Эпилог. Джей Джей.
26 июня 2016 г., 13:06
Падалеки вышел из такси, устало расправил плечи. На лужайке перед домом лежал забытый велосипед. Надо его убрать – жалко, отсыреет, если ночью пойдет дождь, да и забрать кто-то может, а тогда малышка расстроится. Район у них спокойный, но все же...
Вернулся, поднял, откатил велик под крышу веранды. Оглянулся на дом: клематис на арке перед входом как раз расцветал – огромными бордово-фиолетовыми цветами, а ящик для почты снова покосился на бок – надо будет поправить. Дом, милый дом…
В гостиной горел свет, и играли в четыре руки – Джей четко это услышал, еще не заходя внутрь. По манере исполнения догадался, кто играет, и улыбнулся. Врываться с возгласами «Я дома!» не стал – открыл двери своим ключом, прокрался тихонько внутрь. Повернувшемуся Дженсену просигналил, приложив пальчик к губам: мол, тихо. Тот улыбнулся, кивнул, и, чтобы не выдавать Джареда, тоже не стал подходить к любимому – так и остался сидеть на диване.
Играли дамы: девочка лет семи-восьми – босая, в цветастом сарафане и с короткими косичками, и женщина в возрасте. Женщина – это тетя Дженсена, а девочка – можем и сами догадаться, кто.
Тетя Саманта как раз закончила свой очередной променад по многочисленным родственникам, или «гастрольный тур по гостям», как выражался Джаред, и теперь она с удовольствием возилась с малышкой. А у Джастис Джей сейчас каникулы, а на каникулы она всегда приезжает к папе.
Они играли – Джей Джей была внимательна, старалась попадать в ноты. Ее маленькие пальчики еще не справлялись со сложными руладами и некоторыми аккордами, поэтому тетя, как всегда, взяла на себя ту партию, что посложнее. Джей Джей, которая только что дурачилась и хихикала, когда тетя Саманта пыталась показать ей новую пьесу, вдруг посерьезнела и начала стараться, как только перед ней развернули именно эти ноты, потому что эту мелодию они разучивали с Джаредом. Полька «Merry Boys»*(18). У девочки пока не все получается, но она не без способностей, о чем Дженсен не уставал повторять, нахваливая свою маленькую принцессу.
Джаред слушал – четыре руки скользили по клавишам старого рояля – пара морщинистых и пара совсем юных. И это было чудесно!
Оставил чемодан возле выхода, на цыпочках подошел к Дженсену, обнял его, скользнув ладонями по груди, а Дженс, улыбаясь, поднял руки вверх, обнимая Джареда за шею. Поцеловались. Родные мягкие губы – самые красивые на свете, белозубая улыбка, а еще преданный блеск любимых глаз и ласковые руки – что еще нужно для счастья? Дженсен в домашнем – мятых брюках, старой футболке, немножко всклоченный, но все такой же красивый, как и пять лет назад. Бесподобный! Джаред даже завис на миг, совершенно забыв, что они не одни – любовался губами, ресницами, веснушками на носу, морщинками на шее…
- Как гастроли? – тихонько прошептал Дженсен, не размыкая кольца из ласковых рук.
Тихо вроде говорил, почти одними губами, но Джей Джей все равно услышала. Прекратила играть, обернулась, подпрыгнула:
- Джаред вернулся!
И уже летела, радостная, через всю гостиную – Джаред едва успел развести длинные ручищи и присесть, чтобы подхватить девочку буквально в полете! Женщина тоже оглянулась, заулыбалась:
- Здравствуй, Джей! Как поездка?
- Все замечательно, тетя! – улыбался Джаред, стискивая девочку в объятиях и поддерживая под худую попку.
Так, на всякий случай поддерживал – она как та обезьянка, цепкая и сильная. И хорошенькая – вся в папу. Обняла порывисто. От избытка эмоций несколько раз поцеловала Джея в щеки и даже куда-то в кадык, прижалась снова, обхватила за шею сильно, душила любовью:
- Джей, я соскучилась… Как ты съездил, как Швейцария? Сыр пробовал?.. А я разучила ту польку, помнишь, что мы с тобой играли? Ты слышал, да?
Она тараторила и уже бежала, стукая розовыми пятками по паркету, к роялю – забралась на стул, взметнув в воздухе цветастой юбкой – словно фалды фрака, откинула ее назад, повернулась к улыбающейся Саманте:
- Давай сначала, бабушка, чтобы Джей послушал! С первого такта, и-и-и-и…
Они заиграли снова – женщина улыбалась, а Джей Джей закусила розовую губку от усердия – она не хотела ошибиться перед Джаредом. Закусила так же, как делает иногда Дженсен.
Пока дамы отвлеклись, Джаред присел возле Дженсена – опустился устало. Они еще раз поцеловались, теперь уже переплетя руки на коленях. Четыре – это между прочим, еще и две пары. Две пары рук, как две пары крыльев…
Дженсен кивнул на музыкантов. Джей улыбался:
- Она молодец!
- А ты? – улыбался Дженс.
- И я молодец, все прошло хорошо… Я люблю тебя, Джей.
- А я тебя, Джей, – Дженсен улыбался, снова поцеловал любимого и слегка подтолкнул его попой.
Тетя тихонько оглядывалась из-за плеча, улыбалась – обычно парни не вели себя так, хотя Саманта Феррис была уверена, что, пока они вдвоем, ходят голые по всему дому и занимаются любовью тоже по всему дому – в спальне, в гостевой, в ванной, в гостиной, может даже, на рояле, на полу и на коврах. Женщина не сердилась – бес с ними, коврами! Лишь бы была любовь. А вот при ребенке они не позволяли себе ничего лишнего. Но поцелуй двух супругов, которые не виделись целых две недели – это же не лишнее, так? Это красиво.
Дамы доиграли – Джей Джей смазала последний такт, потому что способности у нее есть, а вот терпения еще не хватает. Но это ничего, не страшно – терпение приходит со временем. Зато было видно, что девочка не ленилась, учила ноты и после того, как Джаред улетел на гастроли, а это заслуживало похвалы…
- Ну, как? – спросила, обернувшись. Ждала мнения учителя.
- Ты молодец, Джей Джей! – улыбнулся Джаред искренне. – Там в одном месте си-бемоль, я тебе покажу, но в целом – очень хорошо! – а пока глазки девочки засияли гордостью, Джей привстал и подошел к своему чемодану: – А что дядя Джаред привез Джастис из Швейцарии?
- Подарки, подарки! – малышка уже прилетела к выходу, выхватила из рук Джареда лохматую игрушку, прижала к себе, затараторила: – Овечка! Какая пушистая! А мягкая! И пахнет лавандой! Спасибо, Джаред! Папа, папа, у меня теперь есть своя Молли!
Джей наклонился, чтобы девочка могла достать до его слегка небритой щеки, обнять снова за шею и поцеловать. Как мало надо для счастья в таком возрасте – столько радости из-за простой мягкой игрушки!
- Разбалуешь! – улыбался Дженсен.
- Ничего, она заслужила…
- Джей! – Джастис прижала овечку к груди, и уже было понятно, с какой игрушкой она будет сегодня спать. – Джей, а что ты привез папе?
- Привез папе, – улыбался Джаред, доставая из сумки очередной презент, – для папы я привез много шоколада и вкусный шоколадный ликер.
Джей Джей схватила подарки и потащила это все на диван:
- Я люблю животных, поэтому мне овечка! Папа сладкоежка, поэтому папе шоколад… пап, держи! А «спасибо» Джареду?
- Спасибо, Джей! – улыбался Дженсен.
Уже все улыбались.
- А бабушке Саманте? – не унималась девочка. Она хотела, чтобы жизнь была справедливой – если подарки, то всем.
- А бабушке я привез теплый шерстяной плед… – Джаред достал большой пакет, и Джей Джей потащила его к бабушке.
- Разверни, разверни же! – девочка от нетерпения прыгала рядом.
Саманта развернула – теплый, пушистый с одной стороны и гладкий с другой, похожий на первый взгляд на овчину, но явно вязанный или плетеный. Очень легкий и удобный. И тоже пропахся лавандой…
- Спасибо, Джаред, очень красивый, – Саманта не стала ждать команды от ребенка.
- Мяяяяконький, – Джей Джей потерлась о плед щекой. Спохватилась, что-то вспомнила: – А я нарисовала нашу семью – нам на лето задали. Я сейчас покажу!
Она уже мчалась наверх, перепрыгивая через ступеньку и крепко сжимая многострадальную Молли в руках…
Джаред снова приблизился к любимому, обнял, скользнув ладонями теперь уже не только по футболке на груди, но и по бедрам, наклонился к уху Дженсена и жарко шептал прямо в веснушки:
- И еще я привез папе Дженсену… лавандовый. И еще… Мы обязательно опробуем это все сегодня ночью…
Дженсен облизнул порозовевшие губы, а ушко, опаленное горячим дыханием, стыдливо покраснело…
*Сноски:
• (18) «Merry Boys» — «The Merry Boys Polka», в плей-листе к Эпилогу http://mmarinera.diary.ru/p209527864.htm .