюме и шляпе, Грег закашлялся, подавившись слюной. Эта шляпа должна была бы выглядеть смешно, но отчего-то смотрелась весьма органично на рыжей голове. Длинные ноги были обтянуты непривычно узкими брюками и Лестрейд едва не подскочил на месте и не рванул вперед, чтобы задрать полы пиджака и посмотреть на задницу, что должна была быть весьма, эммм, аппетитной! Фигура в свете прожектора резко повернулась и Грег застыл в самой нелепой позе, подавшись вперед, и уронив челюсть на пол. Человек впереди опирался на зонт, все также не открывая лица, что было скрыто низко надвинутой на лоб шляпой, и чуть заметно покачивался из стороны в сторону. Лестрейд не верил тому, что видел! Это Майкрофт? Гибкий, элегантный, чувственный в свете приглушенного света он выглядел сногсшибательно. Грег и рухнул, не удержавшись на самом краешке дивана. Быстро отер рот рукавом, сглотнул слюну и присмотрелся — Холмс, не иначе! А фигура с зонтом в этот момент начала неспешное движение вперед, прямо к дивану, на котором сидел Грег. Зонт прилетел прямо в инспектора, и тот едва его поймал, подумав, что был бы обладателем чудесной шишки на лбу, будь он менее ловким. Шляпа все также была низко надвинута на лоб, а высокая фигура с бесконечно длинными ногами медленно удалялась по направлению к шесту. Покачивающаяся в такт музыки задница заставила Грега проглотить собственный язык, потому что было в этом всем что-то такое, отчего хотелось нервно сглотнуть. Длинные белые пальцы обхватили ствол и мучительно медленно прошлись вверх-вниз. А потом вдруг фигура легким движением ног взлетела вверх, повиснув руками на пилоне и завращалась в какой-то совершенно невозможной спирали. Лестрейд хотел бы сказать, что это было смешно, но выглядело все, к его великому неудовольствию, красиво и возбуждающе-пошло. Лестрейд зажмурился и сказал себе — это сумасшествие! А тем временем шест стал каким-то бесконечным блестящим стволом, по которому скользили длинные пальцы, в который вжимались затянутые в ткань бедра, и по которому проходился расслабленный язык. «А в мороз бы прилип...» — Подумал Лестрейд и почесался, размышляя будет ли Холмс обнажаться. На самом деле ему хотелось посмотреть каков он, этот правительственный гад, без одежды. Ну и задница, опять же, так и не давала ему покоя. Но фигура в свете софита театрально прислонилась спиной к шесту, запрокинула голову, обнажая шею и замерла вместе с музыкой. — И всё? — удивленно-обиженно вопросил Лестрейд и развел руки в сторону. — Спасибо, Хьюго, ты был великолепен, впрочем, как обычно. Включился свет над одним из столиков, что, как оказалось, стоял в этом же зале, скрытый темнотой и за ним, расслабленно сидел Майкрофт, прикуривая сигару, что минутой раньше крутил между пальцев. — Что это было? — Пораскиньте мозгами, детектив-инспектор, не до такой же степени вы идиот! Грег подошел к столу и посмотрел сверху вниз на Майкрофта. — Я всего лишь имел ввиду ужин. Холмс обхватил губами сигару, сделал неглубокую затяжку и тут же выпустил дым. — Грегори, знаешь почему я не люблю смс-сообщения? — Тебя раздражают смайлики, сокращения и коверканье слов. — А еще меня раздражает функция Т9 на телефоне, которую ты так и не удосужился отключить. Холмс развернул телефон экраном к Грегу и тот открыл рот от увиденного: «С тебя стриптиз» — Полагаешь, я мог неверно истолковать этот твой посыл? — Да я же написал «стряпня»! — вцепляясь в собственные волосы, воскликнул Грег, — а этот долбаный Т9 исправил на стриптиз. Ох! Лестрейд практически выхватил сигару, что сжимал между пальцев Холмс и жадно затянулся. Вдохнул. И закашлялся. — Ох, Грегори, зачем же так резко? Майкрофт оказался около инспектора и положил ладонь тому на спину, аккурат между лопаток. — Позволь я научу тебя, как правильно можно получать удовольствие от процесса. Это лучше делать медленно, не спеша. Холмс забрал у Лестрейда, чуть обалдевшего от приступа кашля, сигару, поднес её к губам и, прикрыв глаза, сделал неглубокую затяжку. Огонек сверкнул алым, завораживая и маня, дым — густой, белый, просочился между губ и окутал инспектора. Он зажмурился, но успел увидеть кончик языка, что скользнул по губам его дьявола-искусителя. — Что ты употреблял, Грегори? — делая шаг вперед и замирая вплотную около Грега, спросил Холмс. — Две чашки отвратительного кофе из Старбакса, пиццу, не менее противную, эммм… — Я склонен полагать, что к этому всему приложил руку мой братец. Лестрейд почесал кончик носа и нахмурился. — Ты как всегда ищешь в каждом моем жесте логическое объяснение. А оно простое — я хотел победить, но вовсе не был уверен, что устою перед тобой. Холмс погасил сигару в бокале с виски, что был предназначен для Грега и развернулся к инспектору вполоборота. — И поэтому ты обратился к Шерлоку? — Он дал мне две капсулы, сказал, что это верное средство продемонстрировать полное отсутствие сексуального влечения, но не предупредил, что данный препарат не сочетается с алкоголем. В итоге я… — Ясно! Предприми я попытки возбудить тебя петтингом или оральными ласками, ты бы просто лежал, как бревно и тогда моя самооценка никогда бы не вернулась к прежнему положению? — Эммм, — протянул Грег, — прости меня. — Ты издевался надо мной, Грег Лестрейд! Ты заставил меня поверить в собственное равнодушие, признать поражение, ковыряться в разложившихся останках и мусорных баках и тратить свое время на подобную белиберду, в то время как Британия нуждалась в своем сыне! — Ну прости меня! ПРОСТИ! — Это неслыханно! Но я все понял. Всё, кроме одного — зачем ты здесь сегодня? Лестрейд замялся, заерзал на диване и сглотнул. — Я просто очень хочу узнать, как использовать все те штуки из реестра. Я их начал рассматривать и честно говоря, до сих пор краснею от макушки до пят, пытаясь представить что куда и зачем надо запихивать. Холмс смотрел на Грега, как на умалишенного, хмурил брови, тер переносицу и вдруг расхохотался. Он все смеялся и смеялся, слезы выступили на глазах, он вытирал их руками и все никак не мог остановиться. — Ты конфисковал… И снова смех — заразительный, искренний хохот на весь зал. — Конфисковал все эти анальные… Майкрофт держался за живот и сотрясался всем телом. — Пробки?!!! Грег подошел к Холмсу и плеснул ему в лицо стакан воды. Майкрофт от неожиданности тут же перестал смеяться и захватал ртом воздух. — Я вроде все понял, но вот с массажером для простаты никак не могу разобраться. Не поможешь? КОНЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЦ!