Вдыхай меня

      Шону понадобилось много времени, чтобы успокоить Камилу и убедить ту, что все будет в порядке. Он отвлекал девушку различными историями до тех пор, пока она не начала оживать и улыбаться сквозь слезы. Когда Камила достаточно успокоилась, они перебрались в гостиную. Сидя в небольшой гостиной парня на мягком диване, они говорили сперва на какие-то отвлеченные темы, но не уходя далеко от их основной. Говорили так, как можно только под покровом ночи: откровенно и честно. Шон вновь и вновь доказывал, что он именно тот друг, о котором можно только мечтать. ― И так… расскажешь мне о том, что мучает тебя? ― спустя какое-то время, неуверенно спросил у Камилы Шон.       Камила тяжело вздохнула и обвела взглядом комнату. Сколько раз она здесь бывала? Девушка слабо улыбнулась, когда вспомнила как Шон учил ее брать новые аккорды прямо в этой комнате, как она учила его правильно читать и говорить на испанском. Сколько времени они разделили друг с другом? «Шон. Милый Шон. Как же просто было бы любить тебя» ― подумала Камила.       Ей нравились его добрые и искренние глаза, которые светились всякий раз, когда он смотрел на нее. Нравилось слушать его теплый и мягкий голос. С ним ей всегда было легко. Но у Камилы всегда было ощущение, что что-то не так. И оно не уходило, сколько бы они не провели времени вместе и сколько бы раз он не доказывал, что он действительно «лучший парень». А теперь… теперь все встало на свои места. Между ними не было химии и притяжения. Камила его просто не хотела. Она хотела Лорен. ― Страх, ― спустя какое-то время, наконец, тихо ответила Камила. ― Я так боюсь, Шон. ― Чего именно ты боишься? ― парень смотрел ей прямо в глаза. ― Я боюсь, что теперь не знаю, кто я. То есть, я всю жизнь была уверенна, что мне нравятся парни. А что теперь? Кто я? Я боюсь реакции родителей. Но больше всего я боюсь, а вдруг Лорен не чувствует того же, что и я? Что мне тогда делать со своими чувствами? ― слезы вновь появились в ее глазах.       Парень усмехнулся ей. ― Боже, Мила, ― в голосе Шона звучали нотки смеха, как будто ее страхи лишь веселили его. ― А не наплевать ли тебе на этот ярлык с ориентацией? Какая разница парень это или девушка? Ты влюбилась в личность прежде всего. Тебе нет необходимости себя идентифицировать как-то. Но если ты чувствуешь необходимость в этом, то у тебя вся жизнь чтобы найти ответ. Это во-первых. Во-вторых, твои родители… они примут тебя любой, ― он покачал головой и слегка пожал плечами, как будто это было чем-то элементарным для понимания и уверенно улыбнулся. ― Если они любят тебя хотя бы вполовину так сильно, как я представляю из твоих рассказов, то они примут это. И в-третьих, ― он снова хмыкнул, а в его глазах мелькнула грусть. ― Я ведь сказал, что видел, как вы друг на друга смотрели. Я не говорил, что видел только как ты на нее смотрела. Лорен тоже влюблена в тебя. Я в этом уверен на все сто процентов. В конце концов, в тебя сложно не влюбиться. Я влюбился. И думаю, что еще около полусотни парней, а может и девушек тоже.       У Камилы перехватило дыхание, а где-то в горле образовался удушающий комок. Она знала о чувствах Шона, но до этого момента он их никогда не озвучивал, не желая давить на нее. Но сейчас эти слова просто сорвались с его языка и теперь они оба сидели несколько потерянные и смущенные, с единственной разницей, что Камила еще и испытывала чувство вины. ― Мне так жаль, ― прошептала через силу Камила. ― Я не думала о твоих чувствах, когда пришла сюда и все тебе рассказала. ― Все в порядке. Я понимаю, что тебе кто-то был нужен для поддержки. И несмотря ни на что, я рад, что этим человеком оказался я. Я ведь прежде всего твой друг и останусь таковым навсегда. Ты не виновата, что не можешь ответить на мои чувства. А мои чувства… когда-нибудь они пройдут, ― Шон ласково улыбнулся Камиле и погладил ее руку. ― Почему я не влюбилась в тебя? ―Камила с нежностью смотрела в теплые глаза парня и грустно улыбалась ему. ― Может, потому, что я парень? ― усмехнулся он, а после засмеялся над слегка нахмуренным выражением лица Камилы.       Но после Камила широко ему улыбнулась и ее глаза вновь засеяли. Они опять вернулись к простому приятельскому общению и это лишь доказывало, что их отношения будут в порядке. И это делало Камилу очень счастливой. Но после пары минут уютной тишины, наполненной мягкими улыбками и глупыми ухмылками, Шон снова стал серьезным. ― Что ж, ― парень слегка прокашлялся, а потом обратил все свое внимание на Камилу. ― Я хочу дать тебе то решение для твоей ситуации, которое вижу я. Начнем с очевидного. Лорен и ты влюблены друг в друга. Это было замечено мной давно. И, вынужден признаться, не только мной, ― Камила уже открыла рот, но Шон ее опередил и ответил на еще не заданный вопрос. ― Однажды Нормани по-пьяни завела со мной разговор на тему того, что ей кажется, что Лорен смотрит на тебя не совсем, как на друга. Но мы не ушли в этом разговоре слишком далеко из-за ее… рассеянного внимания. А я просто проигнорировал это. Но это было давно и сейчас не имеет никакого значения. Так вот, единственное решение, которое я вижу ― ты идешь к Лорен, и вы говорите друг с другом. Ты уже признала свои чувства к ней. И теперь все, что тебе осталось так это перестать бояться. Вы должны откровенно поговорить. А потом… ― он слегка усмехнулся, ―, а потом вы будете самой милой парочкой универа и меня будет подташнивать всякий раз, когда мы будем встречаться. Но со временем и это пройдет, ― Шон ей задорно подмигнул, тем самым давая понять, что просто шутит.       Камила усмехнулась ему в ответ, а после снова обернулась в свои не самые яркие мысли. Сомнения и страхи все еще одолевали ее. Но в словах Шона был смысл. Ей не нужен никакой ярлык на свои чувства. Ее родители… Шон прав, они примут это. Но Камила все еще боялась, что ее чувства могут быть безответными. Она снова мысленно вернулась в момент их поцелуя с Лорен. Может, Лорен все же испытывает к ней какие-то чувства. «Не может ведь человек целовать так нежно и сладко, когда не влюблен? Или может? Но даже если у нее есть чувства, почему она мне о них не говорила? Она, как и я, их игнорировала?» От количества вопросов у нее снова начала болеть голова. «Боже! Я такая трусиха. Но я должна поехать и поговорить с ней. К черту все! Это же Лорен. Это… моя Лорен». Камила решительно встала с дивана. ― Эй, куда ты? ― Шон продолжал сидеть на диване и следить за девушкой. ― Ты прав, Шон, ― Камила нервно облизнула губы, ― я должна поговорить с Лорен. ― Воу, воу, воу, ― он поднялся с дивана и поднял руки, преграждая Камиле путь. ― Мила, сейчас же почти три утра. Может ты ей просто позвонишь и назначишь встречу днем, а заодно и скажешь, что ты в порядке? Она, наверное, волнуется. А переночевать можешь здесь.       Камила вспомнила про свой отключенный телефон и снова почувствовала вину. «Разумеется она волнуется. Надо было ей хотя бы смс отправить». ― Нет, я должна ехать сейчас, ― в ее глазах была решительность. ― Прости меня, я правда никогда не хотела делать тебе больно, ― Камила крепко обняла Шона, а спустя секунду почувствовала ответные объятия. ― Я знаю, ― он быстро чмокнул ее в макушку и отпустил, ― я позвоню консьержу он вызовет такси, а ты пока обувайся.       Камила обула свои кеды и спустя несколько минут Шон проводил ее вниз до машины, там они еще раз обнялись на прощание. ― Спасибо тебе за все, ― сказала Камила. ― Не за что, ― Шон разорвал их объятия и посмотрел на девушку с легкой улыбкой. ― Что ж, удачи тебе. Будь просто откровенна в своих чувствах. Ждать я тебя не обещаю, но… ― парень усмехнулся ей, но фразу заканчивать не стал.       Камила покачала головой и усмехнулась, садясь в машину. ― Увидимся, Шонни.       Дверца такси закрылась и через секунду оно тронулось с места. ― Увидимся, Мила, ― прошептал парень в холодную, утреннею пустоту.