Фотография в стиле ню

***       На месте предполагаемой аварии корабль, что подавал сигнал SOS, обнаружить не удалось. Там вообще не было ничего, кроме океана.       − Наверное, он под водой, − предположил Ван Райк.       − У нас нет оборудования даже проверить, не говоря о том, чтобы достать, − удручённо ответил капитан Джелико, вглядываясь в однообразную картинку спокойных серых волн.       − Месс, мы бы им всё равно не помогли. Подадим данные об аварии рейнджерам, пусть они разбираются. Даже лучше, что нам не придётся это видеть.       Ван Райк был прав, Джелико отвёл глаза от экрана, повернулся к нему. Суперкарго смотрел на океан с прежним восторгом и нетерпением.       − Судя по карте, неподалёку есть кусочек суши. Там мы и приземлимся, − сказал Месс.       − Отлично, − улыбнулся Ван Райк.       Опустить флиттер оказалось ничуть не проще, чем корабль. Песчаная отмель была настолько крохотной, что флиттер практически всё место и занял.       Ван Райк выскочил наружу и принялся стягивать комбинезон.       − Ты всё-таки полезешь в воду? — обречённо спросил Месс.       − А что такое? Мы же сняли пробу. Стандартная вода, минералы и соли, схожие с земными.       − Но всё равно есть риск. Эта водная среда может оказаться опасна для человека.       − Месс, − усмехнулся Ван Райк, − ты ещё вчера говорил, что если бы мы боялись риска, то сделались колонистами на искусственном спутнике.       − Риск должен быть разумным.       − Поэтому я и не зову купаться тебя, − Ян уже разделся и, щурясь яркому солнцу этой планеты, пошёл к воде.       Спорить с ним было бесполезно. Волноваться — себе дороже. И Месс уселся на ступеньку флиттера, потому что песок неприятно скрипел под ботинками, а разуться и раздеться по примеру суперкарго капитан не пожелал.       Он с удовольствием разглядывал обнажённую фигуру Ван Райка. Посмотреть было на что: поджарое тело, мускулистая грудь, сильные руки, стройные ноги. И хотя Месс знал каждый изгиб и каждую чёрточку в малейших подробностях — не раз рассматривал, трогал и целовал, — но отвести взгляд никогда не мог. А Ван Райк будто специально медленно заходил в воду, словно красуясь. Впрочем, Месс знал, что красоваться специально Ян бы не стал. И излишнего внимания к своей персоне не любит. И наблюдать за ним зачастую приходится украдкой. Так что пусть купается. А насколько безопасна вода, Месс, конечно, проверил в первую очередь. И опасался в большей степени, не скрывает ли океан каких-либо существ, которым не понравится вторжение в их стихию.       Фотографировать своего суперкарго обнажённым капитан, конечно, не стал. Зачем ему рассматривать картинки, когда у него есть живой и настоящий экземпляр? Конечно, идея с плакатами для Весёлых кварталов принесла бы неплохой заработок. Но чтобы кто-то ещё увидел прекрасное тело его Ван Райка и пускал слюни… Эта мысль претила Мессу. Никто не имеет права смотреть на его любовника.       А фотоаппарат он брал с собой всегда — в надежде, что увидит какого-нибудь представителя инопланетной фауны. Но в поисках местных рыб нырять вслед за Ван Райком был не готов.       Плавал Ян на удивление недолго: не прошло и десяти минут, как он вышел на берег.       − Месс, посмотри. Это что-то живое, − воскликнул он.       Ван Райк выловил в морской пучине какой-то продолговатый коричневый предмет, похожий на мяч. Джелико спрыгнул с флиттера и приготовил фотоаппарат. Ян с этим мячом в руках, с каплями воды, блестевшими на груди, с влажными волосами выглядел очень соблазнительно. Но они же на разведке, а капитан не имеет права безрассудно, забыв про всё, поддаться желанию немедленно повалить на песок своего суперкарго, чтобы попробовать, насколько солёные у него губы, и почувствовать, как прохладная мокрая кожа нагревается под ладонями.       − Месс, это, наверное, какое-то животное.       Ван Райк протягивал ему коричневый мяч с чёрными бороздками.       − Оно тёплое. И пульсирует. Месс, ты не туда смотришь…       Новый, неизвестный науке вид в другой момент занимал бы все его мысли, но то, что этот вид держал в руках обнажённый Ян и насмешливо улыбался, глядя, с каким трудом капитан переводит взгляд на существо-мяч, отвлекало невероятно.       − Интересно, − буркнул Месс и сфотографировал морского обитателя, а заодно и Ван Райка.       − Оно как будто в раковине, − продолжал рассматривать свою находку суперкарго.       Месс протянул руку, чтобы потрогать.       − Может быть, это яйцо, из которого должен вылупиться детёныш? − предположил он.       На ощупь мяч действительно оказался тёплым, костяным и слегка пульсировал. Вдруг из-под панциря донёсся странный писк, и Ван Райк едва его не выронил. Но перехватил поудобней и постучал пальцем по раковине.       − Точно живое.       − Нужно доставить его на корабль, изучить, − загорелся Месс, вновь фотографируя.       − Да, − Ян сделал шаг к флиттеру, по-прежнему сжимая живой мяч в руках. Но вдруг − Месс как раз приготовился сделать новый кадр − существо дёрнулось так, что Ван Райк, пытаясь его удержать, подпрыгнул и почти пролетел до самой воды. Кадр получился красивый, но в следующее мгновение суперкарго упал на землю, выпуская мяч, который новым таким же отчаянным прыжком, но не отягощённый грузом, скрылся в океане.       − Ян, ты в порядке? — бросился Джелико к распластанному на песке другу.       Судя по всему, падение особого вреда ему не причинило, Ван Райк перекатился на спину и расхохотался.       − Не понравился я местным формам жизни. Но как ловко он вырвался, Месс!       − Этот мяч едва тебя не утащил за собой, − усмехнулся Джелико, опускаясь рядом на песок.       − Теперь ты видишь, что планета не так плоха. Вдруг этот вид представляет большую ценность, и мы сможем торговать его раковинами или живыми особями, − немедленно принялся мечтать суперкарго, закинув руки за голову.       — Сначала нужно выяснить подробней, что это за существо, − заметил Месс, стараясь не отвлекаться на такую откровенно соблазнительную наготу рядом, − а то, если оно из твоих крепких рук ускользнуло, где гарантия, что его вообще можно поймать. И стоит ли…       − Когда я поймаю его в следующий раз, буду действовать нежнее и решительнее, − многообещающе улыбаясь, проговорил Ван Райк и резко притянул Месса к себе, опрокидывая рядом.       − Думаю, такое обращение может понравиться только мне, − с такой же улыбкой Месс потянул любовника на себя. − И вообще, я не намерен делить твою нежность ещё с кем-то, − шепнул он в самые губы. Приоткрытые, манящие и действительно немного солёные от морской воды.       Шум прибоя уже не в силах был заглушить, как бешено бьётся сердце у него под ладонями и как стучит в висках собственная кровь. Как прерывисто и хрипло стонет Ян, вздрагивая от его поцелуев. Связных мыслей не осталось. К чёрту новые виды и новую планету. Реальны только ощущения нежной кожи, по которой проходятся пальцы, только едва различимый шёпот любовника. Запомнить, впитать. Нечасто от Ван Райка можно услышать ласковую чепуху, что он бормочет сейчас. Сейчас он полностью его. Ян Ван Райк — не суперкарго, а просто любовник. И Мессаил Джелико — не капитан космического корабля, а всего лишь самый счастливый человек во вселенной.       − Люблю тебя, − прошептал Ян, освобождая его от одежды.       Мокрый колючий песок впивался в спину. Но Мессу было всё равно. Да, возможно вскоре, смывая с себя вездесущие песчинки, он пожалеет, что пляж стал местом их страсти, но, когда Ван Райк легонько прикусывает его ключицу и языком проходится по шее, место, время и другие разумные вещи перестают существовать. Только он. Только Ян. Как прекрасно, что эта планета необитаема.       − Прошу прощения, − Мессу показалось, что спокойный, немного виноватый голос ему померещился.       Ван Райк, кажется, вообще ничего не услышал, продолжая вжимать любовника в песок и оглаживая руками его бёдра.       − Я не хотел бы мешать, но, увы, здесь негде подождать, пока вы закончите, а я не уверен, что вас не расстроит присутствие посторонних.       На этот раз Ван Райк отстранился резко, даже испуганно. Месс тоже дёрнулся в сторону и потянулся за комбинезоном.       В паре шагов от них, деликатно отвернувшись, стоял человек в потрёпанной выцветшей форме.       Здравый смысл вернулся мгновенно, и, глядя на Ван Райка, капитан Джелико понял, что тот тоже отныне и навек зарекается поддаваться соблазну где-либо, кроме как в каюте, за плотно запертой дверью. А ещё отвешивает себе мысленных затрещин за то, что проморгал появление незнакомца.       Это был землянин. Невысокий худощавый паренёк. Он обернулся, виновато улыбаясь, но глядя на них без тени смущения или насмешки.       − Ещё раз прошу прощения, − проговорил он, убедившись, что его собеседники одеты и, несмотря на нездоровый румянец и острое желание отвести взгляд и друг от друга и от него, выглядят вполне благопристойно. − Насколько я понял, это ваш корабль приземлился сегодня на Фифт, − спокойно продолжил молодой человек и, взглянув на нашивки Месса, добавил: − Капитан.       − Кто вы? — строго спросил Месс. Он вовсе не пытался спрятать за суровостью смущение, просто появление на необитаемой неисследованной планете человека немало настораживало.       − Меня зовут Иоганн Штоц. Я механик с Исследователя-семь, Служба Изысканий. Произошла авария при взлёте. Мой отсек был сброшен. Меня, по-видимому, сочли погибшим, так как капсула упала в океан.       − Так это вы подавали сигнал SOS? − уточнил капитан Джелико.       − Как вам удалось выжить? — недоверчиво спросил Ван Райк, внимательно оглядывая неожиданного соплеменника. — Мы не обнаружили никаких следов присутствия гуманоидов. И следов вашего корабля тоже.       − Меня спасли местные жители, − лёгкая улыбка тронула губы паренька. − Они не гуманоиды, но очень добры.       Только сейчас Месс заметил, что возле ног внезапно объявившегося пришельца лежат несколько коричневых мячей. То есть не лежат, а копошатся, перекатываются и слегка подпрыгивают.       − Кто они? − с любопытством спросил капитан. — Они разумны?       − Это фиффтоки. Мне удалось вступить с ними в контакт. Но я не знаю, всё ли делал верно. Я всего лишь механик. Думаю, суперкарго разберётся лучше, − он кивнул Ван Райку, который уже смотрел не так сурово.       Планета-океан Пелагус или, как называли её местные жители − Фифт, оказалась очень даже обитаема. Цивилизация обитала под водой. Разумная, достаточно развитая, пусть и отличная от земной. Цивилизация моллюсков.       Изыскатели планету исследовали, как обычно, поверхностно. И существования разумной жизни не обнаружили. Фиффтоки тоже не заинтересовались существами, что посетили планету, и на контакт идти не спешили. Но мальчишка-механик, который потерпел аварию и оказался в безвыходной ситуации в чужом мире, им понравился. Ему решили помочь. За те несколько месяцев, что землянин находился на Фифте, для него создали под водой жилище, в которое поступал кислород, потому что оставлять гостя на поверхности, которую цивилизация считала непригодной, хозяева не захотели категорически. Некоторые водоросли оказались для человека приемлемой пищей, и даже отыскалась пресная вода, хотя фиффтоки и удивлялись, насколько странные вкусовые предпочтения у гуманоидов.       Иоганн Штоц был гением своего ремесла и из подручных материалов и останков своей погибшей капсулы соорудил не только передатчик, который отправлял сигнал с его координатами, но ещё и усовершенствовал чудом сохранившийся транслятор, запрограммировал в него язык неведомой расы и сумел с ними объясняться. И за несколько месяцев, что вынужден был провести среди фиффтоков, вполне с ними подружился. Насколько это возможно. Но чужеродная культура и среда очень его угнетали, наверное, ничуть не меньше, чем фиффтоков смущал странный гость. И когда один из местных жителей обнаружил на поверхности существ, похожих на землянина, несмотря на то, что его попытки объясниться с ними не принесли результата и, судя по всему, дикие пришельцы хотели его пленить, фиффток сбежал и сообщил жившему в городе человеку, что ему пора домой.

***

      Капитан Джелико нашёл Иоганна Штоца в инженерном отсеке. Он с увлечённым видом ковырялся в двигателе «Королевы».       − Что вы делаете, Штоц? — возмутился капитан.       Паренёк вынырнул из-под панели управления. На лице у него читалось такое блаженство, восторг и вместе с тем смущение, что Месс невольно подумал, что они квиты за сегодняшний инцидент.       − У вас прекрасный корабль, но оборудование в плачевном состоянии, капитан, − решительно проговорил механик. − Так как мне, скорее всего, предстоит лететь с вами, я должен что-то сделать, чтобы полёт завершился благополучно.       Мессу стало неловко.       − Мне не везёт с техниками, − он сам не знал, почему решил оправдываться. − «Королева Солнца» никого не принимает. Она необычный корабль.       − Да, я понял, − Штоц улыбнулся тепло и ласково и даже погладил приборную доску.       Впервые за день спасённый механик Службы Изыскания был таким довольным и искренним. Потому что пока решался вопрос о его судьбе, во время пути на корабль, пока длились переговоры с фиффтоками и отправлялись многочисленные запросы в разные инстанции, выглядел Штоц совершенно отрешённым, словно собственная участь его мало волновала. Останется ли он на Фифте или вернётся к Изыскателям. Впрочем, последнее маловероятно. Месс не любил сообщать плохие новости, но тянуть не имело смысла.       − Пришёл ответ из Службы Изыскания, Иоганн. Передают, что вашему спасению все очень рады, но отправить за вами спасательное судно не могут. До ближайшей Звёздной базы вам предлагают добраться самостоятельно, там вы сможете получить жалование за последний рейс, но ваша должность уже занята другим механиком. Предлагают оплатить половину стоимости пути, − Месс возмущённо фыркнул и уже собирался сказать, что, конечно, не возьмёт денег за его спасение и что они всей командой готовы свидетельствовать в пользу мальчишки на любом судебном разбирательстве.       Но Штоц только пожал плечами. Казалось, последние новости его ничуть не волнуют, он бросал нетерпеливые взгляды на двигатель. Капитан даже почувствовал себя лишним. Будто он отвлекал занятого человека.       Молчание затянулось. Месс внимательно разглядывал молодого механика. На приборной доске вспыхнула и погасла какая-то лампочка. Месс догадывался, что это означает, но уже и сам принял решение.        − Вам нужно будет поменять несколько деталей на ближайшей Базе, − проговорил вдруг Штоц. − И горючее слишком низкого качества не стоит использовать….       Механик, увлечённый только техникой, настолько увлечённый, что собственная судьба его не волнует, и он, пожалуй, откажется от обеда, только бы корабль заправили хорошим топливом. Продержавшийся на чужой планете несколько месяцев, установивший контакт с неведомой расой. Деликатный, спокойный. Технический гений. Служба Изыскания потеряла многое из-за своих опасений, что мальчик потребует компенсацию за то, что его бросили. Впрочем, надо посоветоваться с Ван Райком, суперкарго наверняка найдёт какую-нибудь лазейку, чтобы побороться за справедливость.       − И обязательно нужно сменить машинное масло. И ещё… − Поручаю все технические заботы вам, Иоганн, − перебил его капитан Джелико. − Раз вы теперь без работы, и наша красавица вам приглянулась, а должность инженера на корабле вакантна, думаю, вы нам как раз подходите. Хотя хорошего жалования предложить пока не могу, и помощников вам нанять тоже пока не на что…       Месс должен был предупредить, на что подписывается этот мальчишка. Но Штоц недоверчиво, испуганно и восторженно смотрел то на капитана, то на своё новое царство − отсек, полный оборудования не лучшего вида и состояния. Иоганн выглядел так, будто ему преподносят в подарок корабль и пару торговых путей в придачу.       − Вы это всерьёз? — голос его даже дрожал. − Инженером-механиком на это судно?       − Да, в ближайшем офисе торгового управления заключим контракт. Стартуем завтра. Добро пожаловать на борт, Иоганн Штоц.       Иоганн улыбался очень радостно и тепло.       − Спасибо, капитан. Я буду стараться. «Королева» станет как новенькая, она прекрасна!       − Френк Мура, наш стюард, приготовит вам каюту. Выдаст всё необходимое, затем обсудите с Ван Райком, какое оборудование требуется закупить.       Штоц согласно закивал, продолжая сиять от счастья.       − Я думал, вы попытаетесь от меня избавиться как можно скорее, − проговорил он тихо. − Люди не любят попадать в неловкое положение. И, увидев «Королеву», я был так расстроен, что появился перед вами так не вовремя и не имею права просить…       − Главное, не поднимайте эту тему с Ван Райком, и всё будет в порядке, − успокоил его Месс.       Впрочем, он найдёт аргументы убедить своего суперкарго не принимать близко к сердцу произошедшее на берегу. Не то чтобы Месс чего-то стыдился, со всеми бывает, но Ян не любит, когда его личную жизнь выносят на публику. Только не избавляться же от прекрасного механика по такой нелепой причине? Да и Штоц парень не из болтливых, только с двигателем «Королевы» и будет делиться своими наблюдениями. А «Королева Солнца» и без него всё знает.

***

      Дейн любил бывать в инженерном отсеке, и не только из-за того, что здесь обитал Али Камил. Здесь царила особенная атмосфера. «Здесь работает сердце „Королевы“», − услышал он однажды от Иоганна Штоца. Молчаливого и сосредоточенного только на корабле начальника Али.       Дейна удивлял этот человек, хотя бы потому, что это был единственный человек, которым Али в открытую восхищался и обожал. Впрочем, обожал исключительно за то, что главный инженер знал любой секрет любого двигателя, и поводов для ревности у Дейна не было: ревновать к Штоцу было всё равно, что ревновать к самой «Королеве Солнца».       Шум сердца корабля был приятен для слуха, а инженерный отсек всегда радовал глаз сверкающей чистотой и образцовым порядком. Иногда Дейн даже завидовал механикам, что они работают здесь, а ему досталась самая неуютная, огромная, вечно доставляющая проблемы грузовая палуба. Впрочем, если бы он работал с Али в одной секции, он бы не столько работал, сколько отвлекался на него.       И сейчас Дейн зашёл в инженерный отсек, чтобы всего лишь подписать у Штоца бумаги на закупку новых деталей и топлива. Но Иоганна на месте не оказалось, Карл и Джаспер проверяли краулеры перед высадкой, вахту нёс один Али. Который предложил Дейну подождать главного инженера в его компании. Но просто так находиться рядом с Али и не целоваться с ним практически невозможно, особенно когда он начинает дразнить: проверяет какие-то датчики рядом с тем местом, где стоит помощник суперкарго, и словно нечаянно поглаживает и ощупывает Дейна. И смотрит таким голодным взглядом, будто они расстались не сегодняшним утром, а месяца два назад.       Так что ничего удивительного, что не прошло и десяти минут, как Дейн оказался зажат между какой-то приборной панелью и Камилом, обзавёлся парочкой засосов и почти болезненным возбуждением. Причём эту проблему Али, кажется, собирался решить немедленно и даже расстегнул ему брюки. Когда спокойный и, как всегда, немного равнодушный голос главного инженера заставил Дейна покраснеть, побелеть и вырваться из объятий Али, судорожно пытаясь привести в порядок одежду.       − Прошу прощения. Но вы выбрали неудачное место, если не хотели, чтобы вас увидели посторонние.       − Извини, Иоганн, я отвлёкся буквально на минуту, − виновато проговорил Али, поправляя свой комбинезон. − Показатели в норме, автоматика включена. Я всё держал под наблюдением.       − Хорошо, − Штоц только пожал плечами, занял своё рабочее место и отвернулся. Мол, занимайтесь чем хотите, если это не мешает работе, дело ваше.       Своеобразный человек Иоганн Штоц. Дейн поёжился, вспомнив, как неделю назад в грузовом отсеке их примерно в такой же ситуации застал Ван Райк. Так Али с тех пор отстранён от проверки техники на нижней палубе, а Дейн, хотя тоже работу свою тогда выполнил добросовестно, имел с шефом очень неприятный разговор о морали и приличиях.       Как раз после того разговора Дейн перестал размышлять о фривольном фото обнажённого Ван Райка. И исподтишка наблюдать за капитаном и суперкарго он тоже перестал. Понял, что его суровый шеф и какие-то сердечные привязанности или легкомысленные поступки — вещи несовместимые. Вероятно, злосчастному фото есть какое-то серьёзное и важное оправдание.       − Иоганн, списки деталей на срочную закупку, − Дейн, подавив в себе желание немедленно покинуть инженерный отсек и где-нибудь тихо проклинать Камила, подошёл к главному инженеру. − Нужно чтобы ты выбрал.       Штоц взял документы, кое-что вычеркнул, кое-что дописал, уточнил у помощника суперкарго, сколько будет выделено средств. Он вёл себя, как обычно, невозмутимо, и Дейн даже забыл, что пару минут назад попал в неловкую ситуацию.       Пока Иоганн вдумчиво изучал списки, Дейн, чтобы не смотреть на Али, смотрел прямо перед собой. На плавно переходящий в приборную панель стол, за которым сидел Штоц. Помимо разных чертежей и деталей на столе стояла фотография в рамке. Раньше Дейн её не замечал, но сейчас она привлекла внимание. На снимке был изображён коричневый мяч для регби. Неужели все на «Королеве» увлекаются этим видом спорта?       − Иоганн, ты любишь регби? — удивлённо спросил Дейн.       − Что? — не менее удивлённо отозвался Штоц и, перехватив его взгляд, едва заметно улыбнулся. − Это мой приятель. Он фиффток.       Через несколько часов Дейн изучил все данные по фиффтокам, что имелись на корабле. И удивился, как он вообще может быть суперкарго с такими знаниями? Почему он не выяснил раньше, что первый корабль Торговой Федерации, что вошёл в контакт с одной из восьми известных негуманоидных рас, — «Королева Солнца». Хотя этот факт не афишируется. Вольных торговцев вынудили права на планету вернуть Федерации и перепродали Интерсолар, но, скорее всего, Ван Райк сумел добиться приличных отступных. Всё равно фиффтоки земные товары не оценили и до сих пор не спешат развивать какие-либо отношения с пришельцами. Их цивилизация очень закрыта и непонятна. Впрочем, как может быть понятна землянину цивилизация моллюсков, полностью покрытых раковиной? Ещё Дейну удалось обнаружить, что большую часть существующих на сегодняшний день изображений представителей этой расы сделал Мессаил Джелико.       Торсон в очередной раз подосадовал на себя. Конечно, то фото Ван Райка — дипломатическая необходимость. Может быть, фиффтоков оскорбляют гуманоиды в какой-либо одежде? Нужно будет подробней расспросить шефа о планете Фифт и о той миссии «Королевы» десятилетней давности, и как Иоганн Штоц умудрился подружиться с фиффтоком.       И с чего Дейн решил, что капитана и суперкарго могут связывать романтические отношения? Они оба — очень серьёзные и хладнокровные люди. И их личная жизнь настолько запретная тема, что размышлять о ней кощунственно.       − Малыш, − пришёл Али и, судя по всему, собирался немедленно приступить к тому, за чем их прервал Штоц. Любимые руки и губы, горячее дыхание щекочет волосы. Думать не об Али в этот момент невозможно. Зато тот может себе позволить рассуждать о посторонних вещах, раздевая Дейна: − Тебе не кажется, что у нашего старика и Ван Райка отношения такие же тёплые, как у нас с тобой?

***

      «Королева Солнца» в очередной раз успешно перешла в гиперпространство, последняя сделка принесла хорошую прибыль, «Комбайн» был посрамлён, что не может не греть душу вольного торговца. Капитан Джелико чувствовал себя вполне счастливым и довольным жизнью. А когда вдруг радостно заверещал Хубат, а через минуту в каюте появился Ван Райк и запер за собой дверь, счастье стало абсолютным.       Но Месс ничем этого не показал, продолжая перебирать старые фотографии. Дейн Торсон, конечно, мальчик аккуратный, но снимки разложены теперь не в том порядке, как капитан привык.       Какое-то время Ван Райк молча ждал, когда на него обратят внимание, но вскоре не выдержал и подошёл сам, приобнял за плечи и поцеловал в висок.       − Месс, я по тебе скучал, − голос его звучал немного обиженно.       − Уже который год предлагаю заселиться в одну каюту, − невозмутимо ответил Джелико, не отвлекаясь от своей коллекции, − тогда будем видеться чаще.       Ван Райк нахмурился, Мессу не надо было даже видеть, он понял это по интонации.       − Месс, ничто не должно мешать работе.       − Когда это наши отношения мешали работе? — удивился капитан.       − Не нам. Мальчишки начнут отвлекаться на ненужные мысли. А старшие офицеры должны быть…       − Бесчувственными роботами? − усмехнулся Джелико. — Я сомневаюсь, что кто-то ещё не догадался, у нас очень смышлёный экипаж. И не думаю, что мальчишек это так уж шокировало. Но если тебе хочется каждый вечер тайно пробираться в капитанскую каюту, я не буду мешать. В этом есть некая романтика.        Но Ван Райк, кажется, уже не слушал, а, склонившись к столу, что-то разглядывал через плечо капитана.       − Месс! — вдруг возмущённо воскликнул он. − Я же просил тебя не оставлять эти фотографии!       Джелико вздохнул. Да, обещал, но он так любит снимки, на которых голый Ван Райк держит в руках фиффтока. К тому же, больше фотографий обнажённого возлюбленного у него нет. Чёрт бы побрал его скромность и высокие моральные принципы!       − Ян, не злись, − капитан поднялся из-за стола, закинув фотографии обратно в ящик и увлекая своего сердитого суперкарго в сторону кровати. Необходимо было его отвлечь и уговорить. − Это единственные изображения, где человек и фиффток запечатлены вместе, ты же знаешь, что они до сих пор никому из землян не позволяют к себе прикоснуться. Эти снимки имеют огромное значение для истории. Уничтожить я их не могу, но ради тебя до сих пор не обнародовал. И ещё, любовь моя, фотографии показывают, что за прошедшие годы ты ничуть не изменился и остался таким же красивым. Я сравниваю… − Месс с удовольствием расстегнул куртку Ван Райка и провёл ладонью по обнажённой груди, кубикам пресса и рельефному животу.       − То есть, как только я заплыву жирком и стану отличаться от изображённого красавчика, ты меня немедленно бросишь? — усмехнулся Ван Райк, перехватывая его руку и прижимаясь губам к запястью.       Месс привычно зажмурился от предвкушения, но нашёл в себе силы ответить:       − О нет, тогда я просто выброшу старые фотографии и заставлю тебя позировать для нового портрета в стиле ню.