Кошмарный сон

Все начинается кошмарным сном. Постукиванием пальцев по поверхности зеркала. Кто-то зовет его по имени, медленно ворочает языком буквы, но Геральт не успевает понять кто. Просыпается, чувствуя себя загнанным в ловушку. По окну перебирает ветвями дерево, в темноте похожее на лапу чудовища. Кровать скрипит, когда Геральт падает обратно на подушки. Всего лишь сон. До рассвета еще много времени. Геральт закрывает глаза и оказывается в лабиринте, переплетении многих зеркал. Загадка, на которую он не помнит ответа. Осколки брызгами разлетаются во все стороны, стоит ему только начать вглядываться в свое отражение, начать различать силуэт за своей спиной. Сон болезненный и яркий. Просыпается Геральт в холодном поту, еще более уставший, чем когда лег в постель. В ведьмачьем деле рефлексы – одна из вещей, которые помогают выжить. Усталость их притупляет, но Геральт идет на риск. Нельзя, чтобы погибали люди. Броня не спасает от сильного удара, и рана слишком серьезная, чтобы справиться одними ведьмачьими эликсирами. Еще один шрам. К счастью, прежде чем боль лишает Геральта последних сил, он наносит чудовищу смертельный удар. Он закрывает глаза, чтобы немного отдохнуть, а открывает их уже у лекаря. Старик с залысиной и в очках говорит что-то, но слова звучат какофонией – ни понять, ни ответить. Что-то опять увлекает Геральта в бессознательность. Он видит лицо о’Дима, его мягкую, но пугающую улыбку. О’Дим протягивает к нему свою руку, касается спутанных волос. Белый цвет под кончиками его пальцев становится красным, как кровь. «Вот мы и встретились снова, Геральт» Пальцы обводят внезапно проступивший на лице знак, каждую черточку. Боль расползается тысячью жалящих насекомых по лицу, Геральт стискивает зубы, но вскрик все же вырывается из горла. Боль – Геральта, наслаждение – О’Дима. Вторая рука Господина Зеркало касается свежей раны. Проникает в нее, шевелится в ней, заставляя колени подкашиваться, а легкие надрываться от недостатка воздуха. «Ты же не думал, что все так просто закончится, верно, Геральт?» В глазах о’Дима – дьявольский огонь. И именно тогда, когда Геральт думает, что еще чуть-чуть и боль станет непереносимой, Гюнтер со смехом отпускает его. Геральт падает, и падение заканчивается пробуждением. Лекарь смотрит на него с удивлением, бледный, будто увидел саму смерть. - Ваша рана... Ее нет. Даже шрама не осталось. И Геральт не чувствует боли, хотя очень хорошо помнит ее.