Бог для Бога. Предоставьте дело двойняшкам.

Только на улице, уже открывая дверцу своего «жука» Эмма поняла, что делает глупость. — Еще бы письмо прислала ей: любимая, если ты спишь с Эльзой, то заканчивай, я уже еду! — выругала себя она. Действительно, глупее способа «поймать» на горячем, придумать было нельзя. Жук, который почти десять лет стоял, больше напоминал боевого носорога в брачный сезон своим звуком мотора и еще за пару миль его можно было услышать. Блондинка нашла единственный способ узнать об отношениях жены с королевой и удостовериться в том, что та её не приглашала. Эльза свое появление в Сторибруке объяснила желанием мужа посмотреть на сказочный город, о котором ему так много рассказывали. Миллс она добавила, что хотела бы принести извинения за случай на балконе сада. Женщины решили и этот вопрос, после чего королевская супружеская чета отправилась в гостевую, где должны были готовиться ко сну. Дэниэль, проверив детей и прочитав сказку своему младшему сыну, спустила вниз, выключая свет. Брюнетка хотела было присоединиться к сыну, чтобы поспать, но вспомнила о не до конца проверенном отчете бывшей жены. А завтра чертова пятница! И если Эмма не получит исправленный вариант- утром понедельника её мать разорется на общем собрании. Подставлять пусть и бывшую, но все же супругу, ей никак не хотелось. — Это все потому, что она мать моих детей…- говорила она себе. Взяв с кухни стакан с водой и усевшись в своем кремового цвета кожаном кресле, заместитель мэра взялась за бездарный отчет шерифа Свон, которая в это время занималась обходом территории вокруг дома, пытаясь понять, где её бывшая жена. — Значит, в кабинете… Ну-ну…- сузив глаза от замеченного тусклого света, прорычала она, прежде чем снова раствориться в белой дымке. Когда эта самая дымка появилась в рабочем кабинете особняка, Миллс не задумываясь атаковала, запустив пару фаейрболлов и только реакция Эммы спасла её задницу от поджаристой корочки. — Свон! А если бы я тебя убила?! — рявкнула на неё Дэниэль. Брюнетка очень испугалась за детей- мало ли, что могла притащить за собой Эльза! Блондинка поднялась на ноги и быстро осмотрев кабинет, и не найдя никаких следов посторонних, довольно улыбнулась. — Тогда тебе бы пришлось это объяснить нашим детям.- весело ответила она. Миллс закатила глаза: экстравагантные и необдуманные поступки всегда были в стиле бывшей супруги и поэтому, вернувшись в кресло, она снова взялась за отчет. — Отчет отвратительный! Но полагаю ты здесь не за этим. Итак, что тебя привело в мой дом да еще и в такое время? -спросила она. — Мой дом… А что ты хотела?— грустно подумала Спасительница. — Просто зашла проверить, все ли в порядке. Мне показался странным внезапный визит гостей королевской крови.- нашла что ответить, Свон. Брюнетка с минуту стучала ручкой по столу, прежде чем заговорить. — Или ты пришла проверить, не трахаюсь ли я с Эльзой.- взяв обеими руками эту самую ручку, сказала она.- Если удостоверилась, что нет- катись отсюда! И не смей больше даже думать о таком! Я в своем доме и тут мои дети! Дэниэль разозлилась от одной только мысли о таком, а когда лицо Эммы отразило на себе то, что она попала в точку- вообще вышла из себя и теперь метала молнии одним только взглядом. — Твоей матери наличие Генри не мешало! — не подумав, ляпнула блондинка. — Свооон! — запустила в неё новым шаром, Миллс. Эмма вновь увернулась от него и быстро перепрыгнув, схватила супругу за талию. — Что? Что Свон? — крепко держа свою бывшую жену, спросила она.- Может, это? Блондинка уже не контролировала свои действий: в ней бушевали страсти- обида, злость, ревность, тоска и растоптанная в Эренделльском саду любовь. И не думая ни о чем на свете, она с силой рванула на себя рукав платья Дэниэль, припадая губами к её шее. Ткань быстро поддалась, а молния на спине издала рвущийся звук- платье было безвозвратно испорчено, хотя это было именно то, чего хотела Свон весь вечер: сорвать с любимой это чертово платье и снова сделать её своей. — Соскучилась? Хочешь поиграть? Будут тебе игры, шериф!— подумала брюнетка, когда губы бывшей жены прикоснулись к её шее. Миллс уступать не стала- сначала на пол полетела куртка Эммы, затем была разорвана и бессменная белая майка. — Это тебе за платье! — выдохнув, ответила она на не заданный Свон вопрос. Ладонями шериф продолжала избавляться от ненавистного атласа, телом вдавливая заместителя мэра в собственный дубовый стол. Говорить что-либо не хотелось, хотелось совершенно другого- того, что не досталось Эренделльской королеве. Свон впивалась губами в шею брюнетки, грубо прикусывая нежную кожу зубами и сразу же зализывая следы. Губы медленно переходили с одного места на другое, покрывая её шею бордовыми отметинами и укусами. Миллс наконец, издала хриплый стон и вцепилась в её плечи мертвой хваткой, впиваясь в нежную и белоснежную кожу своими ноготками. — Ты ведь хочешь меня, верно? — спускаясь поцелуями к груди, прошептала Эмма. — Заткнись! — шикнула ей в ответ, Дэниэль. Ухмыльнувшись ответу, блондинка приподняла её за ягодицы, усаживая на стол и наваливаясь всем телом сверху. — Хочешь, я знаю…- как в бреду, шептала блондинка, терзая руками остатки когда-то прекрасного синего платья. — Я сказала, заткнись! — рыкнула в ответ, Миллс, расстегивая джинсы блондинки. Когда с ненужной на этот момент одеждой было покончено, губы наконец, встретились с губами в страстном противостоянии- они то и дело до боли прикусывали губы друг друга, стараясь донести что-то личное друг до друга. Что-то более глубокое, чем примитивная страсть, в которой еще недавно друг друга и обвиняли. Ногти Дэниэль снова прошлись по животу Эммы, от чего у последней пробежала дрожь по телу, побудившая её, крепко сжать ягодицы бывшей жены. Каждое новое действие сопровождалось стонами и вскриками обеих женщин и пока еще Миллс была способна соображать- она перенесла их в спальню. — Заклятие звукоизоляции.- пояснила свои действия она. — Еще не сняла? Ждала кого-то? — ревниво спросила Свон.- А как же лекция о детях? — Заткнись! — повалив её на кровать, прохрипела брюнетка, накрывая её губы новым жарким поцелуем. Это слово, определенно, стало словом дня. Дэниэль восседала на бедрах Эммы, лаская руками и губами все участки её тела, что попадались. Свон уже была далеко не здесь и на все прикосновения и поцелуи, чередуемые укусами, отвечала стонами удовольствия. — Сегодня, Свон, я трахну тебя так, как захочу! Я покажу тебе, что значит «горячо».- помня обиду даже сейчас, прорычала она. — Ошибаешься, дорогая, сегодня ты-моя! — ловко поменяла их местами, Эмма, сразу же принимаясь целовать упругую грудь возлюбленной, буквально оторвав лифчик. Белье обеих женщин уже промокло насквозь, но ни одна не хотела прекращать этого безумия с кучей засосов и укусов, расцарапанных спин и рук. Блондинка не уступала своей бывшей супруге и во всю прокладывала себе дорогу к самому жаркому месту, которое манило её сквозь кружевное белье. Легонько царапая бедра, Свон, наконец, развела ноги брюнетки в стороны, начиная целовать её сквозь белье. Миллс издавала громкие стоны от немного грубых, но властных действий бывшей жены. Происходящее ей нравилось, не смотря на все нюансы. Резко дернув на себя ставшее совсем мокрым белье Дэниэль, Эмма припала ртом к её клитору, начиная активно заниматься им. — Мммм, — наслаждаясь её вкусом, простонала бравый шериф.- Ты такая вкусная. От запаха и вкуса любимой ей всегда сносило крышу и постоянно хотелось еще и еще. — Эмма! — выгнулась всем телом, Миллс, хватая её за волосы. Строгая мадам заместитель мэра чувствовала, что кончает от этого умелого языка в её лоне и не в силах сдерживаться, шла ему на встречу, вцепившись руками в простыню. Эмма не собиралась давать ей передышку после первого финала и понимая что тот скоро накроет с головой, по привычке протянула руку к прикроватной тумбочке, в которой всегда под заклятьем лежали их «игрушки». И в этот раз она не ошиблась, шаря рукой- она наткнулась на то. что искала. Только после третьего мощнейшего по силе, оргазма, Свон уступила ведущую роль. Которой Миллс воспользовалась сполна. Блондинка кричала в голос, хватаясь руками за спинку кровати, пока её бывшая жена трахала её языком и пальцами. Она кричала в голос, прижатая к подоконнику, пока бывшая супруга, хватив её за белокурые волосы, доводила её до исступления. Она кричала в голос, пока лежала на ворсистом полу их супружеской спальни, кончая от позы «ножницы», извиваясь под стройным телом любимой. Изнеможденные, они рухнули на тот самый пол, где и уснули, в объятиях друг друга. Первой проснулась Миллс и обнаружив себя лежащей на абсолютно голой Спасительницы, внимательно всматривалась в её безмятежное сонное лицо. Все тело ныло от секс-марафона, который они устроили прошлой ночью, завершившейся пару часов назад. Не удержавшись, она поцеловала свою Свон в подбородок, от чего та смешно сморщила свой прекрасный носик и причмокнув, провела по её ягодице ладонью. — Это была ошибка! Каким местом я думала, когда позволила этому случиться снова? Хотя понятно каким… Очень даже понятно… Мы не должны были этого делать! Теперь это точно больше не повториться! Свон всего лишь справила свою нужду, будем считать, что и я тоже!— раздумывала, Дэниэль. Нехотя, она сползла с бывшей жены и посмотрев на неё в последний раз, отправила её сонную тушку в лофт, сама направляясь в душ. Скоро нужно будить детей, а еще нужно успеть убрать беспорядок в кабинете, который они учинили ночью. Не говоря уже о следах, оставленных Свон, на её теле. Эмма довольно потянулась на кровати- её тело тоже ныло приятной усталостью, но проведя рукой по кровати, её постигло разочарование: никого рядом не было. А когда она открыла глаза то и во все обнаружила себя в лофте, при чем абсолютно голую. Это автоматически говорило, что прошлая ночь ей не приснилась. Только вот ощущения стали из радостных, гадосными. Она почувствовала себя использованной и выкинутой за ненадобностью. Свон было обидно и больно, но собрав волю в кулак, она последовала примеру бывшей жены, направившись в душ. — Мам, а почему куртка мамы Эммы тут? — заметив куртку второй матери, спросил Кристиан. Воспоминания о прошедшей ночи ворвались в голову заместителя мэра, яркими картинками поцелуев, прикосновений и царапин. — Она была вчера по поводу работы.- благодаря Бога за то, что на ней суперспособность жены и младшего сына не работает, соврала она. — Ясно.- опустив глаза, расстроено сказала мальчик. — Чем планируете заняться? — перевела тему разговора Дэниэль. Ей как матери было тяжело смотреть как раз за разом печалятся её дети из-за их с Эммой проблем, которые казались уже бесконечными. Может, зря они так? Может… Нет, не может… Или все-таки может? Весь день душу заместителя мэра терзали сомнения- она сомневалась. Они и сомневалась. Женщина не терпящая полутонов- сомневалась в собственных решениях. Эльза и Гаретт были на попечении Белль и Руби, дети были в школе и Дэниэл, наконец, исполнил свою мечту, подходя к вопросу обучения со всей серьезностью. Казалось, что это он, а не Генри учится в университете. — Ариэль, пригласите шерифа Свон на четыре вечера.- нажав кнопку, сообщила о своем решении, заместитель мэра. Блондинка не была удивлена тому, что её вызвали к «шефу». — Наверняка будет говорить о том, что вчерашнее ночное безумие было ошибкой и что нам нужно забыть об этом, Свон…- бормотала она по пути к мэрии, передразнивая интонацию. Постучав в дверь, она с тяжелым сердцем толкнула дверь рукой. — Добрый вечер, заместитель Миллс. Вызывали? — спросила она, входя. Брюнетка стояла к ней спиной, обхватив себя руками, в обнимающем жесте и смотрела в окно. — Присядь, Эмма.- начала она.- На счет того, что было между нами… — Я поняла, мисс Миллс. Можете не продолжать- оборвала её, Свон, поджимая губы.- Что-то еще? — Я хотела сказать, что не жалею. И я хочу узнать то, что было в том дневнике.- развернувшись к ней лицом, произнесла Дэниэль. Эмма подумала, что ослышалась- сказанное после сделанного утром, было чем-то не реальным. — Мы можем попробовать снова? — добавила брюнетка, прямо добивая свою бывшую жену.- И на счет сказанного в Эренделле-это… — Не правда.- закончила за неё, Свон.- Тебе было обидно. Я понимаю. Прости меня. Как реагировать на все это, обе женщины не понимали и от того, попросту кивали на краткие фразы друг друга. — Я думаю, нам нужно время. Черт, я не знаю, Дэни.- откинулась в кресле, Свон. — Я понимаю.- кивнула Миллс.- Это все, можешь идти. Брюнетка вернулась на рабочее кресло, а блондинка, почти дойдя до двери, резко развернулась и молнией полетела к ней. — Да Господи, Миллс! — прижимая к себе для поцелуя, воскликнула Эмма. А в это время, гости города были в компании жены Темного и покинув её, королева Эренделла держала в руке, крепко зажатый кинжал Темного. Её цель была достигнута и только наивный Гаретт считал, что это он настоял на путешествии сюда. У всякой любви есть последствия и у не разделенной и отвергнутой-тоже.