Where The Lonely Ones Roam

Itʼs too late, too late to make mistakes All flowed with all of my games Tired and slow to erase the pain But it goes on and on with every breath I take Charlotte OC — Cut the Rope

— Цель уничтожена, — монотонно докладываю я и переключаюсь на следующую камеру. — Отличная работа, — говорит Джузо, останавливаясь. — Дожидаемся группу и возвращаемся. Гуль попался несговорчивый и ликвидироваться совершенно не желал. Ребятам пришлось гнаться за ним через весь квартал, распугивая прохожих. В итоге он столкнулся с Тамаки и Микаге, которые бросились в обход, чтобы перехватить его. Сработало. Закончив с вызовами, я отключаю связь и вношу необходимые пометки в дело. Официальный отчет буду писать позже, но это помогает ничего не забыть. Выходные прошли замечательно. Никаких гулей и прочих агрессивно настроенных личностей, мыслей о работе и переживаний. Понедельник наступил слишком быстро, вернув все вышеперечисленное на место. Я возвращаюсь к данным, которые собрал предыдущий отряд, занимавшийся Коллекционером. Они тоже предполагали, что гуль берет головы в качестве трофея. Джузо сомневается в этой версии. Зачем? Почему тогда он не ест остальное? Выходит, что охотится где-то на стороне, а вот такие убийства — просто хобби? Сегодня перед тренировкой я загляну в полицию, чтобы пообщаться со знакомым детективом. Мне ближе все-таки версия с трофеем. Оставшаяся часть дня проходит за составлением отчетов. Джузо по-прежнему сам ничего не пишет, но теперь хотя бы соглашается читать их перед отправкой. А может, просто вид делает, кто знает. Когда я начинаю собираться, Сузуя изъявляет желание пойти со мной. Отговорить его не получается, приходится смириться. Детектива о своем визите я уже предупредила, поэтому в полицейском участке прямиком иду к стойке регистрации и показываю удостоверение. Парень сверяет мои данные со своими записями и вопросительно смотрит в сторону Джузо. Хорошо, что в этот раз документы у него с собой, в итоге все обходится без эксцессов. Нас провожают к кабинету детектива Хирано. — Шика, рад тебя видеть, — с улыбкой произносит невысокий лысеющий мужчина, вставая со своего стула. — Проходи, проходи. О, ты с напарником? Ну же, познакомь нас. — Добрый день. — Я делаю поклон и закрываю за нами дверь. — Это Сузуя Джузо, следователь старшего класса и мой непосредственный руководитель. В глазах детектива мелькает удивление, когда он переводит свой взгляд на парня. Я носком туфли легко стучу по его тапку. Джузо перестает глазеть по сторонам и обращает свое внимание на Хирано-сана, даже вполне вежливо его приветствует. Пронесло. — Присаживайтесь, — говорит детектив, указывая на два стула напротив своего стола и возвращается на место. — Как ты, Шика? Как Тецуо? — У меня все хорошо. Насчет Тецуо не знаю, мы больше не вместе, — вежливо отвечаю я, дежурно улыбаясь. Хирано-сан — старый друг моего отца. Они частенько встречаются, чтобы выпить вместе и обсудить дела, непутевых детей и прочие интересные проблемы. Иногда он приходил к нам в гости. Возможно, до сих пор приходит, не знаю. — А я-то думал, ты остепенишься, выйдешь замуж, детишек заведешь. — Детектив смеется, я скептически хмыкаю. — Ладно, ладно, давай к делу. Достав из сумки тонкую папку, передаю ему. Джузо так и не соизволил сесть и сейчас маячит у меня за спиной, действуя на нервы. Хирано-сан просматривает документы, которые я ему принесла, и хмурится. Там совсем немного информации, ничего лишнего. Мне просто нужно узнать мнение опытного человека, поймавшего не один десяток негодяев. — Головы, значит, — бормочет детектив, пока мы терпеливо ждем. — Я не совсем понял, что ты хочешь от меня? Если нам попадается гуль, то дело сразу же переходит к вам. — А что происходит с теми делами, где на первый взгляд гуль не фигурирует? — спрашиваю я, достав блокнот. — Понял, — говорит детектив и, отложив папку, откидывается на спинку стула. — Тебя интересует, не было ли у нас дел с отрезанными головами в последнее время? Я мило улыбаюсь. Не совсем. Я уже сама влезла в базу данных полиции и все просмотрела. Однако, мне известно, что есть случаи, когда информация туда не заносится, а так и остается в пыльных архивах. А недавние дела могут просто не успеть забить в базу. — Таких не было, — отвечает Хирано-сан на мой вопросительный взгляд. — Можешь поспрашивать в других отделах, но вряд ли подобный случай остался бы без огласки. Если рассматривать вашего гуля как человека… У него ведь есть система, так? — Мы полагали, что он воспринимает головы в качестве трофея, — говорю я, нацелившись ручкой в блокнот. — Вы полагали, — поправляет Джузо и все-таки садится на соседний стул. — Он уносит головы и не ест остальное. Гули так не делают. Это уже не трофей. — Верно, — кивает Хирано-сан, с интересом глядя на Сузую. — Личности с подобными отклонениями любят вести охоту на жертв, в этом они схожи с гулями. Трофей для них — символ победы, достижение конечной цели. — А конечная цель стандартного гуля — утоление голода, — бормочу я, записывая все в блокнот. — Давайте рассмотрим такой вариант. — Хирано-сан встает и начинает вышагивать туда-сюда по своему маленькому кабинету, заложив руки за спину. — У нас есть серия убийств. Наш преступник — человек. Он убивает женщин и забирает головы. Зачем? Почему именно головы? В некоторых культурах особым почитанием пользовалась именно голова, не сердце. Кельты считали, что в голове и находится душа, они даже верили, что она может жить отдельно от тела. — Гуль-культист? — с сомнением уточняю я. — Мы живем в страшное время, девочка, — со вздохом говорит детектив. — Я лишь хочу сказать, что вам не нужно опираться на то, что преступник забирает голову просто ради коллекции. Он забирает ее с конкретной целью. — Ищет нужную, — задумчиво говорит Джузо. — Это интересно. Мы направим запрос о сотрудничестве с полицией и вернемся к вам в ближайшее время. Пойдем, Шика. Сузуя встает, прощается и стремительно покидает кабинет. Я извиняюсь перед удивленным детективом и спешу за своим начальником, на ходу запихивая блокнот в сумку. Догнать его удается уже на выходе. — В чем дело? — спрашиваю, когда он милостиво останавливается, чтобы меня подождать. — Есть одна идея, — торжественно заявляет Джузо. — Потом расскажу, сначала кое-что проверю. А ты иди на тренировку. Он целует меня в щеку и чуть ли не бегом направляется на другую сторону улицы. Я удивленно смотрю ему вслед и раздумываю, стоит ли пойти за ним. В конце концов, успокаиваю себя мыслью, что вряд ли Сузуя что-то натворит, и возвращаюсь домой, чтобы забрать спортивную сумку. Интересно, зачем ему вдруг понадобилось официальное сотрудничество с полицией? По дороге в главное управление я все еще обдумываю слова Хирано-сана. Голова должна что-то значить для Коллекционера. Возможно, если мы поймем, что именно, то найдем его. Надеюсь, идея, которая появилась у Джузо, нам поможет. Зайдя в лифт, я, останавливаюсь и собираюсь нажать на кнопку цокольного этажа. Вопреки намерениями палец ползет вверх. Несколько секунд не могу отвести взгляд от цифры «14». Толком не думаю, что делаю, нажимаю на нее. Лифт с едва слышным гудением поднимается вверх, я смотрю на маленький экранчик, где отсчитываются этажи. Двери открываются, но я не двигаюсь с места, ноги будто приросли к полу. Закрыв глаза, тыкаю пальцем на нужную кнопку. Глупо, как же глупо. Хайсе ждет меня в тренажерном зале. Он сияет аки рождественская звезда и говорит, что сегодня мы увеличим нагрузку. Перед тем, как начать, Сасаки внимательно осматривает и даже прощупывает мою ногу, чтобы убедиться в полном выздоровлении. Все в порядке, я это могла и так сказать. Бинт мне был не нужен уже на второй день отпуска. Наконец-то из головы уходят все мысли об отрезанных головах и злобных кельтах. Хотя бы на полтора часа. Мои ноги все еще слабые и увеличенную нагрузку воспринимают негативно. Но я стараюсь, каждый раз напоминая себе, что сама этого захотела. Больше я не окажусь в ситуации, когда нечего противопоставить враждебно настроенному гулю, ни за что. Видимо, поэтому после заминки снова валяюсь на полу, ожидая, когда ноги перестанут трястись. Черт меня дернул притащиться сегодня на каблуках. Может, домой пойти в спортивной форме? — Завтра в восемь? — спрашивает Хайсе, присаживаясь рядом. — Ага. Сегодня пробежку мы пропустили, Сасаки не поверил, что с ногой все нормально. Надо было поохать во время осмотра. — Как думаешь, как скоро мне удастся начать учиться самообороне? — спрашиваю я, прикрыв глаза. — Ну… — Хайсе запинается. Видимо, не хочет сильно уж меня расстраивать. — Не думаю, что скоро. — Да ладно уж, говори как есть. — По предварительным исследованиям — через год, — со вздохом сообщает он. — Супер. Еще целый год я буду абсолютно бесполезной в случае опасности. — Как у тебя-то дела? — интересуюсь, приподнимаясь на локтях. — Все никак не могу спросить. — Хорошо, — преувеличенно бодро заявляет он и улыбается. Сасаки вечно улыбается, когда пытается врать. Я продолжаю скептически смотреть на него. — Мне кажется, что меня стали ненавидеть чуточку меньше. — Я уже говорила тебе не обращать на них внимания? — Это не так уж важно на самом деле, — помедлив, говорит Хайсе, и улыбка меркнет. — Ничего другого я все равно не знаю. — В смысле? — удивленно уточняю, приподнявшись еще немного. Сасаки пожимает плечами, глядя в пол. Мне требуется вся выдержка, чтобы подавить любопытство и не устроить допрос с пристрастием, наплевав на вежливость. Решив, что вряд ли дождусь от него ответа, укладываюсь обратно на пол. Ноги потихоньку перестают подрагивать, и это хорошо. Может, доберусь домой без проблем. — Я ничего не помню, — каким-то бесцветным голосом признается Хайсе. Приложив усилие, сажусь и смотрю на него. На ум приходит только два вопроса: — До CCG? Что, вообще ничего? Он качает головой. Я молчу, не зная, что сказать. Каково это? Лишиться прошлого и оказаться в кругу людей, большинство из которых тебя ненавидит. Жутковато. — Знаешь, я могла бы… Не договорив, замолкаю. Хайсе поднимает голову и смотрит на меня с интересом и какой-то затаенной в глубине глаз надеждой. А я пытаюсь сложить факты. По словам Коори-семпая, его привел в CCG Арима. Бог смерти поручился за него, лично обучал и тренировал. Когда мы взламывали его компьютер, Уи просил скачать все файлы с датой от начала битвы в двадцатом районе. Где находился Арима в ту ночь? Он отправился защищать подземный путь, перекрывая гулям отход. Потом следователь сразился с Совой, но пришел уже слишком поздно. Не суть. Возможно ли, что там, в тоннелях, он нашел гуля с одним какуганом? Но почему тогда Сасаки ничего не помнит? — Я могла бы поискать информацию, — задумчиво говорю, понимая, что размышляю уже слишком долго. — Особо не рассчитывай, но, возможно, найду что-нибудь интересное. — Я был бы тебе очень благодарен, — с улыбкой говорит Хайсе. А вот у меня уверенности в своем предложении поубавилось. Ладно, если найду что-то плохое, то всегда могу сказать, что ничего не было. Я пыталась уже накопать информации о Сасаки Хайсе, но тогда не совсем представляла, что нужно искать. — Чего уж там, ты на меня столько времени тратишь. — Я улыбаюсь, обводя рукой тренажерный зал. — Отплачу хотя бы этим для начала. — Хорошо. Шика… Он смотрит куда-то мне за спину, в сторону входа. Прежде, чем я успеваю обернуться, парень вскакивает, спешно кланяется и говорит: — Следователь особого класса Уи, добрый вечер. Я вздрагиваю и оборачиваюсь. Тут же пытаюсь встать, но колено подгибается. — Сиди, — произносит семпай, и на его губах мелькает тень улыбки. Хайсе говорит, что ему нужно уйти, и быстро покидает тренажерный зал. Куда он понесся в спортивной форме-то? Я поднимаю голову, но тут же опускаю ее, наткнувшись на внимательный взгляд Уи. Не могу. — Вы пришли на тренировку? — как можно более беззаботно спрашиваю и даже пытаюсь улыбнуться. — Я уже ухожу, не буду вам мешать. — Сиди, — повторяет он. — Мне отсюда видно, что у тебя ноги дрожат. Увы, сейчас это не только от нагрузки. Но я послушно не двигаюсь с места. Несколько секунд тянутся неимоверно долго. Вот семпай подходит и неожиданно садится рядом. Не выдерживаю и удивленно смотрю на него, но опять быстро отвожу взгляд. Больше всего на свете я сейчас не хочу видеть его глаза, то выражение, что было в них тогда в лесу. — Я слышал, что ты снова начала тренировки, — говорит Уи, выпрямляя одну ногу и сгибая другую. — И попросила о помощи последнего человека, кого я бы рекомендовал. — Хайсе сам предложил, — негромко произношу и запоздало понимаю, что пытаюсь оправдываться. — Мне просто надоело, что когда на меня нападает гуль, я даже ответить не могу. Если бы Масуми вовремя не убил ту девушку… — Масуми, — тихо повторяет семпай. — Простите, — тут же отзываюсь, с усилием сгибаю ноги и обнимаю колени, пристроив на них подбородок. — Это уже не важно. Я постараюсь чему-нибудь научиться хотя бы сейчас. — Похвально, — говорит Уи, скептически хмыкнув. Видимо, вспомнил наши неудачные попытки. В зале снова повисает тишина, от которой хочется поскорее сбежать. Семпай сидит ко мне вполоборота, я смотрю в одну точку прямо перед собой. Что нужно говорить в такой ситуации? Оправдываться? Умолять? Я не знаю. Мне бы подсказочку. — Не молчи, — тихо просит Уи. Я снова вздрагиваю и закрываю глаза. Зачем он меня мучает? — У нас в отделе кипит работа, — сообщаю я, пожав плечами. Лишь бы нарушить молчание. — Джузо проводит регулярные рейды, выискивая гулей. Теперь официально. — Я слышал. Его хотят наградить. — Не удивительно. У него получается все лучше и лучше. Мы ездили на Идзу недавно. Останавливались в отеле на побережье. Помните его? — Помню. Ты вытащила меня туда, не желая слушать протесты. Хвасталась, как хорошо умеешь плавать. — Не надо, — почти жалобно прошу я, утыкаясь лицом в собственные колени. — Так нечестно. Вы не можете ненавидеть меня и напоминать обо всем хорошем, что было. Я заслужила, но… Не надо. — Почему ты думаешь, что я ненавижу тебя? — удивленно спрашивает Уи. — Я не слепая, семпай, я видела, как вы смотрели на меня в ту ночь. Он молчит, и от этого не легче. Конечно, была надежда, что Коори сейчас будет все отрицать. Глупая, но была. — Шика… — Я защищала гуля, — твердо говорю, сжав руки в кулаки. — Хотела ему помочь, считала, что он не заслужил того, что с ним сотворили. Вы видели. Мне нечем себя оправдать. Я лишь благодарна, что вы ничего не рассказали. Голос начинает дрожать, приходится прерваться. Делаю глубокий вдох и продолжаю: — Мне жаль, что я подвела вас, простите. Если хотите, постараюсь больше не попадаться вам на глаза. Уи снова оставляет мои слова без ответа, только берет за запястье и заставляет отвести руку в сторону, осматривает пострадавшую конечность. Там уже все зажило, видно лишь небольшие следы от ссадины. — Я знаю, что вы больше никогда не будете мне доверять, — едва слышно говорю я. — Простите. Коори отпускает руку. Теплая ладонь ложится на шею и давит немного в сторону, заставляя поднять голову от колен. Он сжимает пальцами мой подбородок, не позволяя отвернуться. — Глупая, — с усмешкой говорит семпай и меняет положение так, что мы теперь сидим лицом друг к другу. — Простите, — снова извиняюсь, сама не зная, зачем. Уи перемещает ладонь с шеи на затылок и, поняв, что я уже не пытаюсь отвернуться, убирает пальцы с подбородка. Подавшись вперед, заставляет сделать то же самое и прижимается лбом к моему. — Я доверю тебе свою жизнь, — уверенно произносит он, и у меня не получается отвести взгляд. — Прости, что заставил тебя мучиться. — Не вы должны извиняться… — Эй. Не перебивай старших. У меня в жизни немного близких людей, и я тебя не потеряю. Ясно? — Ясно, — шепотом повторяю, закрыв глаза. — Но я ведь… — Вот теперь можешь помолчать, — улыбнувшись, предлагает Уи. Не выдерживаю и прижимаюсь к нему, пальцы впиваются в рубашку. Руки семпая ложатся мне на спину, обнимая крепче. Я столько времени думала, что он меня ненавидит. Мне казалось, что все, конец, больше ничего не будет. Что из-за собственной глупости я потеряла его. И вот теперь сижу на полу тренажерного зала и цепляюсь за Коори, боясь отпустить. — Не реви, — строго приказывает Уи, но я слышу, что он улыбается. — Я не реву, — обиженно возражаю, хоть глаза и правда на мокром месте. — Насчет того, что произошло… — Забыли, — отрезает Коори, не дав мне договорить. Хорошо. Пусть так. Я согласна на все, что угодно, у меня нет ни сил, ни желания это обсуждать. Да и добавить нечего, все, что можно было, уже сказали. Начнем новую партию. Идиллию прерывает телефонный звонок. Я всегда беру мобильник с собой на случай экстренного вызова. Дернувшись, смотрю в сторону невысокого столика, который установлен здесь как раз для таких целей. Большинство следователей тащат телефоны даже на тренировки. Семпай поворачивается, отклоняется назад и подает мне мобильник. Звонит Джузо и просит срочно приехать, говорит, что нашел зацепку. — Хорошо, — отвечаю я, прокашлявшись, и уточняю: — Ты где? Ответ является полной неожиданностью. — Что? — в ужасе переспрашиваю и смотрю на Уи. — На каком еще кладбище?