My madness - you

       Я, кажется, люблю тебя, Чиминни.       Чимин медленно засыпал, прокручивая это фразу в сотый раз у себя в голове. Вся больница словно была окутана во мрак, резкий холод прорывался под одежду и обнимал каждый чувствительный участок смуглой кожи.       В ушах начинало противно звенеть, раздражая этим ещё больше и так не устойчивые нервы.       В мыслях со скоростью света пролетали картинки прошлого, настоящего и даже будущего, если омега не ошибается. Пак видел их на большом экране, к которому начал медленно подходить, останавливая картинки на определённых моментах и детально рассматривая их.       Как ни странно, это были фото.       На первом он совсем ещё ребёнок, стоящий в объятиях такого же маленького Юнги. Детские глазки неподдельно блестели счастьем, а широкие улыбки заражали такой же радостью всех вокруг.       На втором фото Пак видел себя подростком и Юнги, стоящего у окна в доме напротив. На фотокарточке Чимин делал какое-то домашние задание, низко склонившись над тетрадью, а внизу подпись «Он всегда был рядом и оберегал тебя от бед.»        Чимин сначала не понял смысла, но потом к нему дошло. Это всё связь истинных.       Даже на расстоянии и незнании о том, что твой истинный был твоим другом, альфа все эти годы оберегал младшего своей аурой и присутствием частички собственной души.       На третьем фото Пак пришёл в универ в свой первый учебный день и, опять же, он заметил всё того же альфу, который стоял у дерева, подпирая его одной ногой, и курил, глядя в сторону своей пары.       «Он всегда наблюдает за тобой.» — гласила вторая надпись.       Чимин прекрасно знал, что Юнги не было в том доме напротив, что был запечатлён на втором фото, да и дом всегда пустой был, что пугало боязливого омегу, но всё-таки чем-то он манил в свои просторы и парень понял чем. Если там был якобы Юнги, значит и его туда тянуло, чтобы быть ближе к родственной душе.       Такие душещипательные мимолётные истории топили в сердце лёд паренька, и глаза у того стояли на мокром месте.       Четвёртое фото совсем выбило Пака из колеи.       На картинке был он, Чимин, Юнги, священник, много людей, множество которых омеге неизвестно, его родители, большое количество украшений и цветов. А ещё золотое кольцо, которое альфа надевал Чиму на палец, при этом глядя в глаза с неимоверной любовью и заботой.       «Это что, наша свадьба?! Бред какой-то! » — твердил в мыслях себе омега.       Начиная с четвёртого фото, остальные были на семейную тематику: то парни держат маленький свёрток из одеяла и голубой ленты в руках; то гуляют с красивой чёрной коляской по парку; фото, где Чим наряжает рождественскую ёлку вместе с тёмноволосым малышом, а их на камеру снимает Юнги и ярко улыбается.       Чимин думал, что это бред сумасшедшего, но ему до одури были приятны такие картины. Он очень хотел, чтобы после того, как они выберутся из этого места, их с Юнги ожидало светлое будущее только с приятными моментами и такими же тёплыми воспоминаниями.       Но в сознание резко ворвался тот омега, который преследовал их альф в виде фантома.       Парень стоял напротив лилового в облике вполне живого человека, не считая еле заметного белого сияния вокруг его силуэта.       Тот искренне улыбался и смотрел добрыми глазами на Чима. Именно глазами, а не пустыми, чёрными глазницами, которые навеивали холод и тревогу.       Он перестал ощущать страх к этому парнишке буквально за секунду.       К омеге, который пах магнолией, подошёл красивый, высокий и крепкий парень, судя по виду он был альфой, и запах его был просто волшебным. Шатен пах весной, той вольной свежестью, которую хотелось постоянно вдыхать и не выпускать из лёгких.       Альфа тоже приветливо улыбался и обнял того омегу, всем своим видом говоря, что это его омега.       — Я нашёл своё счастье спустя сотни лет, — начал говорить узник больницы, и голос его оказался просто ангельским как и внешность, — мой истинный всё время был рядом со мной, но я этого упорно не замечал равно так же, как и ты своего. Мой альфа тоже всё время оберегал меня и старался каждую секунду быть рядом, но мой отчим всё испортил. Этот ужасный человек не дал мне шанса стать любимым при жизни, он запихнул меня в эту чёртову лечебницу, где меня сделали больным, а затем жестоко убили. Я правда не хотел причинять вам всем вред, но это нужно было сделать. Я стал узником этой постройки на одну сотню лет и мог быть закованным здесь столько же, пока не пришли вы. Раньше, все кто здесь бывал, не понимали, чего я от них хочу, и сходили с ума, либо же смогли выйти, но в их смертях я не виноват. Я знал, что мой истинный уже отправился на небеса, и я так хотел его встретить, когда понял кто он, но увы, у меня этого не получилось. Эта больница не выпускала меня за её пределы и не давала мне шанса, как и мой отчим, я нуждался в чужой помощи. С вашим приходом всё изменилось, и я решил действовать до конца. Я специально вас запутывал и не давал найти нужную дверь, чтобы вы вышли, потому что хотел, чтобы вы поняли, что от вас требуется. Я хотел свободы, и вы были моим проводником. А потом я понял, что всё не так гладко между вами. Я видел только двоих счастливых среди вас, того странного альфу и его не менее странного омегу, они по настоящему любят друг друга. Из-за вас я стал играть против правил, пошёл против сущности лечебницы. Я обязан был усыпить твоего альфу, чтобы до него дошло, кто ты, а затем и ты понял, кто он тебе, и я это сделал. И я уже почти выбрался, но больница требует что-то взамен, и я не смог противиться, я отдал его. А сейчас, я хочу чтобы проснулся и вышел отсюда со своими друзьями и со своим альфой, как и я с моим. Ты не держи на нас зла, я просто хотел быть рядом с любимым, и чтобы вы тоже почувствовали такую же любовь.       Чимин слушал парнишку и не верил. Во время его рассказа, тонкую руку сжимала в знак поддержки рука побольше, и сила альфы чувствовалась. Пак и подумать не мог, что происходило в этом месте, пока они прибывали здесь. Он уже верил, что все они тут умрут, а всё оказалось предельно просто.       Тонкий лучик света прорывался сквозь потолок и звал омегу к себе родным голосом, на что Чимин повёлся и последовал за ним.

***

      Чимин резко распахивает глаза и щурится от яркого света, протирая глаза. Вся комната была в белых тонах и очень ярко пахла медикаментами.       Больница.       Пак перепугнулся и сел в больничной койке. Рядом на стуле спал Мин и резко подорвался от шороха рядом.       — Чиминни, ты проснулся, — тепло улыбнулся мятноволосый.       — В смысле? Почему я здесь?! — чуть ли не рыдая, шептал севшим голосом омега.       — Ох, милый, ты разве не помнишь?       Получив отрицательный поворот головы, альфа продолжил.       — У тебя позавчера начались схватки и я вызвал скорую, чтоб ехать в роддом, ну тебя привезли и забрали у меня. Потом вышел врач и сказал, что будут делать кесарево и ввёл наркоз. Ребёночка удачно достали и он сейчас в детской, а ты не просыпался два дня, потому что остро реагируешь на препараты. И я безумно рад, что ты очнулся, — ответил Юнги и обнял мужа.       — То есть, у нас есть ребёнок?       — Угу, и не забывай, что мы женаты.       Чимин охуел от жизни и происходящего в ней, но в дверь палаты постучались, и вошёл молодой медбрат-омега, который принёс маленькое чудо, получившиеся от любви двух истинных.       — Смотри, малыш, твой папочка очнулся, теперь можешь быть рядом с ним. Держите малыша, — мило улыбнулся брюнет, передавая комочек в руки омеги и тихо покинул палату.       — Как назовём нашего омежку? — тихо спросил Юн, умиляясь с крошечной ладошке на его пальце.       — Пусть будет Юоки.       — Ну, здравствуй, Мин Юоки, добро пожаловать в семью, — улыбнулся старший и поцеловал своих омег.       За день к Чимину вернулась память. Он помнил о первом свидании с Мином и каким нелепым оно было, помнил их первый поцелуй и первый раз. Прекрасно помнил как они начали жить вместе, поженились и зачали малыша.       О том сне про лечебницу он благополучно забыл и не рассказал обо всём своему мужу, ну и правильно.       Жизнь наладилась, всё шло своим чередом, ребёнок чуток подрос и радовал своих родителей и их друзей.       Беременный Тэхён любил выносить мозг заёбаному Хосоку, Джин и Джун стали встречаться после сорванной лекции и планировали свадьбу через два года, заметно сблизившись со своими студентами и начали дружить тремя счастливыми семьями.       Только в заброшенной псих.больнице на окраине Сеула, в холодной тёмной палате, со следами крови на стенах и потолке, в углу сидел парень, который с каждой минутой сходил с ума всё больше, у которого голос охрип от криков помощи и рыданиях, и сейчас он слышал тяжёлые размеренные шаги, что направлялись в сторону его палаты.       Все забыли о Ённаме. Абсолютно все, кроме сущности этой больницы. Теперь он станет её узником вместо того омеги.       Пришёл его конец.