Weigh Us Down (We're In Love)

18 и 20       Гарри задыхается, выгибаясь на простынях и запрокинув голову на подушки. Руки Луи сразу же берут его лицо, касаясь нежно и успокаивающе.       — Ты в порядке, любимый? — Спрашивает Луи, его голос звучит немного напряженно. — Мы все еще можем остановиться, если это слишком больно.       Гарри моргает, убирая туман в его глазах, пытаясь сосредоточиться на лице Луи, нависшего над ним, его брови нахмурены в заботе и чем-то совсем другом. Он качает головой, пытаясь отдышаться и получить голос.       Он колючий даже для собственных ушей, когда он говорит:        — Н-нет. Я буду в п-порядке.       Луи по-прежнему выглядит не уверенно, но Гарри может сказать, что он разрывается между движением и полным прекращением.       — Я не хочу причинять тебе боль.       Гарри стиснул зубы, качая головой и сжимая руку Луи.       — Я в порядке. Ты можешь — просто — пожалуйста.       Проходит несколько секунда прежде чем Луи начинает снова двигаться, медленно и осторожно, входя и выходя так осторожно, как только можно. Гарри еще больше задыхается, сжимая плечи Луи обеими руками и прижимаясь лицом к сгибу шеи старшего парня. Он немного смещает свои бедра, пытаясь привыкнуть к размеру члена Луи внутри него, пытаясь отчистить свой разум от боли.       Он горит, но совсем приятным способом. Когда он и Луи начали говорить об этом несколько недель назад, старший парень дал понять, что сперва это будет больно, так что Гарри не очень удивлен тем, что он не может приспособиться к тому, чтобы принять его так долго. Даже с тем, насколько тщательно Луи растягивал его на протяжении получаса нежными пальцами, непрерывно целуя его лицо, он по-прежнему чувствует, как он разрывается на две части.       Но Гарри хочет этого — хочет чувствовать себя как можно ближе к Луи, насколько это возможно, хочет, дать ему всего себя. Поэтому он стискивает зубы и старается изо всех сил игнорировать горящее напряжение, пытаясь вместо этого сфокусироваться на слабых намеках удовольствия от того, что член Луи внутри него. На самом деле, это не так безумно, как должно быть, но это есть, и этого достаточно, чтобы Гарри хотел пройти через это.       Луи говорит с ним во время этого, бормоча похвалы и нежности против кожи Гарри, пока он двигается. И это помогает. Голос Луи помогает сосредоточиться, помогает ему расслабиться и старается изо всех сил, чтобы ослабнуть. Он дышит через нос, вдыхая и выдыхая, грудь вздымается и опускается в такт с медленными толчками Луи.       Это становится лучше через несколько минут, боль уменьшается достаточно для Гарри, чтобы настроиться и на самом деле сосредоточиться на медленном движении члена Луи внутри него. Он слегка смещает свои бедра и выдыхает, заставляя Луи остановиться с озабоченным выражением на его лице. Он звучит так, будто перенес все, что и Гарри, когда он говорит:       — Я сделал что-то не так, любимый? Пожалуйста, скажи мне, если я сделал тебе больно. Я не хочу причинять тебе боль.       Гарри вдруг вспоминает, что это ново для них, что это их первый раз. Луи так же перегружен и не уверен, как и он в этот момент, и эта мысль, по какой-то причине, заставляет Гарри, наконец, отпустить, заставляет его вздохнуть и полностью растаять на простынях.       — Я в порядке, Лу, — шепчет он. — Просто. Сделай это снова.       Луи по-прежнему выглядит неуверенно, но он все равно кивает, медленно входя и выходя. Головка его члена прижимается прямо к месту внутри Гарри, заставляя младшего парня смять пальцами простыни, маленькие искры удовольствия пробегают по его спине и перекрывая боль удовольствием. Он хныкает, кулачки крепко сжимают простыни и заставляя побелеть кончики пальцев.       Луи должно быть понимает, что это хорошая реакция, потому что он выдыхает:       — Да? — он двигает бедрами немного быстрее, когда Гарри кивает, и кудрявый вздрагивает, когда бедра Луи прижимаются к его попке, входя еще глубже.       — Да, — выдыхает Гарри, содрогаясь и подсознательно разводя ноги шире. — Да.       — Тогда я могу двигаться быстрее? — Спрашивает Луи, сохраняя движения бедер такими устойчивыми, как только возможно, будто он не желает ничего делать, пока Гарри не скажет ему, что все в порядке.       Гарри слегка улыбается этой мысли.       — Да, ты можешь.       Луи возвращает улыбку, наклонившись и прижимаясь к губами к Гарри, прекращая движения бедер на мгновение. Гарри обнимает Луи за шею и наклоняет голову назад, позволяя Луи вылизывать его рот и глотать мягкие звуки, которые он издает.       Луи продолжает целовать Гарри, даже когда он начинает двигаться снова, толкаясь коротко и быстро, пытаясь попасть по той точке. Гарри разрывает поцелуй, чтобы вдохнуть такой необходимый воздух, прижимаясь подушечками пальцев к коже на плечах Луи, заземляя себя.       Он поворачивает голову в сторону, прижимаясь щекой к подушке и тяжело дыша. Он может чувствовать поцелуи Луи по всей шее и челюсти, останавливаясь там, где чувствуется пульс, оставляя там метку.       Его собственный член зажат между их телами, истекающий капельками естественной смазки на живот. Трение грубое и сухое, и он перемещает свою руку, пытаясь втиснуться между их телами, пытаясь взять свой член и снять часть давления.       Луи вдруг останавливается, отталкиваясь немного от Гарри так, что между ними есть небольшое пространство. Он располагает руки по обе стороны от головы Гарри, поддерживая вес, и он смотрит вниз на то, где рука Гарри лежит рядом с его нетронутым членом.       Гарри моргает, лицо горит, когда Луи продолжает смотреть.       — Эм, — его голос глубже, грубее. — Могу я коснуться себя?       Луи так же моргает, качая головой, будто выводя себя из транса. Гарри думает, что он не может поверить в то, что сейчас происходит, что они на самом деле здесь и разделяют этот момент. Это немного подавляет, на самом деле.       Луи, наконец, находит свой голос через несколько секунд.       — Конечно ты можешь, любимый. Но подожди, просто дай мне- — он прерывает сам себя, протягивая руку к тумбочку и беря бутылочку смазки, которую он использовал. — Вот, так будет проще.       Гарри отрывает свою руку с живота, протягивая пальцы и ожидая. Луи открывает баночку, выдавливая некоторое количество холодного геля на ладонь Гарри и распределяя вокруг.       — Вот. Теперь можешь.       Гарри с дрожью улыбается в знак благодарности. Он оборачивает свою руки вокруг покрасневшего члена, выпуская прерывистый вздох, когда он сжимает только головку. Он может чувствовать взгляд Луи на нем, наблюдающим за его движениями и краснеет, чувствуя себя немного неловко.       — Эм, — он откашливается и пытается снова. — Ты можешь, эм. Ты можешь двигаться сейчас.       Луи моргает, как будто вспоминая, прежде чем засмеяться, затаив дыхание.       — Да, верно, — он почти полностью выходит, пока только его головка остается внутри, а затем толкается назад и заставляя Гарри немного застонать. — Тебе по-прежнему хорошо, любимый?       Гарри кивает, немного ошеломленный, сильнее гладя свой член.       — Да. Больше, чем хорошо, на самом деле, — скулит он, когда Луи входит особенно сильно, его глаза закрыты. — Я чувствую себя прекрасно, Лу. Ты заставляешь меня чувствовать себя великолепно.       — Ты тоже заставляешь меня чувствовать себя прекрасно, — шепчет в ответ Луи, набирая темп. Он поднимает ноги Гарри и оборачивает их вокруг своих, пытаясь войти как можно глубже и быть как можно ближе. — Я люблю тебя, Гарри.       Гарри чувствует тепло во всем теле на слова Луи, удовольствие медленно возводит и делает бассейн тепла в его животе. Он чувствует, будто он собирается лопнуть изнутри, чувствует себя любимым и тем, о ком заботятся и особенным, и только мысль нем, разделяющим этот момент с Луи, заставляет его приблизиться к краю       Толчков Луи становится еще больше, но он держит их короткими и глубокими, и каждый раз, когда он задевает ту точку внутри, потребность кончить догорала в его животе, настойчиво горячо скручивая его изнутри. Он крутит своим кулаком над головкой, чувствуя себя все ближе и ближе, и он знает, что это не займет много времени, чтобы кончить сейчас.       Он выпускает прерывистый вздох, моргает и смотрит на Луи.       — Я так сильно люблю тебя.       И тогда он кончает, пульсируя в кулаке и капая на живот. Его глаза закрыты, пальцы скользят, пока его спина изгибается дугой, прежде чем он оседает обратно на простыни, сбрасывая ноги с Луи и его грудь вздымается.       Он моргает, открывая глаза, когда он чувствует, что Луи выходит, и он ловит взгляд старшего парня, снимающего презерватив с члена и быстро гладя себя, его глаза путешествуют по оттраханному телу Гарри. Стайлс краснеет на взгляд в глаза Луи, но сопротивляется желанию свернуться, вместо того, чтобы сосредоточиться на движении руки Луи. Он хочет протянуть руки и помочь Томмо, хочет обернуть руку вокруг Луи, но все его тело, будто желе.       Луи кончает несколько минут спустя на живот младшего мальчика со стоном с именем Гарри. Он резко падает на Гарри, затаив дыхание, и Стайлс хихикает, слегка толкая Луи в плечо.       — Лу, ты тяжелый, — он мнимо скулит, еще немного хихикая. — И я липкий.       Луи посмеивается, опираясь на локти, чтобы не придавить Гарри своим весом. Он глупо улыбается младшему парню, и сердце Гарри увеличивается в два раза в его груди.       — Я люблю тебя, — шепчет он в темноту, как будто это тайна, разделяемая только между ними, когда на самом деле все знают, каждый своими может увидеть, как они безумно влюблены друг в друга.       Лу наклоняется и потирается носиком о нос Гарри, прежде чем прижаться лбами.       — Я тоже тебя люблю.