Бог для Бога. Предоставьте дело двойняшкам.

У семьи Миллс была проблема… Блондинистая такая и кудрявая по имени Эмма Свон… И проблему эту нужно было решать, при том в короткие сроки. Посовещавшись, семейный совет решил, что стоит пока сосредоточиться на поиске кинжала Темного мага, а потом уже на самой Спасительнице. Миссия эта была предоставлена детишкам, которые должны были, пока их семья отвлекает королеву Эренделла, найти и подменить кинжал на муляж. Конечно, это было обязательной частью плана- производить впечатление. Миллс все-таки имели склонность к разного рода эффектным выступлениям с переодеваниями и клубами дыма, раскатами грома и блеском молнии. Такова уж натура Зелены, Реджины и её дочери. Хотя Кора была сторонницей немного другого подхода: сначала вырви сердце, радуйся и пляши с бокалом сухого мартини, потом. День за днем на Эльзу сваливались все новые проблемы: то в городе помоги, то с Миллс поторчи, то Миллер пристанет со своим обучением! Никакого покоя блондинке не было ни днем, ни ночью. Впрочем, королева Эренделла была не глупа и начала подозревать что дело не чисто. И возможно, виной всему та, которую она надеялась навсегда стереть из Сторибрука. И пусть теперь она заперта в городе со своим мужем, но забрать у Спасительницы «счастливый конец» считала долгом всей жизни. Миллер казалась странной и не понятной. Впрочем, общения с людьми реального мира у неё по сути было не так уж и много, однако, переживать за кинжал она стала больше. — Я не понимаю, почему не работает поисковое зелье и заклинания! — шипела Реджина, расхаживая по своему кабинету. — Вероятно потому, мама, что кинжал не принадлежит никому. Ни Эльзе, ни тем более Голду. Вот поэтому-то мы и должны изменить наш план.- пояснила Дэниэль. — И что ты предлагаешь? — проворчала мэр. — Дорогая, это элементарно! — вступила в разговор Кора.- Мы должны спровоцировать её! Чтобы она бросилась проверять кинжал! Это предложение действительно было самым здравым. Переигрывать было нельзя и поэтому, поручить задание пришлось юным Свон-Миллсам, которые делано невинно спросили у своей бабули о знаменитом кинжале мистера Голда, в присутствии Эльзы. -Хочешь что-то спрятать, сынок, прячь на видном месте! — ухмыльнулась Миллс старшему сыну. Это была хороша возможность потренировать сына в применении заклинания невидимости. С помощью «капюшона Ноктюрнал» эти двое проследили за королевой Эренделла, которая спрятала кинжал Голда не в чаще леса, как предполагалось, а у всех под носом- в гробу конюха Дэниэла. Когда блондинка покинула свой тайник, юный сын шерифа заменил настоящий кинжал на муляж и после тщательного осмотра с гордым видом вручил его матери. — Отлично, родной. Пока не будем отдавать его мистеру Голду, иначе он её просто убьет! — приняла кинжал Дэниэль.- Завтра, а точнее уже сегодня будет очень веселый день! Родной, будь добр, сделай подарок тете Эльзе. Тако же, как сделал бабушке Коре в позапрошлом году. Этим утром весь город собрался на экстренное заседание городского совета. Эмма искренне не понимала всего происходящего и кидала в сторону Реджины растерянные взгляды, Голд очень надеялся что это именно то, о чем он думает, а местные жители выдвигали одну теорию за другой, разнося свой приглушенный шепот по залу. — Что ж, если все собрались, мы можем начать наше собрание.- с кошачьей ухмылкой, произнесла мэр Локсли. Из клубов густого серого дыма появилась женщина. Женщина, как две капли воды похожая на саму мадам мэр в строгом серебристого цвета костюме и блестящим золотым обручальным кольцом, как у шерифа. Миллс долгое время искала подходящий для истинного вида якорь и вспомнив о кольце, которое было символом любви и брака, сразу же призвала его. — Простите, кажется я слегка опоздала.- насмешливо произнесла она, походя на сцену под изумленные взгляды Сторибрукцев. — Мама.- кивнула Дэниэль, Реджине старшей. — Доброе утро, дорогая! — поприветствовала дочь, Локсли.- Итак, может быть Эльза сама начнет? Королева Эренделла внутренне напряглась и не сводила злобного взгляда с Голда. У неё был козырь и взмахнув руками, она получила его. По крайней мере, Эльза так думала. — Темный! — произнесла она.- Я приказываю тебе! Голд не двинулся с места, продолжая смотреть на ухмыляющихся женщин семьи Миллс. — Что? — непонимающе, спросила саму себя Эренделльская королева.- Я приказываю тебе! — Ты еще перед носом у него потряси кинжалом, вдруг подействует! — съязвила Реджина, вызывая грубый хохот у женщин своей семьи. — Давай я попробую? — просмеявшись, предложила Дэниэль.- Тебе явно нужна помощь. — Что здесь происходит? — очнулась Эмма. Все это время шериф находилась в неком немом ступоре- это эффектное появление выбивало почву из-под ног и вызывало немало вопросов. — Свон, ты не во время с геройскими речами! — шикнула на неё Дэниэль.- Не это ищешь, Ваше Величество? Миллс вытащила кинжал Темного и продемонстрировала его. И Эльза поняла, поняла что её провели накануне ночь. Но кто? Но как? Как эта богиня Безумия смогла найти лазейку? Бросив ненужную и абсолютно бесполезную вещь на пол, Эльза попыталась атаковать детей Свон-Миллс, идя по сути ва банк. Глаза заместителя мэра налились кровью, когда магия искрами затрещала в направлении её детей, а остальные женщины семейства Миллс зажгли по паре файерболлов. Спаситель вытаращила глаза, от происходящего- её мозг отказывался воспринимать все это. Дэниэль выставила руки вперед, отбрасывая целый ряд, на котором сидела Эльза, в стену. — Не смей нападать на моих детей! — громко крикнула она. Полтора года назад, детишки Свон-Миллс, прознав, что остаются на выходные с Корой, нашли выход из ситуации путем лишения последней, магии с помощью браслета, окропленного в зелье невидимости. Рецепт они «позаимствовали» и конечно же, обязательно хотели вернуть на место, у своей бабушки Реджи. — Моих детей? — одними губами произнесла Эмма. Её движения губ не были замечены заместителем мэра, которая походкой пантеры приближалась к распластавшейся на полу, Эльзе. — Голд! — проходя мимо Темного мага, протянула она кинжал. — Ты… Посмела наложить проклятие на мой город, на мою семью, забрать у меня любимых и думала, что я не найду способ вернуться? Ты глупая, наивная и самонадеянная девчонка! — рычала Дэниэль.- Видишь ли, ты стерла память, но не меня. Я- Бог! Бог Безумия, жена Спасителя, дочь Злой Королевы и внучка Королевы Сердец! Неужели ты можешь тягаться со мной?! Кем ты себя возомнила?! Миллс занесла руку с зажженным огненным шаром над своей головой, но её схватили за руку. Эмма крепко обхватила её запястье, побуждая опустить руку. — Пусти! Пусти меня! Я прибью эту тварь! — шипела на неё Дэниэль, сопротивляясь. — Ты ничего не сделаешь, кто бы ты ни была! — прорычала в ответ, Свон.- Или после того, как расскажете, какого черта здесь происходит! Брюнетка и блондинка с минуту смотрели друг на друга в молчаливом противостоянии и все же, Миллс сдалась. Ну почти. Она щелкнула пальцами, сковывая королеву Эренделла цепями. — Так никуда не уйдет.- вырвавшись из очередного захвата бывшей жены, пояснила она. — Как вам всем известно, несколько месяцев назад, мы гостеприимно приняли у себя Эльзу и Гаретта. Однако, вместо того, чтобы ценить наше радушие- её Величество пошла на большое преступление.- начала Дэниэль, возвращаясь на сцену.- Она не смогла вынести того, что я и шериф Свон снова вернулись к брачным отношениям. На город было наложено проклятие с помощью кинжала мистера Голда, который она украла у Белль. И воспользовавшись моим отъездом, воплотила свои планы в жизнь. Дэниэла Миллс никогда не существовало и все ваши воспоминания о страшной аварии, в которой погиб старший сын мэра Локсли, ложные. Вы меня знаете как Элиссон Милленр, но я-Дэниэль- Кора Миллс, старшая дочь Реджины Миллс и я и есть тот самый «Дэниэл». Но как видите, я жива и здорова. Убить меня не возможно, поскольку я-Бог. Мистер Голд, снимите уже это чертово проклятие. Я хочу побыть наконец, со своей семьей! Брюнетка с легкой улыбкой посмотрела на Темного мага, который насупился и не решался сказать то, что должен был сказать. — Я не могу этого сделать, заместитель Миллс.- выдавил из себя она. — Что значит не можешь? — вмешалась Реджина. — Проклятие наложено тобой! — поддержала мать, Дэниэль. — И разрушить его, как всегда можно одним только способом. Пора бы уже запомнить каким! — с недовольством, ответил Голд. — Твою торговку мать, Голд! Раньше сказать было нельзя? — накрыв глаза ладонью, воскликнула Миллс. — Моя мать не была торговкой! — обиженно ответил Темный. — Да мне плевать! Хоть феей крестной она была! — ответила Дэниэль из-за чего лицо Голубой феи приняло зеленоватый оттенок. Судя по всему, Рул Горм не радовала перспектива упоминаться в контексте родства с Темным магом. — Так, погодите…- вскинула руки, Свон.- Это что, все правда? Мы что, реально под проклятием? — Нет, Эмма, у нас здесь сборище тайного общества душевно больных людей. Как видишь, довольно многочисленное! — рявкнула на неё, Миллс.- Ну, Эльза… Закованная в цепи королева Эренделла недобро улыбалась, глядя на близкую к истерике Миллс и ничего не понимающую Свон. — Значит… Проклятие разрушит поцелуй истинной любви? — поинтересовалась Реджина. — Именно, Ваше Величество. Поцелуй истинной любви дочери Прекрасного принца и Белоснежки и дочери Злой Королевы. Так было всегда.- подтвердил Темный. — Погодите, то есть я и…эта женщина…- покосилась на Миллс, Эмма.- Но блин, я была замужем! И…и у меня дети! — Представь себе, у меня тоже дети! При том те же самые, что и у тебя! — рыкнула Дэниэль.- Значит, все начинается сначала… Разбор полетов растянулся на несколько часов. Из зала тоже последовали крики и восклицания. Единого мнения не было и у Свон-Миллс-Локсли. — Ты совсем что ли с ума сошла?! Я должна по-твоему пройти экспертизу на мое материнство?! — прорычала Миллс. — Иначе ты не подойдешь к моим детям! — крикнула ей Эмма. — Это и мои дети тоже! — вторила Дэниэль — Вот и посмотрим! — прямо в лицо, рычала Свон. — Вот и посмотрим, Свон.- с вызовом ответила брюнетка.- И как только я получу бумаги на руки, сразу же заберу их домой! Реджина —старшая не знала, что и сказать: с одной стороны, часть неё верила Миллер, а часть, все равно оставалась подозрительной. Эмма и Дэниэль же смотрели друг на друга ненавидящим взглядом, буквально прожигая дыры друг в друге. — И если все то, что ты рассказываешь- правда, то виновата в этом только ты! — не удержалась от морального укуса, шериф.- Значит, давала повод! Кто знает, где ты шаталась по ночам, Миллс-Миллер! Хлесткий звук пощечины прервал все жаркие споры местных жителей. — Никогда…- процедила Дэниэль.- Никогда в своей жизни, Свон… Даже когда я напрочь отбивала свои чувства к тебе, я тебе не изменяла. В отличии от тебя! И хочу тебе напомнить с чего все началось: ТЕБЕ надоела наша семья! Эмма хлопала глазами, держась за горящую огнем щеку. Местные затаив дыхание, смотрели на происходящее, раскрыв рты и ожидая ответа от бравого шерифа Свон. — Не смей! — прикрикнула она на дочь Злой Королевы.- Я всегда любила свою семью! — Даааа? — зло протянула Миллс.- Смею спросить: почему тогда твой мнимый муж с тобой развелся, а? Я отвечу: потому что, кое-кто предпочитает посиделки в норе с виски, своей «любимой семье» и пьяные душеизлияния бармену, вместо того, чтобы мчаться к упавшей головой вниз дочери! Шериф задыхалась от собственно бурной реакции на слова брюнетки. Ответных слов было так много, что все они никак не желали умещаться в одном предложении. Смущало и то, что воспоминания были какими-то размазанными, расплывчатыми. Вроде бы все сказанное копией мэра- правда, но увидеть четко она не могла. Дэниэль же по-настоящему несло в её гневе. И предыдущее понимание всей сложности принятия ситуации, напрочь выветрились из её головы. Она боролась за то, что принадлежало ей- за своих детей. И пусть эта борьба была с Эммой, но она была. — Вообще, дорогая, я хочу сказать и еще кое-что…- с дьявольским блеском в глазах, продолжила Миллс, но внезапно у неё перехватило дыхание. Женщина прижала ладонь к груди, сдерживая подступивший к горлу рвотный позыв. По лицу брюнетки словно проходило по миллиону слабых электрических разрядов, дышать было тяжело, голова кружилась, картинка начала расплываться перед глазами, а звуки были похожи на клокотание воды. — Что? — опомнилась Свон.- Закончились бредовые аргументы? Но Дэниэль её совсем не слышала. Вместо ответа, слегка покачиваясь, она посмотрела в её серые глаза, пытаясь сконцентрироваться хотя бы на их цвете, но все плыло, принимая вид размазанной картины, который художник со зла пачкал красками. Гул в ушах становился все сильнее, а собственное сердцебиение отчетливее. -Дэни? -Мам?! -Мама?! -Мама?! -Она вам не мать! -Ведьма! — Мама…- протянула руку на голос матери, Миллс, прежде чем сознание покинуло её.