Hope There's Someone

      Вы когда-нибудь замечали, как время меняет свой бег? То его течение стремительно и незаметно, минуты сменяются часами, и мы успеваем только менять листы на календаре, а то оно тягуче и медленно, размерено и вязко. Стрелки на часах цепляются друг за друга, проходя каждое деление, осторожно и не спеша так, что хочется подойти и сдвинуть ленивые стрелки, прилипшие к одной цифре.       Виктор уступил настоянию Анджея и не стал садиться за руль, позволив другу отвезти его к месту назначения, о чем пожалел уже неоднократно. Ему казалось, что все машины города одновременно выползли на дороги создав эту удушающую пробку. Если бы до места заточения Ника можно было добраться пешком, его бы уже здесь не было. Но дело в том, что звонок засекли в промзоне за городом, и вот теперь Вик томился в машине, проклиная этот город, эти дороги и себя. Город за густонаселенность, дороги за их узость и малую пропускную способность, себя за свое бессилие, за то что он здесь, а Никита где-то там, хрупкий, нежный, ранимый, прикованный к гребанной стене.       Врезав кулаком по двери, Виктор откинул голову на спинку сидения и закрыл глаза.       Анджей, видя состояние друга, сперва попытался его отвлечь, но вскоре бросил это неблагодарное занятие. Раздался звонок на мобильный Ана. — Да…. Хорошо…. Да застряли на проспекте. Вы удачно успели проскочить…. Конечно, передам, — и бросив телефон на панель, прикурил. — Васька на месте. Этого жирного борова уже взяли. С ним было еще двое, но они успели скрыться. Пара ребят Вася у них на хвосте. Остальные сейчас ищут Ника, этот мудак молчит как партизан…       И тут Вик заговорил: — Знаешь, я тебе ничего не буду говорить про то, что ты куришь в моей машине. Потому что сейчас я готов скурить весь этот чертов мир со всеми его потрохами и пробками — не открывая глаз, казалось, безэмоционально выговорил он. — Блять, Вик, как ты можешь быть таким спокойным? — Я — спокоен? Присмотрись. Я сейчас, как никогда, близок к убийству. Если с его головы упадет хоть один волос…       Дальше друзья ехали в тишине. — Подъезжаем…       Виктор выпрямился на сиденье: — Наконец-то! — Ну, отлично! — пробормотал себе под нос Ан, посматривая на группу людей в камуфляже. — НБ уже здесь. Хотя знаешь, если эти ребятки сочли ситуацию в своей юрисдикции, можешь быть уверен, от наказания никому не уйти. Чую, без Вася не обошлось. — Этому уроду, по-любому, не уйти от правосудия, я эту гниду из-под земли достану.       Припарковавшись в стороне от спецов национальной безопасности, друзья вышли из машины. Перед ними возвышались заброшенные корпуса старого завода: двух и трехэтажные постройки практически примыкали друг к другу, соединяясь надземными переходами, галереями и рассыпающимися заборами. Везде царило запустение и тлен. Затхлый воздух сочился через прорехи в стенах, выбитые стекла и разваливающиеся трубы. Виктор поправил ворот пальто и повернулся к Анджею: — Ну и где…       Тут за его спиной раздался крик, местами переходящий на визг: — Гордеев! Сукин сын! Пидор! Ебешь ты своих сучек с членами и еби! Нахуя ты к моей девочке полез? — крик постепенно переходил в вой. — Я же любил ее, сука, любил!       Виктор сжал кулаки и начал, было, разворачиваться, но Ан, видя лицо Виктора, на котором играли желваки, схватил его за рукав, заметив, как с другой стороны площадки к ним направился Вась. — Вик, погоди! Держи себя в руках! Он этого не стоит!       Кинув холодный сумрачный взгляд на Ана, Вик улыбнулся: — Я спокоен. — Ага, а я сдохну, если ты когда-нибудь еще мне так улыбнешься, — поморщился Анджей.       Отворачиваясь от Ана, Виктор плавной, гибкой походкой пошел в сторону надрывающегося в крике мужика. Подойдя и встав прямо перед ним, он с каменным выражением лица уставился в обрюзгшую заплывшую физиономию, изрыгающую проклятия в его адрес. Несколько минут спокойно наблюдал за трепыханиями зажравшегося борова в руках спецов. За его спиной, как телохранители, стояли Анджей и Вась. Может быть, кто-то и пожалел бы этого ублюдка, потерявшего человеческий облик, но только не Виктор. Практически не размахиваясь, он послал стиснутый кулак в опротивевшую рожу.       Жирная туша обвисла на руках державших. — Виктор! — возмущенно, воскликнул Ан, хватая его за руку. — Ха, моя школа! — хлопнул по плечу Васька. — Идем, я тебя провожу, — продолжил он уже серьезнее, вкладывая ключи в руки Виктора. — Я подумал, ты захочешь сам забрать его. — Да.       Кивнув своим ребятам, что все в порядке, Вась повел друга в трехэтажный, бывший административный корпус. Виктор пробежался взглядом вдоль стены: на уровне земли виднелись узкие горизонтальные окошки.       Где-то там был Никита.       Пройдя по первому этажу, друзья спустились в цоколь по лестнице в дальнем конце коридора. Повсюду валялись разбитые бутылки, обрывки бумаги, какие-то обломки мебели. На пыльном полу виднелась отчетливая дорожка из свежих отпечатков подошв. Вась молча указал Вику на серую дверь в торце и, похлопав по плечу, оставил одного.       Вы когда-нибудь прыгали с парашютом? Или с «тарзанки»? Когда, делая шаг в пропасть, теряешь под собой опору и не знаешь, раскроется ли «он» и выдержит ли «она»?       Виктор сейчас в полной мере ощущал схожие чувства. Там, за вот этой дверью находился Ник, а жив ли он, цел ли — никто не знает.       Пока закрыта дверь.       На ней два замка. В связке три ключа. Два больших, относительно новых и один поменьше, покрытый ржавчиной. Два от двери и один от цепи.       Открыв поочередно верхний и нижний замки, Виктор с усилием толкнул дверь.       Привыкнув к темноте, в дальнем углу разглядел сидящую фигуру. Тонкие руки обхватили колени, на которых покоилась голова. От правой ноги на метр тянулась тяжелая даже на вид цепь.       Подойдя почти вплотную Виктор присел. Рука сама потянулась к склоненной голове, но замерла так и не коснувшись. — Никит, — негромко позвал он, чтобы не пугать лишний раз.       Сердце пропустило удар, ожидая ответа.       Ник, вздрогнув, пошевелился. Словно нехотя, приподнялась голова. Один глаз немного прикрыт, заплыв гематомой. Некрасивая ссадина тянулась по щеке там, где нежная кожа соприкоснулась со стеной. Взгляд серых глаз остановился на мужчине. — Вик? — глаза не веря метались по лицу мужчины. — Вик, это правда, ты?       Худенькие пальчики коснулись щеки, поднялись на лоб и дотронувшись до волос отправились в обратный путь. Вик поднял руку и накрыл своей ладонью ладошку Никиты, прижимая её к своей щеке. — Виктор! — обе руки обхватили шею мужчины, счастливая мордашка Никиты замерла в паре сантиметрах о лица Виктора. — Вик, ты пришел! — Ну, конечно, пришел! — засмеялся мужчина и наконец-то прижал свое счастье к груди. — Ты в порядке? Цел? — Да, цел. Все хорошо.       Никита попытался подвинуться поближе и невольно дернулся. — Что? Ты что? — встревожился Виктор. — Цепь, — с грустной улыбкой напомнил Ник. Мысленно стукнув себя по лбу, Виктор поспешил открыть последний замок и освободить стопу. — Давай выбираться отсюда, — произнес он поднявшись и поднимая Никиту.       Подхватив парня на руки, оглянулся на цепь: — Может захватить ее с собой? — с чуть грустной улыбкой спросил он у Ника. — Зачем? — недоуменно спросил тот. — Прикую тебя к себе. Навсегда, — тихо произнес Виктор, всматриваясь в пострадавшее любимое лицо. — Тебе она не нужна, — так же тихо ответил Никита.