Господин Ким

Самолет приземлился в Пулково через полтора часа после вылета. За это время мы с господином Кимом успели поговорить только о работе. Как только мы приземлились, начальник сам поехал на место выставки, а меня отправил в отель. Мы решили полететь самолетом, а вот оборудование, представляемое нашей компанией, имеет некоторые хрупкие детали, которые могли повредиться от давления. Поэтому было решено перевезти их грузовиком. Господин Ким решил сам проконтролировать выгрузку оборудования и самостоятельно установить все детали, которые перевозились в разборке. Я же поехала в отель, чтобы заказать нам номера, немного отдохнуть после дороги, принять душ и сменить одежду. Мой номер оказался маленьким, но уютным. Одноместная кровать, несколько светильников, рабочий стол и две двери — вот и все убранство. Но большего и не надо. Одна дверь вела в ванную, а вторая была закрыта на замок. Я уже было хотела сходить на ресепшен, но потом вспомнила о маленьком ключике, прикрепленном к электронной карте-ключу. Ключик подошел, и я открыла эту загадочную дверь, ведущую, как оказалось, в номер заместителя. То есть, у нас с ним смежные номера, которые могут превратиться в один двухкомнатный. Интересно, я такого раньше не видела. Ну, боссу я об этом не скажу, а то будет шастать туда-сюда. Приняв расслабляющий душ, я лениво прошла в комнату, разобрала чемодан и подобрала себе комплект одежды для поездки на место выставки. Потом так же лениво привела себя в порядок: высушила волосы, нанесла легкий макияж и надела выбранный костюм. К тому времени я услышала шорохи в номере босса и поспешила пройти к нему через входную дверь. Он открыл и тут же убежал вглубь комнаты, что-то буркнув на ходу с сосредоточенным лицом. Я тихо прошла за ним, отметив, что чемодан босса стоял нетронутым. — Господин Ким, что там в выставочном центре? — он услышал меня не сразу, занятый своим ноутбуком. — А? Там есть кое-какие недочеты. Оборудование довезли в целости, но организаторы немного напутали с графиком нашей презентации. Я хочу связаться с Валентиной Вениаминовной, она утверждала все, поэтому у меня связаны руки. — А вы не устали? Давайте, я сама поговорю с начальницей. Просто объясните мне, что там не так. — Они передвинули нашу презентацию на два дня, еще там какие-то трудности с временем. Надо бы уточнить у начальницы, как она договаривалась с ними. — Хорошо, все сделаю. Сходили бы вы в душ, все-таки так и не присели после дороги. — Ладно. Спасибо вам, — в этот момент мужчина устало прикрыл глаза и подарил мне благодарную улыбку. Он сказал это тихо и нежно, будто действительно был очень рад, что кто-то заботится о нем. Я тихо работала, не смотря по сторонам. Слышала, как начальник вышел из ванной, как шуршала одежда. Потом услышала скрип кровати и через какое-то время мирное сопение. Посмотрев на мужчину, я умилилась от того, что увидела: мой начальник спал, подложив руки под голову. Сейчас его сосредоточенное лицо потеряло это выражение, и он умиротворенно спал, измученный заботами. Невольно улыбнувшись, я поймала себя на мысли, что хочу прилечь рядом и тоже уснуть. Но меня отвлекла громкая мелодия моего телефона. Видимо, Валентина Вениаминовна решила лично все обсудить. Со вздохом я быстро вышла из номера мужчины и прошла в свой, забыв о недавнем помутнении. Организаторы выставки перепутали нашу заявку с заявкой другой компании, поэтому и случилась путаница. Так что мне пришлось ехать в центр, искать там офис секретаря в множестве павильонов и утверждать нашу заявку. Я решила еще раз проверить наше место и подготовить его к завтрашней презентации, попробовав отрепетировать свою речь. Я провела в павильоне несколько часов, проработав все почти до конца, но меня отвлек звонок босса. Он потерял меня. Сказал, что проснулся в номере один, в моем номере меня не оказалось, а за окном вечер. Я успокоила его, заверив, что не потеряюсь в чужом городе, так как уже несколько раз была здесь. — Значит, вы можете провести экскурсию? — на место беспокойного тона пришел смешливый. — Могу, к тому же в Питере сейчас по вечерам очень красиво. Белые ночи, знаете? Развод мостов, вечерняя прохлада, сейчас очень хорошо, — на том конце послышался тихий смешок, а затем нежный шепот начальника: — Так, может, прогуляемся? — Хорошо, давайте встретимся около Исаакиевского собора. *** Мы гуляли по набережной, сохраняя молчание и слушая шум ночного города. Это молчание не было неудобным, мы просто наслаждались моментом, поэтому и слов не надо было. Я украдкой посматривала на профиль заместителя, отмечая, как же он хорош. Его аристократичные черты лица, пухлые губы, которые когда-то целовали меня со страстью, его раскосые глаза — все это привлекало меня со странной силой. Я хотела снова притронуться к его волосам, хотела снова зарыться в них пальцами. Я хотела без стеснения заглянуть ему в глаза, чтобы это не казалось чем-то порочным и неправильным. — Вы так меня рассматриваете… С моим лицом что-то не так? — он не повернулся, продолжал смотреть вперед, ни один мускул не дрогнул на его лице. Неужели я так очевидно пялилась на него? — Все так, я просто смотрю, — покраснев, я опустила голову, совсем не желая сталкиваться взглядами с начальником. — Зачем? — с той же интонацией спросил он, продолжая испытывать мои нервы. — Я… Что вы пристаете? — я очень нервная личность, это известно всем, и ему тоже. Он, похоже, кайфует, когда я злюсь. — Я не пристаю, просто это странно. Вы так внимательно изучали мое лицо, я и подумал, что с ним что-то не так. Вы же не влюбились в меня? — он, наконец, посмотрел на меня, и в его глазах плескалась хитринка, а сам он выглядел, как лиса. — Не льстите себе, — я фыркнула и возмущенная пошла вперед быстрее. — А жаль… *** В первый день выставки мы должны были провести презентацию нашего товара с целью привлечения покупателей и возможных инвесторов. В последующие дни мы просто должны были представлять наше оборудование заинтересованным лицам, начальник так же хотел посетить презентации других компаний «для получения сведений о конкурентах». Тогда в нем говорил не простой заместитель, а генеральный директор «Ямагучи». Успешно закончив конференцию и ответив на все вопросы интересующихся, я получила кучу похвалы, состоящей только из упоминания моего возраста, «такая молодая, а такая способная», «вы хорошо справились, несмотря на свой возраст». Я вежливо кивала всем умным дядечкам в дорогих костюмах, в глазах которых читала: «красивая мордашка и упругое тельце — вот и все ее достоинства». К концу дня я уже не была такой вежливой, желая поскорее оказаться в отеле, но у господина Кима были другие планы. Он общался с богатыми мужчинами, слушал представления других фирм и мысленно копил в своей голове контракты, которые подпишет со всеми этими людьми. Изредка я ловила на себе его взгляд, будто он проверял, никуда ли еще я не ушла. И только через пару часов он решил поинтересоваться, а не стухла ли я тут от всей этой показушности. — Вы устали? — он заботливо склонился ко мне и нежно погладил по спине. Зачем? Отпугивал пузатых самцов? Они все равно продолжат пускать слюни. — Да, я бы хотела уже поехать в отель, если можно. Оставайтесь здесь, я доберусь сама. — Нет, подождите еще пару минут, я сейчас закончу тут и поедем вместе. Вызовите пока такси. Я молча сделала как он сказал, потому что сил уже даже на улыбку не осталось. Я вымоталась за сегодня. Через несколько минут за нами приехало такси, сегодня их здесь было много, потому что они ожидали много вызовов. В том же молчании мы ехали к нашему отелю по ночному городу. Я любовалась им через окно, еще раз отмечая, что люблю этот город. И совсем неожиданно для себя я почувствовала мягкую ладонь, взявшую мою руку и переплетшую пальцы с моими. Его теплая рука, сжавшая мою, будто передала мне немного сил, и я смогла лишь благодарно улыбнуться боссу, откинув голову на подголовник и прикрыв глаза. Я задремала, и когда мы подъехали к отелю, господин Ким мягко дотронулся до моего плеча и тихо позвал. Я сонно похлопала глазами и несколько минут не могла понять, куда меня ведет босс, и почему я вообще с ним оказалась. Мы зашли в свои номера, и я тут же пошла в душ, чтобы смыть с себя все эти липкие пошлые взгляды женатых мужчин, желающих только кратковременной интрижки. Я долго стояла под струями горячей воды, думая обо всем. После принятия душа я накинула длинный махровый халат и хотела было уже лечь спать, как вдруг услышала тихий стук в смежную дверь. — Валерия, вы еще не спите? — я открыла дверь и впустила мужчину в комнату, совершенно не стесняясь своего вида, потому что даже и не подумала об этом. — Нет, но собиралась, — начальник на мгновение стушевался, но тут же взял себя в руки и указал мне на бутылку вина и два бокала, которые держал в руках. — Давайте выпьем? Сегодня несколько клиник уже изъявили желание сотрудничать с нами, я думал, что мы можем отметить этот небольшой успех. — Правда? Это же замечательно, думаю, это действительно стоит отметить. Я села на свою кровать, а заместитель разлил по бокалам дорогое вино и присел напротив меня на стул. — Мы хорошо с вами потрудились, а вы замечательно выступили, — тихий звон бокалов был единственным ответом на его реплику. Я оставляла включенными только прикроватные ночники, поэтому в номере царил полумрак, создающий атмосферу интимности и уединения. Господин Ким пристально смотрел мне в глаза, отпивая из своего бокала. Я в ответ смотрела на него, не понимая, что творится в моей голове. Сердце стучало так сильно, и мне казалось, что его стук эхом разносится по маленькой комнате. Мне вмиг стало душно и тесно здесь наедине с начальником. Я неосознанно оголила шею, пытаясь ослабить жар. — Пожалуйста, не делайте этого, — хриплый голос начальника заставил этот жар только усилиться, разносясь по всему телу. — Почему? — Потому что вы сами не хотите этого, а я не смогу удержаться от ваших провокаций. — О чем вы? — я понимала, что он пытается сказать, и сама это прекрасно чувствовала, но, возможно, он был прав в том, что я не хотела понимать этого. — Бросьте. Мы с вами взрослые люди, и я думаю, нам уже стоит прояснить все раз и навсегда. Я прекрасно понимаю, что для серьезных чувств прошло еще не так много времени, а в любовь с первого взгляда я не поверю. Но все же. Может, это и не взаимно, но я привязался к вам. Определенно, в моем отношении к вам верх берет симпатия. Как бы я ни старался заглушить это, понимая, что ни к чему хорошему это не приведет, я не смог. Вы прочно засели у меня в голове, Валерия. И я почти уверен, что эта симпатия потом приведет к сильной любви. Что вы на это скажете? — Я… — в моей голове было все что угодно, кроме ответа на его признание. Какие чувства я к нему испытываю? Он красивый, умный, идеальный мужчина. То, что он точно так же не выходит у меня из головы, говорит о симпатии? Я много думаю о нем, и даже Стас предупреждал меня о его чувствах, так что же? Значит, и я могу любить его? — Думаю, вы тоже мне не безразличны, господин Ким. Я часто думаю о вас, радуюсь вашим письмам, вы кажетесь мне недостижимым идеалом. Я просто не знаю, как назвать то, что я чувствую. — Просто обними меня, — он сам подошел и притянул к своей широкой груди. Его крепкие руки обхватили мою талию, а его нос тут же зарылся в моих волосах, вдыхая запах шампуня. Я, наконец, смогла сделать то, о чем так давно мечтала. Его шелковистые волосы приятно щекотали ладонь, когда я несмело погладила его по голове. — Думаю, что ты мне тоже симпатичен… — «наверное»…