Кто ты?

— Ингрид! Солнышко, пора вставать! Слова Тамары плохо доходили до Ингрид. Она очень хотела спать, да и идти в новую школу у девушки не было никакого желания. Всё ещё сонная Ингрид пошла умываться и чистить зубы. Тамара вновь готовила завтрак, а Михаил спокойно спал в кровати. Взбодрившись, Ингрид поняла, что страх внутри неё стал ещё больше. Идти в школу ей совсем не хотелось. Съев овсяную кашу, девушка пошла одеваться. — Удачи тебе, дочка! — сказала мама, когда Ингрид была уже у двери. Девочка вышла из дома. Она некоторое время постояла на улице и, наконец, медленным шагом побрела в сторону школы. Погода была всё такой же по-осеннему прекрасной, но ощущение тревоги и страха становились просто невыносимыми, в какой-то момент Ингрид даже хотела развернуться и пойти домой, но она понимала, что это невозможно. Вскоре она оказалась в том переулке, где они шли вчера. Зайдя в школу, девушка сдала одежду в гардероб и подошла к расписанию. Первым уроком была алгебра в двадцатом кабинете. На пути к кабинету ей встретилась Мария Алексеевна. — А, ты новенькая. Агнесса, да? — Нет, Ингрид. — Прости. Пойдем в кабинет, я познакомлю тебя с твоим классом. Вместе они вошли в кабинет, весь класс был уже на месте. Ингрид посмотрела на них. Здесь было около двадцати человек, примерно поровну мальчиков и девочек. — Здравствуйте, Ольга Васильевна. Знакомьтесь, это ваша новая ученица — Ингрид. Перед Ингрид стояла учительница алгебры, на вид ей было лет шестьдесят. — Ну, думаю, вы дальше без меня, — сказала Мария Алексеевна и вышла из класса. — Ингрид, садись вот сюда, — Ольга Васильевна указала на первую парту, где никто не сидел. Ингрид молча села и начала доставать учебники. Класс по-прежнему смотрел на неё. Начались перешёптывания, которые, однако, быстро прекратились — Ольга Васильевна начала урок. Она оказалась строгой, но справедливой учительницей. Новенькие ученики в классе для неё были обычным делом, которому она не придавала большого значения. Раздался звонок. Ольга Васильевна озвучила домашнее задание и попросила удалиться из класса. Ребята начали собираться. Ингрид вышла последней. В коридоре её уже поджидали новые одноклассники. — Привет, новенькая! — обратилась к ней высокая, красивая девочка с длинными рыжими волосами. — Ты откуда? — Из Румынии, — тихо сказала Ингрид. По недоуменному лицу спросившей Ингрид девочки было видно, что она не знает, где это находится. — Ну, хорошо, будем знакомы. Ты ведь Ингрид, кажется, да? А я — Соня. — Приятно познакомиться, — сказала Ингрид. — А мне вот нет, пока я не узнаю тебя получше, — с ухмылкой ответила Соня. Ингрид недоуменно посмотрела на неё. — Видишь ли, — начала Соня, — в наш класс тебе так просто не вступить, у нас тут особые правила. — Да не слушай ты её! Она со всеми новенькими так прикалывается, — вступилась светловолосая девочка с зелёными глазами. — Это Настя, — представила ей Соня, — не слушай её, она всем всегда врёт. Правда ведь, Настя? — С ухмылкой поинтересовалась она. — И кто это мне говорит?! — с сарказмом сказала Настя и ушла, не став дожидаться ответа. — Ну ладно, пусть идёт. Итак, Ингрид, ты знаешь, что такое прописка? — поинтересовалась Соня. — Что? Нет. К чему ты это вообще? — Ингрид начала нервничать, а Соня явно наслаждалась этим. — О, раз ты не знаешь, я тебе расскажу! — А потом и покажет, — сказала девочка-блондинка, стоящая возле Сони. — Ну да, потом и покажу, конечно, — ответила Соня, а затем продолжила, — в общем, смотри, когда заключенный попадает в тюрьму, он проходит прописку. Для этого он всего лишь должен что-нибудь сделать, типа окунуться башкой в унитаз или прыгнуть на стол головой вниз с верхней койки. — Но ты не волнуйся, мы тебя в унитаз окунать не будем… Ну сегодня, по крайней мере, — с сарказмом добавила Кристина. Соня с Крис сразу засмеялись над этой шуткой. — Хватить прикалываться. Я пойду, — сказала Ингрид и спешно начала уходить. — Ну, куда же ты, Ингрид! Я же тебе не всё рассказала! — Крикнула ей вдогонку Соня, и Ингрид услышала, как они обе загоготали. Следующим у них был русский язык. Ингрид простояла около кабинета до самого звонка. Знакомиться с ней явно никто не хотел. Большинство человек стояли возле Сони. Остальные же общались мелкими группами по два-три человека и иногда искоса поглядывали на неё. Сама Ингрид смотрела на Настю. Пока она только одна отнеслась к ней хорошо. Прозвенел звонок, все зашли в класс. Урок оказался скучным. Ольга Викторовна — их преподаватель по русскому языку, была очень нудной и по нескольку раз повторяла одно и то же. Но вскоре всё закончилось, прозвенел звонок. Ингрид быстро собрала вещи и вышла из класса самой первой, чтобы поменьше видеться с Соней. Эта перемена ничем не отличалась от первой, но в этот раз Ингрид сама решила заговорить с кем-то. Она подошла к невысокого роста с черными волосами девочке. — Привет, я Ингрид! А тебя… Ингрид не успела договорить, как сзади она услышала знакомый голос. — Смотрите, Ингрид заводит себе друзей, — язвительно произнесла Соня. — Но я бы тебе не советовала дружить с ней. — Почему это? — спросила Ингрид. — А она у нас лесби, так ведь, Катюша? — Это не правда, почему вы со мной так поступаете? — со слезами на глазах проговорила Катя. — А как нам с тобой поступать? Ты достойна только такого, — сказала Крис. — Да пошли вы, — крикнула Катя. И только она сделала шаг, Соня резким движение ударила ее кулаком. От сильной боли Катя упала на пол, схватившись за живот. — Если ты ещё хоть раз повысишь голос на нас, то будешь лежать уже на больничной койке. Поняла меня, сучка лесбийская? — Склонившись над ней говорила Соня. Катя же в ответ только кивнула, продолжая лежать на полу, сжимаясь от жуткой боли. — Как ты можешь поступать так с человеком? — возмутившись, спросила Ингрид. — А тебя это не касается. Как хочу, так и обращаюсь. Ты не думай, у тебя ещё всё впереди, — сказала Соня, подойдя ближе к Ингрид. — И только попробуй кому-нибудь сказать, подумай сначала о последствиях, которые тебя ждут, а уже потом делай что-нибудь, солнышко моё, — отстраняясь от Ингрид, промолвила Соня. Соня с Крис ушли в сторону столовой. Девушка быстро подошла к Кате и помогла ей встать. — Как ты можешь терпеть это? — спросила Ингрид. — А что ты мне прикажешь делать? Если рассказать директору, будет ещё хуже, он её накажет, а потом Соня выловит меня где-нибудь и будет бить до тех пор, пока я не буду просить пощады. Нет уж, спасибо, мне этого не надо, — почти на одном дыхании говорила Катя. — И вообще пока ты не подошла, всё было нормально, так что больше не подходи ко мне, пожалуйста. С этими словами Катя ушла в туалет. Ингрид же осталась думать над словами, которые сказала девочка: «Пока ты не подошла». В глубине души она понимала, что это всё из-за неё, но ведь к ней Соня так же могла подойти и просто нагрубить, а может, даже и ударить. Размышления Ингрид прервал звонок на урок. Ей так неохота было идти в класс и видеть довольное лицо Сони, которое так и говорит: «Скоро настанет твой час». Ещё был урок, который Ингрид просто не любила — геометрия. Настроение у неё было, как бы помягче сказать, не очень. Ингрид подошла к двадцать седьмому кабинету, где её уже поджидала Соня со своей шестёркой Кристиной. — Что, опаздываем? — язвительно спросила Соня. — А тебе-то какая разница? — Мне никакой. Вот если Светлана Александровна узнает, она тебя в клочья порвёт, уж поверь, мы знаем. — Ты врёшь? — огрызнувшись, сказала Ингрид. — Дай пройти. — Да, пожалуйста, — сказала Соня, отходя от двери. Но только Ингрид сделала шаг, она тут же почувствовала сильный толчок в спину и, оступившись, упала на пол. Соня и Крис смеялись и показывали на неё пальцем. — Новенькая, разве тебя не учили, что надо смотреть под ноги, — смеясь, спросила Крис. Ингрид ощутила в себе приступ ярости, который раньше никогда не испытывала. Она встала и хотела уже ударить смеющуюся Соню, но Кристина оттолкнула её обратно на пол. Ингрид упала на спину и почувствовала жгучую боль в позвоночнике. — Ну что, получила, мразь? — яростно сказала Соня. — И только попробуй меня ещё раз ударить, в следующий раз ударю я, вот тогда тебе точно не поздоровится. Ясно тебе, уёба подзаборная?! — Эй, что с тобой? — спросила Крис. Ингрид лежала на полу и сжималась от сильной боли по всему телу. Она была настолько невыносимой, что с её губ срывался дикий крик. На шум прибежала учитель геометрии и директор, проходящий мимо кабинета. — Что тут происходит? — взволновано спросила Светлана Александровна, когда увидела лежащую Ингрид на полу. — Что с ней? — взволновано спросил директор. — Соня, что произошло?! — Мы просто разговаривали, и вдруг она резко упала, — испуганно ответила Соня. — Таблетки! — вдруг через оставшиеся силы крикнула Ингрид. — Что? Какие таблетки? — расспрашивала учительница. — Где они? Ингрид! Девочка моя, ответь, где они лежат? — приподнимая ее, говорил директор. — В сум… Не успев договорить, девушка потеряла сознание. Директор быстро подбежал к портфелю и вытряхнул все, что там было и нашел небольшой пузырек. Геннадий Петрович снова приподнял Ингрид и, открыв пузырек, достал оттуда белую капсулу и быстро положил её в рот. — Ну же, девочка, открой глаза, — умоляюще говорил директор. Все в классе смотрели на происходящее с равнодушием, будто это не человек, а какое-то бездушное тело. Только одному человеку было не все равно — это Настя. Ей было настолько не по себе. Она готова была отдать всё на свете, лишь бы Ингрид открыла глаза. Настя не понимала, ко всем другим новеньким она относилась нейтрально, а сейчас будто эта девочка, лежащая на полу, была для неё самым близким человеком, без которого она не сможет прожить и дня. Из раздумья её вывел кашель Ингрид. — Дыши, дыши. Давай, вот так, молодец, — говорил директор, приподнимая её, чтобы той стало легче дышать. — Всё нормально, — с хриплым голосом говорила она. — Ну ты нас и напугала, Ингрид, — садясь на стул, сказала Светлана Александровна. — Сейчас я позвоню твоим родителям и попрошу, чтобы они тебя забрали. Через минут двадцать Тамара и Михаил уже ожидали девушку возле школы. Директор рассказал, что произошло. Михаил взял на руки Ингрид и понёс в машину. Без посторонней помощи Ингрид не сделала бы и двух шагов. В машине под гул мотора Ингрид уснула. — Мы должны ей рассказать, — говорил Михаил своей жене. — Давай ещё немного подождём. Мне кажется, она ещё не готова. — Нет, сегодня мы ей всё расскажем и точка! — на повышенных тонах проговорил Миша. — Хорошо, — сказала Тамара, не пытаясь даже возразить мужу, видя, в каком он сейчас состоянии. Она сидела на переднем сиденье и повторяла в голове одну и ту же фразу: «Всё будет хорошо».