Я - гей?

      Я шёл рядом с Николь, вдыхая холодный воздух. Казалось, что всё это — сон… честно говоря, последние два дня были похожи на какой-то бред, но это событие — просто пик нереальности. Серьёзно, если бы мне даже три дня назад сказали бы, что я буду встречаться с Николь, я бы посмеялся над хорошей шуткой или покрутил пальцем у виска. Но сейчас… всё кардинально изменилось.       И ладно бы, если бы меня внезапно посетила бы фея-крёстная, подарив мне идеальное телосложение, с накаченными мышцами и мужской силой, какой-то шарм или подвешенный язык, с помощью которого я бы мог уболтать любую девушку. Ну, или, на крайняк, всё бы было ясно, если бы у меня умер какой-нибудь дальний родственник-миллионер, но так… Во мне ничего не поменялось, но почему-то со мной рядом идёт одна из самых эффектных девушек университета, которую я вполне могу назвать своей девушкой! У меня даже номер телефона её есть!       Мы зашли внутрь здания, скрываясь от зимней ненастной погоды, которая, впрочем, никак не могла омрачить моё приподнятое настроение, которое, наверное, даже метеоритный дождь бы не исправил. Николь пошла в сторону платного гардероба — естественно, в бесплатном её шубе бы давно приделали бы ножки*. Бесплатный же был основан на доверии и силе бедности — у тех, кто сюда вешал вещи, в большинстве своём, красть-то было нечего. Потому бесплатный гардероб не охранялся вовсе, что по сравнению с платным смотрелось дико. Я же привык к нему, не выделяясь своей одёжкой из местных ничем, так что мне ничего не грозило.       Я посмотрел на большие часы, что висели напротив входа, как бы напоминая студентам, что «счастливые часов не наблюдают», но мы вам напомним, чтобы не умерли от переизбытка счастья. У меня оставалось всего две минуты, чтобы добраться до лекционного зала, благо, тот располагался на первом этаже недалеко от входа.       Пробежав это расстояние аки горная лань, что опаздывает на пару (типичная же лань, что вы), я дёрнул за ручку, открывая для себя прекрасный внутренний мир лекционного зала. Народу набилось не так много — большинство считало лекции бесполезной тратой времени и сил, потому предпочитало и вовсе сбегать куда-нибудь с них. Мой друг привычно сидел на своём месте, на удивление, о чём-то переговариваясь с Олей. Казалось, у них действительно всё хорошо. Пара была увлечена разговором, девушка улыбалась, размахивая руками, пытаясь что-то втолковать. Эдик постоянно проводил правой рукой по волосам, взлохмачивая их, как всегда делал, когда тема разговора действительно была ему интересна.       — Всем известно, что Флэш признался, что когда они устраивали забег с Суперменом, он поддался. Флэш преодолевал световой барьер, а Квиксильвер способен достигнуть сверхзвуковых скоростей, — вещал мой друг.        — Но при этом у Ртути есть отец, что может изменить магнитные пояса земли! — парировала девушка. Я понял, что тут явно не моя тема затрагивается. Я, конечно, смотрел фильмы, потому знаю что-то об этих персонажах, но спорить о комиксах — явно не моё.       — У Флэша так же есть множество людей, что могут ему помочь, да и вообще, он может отправиться в прошлое и убить Магнето в детстве!       — Он не может точно рассчитать время, в которое он попадет без специальной беговой дорожки! Да и вообще, он своим бегом может разорвать пространственно-временную ткань! — тут прозвенел звонок, напоминая, зачем мы все здесь тут собрались, но спор не утихал.       — У Квиксильвера есть пределы, а у Флэша — нет, да и вообще он спокойно перемешается во времени в комиксах.       — Но это нелогично и бредово. Вообще, у всех есть пределы!       — Э, ребята, успокойтесь, — влез я в разговор. Прозвенел звонок. Они переменились в лице, только сейчас заметив, что я сижу рядом с ними. Оля встала, быстро попрощалась и сбежала на своё место.       — Представляешь, она верит, что Квиксильвер победит в сражении против Флэша! Ведь известно, что он — самый сильный персонаж DC! — казалось, он был сильно возмущён заблуждениями девушки, но был сильно рад тому, что ему удалось поспорить о том, что ему действительно интересно.       — Смотрю, у вас всё уже серьёзно, раз до таких споров дошло, — улыбнулся я, подмигнув другу.       — Знаешь, она действительно классная, — улыбнулся тот в ответ, — понятливая, интересная. Мы с ней договорились пойти на Комик кон вместе. Даже подумали о каком-нибудь тематическом костюме! А я всё до этого никого вытащить не мог!       Я улыбнулся, смотря на то, как горят глаза моего друга. Пожалуй, он действительно нашёл то, что искал. Я был действительно рад за Эдика. Жаль, что со мной никогда не было такого. Даже сейчас, видя один одухотворенный взгляд друга, я понимал, насколько ненастоящие «отношения» с Николь. Да, она красивая… и всё. Мне на неё, честно говоря, было всё равно. Она была похожа на элитную шлюху, довольно умную, чтобы не казаться таковой, но сути всё равно не скроешь.       — А как твоё свидание, — он выделил это слово, — с Николь? — казалось, что мой друг понял, о чём я думал в этот момент.       — Она предложила мне стать её парнем, — сказал я автоматически. Глаза Эдика чуть не вышли из орбит, превращая его в героя аниме. Казалось, ещё чуть-чуть, и он пойдет собирать покемонов, мечтая стать Мастером.       — Николь… предложила… тебе… стать… её… парнем? Я ничего не путаю?       — Нет, я тоже ничего не понимаю, но так и есть. Правда, она просила особенно об этом не распространяться. — друг посмотрел на меня ещё с большим удивлением, после чего задумался, приложив кулак ко рту.       — Странно, что она даже имя твоё знает… на обеды совместные тебя приглашает. Но это вообще выходит за рамки реальности. — друг смотрел на мир весьма здраво, зная, какую нишу в этом обществе занимал я.       — Я вот тоже думаю, что вряд ли я стал таким красавцем за последние три дня, что весь университет будто внезапно узнал о моём существовании… ещё Николь… — я потряс головой, — не понимаю ничего.       — Молодые люди, не могли бы вы разговаривать где-нибудь в другом месте, а не на моей лекции, — заметила преподавательница с кафедры, заставив нас вздрогнуть. Мы пообещали замолчать, на что она только кивнула.       Теперь думал я в гордом одиночестве, хотя, как я понял по взгляду Эдика, у него была какая-то мысль. Жаль это признавать, но у меня не было ни одной. В голове будто образовался вакуум, через который нельзя было пробиться. Я думал обо всём и ни о чём, изредка выплывая из странного состояния, чтобы зафиксировать что-то со слайда. Звонок был воспринят мною как знак свыше — наконец, я смогу поинтересоваться у Эдика, что же он думает. Я торопливо списал со слайда и развернулся к другу, как услышал, что кто-то окликает меня с другого бока, со стороны прохода. Я повернул голову, посмотрев в серые глаза девушки с привычным уже знаком валентина — маленьким жетоном амура на красном фоне в форме сердца, что они носили с левой стороны.       — Вы — Артур Конвилов? — поинтересовалась она.       «Не слишком ли они зачистили ко мне? Уже третий валентин за день — рекордное число даже для популярных дворян. Неужели, Николь решила мне ещё что-то подарить?»       — Да, — кивнул я.       — Вам послание от адресата, пожелавшего остаться анонимным, — девушка произнесла фразу, которую я, пожалуй, скоро смогу произносить с ними синхронно, протянув какой-то запечатанный конверт. Я принял подарок, быстро разрывая упаковку. Внутри была открытка с каким-то странным узором синего цвета. Эдик придвинулся ко мне, смотря через плечо. Я же, не считая нужным что-то скрывать от друга, развернул послание.       «Прости за такой дурацкий подарок: я совсем не умею их выбирать. Но мне нужно было тебе кое-что сказать, но сам бы я тебе это в лицо никогда бы не решился сделать. Ты мне очень нравишься. Наверное, сейчас я, как обычно, смотрю тебе в спину, а ты не замечаешь этого. Ты довольно давно привлекаешь мой взгляд, и даже трудно сказать чем… это что-то вроде влечения… не знаю. Мне трудно разобраться в своих чувствах, серьезно, а тут ещё нужно записать их — задача и вовсе непосильная. Если бы ты не устроил каминг-аут, я бы никогда бы не понял, что ты — гей (прости, не похож ты на гея, но видимо тут мой радар немного не сработал), но теперь… я понял, что пора действовать, и хватит развозить сопли. Артур, я предлагаю нам с тобой, наконец, нормально поговорить, встретившись сегодня в ресторане „Мечта“ в 18:00. Но я пойму, если ты не придешь»       Послание было написано крупным аккуратным чётким незнакомым почерком, но, несмотря на это, последние слова явно не помещались у автора, и если он и хотел написать что-то ещё — ему буквально не хватило места. Я перевернул открытку, надеясь, что автор подписался там, но нет — то ли он изначально не планировал этого, желая сыграть на моём интересе, то ли это была глупая шутка, то ли человек не хотел писать на обороте по синим узорам. Я вообще не понимал, что за каминг-аут тут упоминался, и вообще, почему автор послания называет меня геем. Я перевел взгляд на Эдика, что смотрел на послание с удивлением и каким-то… пониманием. Я открыл рот, но тот быстро сказал:       — Наверное… я могу всё объяснить. На перемене — сейчас опять звонок, а этот разговор довольно длинный, — он говорил как-то немного виновато, я же только кивнул, надеясь, что на следующей перемене я, наконец, пойму всё, что происходит вокруг. Примечание. *Приделать ножки — феня, что переводится как «украсть». Довольно распространенная фраза, но не знаю, известна ли она вам, потому попала в примечания (не знаю, нужно ли было, но пусть будет что ли).