Господин Ким

Офисная вечеринка в ресторане, устроенная начальницей старых нравов. Веет скукой? Как бы ни так. У этой начальницы есть очаровательный молодой секретарь, который и со счетами поможет и клуб арендует. Ну, с клубом я погорячилась. Обычное заведение. Кафе-бар. Цены не кусаются, уверена, они хотели сэкономить. Но цена вопроса не так важна. Главное то, что, несмотря на низкий ценник в меню, интерьер выглядит дорого. Не в том смысле, что тут куча всяких дорогих штучек, нет. Тут все так просто, но это выглядит так элегантно, что чувствуешь себя в шикарном ресторане, не иначе. Бежевые стены украшены панно, в которых преобладает коралловый цвет. Бежевые диваны, стулья и мебель. Но кое-где лежат коралловые подушки, на полках стоят коралловые вазочки с цветами. В помещении приглушенный свет, от этого создается ощущение уединенности и, может, даже интимности. Я думаю, днем это кафе наполнено парочками и романтичными девочками. Я даже представляю, как тут играет тихий джаз. Клиенты пьют ароматный кофе. По залу ходят официанты в белых рубашках и черных брюках с идеально выглаженной стрелкой. Одинокая девушка смотрит в окно тоскливым взглядом на бегающих людей. Здесь все было бы так меланхолично и не спеша. А сейчас из колонок поют последние хиты клубной музыки. Сначала мне это показалось плохим сочетанием, но потом я даже увидела в этом свое очарование. Кафе идеально подойдет для людей любого возраста, а эта музыка громче всего поет в конце зала, где оборудован своего рода танцпол. Рядом с ним барная стойка, где можно выпить и поболтать, отдыхая от энергичных движений. Тут все точно так же выдержано в бежево-коралловых цветах. Так мы и разделились на две части. Те, что постарше, сидят за столиками, выпивают и разговаривают. Все хорошо одетые, не мы одни готовились к этой вечеринке. Где-то уже слышен хохот начальницы и её возгласы. Этой части хорошо. Есть еще часть. Те, кто помоложе. Нас не так много. Человек 15. Мы расселись около барной стойки и иногда танцевали. Хотя нет, не так. Молодые люди расселись около барной стойки, а девушки танцевали. Здесь всем все тоже нравилось. Мы с Кристиной пришли чуть позже, когда веселье уже началось. Поэтому у нас не особо получилось влиться в какую-то компанию. В стариковской части уже вели беседы о политике, жизненном строе и о том, «чего не понять вашим детским умам, поэтому идите потанцуйте лучше». А у молодежи не любили меня, следовательно, и Крис у них не была в почете. Это обидно, когда ненавидят одного человека, а страдает все его окружение. Поэтому мы сели на диванчик около танцпола и потягивали коктейли, обсуждая, во что вырядились модницы нашего офиса. — Посмотри на нее, сейчас все вывалится. Кого она привлечь этим вырезом пытается. Было бы что в него положить, тогда да. А так, ну просто блинчик, — это Крис заметила бухгалтершу. — Надо же! А я говорила тебе не покупать то платье. Смотри, Ленка успела его отхватить. И как только влезла в него. На тебе оно смотрелось как-то лучше, — а это она увидела нашу помощницу сисадмина. Я лишь посмеивалась над ее комментариями, соглашаясь, что на мне это платье сидело лучше. Но я тогда уже выбрала одно. И пусть Крис не одобрила мой выбор, заставляя рядиться в жутко откровенные наряды «для нашего господина узкоглазого зама». Простое черное платье. Длинные рукава, никакого выреза. Чуть приоткрыты плечи и ключицы. Спереди это, пожалуй, единственный соблазн. Длиной немного ниже середины бедра. Но меня привлекла абсолютно голая спина. Оно сочетает в себе и элегантность и не пошлую сексуальность. Зато Крис постаралась. Купила себе какое-то супер мини, все в пайетках. Сверкает аки звездочка. Только вот Стаса своего она так и не нашла. Как и заместителя. Мы вдвоем осматривали зал, но мужчин не обнаружили. Поэтому сейчас мы, две одинокие, немного опьяневшие подруги, сидим и обсуждаем прикиды здешних красоток. Мы, конечно же, совсем не видим пошлых взглядов сисадмина на ногах Крис. И мы, конечно же, не видим, как деланно строго смотрят на наши платья старшие. Порядком опьяневшие, мы не замечаем, как к нам подходит мужчина. — Ну вы даете! Наклюкались уже, ваш гогот слышен в другом конце зала, — пропажа нашлась сама. И пропажа, между прочим, тоже уже подвыпившая. — Ой, Стасик. Где ты был, я искала тебя…ой… — действительно, ой. Кажется, Кристине уже хватит. У нее и правда затуманенный взгляд и глупая улыбка на лице. Проболтавшись о своих планах, она сидела и хихикала, прикрывая рот ладошкой. — И сколько же вы вылакали, алкоголички? — он обратился ко мне, видимо, подумал, что я немного адекватнее. — Пару бокалов? Не знаю, — я адекватнее даже в трезвом состоянии быть не могу. Пытаясь вспомнить, сколько же мы выпили в общем счете, и что мы вообще пили, я не заметила, как Крис ловко кинулась на шею парню и уволокла его в сторону танцпола. Маленькая врушка. Ничего она не пьяная. — Так сколько же всего? Сначала эти, потом те. Из этих стаканчиков мы пили в четвертый раз. А что мы пили в третий? — Вы подошли к бару ровно 5 раз, — я даже вскрикнула от испуга. Благо громкая музыка скрыла это и не привлекла ненужное внимание. — Вы напугали меня, господин Ким. Будто из-под земли выросли. Как вы тут вообще оказались? — А разве мне не положено быть на вечеринке в свою честь? — он расслабленно откинулся на спинку дивана рядом со мной. Делаем вывод, что и заместитель успел принять. В руке он держал круглый бокал, предназначенный для коньяка. Приподняв его, он взболтал жидкость и залпом выпил остатки. На нем неизменная белая рубашка. Все так же закатаны рукава, но на этот раз он расстегнул еще две верхние пуговицы воротника, открывая вид на острые ключицы. — Думаю, да. Вы должны быть здесь. Но я не видела вас в этом зале, — ох уж эти ключицы. Когда-нибудь я вас укушу. Странное желание, но я хочу прикоснуться к ним. — А вы меня искали? — он лениво повернул голову и остановил свой взгляд прямо на мне. — Нет, просто не видела. Может, просто не заметила, — я тоже смотрела ему в глаза, не моргая. Это совсем не неловко. Интимно. Будто мы смотрим в душу друг другу. — Бросьте, вы прошли мимо меня к бару 10 раз. И не заметили? — Значит, вы сидели там, где вас не видно. Я не виновата, что не смотрю по сторонам. Мы замолчали на некоторое время, все так же смотря друг другу в глаза. На миг мне показалось, что сейчас он поцелует меня. Но он сидел все в том же положении. Из колонок заиграла медленная музыка. Красивое вступление, а затем красивый голос начинает петь о любви. — Потанцуем? — он протянул мне руку, приглашая. Разве это нормально? Мы оба пьяны. Ни за что не поверю, что на трезвую голову он бы вообще подсел ко мне. Я молча вложила свою ладошку в его, и он крепко её сжал. Зачем? Его рука все такая же теплая. Мы так же молча прошли в середину всей толпы качающихся в такт музыке тел. Краем глаза я приметила два тельца, подозрительно похожих на моих горе-возлюбленных. Все-таки Стас неравнодушен к ней. Это и так было ясно окружающим. Только он, кажется, не хотел этого понимать. Надеюсь, у них все будет хорошо. — Почему у вас такие холодные руки? — вздрогнув от того, что он положил свои ладони на мою голую спину, я подвигала туловищем, чтобы эти ледышки хоть немного сползли на одежду. — А вы думаете, я просто так вас танцевать пригласил? В моем стакане был лед, поэтому я обморозил руки и решил погреть их об вас, — он опустился к моему уху, чтобы сказать это. А я почувствовала самый прекрасный аромат на свете. От него пахло мятой и шоколадом. Сплетение этих запахов было настолько завораживающим, что я так и осталась в положении лежа на его плече. — Только не спите, — его смешок прогнал стаю мурашек по мне. Потому что пришелся аккурат на чувствительную шею. — Поднимите, пожалуйста, голову, — мои щеки горели от смущения и легкого возбуждения. Да уж, холодные руки начальника и его выдохи на мои эрогенные зоны делают свое дело. — Почему? — и он опустился еще ниже, коснувшись губами изгиба шеи. Он оставлял легкие, почти невесомые поцелуи, прокладывая дорожку к мочке уха. — Не надо… — я не смогла сдержать тихий стон, вырвавшийся непроизвольно. И я уверена, господин Ким услышал его. — Почему не надо? — его жаркий шепот обжег ухо, а губы осторожно захватили в плен мочку. Когда я читала о том, что девушки приходят в восторг от таких ласк, я вообще не понимала, чего это они все находят в этом. Но, господи, как же это возбуждает. Наш строгий босс оказался первоклассным соблазнителем. — Вы не понимаете, что делаете. Вы просто пьяны, — мои пальцы прошлись сквозь его мягкие волосы на затылке. И когда это я успела запустить туда руки? — Сейчас я очень хорошо понимаю, что вы слишком много говорите, — музыка уже давно сменилась снова на энергичную. А я будто слух потеряла. Мягкие губы накрыли мои сначала аккуратно, а затем вовлекая во все более страстный поцелуй. Он целовал нежно, то проводя языком по нижней губе, то сплетаясь им с моим языком в причудливом танце. — Я бы очень хотел сейчас оказаться с вами в другом месте, — он прижался лбом к моей шее, пытаясь восстановить дыхание. А я совершенно сбита с толку. Мой босс только что поцеловал меня. Человек, о котором я думаю с первого дня знакомства, только что сказал, что хотел бы… Что хотел бы меня. И что я чувствую? Бешеное сердцебиение и влагу между ног. Вот, что я чувствую. Отдышавшись, господин Ким поднял голову и снова посмотрел мне прямо в глаза. Что у него за привычка такая? Он не думает, что этим смущает людей? — Вы всегда называете меня господином Кимом. Но ведь это так сложно выговорить. Я же представлялся в первый день. Ким Минсок, помните? Я вас по имени называю, так уж давайте и вы. Мин-сок. Ничего сложного, — он лучезарно улыбнулся, а затем снова склонился к моему уху. — И так тебе будет проще стонать мое имя. И он просто ушел. Оставил меня одну посреди танцующих людей. Я не знала, что мне думать. С одной стороны, это же хорошо? Такой горячий мужчина хочет меня. Но с другой стороны, он, на минуточку, мой босс. Я уверена, завтра между нами уже не будет той легкости, что была все эти дни. Мы либо трахнемся на его красном столе, так и призывающем сделать это, либо замнем все это, списав на алкоголь. И почему мне кажется, что второго здесь точно не будет?