Mea vita et anima es (Ты моя жизнь и душа)

Заметьте, новая прода, и не через год. хД Поздравьте автора. 13го числа этого месяца ваш автор находится на книге фанфиков уже семь лет.

Катарина, как и обещала, посетила лофт Бейна. Вопреки ожиданиям мага, она не кричала на него, не ворчала, а лишь устало смотрела тому в глаза. И это нервировало намного больше, чем если женщина начала бы упрекать его с порога. Лосс обследовала спину мага, но ничего не нашла. Никакой объективной причины, что могла бы вызвать боль в спине, не было найдено. Даже экспресс-тест на выявление яда в организме мага дал отрицательный результат. Вздохнув, женщина более пристально посмотрела на мага. Немного нездоровый цвет лица явно вызван употреблением алкоголя по вечерам, синяки под глазами, что указывали на недосып. — Это психосоматика, Магнус. — Что? — Маг непонимающе уставился на подругу. — Психосоматика. Ты чувствуешь вину за плохое самочувствие ребенка и, зная, что это твоя вина, наказываешь себя мысленно. Видно, твоя магия проецирует твой внутренний конфликт таким образом. — Очень научный и профессиональный подход. — Будешь язвить кому-то другому, Магнус. Но не мне. Друзья сидели на кухне, за высоким барным столом, и смотрели друг на друга. — Ты сама понимаешь, что это звучит глупо. — Вовсе нет. Такое возможно, и ты знаешь, что такое случается с магами, чьё душевное равновесие нестабильно. — От чего мне быть нестабильным, у меня прекрасная жизнь и я счастлив. — Ты не умеешь быть счастливым. Просто не умеешь. Ты всегда ищешь драму, или какой-либо злой рок, чтобы иметь полное право быть обиженным и недовольным. — Катарина, я… Бейна перебили, не дав договорить. — Я не закончила. Ты всегда это делаешь. Стоит твоей жизни наладиться, как ты начинаешь искать причины для горя. Когда тебя в первый раз бросили, ты стал это проецировать на все остальные отношения. Когда тебя предали, ты стал подозревать всех своих партнеров. Когда тобой пользовались и не любили, ты обвинял в этом всех остальных. И всё бы ничего, кто-то умеет любить, а кто-то, как ты — боится этого чувства. Это твоя жизнь и только Бог тебе судья. Нравится играть в любовные драмы — на здоровье. Но это, — девушка обвела рукой комнату перед собой и мага, — это семья, которую вы с Алеком строите вместе. Маг уже хотел машинально поправить подругу и напомнить, что правильно говорить Александр, а не Алек, но вовремя прикусил себе язык. Лосс, предугадав его намерения, зло на него посмотрела, отбив всё желание перебить её монолог. — Он твой ребёнок. Ре-бё-нок. — По слогам повторила женщина. — Он не заслуживает терпеть всю ту ахинею, которая творится в твоей голове. Не нужно делать драму, где её нет. Алек тебя любит, души в тебе не чает. Ему нужны твоя поддержка и любовь. А что делаешь ты? Коришь его за его суть от злости, что не можешь вырвать его из рук Конклава. Чем ты тогда лучше людей в Круге? Они тоже угнетают нас за нашу суть. Ты срываешься на нем всё время, стоит ему совершить что-то, что тебе не нравится. Именно не нравится, хотя наказывать нужно только за плохие поступки, а не за самовыражение. А ведь его психика ещё не окрепла, он такими темпами вырастет закомплексованным, запуганным ребенком, неспособным совершать самостоятельных действий без твоих указок или одобрения. Катарина сделала глубокий вдох, чтобы перевести дыхание и с новой силой приняться отчитывать друга. Она видела, что её слова задевают его, но считала, что должна вразумить его ради Алека. Мальчик нуждался в защите и опеке, а на деле выходило, что опекать приходится ему. — Он твой подопечный. Он не твоя игрушка, Магнус! Он не собачка, чтобы выполнять команды. Получать твоё одобрение не есть его смысл жизни. Он растет, он меняется, он начинает мыслить и проявлять свои желания и характер. И это нормально — он человек. А ты не хочешь этого понимать. Злишься на его пару и уже настраиваешь ребенка против этой пары. Тебе не дали истинного, и ты злишься на судьбу. Хочешь, чтобы и он был ничьим и неприкаянным? Мол, «глупости всё это про истинных пар, любви нет, Алек. Зато есть я, и ты должен хотеть всю жизнь развлекать меня. Ведь я неспособен заводить здоровые отношения с людьми. А на свою жизнь наплюй, зачем тебе хотеть, чтобы тебя любили, чтобы ты был счастлив? Ведь моё "хочу" важнее твоего.» Так, Бейн? Зачем ты рассказываешь чушь о том, что он ангел и он — бессмертный. О да, я знаю, не делай такие удивленные глаза, он проговорился мне. И только попробуй его за это наказать, я лично прокляну тебя. Он — нефилим. Он им родился и им умрет. В двадцать лет в бою, или в семьдесят лет в окружении своих детей и внуков. А будешь ли ты стоять в том кругу и провожать его в последний путь, зависит от тебя. От тебя зависит, будет ли он хотеть видеть тебя в своей жизни или нет. Допустит ли в свою семью, что создаст вместе со своей истинной парой. От переизбытка чувств женщина растеряла чары камуфляжа и сидела перед магом в своем истинном облике. Её голубая ладошка с чувством хлопнула по столу, привлекая всё внимание Бейна к себе. — Просто угомонись. Начни нормальную жизнь. Воспитывай ребенка, заводи знакомства. Может, ты встретишь за это время девушку или парня-мага, который, как и ты, полюбит Алека, и вы уже вместе будете воспитывать его. И когда нефилим уйдет жить в свою семью, тебе уже не будет так одиноко. А даже если никого и не встретишь, просто наслаждайся этим моментом. Моментом счастья жизни в кругу семьи. Создай такую атмосферу, которой не было у тебя самого. Откуда ты знаешь, как сложится ваша жизнь дальше? Может, пара Алека — маг или фейри, такое случается, и тогда он станет бессмертным, и вы не расстанетесь. А может, завтра тебя собьёт машина на пути в один из твоих любимых магазинов. Или Валентин уничтожит всё и всех. Хватит накручивать проблемы там, где их попросту не существует. И это не просто дружеский совет. Если ты не образумишься, я обращусь к Конклаву с заявлением о том, что ты небезопасен для Алека и его нужно забрать от тебя. Бенй смотрел на подругу в шоке, ему как будто сдавили горло невидимой рукой и он не мог дышать. — Ты не посмеешь сделать этого. Ты меня не предашь. — А я и не предаю. Алек тоже мне дорог, не меньше, чем тебе. И я не могу смотреть на то, что ты с ним творишь. — Тогда не смотри. Можешь больше к нам не приходить. — К вам или конкретно к тебе? Подруга строго смотрела на Магнуса. — Ты сейчас зол и обижен. И только поэтому я сделаю вид, что не слышала твоих слов. Советую тебе хорошенько подумать над моими словами и убедиться, что ничего плохого я не хочу. И ещё, завязывай с выпивкой, ты плохо выглядишь. Катарина исчезла в портале, оставив мага наедине с собой. Чему последний был не рад. Магнус смотрел на умывальник, не моргая, и думал. Думал над всем тем, что сказала Лосс. Да, в её словах были логика и горькая правда, он понимал, что она правда искренне переживает за его Александра. Но всё равно, угрожать тем, что заберут его смысл жизни, было очень подло. Себе он мог признаться, что живет только ради синеглазого мальчика, что сейчас мирно спит в их спальне. Магнус понимал, почему совершает всё то, в чем обвинила его Катарина. Но он просто не мог по-другому, потому что не знал, как он сможет добровольно вернуться к холоду и одиночеству. Как сможет оставить своего Александра, чтобы тот радовал кого-то другого. Маг задумался, а что если он насильно заставит Алека принять бессмертие и отречься от пары? Может, они ещё проживут вместе лет десять, а что потом? Алеку будет тридцать, и он захочет любви или пустится во все тяжкие. А что, если его синеглазая уточка возненавидит его за то, что маг лишил его истинной пары и возможности быть счастливым? Маг тихо застонал от горечи и до боли сжал кулаки. Ведь прекрасно понимал, что не вынесет ненависти или отвращения со стороны своего Синеглазки. Это сейчас его уточка — маленький мальчик, который ищет только родительского тепла. А что будет, когда тому будет пятнадцать? Первая любовь и поцелуи с какой-то миленькой девочкой-нефилимом? Может, любовь возникнет сразу к истинной паре? И тогда маг сразу перестанет быть центром жизни Александра. А так и будет. Алек не может не расти. Да, бессмертие может подарить молодость и долгие годы жизни, но оно не остановит взросления. Никто не может навечно подарить магу миленького любящего ребенка. Никто. Разве что его отец Асмодей… Может, его отец смог бы навсегда оставить его подопечного в облике ребенка. Маг вздрогнул всем телом и начал ругать себя за подобные мысли. Он никогда не поступит с Александром таким образом. Магнус никогда не станет таким же жестоким и беспринципным, как его отец. Выход был один. Послушаться Катарину и научиться жить «сегодняшним» днём. Свыкнуться с мыслью, что однажды он лично закроет прекрасные синие глаза своего Александра, провожая того в последний путь. Маг не выдержал, уронил лицо к себе на ладони и заплакал. Он не мог и не хотел представлять таких ужасных картин, как смерть его мальчика. Это рвало душу изнутри. Маг так горько плакал, что не услышал торопливых шагов босых ног по паркету, не услышал тихого «Магги?», поэтому вздрогнул, когда кто-то прижался к его ногам. — Ох… Александр, сокровище моё. Я тебя разбудил, прости меня. Мужчина поспешно стер слезы и подхватил мальчика на руки, тот и сам выглядел не лучше. Казалось, ребёнок вот-вот заплачет. — Это я тебя расстроил… прости меня, Магги. — Что за глупости ты говоришь, родной. Нет, конечно. Просто мне больно. — Больно? — Мальчик немного успокоился и с тревогой начал смотреть на мага. — Спина болит, родной. — Спина? Но почему? — Маленькая ладошка потянулась к плечу мага и легонько погладила его. — Я поскользнулся и ударился о косяк. Очень больно было. — Я принесу тебе обезболивающее зелье! — Мальчик хотел спрыгнуть с колен мага, но сильные руки не дали ему этого сделать. — Не нужно, я уже выпил, просто оно не успело подействовать. — Маг крепче прижал мальчика к своей груди. — Да и лучшее лекарство от всех болей — это ты, моя синеглазая уточка. Мальчик улыбнулся и обнял мага в ответ. Немного придя в себя, маг посмотрел на мальчика и заметил, что у того нет тапок на ногах. Мужчина недовольно посмотрел на воспитанника. — Александр, ты опять без тапочек. Магнус протянул одну руку и погладил маленькую бледную стопу, та, как он и предполагал, оказалось холодной. — Превратил в льдинки мои любимые ножки. Наколдовать мальчику носки оказалось секундным делом. После чего маг подхватил свою драгоценную ношу и пошел в спальню. Бейн решил, что для своих размышлений и страданий он найдет свободное время потом, сейчас Александр нуждается в его внимании и заботе. Будущее подождёт. На следующее утро маг отгонял от себя все нехорошие мысли. Они с его уточкой отправились в Институт, где маг заявил, что Александр никаких клятв принимать не станет до своего восемнадцатилетия. И что если они забыли, опекуном был он — Бейн, и нравится им или нет, все решения, касающиеся ребёнка, принимает тоже он. Маг не хотел скандалить, но потребность прояснить ситуацию и напомнить о своих правах была. А дальше всё закружилось своим чередом. Магнус скрепя сердце признал, что подруга была во всём права и ему нужно менять их с Александром жизнь, чтобы мальчик вырос здоровым и счастливым человеком. А ещё маг обозначил для себя несколько важных моментов. Он должен скорее найти пару Александра. Просто для того, чтобы знать, мучиться ему переживаниями о смерти воспитанника или нет. Если пара мальчика всё же кто-то бессмертный, это уже повод для счастья. Он научится быть счастливым и довольствоваться тем, что есть. И если пара его мальчика — смертный, маг стойко это переживет. Он не станет настраивать ребенка против истинной пары. Даже если это приведет к тому, что Алек уйдет жить самостоятельной жизнью. Он перестанет говорить ребёнку, что тот бессмертный. Он перестанет говорить, что быть нефилимом — это плохо. Он попытается не сойти с ума и быть хорошим опекуном. Магнус постарается. *** Все последующие дни Бейн и правда старался. Сиридин уже не работал над формулой бессмертия, но он всё так же помогал Магнусу. Теперь маг работал над тем, чтобы найти способ вычислить, кто же является истинной парой Александра. Но для этого нужно было найти причины, почему метка не проявляется и так странно себя ведёт. Опекун даже стал немного терпимее к походам его уточки в Институт, старался не раздражаться, слушая о глупых требованиях учителей. Не так явно ревновать к дружбе с детьми-нефилимами. И не думать, не думать о том, что еще каких-то пара жалких лет — и всё это закончится. Единственное, что хоть как-то грело его душу, это приближающийся его день рождения. Раньше бы он отправился со своими друзьями на пикник или арендовал шикарный дом, в котором организовал бы самую шумную и пьяную вечеринку. Но сейчас это всё было не нужно. Ведь с тех пор, как в его доме поселился маленький синеглазый ангел, он получал самые искренние и милые поздравления. И вот этот день настал. Маг по обыкновению усердно делал вид, что крепко спит. Хотя он проснулся еще до рассвета и, как обычно, любовался мирно спящим ребенком. Как темные густые ресницы отбрасывали причудливые тени на бледные щеки. Как мирно вздымалась грудь во время вдохов и выдохов. Маг с легкостью мог сказать, что в промежутке между вдохом и выдохом сердце Александра успевает совершить три удара. Но его нефилим не должен знать, что он не спит. Иначе мальчик расстроится. В пять годиков он даже заплакал от досады, что не успел принести нарисованную открытку раньше, чем маг проснется. Вот нефилим легонько тормошит его за локоть и тихо зовет. Маг, еле сдерживая улыбку, что-то ворчит и переворачивается на другой бок, усердно изображая спящего. После слышно шуршание простыней и шаги босых ног. Вновь его чудо бегает по холодному полу. Но выдавать себя нельзя. На кухне слышится шум. Пара минут, и вновь шаги по паркету, но теперь еще слышен перезвон посуды на подносе. Видно, он был тяжелый, и мальчику неудобно его нести. Но выдавать себя нельзя. Стук подноса о прикроватную тумбочку, а уже в следующий миг маг слышит громкое и звонкое поздравление: — С днем рождения! — Александр? — Магнус театрально зевнул и сел в кровати. — Это ты, моё солнце? — Да, у меня для тебя сюрприз. Самый настоящий. Посмотри. Мальчик уже водрузил поднос магу на колени. Традиционно перед мужчиной был приготовленный его воспитанником завтрак. Милая нарисованная открытка. Маг все их хранил. Эта была очень красива, и поздравление было написано на индонезийском, родном языке Бейна. Это было так мило, что у Магнуса сжалось сердце. Он даже не обратил внимания на пару явных ошибок. Это всё пустое, главное то, что его ангел выучил несколько новых слов, чтобы порадовать его. Магнус отложил открытку; так что же имел в виду нефилим, говоря о «настоящем сюрпризе», и тут он обратил внимание, что на подносе лежит ещё что-то, от удивления кошачьи глаза мага расширились. Он непонимающе смотрел на нефилима и не мог понять, как на подносе с чаем, фруктами и нарисованной открыткой могла появиться незнакомая коробочка, явно из ювелирного магазина. Дорогого ювелирного магазина. — Это тебе Магги, от меня. Моя тайна. С днём рождения. Так вот зачем его уточка собирала карманные деньги. Его ангел копил деньги для подарка, и ничего не говорил, чтобы сделать сюрприз. Маг перевел взгляд с коробочки на Александра. Синие глаза мальчика казалось, сияли от восторга и предвкушения. Когда маг открыл коробку и увидел содержание, он не сдержал вздох. На подушечке из бархата лежал серебряный перстень, инкрустированный красивым зелёным камнем. Маг улыбнулся, ребенок явно выбирал камень под цвет его глаз. Ярко-салатовый с жёлтыми вкраплениями. — Александр… но как? — Это с моих сбережений. Прости, что скрывал от тебя. Но я очень-очень сильно хотел сделать тебе подарок, Магги. Я хотел, чтобы это был настоящий сюрприз. Такой же, как ты всегда делаешь мне. Дрожащими руками маг вынул перстень и тут же примерил. Он идеально сел на безымянный палец левой руки. Бейн замер от переизбытка чувств. Кольцо идеально подошло. Что-то в душе мага перевернулось, ему показалось, что кольцо излучает тепло. Звонкий голос ребенка доносился как будто из-под толщи воды, и прошла пара минут, прежде чем мужчина смог расслышать слова. — Магги… ты же не посмотрел на надпись… Магги! Магги, ну посмотри, там же надпись внутри… Тебе не нравится, что ли? В голосе его подопечного слышались нотки переживания, поэтому маг поспешил развеять страхи мальчика. — Нет, что ты, Александр. Кольцо очень красиво, — маг аккуратно снял кольцо и заглянул внутрь. На полированной гладкой поверхности витиеватым почерком было написано «Для любимого Магги от Алека». Бейн несколько раз моргнул, ему пришлось мысленно напомнить себе, как нужно дышать. Всё казалось сном. Это было так трогательно, его мальчик собирал те небольшие суммы, а потом ещё скрывал всё, лишь для того, чтобы порадовать его, старого мага. Магнус прикрыл глаза и прислушался к себе. Ещё ни разу он не получал таких дорогих подарков. И дело не в стоимости. Алек был чистым созданием, его ангелом, который только и хотел, что сделать приятное. Маг перебирал в памяти все свои серьёзные романы, и не мог вспомнить, хоть раз кто-то любил его наполовину так же искренне, как любил его Александр? Мужчина горько улыбнулся и прижал руку к своей груди, что ныла. Почему судьба так несправедлива, почему ему нужно было прожить почти тысячу лет, чтобы суметь найти того, кто бы его так любил. Почему им оказался совершенно незнакомый ребенок? Почему не его мать? Почему не его возлюбленные? Почему? И почему он должен вскоре всё это потерять? Почему, почему, почему?! Тихо выдохнув, маг отставил поднос на тумбочку и уже через миг крепко прижимал нефилима к своей груди. Он усадил мальчика к себе на колени и покрывал поцелуями всё его лицо. Магнус услышал, как нефилим наконец-то расслабленно выдохнул, видно, убедившись, что подарок всё же понравился. А как иначе? Разве магу могло не понравиться хоть что-то из того, что делал его Александр? — Мой Ангел… моё сокровище. Это самый прекрасный подарок. Я никогда не сниму это кольцо. Спасибо тебе, моя синеглазая уточка. — Маг умудрялся шептать слова благодарности своему подопечному, целуя волосы и щеки того. А мальчик тем временем хихикал и улыбался от переполнявшего его чувства радости. *** После дня рождения маг ещё долго ходил окрыленный и счастливый, друзья не могли не отметить это. Даже Катарина похвалила его за старание. По её мнению, Алек выглядел намного лучше. Магнус честно старался. Но однажды всё же немного отошел от планов касательно своего поведения. Один из новоявленных друзей Александра пригласил того в гости. Другие дети решили не отставать, и тоже зазывали его синеглазую уточку к себе. Такого нахальства маг уже стерпеть не смог. Он строго-настрого запретил Александру даже думать о том, что он может ходить по чужим домам, ещё и без него. Мага ведь, естественно, никто не приглашал, а без присмотра он своего воспитанника никуда не отпустит. Как минимум ещё лет пять. Ни за что. Его ангел заметно расстроился, но стоически перенес очередной припадок ревности мага и даже успешно делал вид, что не обиделся и не расстроился. Хотя Магнус видел, что мальчику всё больше хотелось общаться со сверстниками. Но ревность душила изнутри, и пока что Бейн не мог её обуздать. А ещё мага начало немного смущать странное поведение ребенка. Бывало, мальчик углублялся в свои мысли и подолгу без особого энтузиазма играл игрушками, хотя это явно не развлекало ребенка. Александр мог о чём-то задуматься и улыбнуться без причины. Улыбка явно была из-за мыслей в голове. Но стоило магу спросить, о чём же нефилим думает, как тот смущался и говорил, что ни о чём. Может, Бейн всё это выдумывает или накручивает себя. Как обычно. Но зерно сомнения было посеяно, и он начал более внимательно следить за мальчиком. Подавляя в себе желание подлить тому в какао зелье правды.