Глава Девятая
6 июля 2016 г., 01:00
Девушки сидели за невысоким круглым стеклянным столиком на складных стульях, наслаждались теплой погодой и разговорами обо всем подряд. Элли, Нормани и Дайна обсуждали любимую музыку, а Лорен и Камила предпочитали просто их слушать. Они сидели рядом друг с другом, но на некотором расстоянии, в то время как Элли и Дайна придвинулись к Нормани очень близко, в некотором роде зажимая ее в тиски.
Камила успела заметить у Лорен на сгибе правой руки татуировку в виде римского числа двадцать семь, когда они расставляли на столике стаканы. Ее удивлял факт того, что она не заметила ее раньше, ведь ей всегда казалось, что она внимательна к деталям. А эта татуировка была довольно заметна. Камиле было интересно, что значила тату, но она не решалась спросить. Девушка почувствовала на себе взгляд Лорен и повернулась в ее сторону.
— Можно спросить? — обратилась к ней Лорен, смотря прямо в глаза.
— Конечно, — ответила ей Камила.
Лорен придвинула свой стул ближе к стулу Камилы и задала вопрос:
— Почему именно история искусств?
— Я люблю искусство, — с улыбкой начала девушка. — Люблю то, какие оно дарит эмоции, но мне кажется, что пока ты не узнаешь историю чего-то, ты не сможешь прочувствовать это полностью. Понимаешь?
— Не уверена, что до конца. Можешь показать мне, что ты имеешь в виду?
— Ладно, — Камила достала из кармана джинсов телефон и покопалась в нем где-то минуту. Она отдала телефон Лорен. — Ты знаешь эту картину?
— Нет, впервые вижу, — ответила Лорен и перевела на девушку взгляд.
— Это картина Эжена Делакруа, она называется «Смерть Сарданапала». Сейчас она выставлена в Лувре. А теперь посмотри на нее внимательнее и скажи мне, что ты видишь и чувствуешь, глядя на нее. Но не торопись, просто рассматривай ее столько, сколько хочешь.
Лорен вглядывалась в изображение на телефоне, увеличивала и переворачивала его минуты две-три.
— Так, я вижу, что какой-то… Царь расслаблено лежит на огромной кровати, а его наложниц или же жен убивают. Такое ощущение, что в комнате дым, но я не уверена. И я не могу понять почему в комнате конь. Его привели, чтобы убить или же, чтобы увести царя. Но я точно чувствую, что от картины веет смертью, паникой, хаосом и в ней мало чего приятного. Это напоминает кровавую бойню.
— Ты полностью права. Сарданапал — это ассирийский царь. По легенде он был распутником и очень равнодушным правителем. Люди однажды восстали против него, была война, и он решил покончить жизнь самоубийством, а вместе с собой забрать жизни всех своих наложниц и любимого коня. Их он велел убить, а сам он бы выпил яд из кубка. А теперь скажи, что ты чувствуешь.
— Отвращение. И не знаю… Жалость, сожаление, сочувствие, — ответила Лорен.
— Узнав историю с картины твое мнение сложилось более четко, некоторые вещи приобрели смысл. Ты чувствовала панику, страх, смерть так ты сказала?
— Да. Здесь все прорисовано так четко.
— А вот здесь ты ошибаешься. Кое-чего здесь не хватает. Ты видишь, чего именно?
— Я не знаю. Так много деталей, цвета.
— Здесь не хватает главного атрибута — смерти. Крови. Видишь, слуга на переднем плане держит чистый кинжал и бьет им в грудь женщины, которую держит? Тело наложницы на кровати не имеет ран, как и тела слуг, лежащие рядом. В груди коня тоже нож, но и грудь и нож не испачканы кровью. Белые одежды царя тоже чистые.
Лорен снова стала вглядываться в картину. На этот раз она увидела в груди коня нож. И что в груди одного из слуг также нож. Но Лорен не увидела ни капли крови.
— Здесь действительно нет крови. Но я так сильно чувствовала их боль. Это удивительно.
— Теперь ты чувствуешь восхищение от этой картины. Столько эмоций сменилось, пока ты узнавала о картине все больше и больше. Именно поэтому мне хочется изучать историю искусств. Чтобы видеть больше, чем я уже вижу. Видеть не только то, что на картине, но и то что за ней.
— Это действительно очень интересно и удивительно, — Лорен перестала рассматривать картину в телефоне и вернула его хозяйке. Девушки столкнулись взглядами и стали рассматривали друг друга несколько долгих секунд, пока Камила не отвела свой взгляд от лица Лорен. Их подруги продолжали общаться, не обращая на них внимания.
— А могу я тебя спросить? — поинтересовалась Камила.
— Да, конечно, — ответила Лорен.
— Что… Почему литература? — Камила хотела спросить Лорен о татуировке, но передумала.
— Хмм… На самом деле все просто. Это то, что я люблю. Читать и писать. Мне нравится окунаться в различные миры, примерять на себя маску кого-то другого, видеть мир таким, каким его видит кто-то другой. И мне нравится мысль, что когда-нибудь я создам свой собственный мир, такой, какой я захочу, и люди смогут его увидеть и побывать в нем, не покидая собственной кровати или кресла. Но теперь писательство стоит для меня на втором месте. Пожив здесь среди тех, кто хочет просвещать и дарить другим знания я решила, что мне хочется того же. Так что может быть я тоже после университета стану преподавать.
— Они могут пойти нахрен? Это вечеринка для всех братств, Мани, — сказала Элли.
Камила повернулась к другим девушкам за столом. Она не ожидала таких слов от Элли, поэтому ее лицо выражало крайнее удивление. Девушка услышала мягкий смех Лорен.
— Эллисус! Кажется, мы оставили тебя в плохой компании на слишком долгое время, — сказала Лорен.
— Это кто здесь еще плохая компания! — возмутилась Нормани.
— Эллисус?! — задыхаясь от смеха произнесла Дайна.
— Кое-кто обычно довольно добродетелен и являет собой ангела на нашей грешной земле, — объяснила Лорен, хлопая ресницами и складывая руки как в молитве.
— Да иди ты, — ответила ей Элли, закатывая глаза.
Всех пробрал дикий смех, а Элли выглядела крайне смущенной.
— Я обожаю, когда она ругается, — прошептала на ухо Камиле Лорен. — Это так смешно слышать. Все эти дурные выражения. Как-будто ругается котенок, — смех Камилы только усилился.
— Чего ты ей там шепчешь? — спросила Нормани.
— Ничего. Я просто говорю, что Элли выглядит как ругающийся котенок.
— Уж кто бы говорил. Ты вообще большую часть времени ведешь себя как щенок, — ответила ей Элли.
Дайна, Нормани и Камила взорвались смехом.
— Это правда, — со слезами на глазах выдавила Нормани.
— Ладно-ладно, хватит. Чего ты вообще ругнулась? — спросила ее Лорен.
— Мы говорили о вечеринке, которую устраивают омеги в вечер посвящения. И о возможном столкновении с каппами.
— Омеги? — спросила Камила.
— Это еще одно братство. Омега Тау Фи. Братство золотых мальчиков, сынки богатеньких папаш. Будущие политики и бизнесмены, — объяснила Мани. — Они вроде обычно нормально себя ведут, но высокомерны в большинстве своем до ужаса. Каждый год на совете братств проходит жеребьевка кто организует вечеринку, кто следит за порядком и кто убирает после. В этом году вечеринку организуют омеги.
— Так вот, ночь посвящения обычно проводится тридцатого августа, — начала рассказывать Элли, — Это когда в братства вступают новенькие либо если их ждут вступительные испытания, то их просто представляют старшим. Допустим ты, Дайна и Челси уже послезавтра официально станете частью нашего братства, то есть принесете клятву. А вот кандидаты в некоторые другие братства будут еще проходить испытания.
— Вот здесь и начинается все веселье, — с улыбкой сказала Лорен. — Всем кандидатам дается ночь, когда вы гуляете, пьете и творите безумные вещи. А на следующее день «отходите». Потом начинаются занятия, и вы живете дальше, но уже в кругу «братьев» и «сестер». Но для кандидатов начинается Ад. В смысле для многих кандидатов. Опять же, смотря из какого ты братства. Допустим у альф, капп и омег очень жесткие испытания, а вот у братьев-математиков из Пи Сигма Ро обычные, средней сложности испытания типа решить сотню задач и так далее.
— Так это вечеринка для всех братств, и мы можем прийти? — решила уточнить Дайна.
— Да, — ответила ей Нормани. — Мы даже в некотором роде обязаны. Но если мы будем там, каппы узнают о своем провале. Они могут закатить скандал.
— Они не посмеют. Не при всех. Тем более ты действительно думаешь, что они до сих пор не знают? — сказала Лорен.
— Лорен права. Они знают, — поддержала девушку Элли.
— И что теперь? — спросила Дайна.
— А теперь вы посидите у нас до позднего вечера, после чего я отвезу вас домой. Завтра вы начнете собирать свои вещи, будете читать книгу по истории сестринства и делать свои дела. Послезавтра вечером вы придете обратно сюда, дадите клятвы, и мы отправимся на вечеринку. Если нам повезет, и мы выживем, то мы перевезем ваши вещи в дом на следующей день, — ответила ей Лорен.
— Ненавижу, когда ты так делаешь, — заявила Мани, — будь спонтанной, детка!
— Ладно, я думаю это прекрасный план, — сказала с улыбкой Дайна.
— Поддерживаю, — согласилась с подругой Камила.
— Тогда за нас и нашего милого щеночка-стратега, — произнесла, поднимая стакан с лимонадом Элли.
— Иди к черту, — ответила ей Лорен и подняла и свой стакан тоже.
Остальные посмеялись над кислым выражением лица девушки и подняли свои стаканы в ответ.
