Развлечения промышленного масштаба в домашних условиях

POV Стю — Блин, Хичоль! Мы потеряли Энни!       Хичоль кубарем скатился с кровати, попутно зацепив с собой одеяло. Раздался убитый стон, и я смогла лицезреть показавшееся из-за кровати гнездо волос, а следом и самого недовольного Хичоля. На меня зыркнули два полуоткрытых глаза. — И стоило так орать? Кого убивают? — Я сейчас тебя убивать буду! Где мы могли потерять Энни?! Я ведь точно помню, как мы ехали все вместе в такси. И вообще, Хичоль, как у тебя оказался телефон Энни?       Выражение лица Хичоля было трудно описать. Было чувство, что он пытается, как минимум, установить связь с космосом. А как максимум, разгадать секрет вечной жизни. В общем, вся тяжесть работы мысли отразилась буквально на лбу. Большими такими буквами. Казалось, что я даже слышу, как работают шестеренки в его мозгах. Наконец, его лицо просветлело. Если можно использовать этот термин в отношении опухшего от похмелья существа, с колтуном вместо прически и глазами-щелочками. — У неё деньги на телефоне закончились, когда она такси вызывала. Поэтому, она забрала мой телефон, а свой оставила, — далее последовала минутная пауза, а после глаза Хичоля распахнулись во всю ширь. — Где мой телефон?       За нашими мозговыми потугами с умилением наблюдала Элен. Пакость рыжая. Никакой помощи! А я судорожно искала свой телефон. Ведь если телефон Хичоля у Энни, то я смогу ей дозвониться. Данный гаджет упорно не желал отыскиваться. Я перетрясла всю постель, включая одеяло, отобранное у Хичоля. Перерыла всю свою сумочку, валяющуюся радом с кроватью. Моего телефона тоже не было. Я жалобно посмотрела на Элен. — А мой телефон ты случайно не находила? — Случайно находила, — и эта, эта подруга достала мой смартфон из заднего кармина своих джинс и протянула мне.       Я зыркнула на неё, надеюсь злобно. А она лишь пожала плечами и впилась зубами в зелёное яблоко. Ну и Шисуси с ней. Я судорожно тыкала по экрану, отыскивая номер Хичоля, и, мысленно репетируя обличительную речь для Энни. Нажав на вызов, я вслушалась в гудки. — Да, — ответил мне почему-то мужской голос.       Нежданчик! Я оторопело уставилась на Хичоля, который с немым ожиданием взирал на меня. Убрала телефон от уха и перепроверила правильность набранного номера. Всё верно. Вызываемым абонентом значился Хичоль. — Эээ, — глубокомысленно произнесла я. — Я вас слушаю. — Ээм, а это кто? — ничего умнее в голову всё равно не пришло. — А это кто? — уточнили в ответ. — А разве на телефоне не высветилось мое имя? — я перевела взгляд на Хичоля, который тут же сделал морду-кирпич. Подозрительная реакция. — Ну, если только «Неадекватная каратистка» ваше имя, — насмешливо ответил голос.       Я глубоко вздохнула, мысленно давая себе установку не убивать Хичоля сразу, а только слегка покалечить потом. И то, после того, как мы найдем Энни. — Послушайте, рядом с вами случайно нет девушки по имени Энни? Этот телефон должен был быть у неё. — Ну, допустим, есть такая.       Я обрадовалась. Даже как-то подобралась. Всё-таки, Энни нашлась. Осталось дело за малым — выяснить её местоположение. — А где вы? — У меня дома, — лаконично и исчерпывающе. Знать бы ещё, где этот самый дом и кто этот самый «меня». — А, — я задумалась, как сформулировать вопрос. После известия, что подруга нашлась, мозг как-то резко напомнил, что похмелье ещё никто не отменял, и забуксовал на месте. — Можно с ней поговорить? — Она еще спит.       Ну, спит, так спит. Мы тут переживаем, волнуемся, а она спит! — А можно адрес, куда приехать, чтобы её забрать? — Сейчас пришлю, — и вызов скинули.       Я посмотрела на Элен. За время разговора, она уже доела яблоко и с ожиданием взирала на меня. — Ну! — поторопил меня Хичоль. — Она спит. Дома, у какого-то парня. Он обещал скинуть адрес, чтобы мы её забрали, — медленно произнесла я, попутно осмысливая эту информацию.       Телефон в моих руках издал короткую трель, уведомляя о новом сообщении. Я вчиталась в текст. Адрес мне был незнаком. Нужный нам дом находился в довольно респектабельном районе города. Мне через плечо заглянул Хичоль и хмыкнул: — Да это же адрес Чунхена!       Вопросы не приходилось даже озвучивать, как там оказалась Энни, и в какой момент мы умудрились её потерять? — Ну, раз мы разобрались с местонахождением Энни, — бодро начала Элен, — то предлагаю приводить вам себя в порядок. Потом проводить меня в аэропорт и ехать за нашей потеряшкой. Времени до самолета не так уж и много. Тик-так, тик-так.       Элен покинула комнату, оставив нас одних. А в голове не переставая, крутился вопрос: ну, как так то? Блин! Однако, делать было нечего. Пришлось соскребать свои конечности в кучку и придавать этой кучке вертикальное положение. Впереди был нелегкий путь в душ. POV Энни       Господи, как же болит моя голова! Всё, больше я не пью! Честное пионерское! Блин, я ведь даже не пионер. Печалька! Кто вообще надоумил меня так смешать алкоголь вчера, чтобы сегодня было так плохо? А что, вообще, было вчера? Так, начнем сначала. Мы отмечали день рождения Стю. Это помню — уже хорошо! Потом, все разъехались, и мы поехали в клуб. Хичоль поехал с нами. Там мы встретили Киквана и его компанию. Хорошие ребята, кстати. Надо будет с ними как-нибудь ещё затусить. Хотя, я же дала слово больше не пить. Ууу! Вот так и нарушается слово данное самой себе. Что было дальше? Дальше мы пили, танцевали, ещё пили, снова пили и опять пили. Именинник намешал суперубойный коктейль и предложил нам его попробовать. Так вот кто виновник моей головной боли сегодня! Что же он там намешал?! Ладно, это уточним в следующий раз. Потом мы решили ехать домой. Я вызвала такси. Позвала Хичоля и Стю. Затем мы долго со всеми прощались. Далее коридор, улица и уехавшее без меня такси. Вот ведь! Эти редиски уехали без меня, чтоб их Вупсень с Пупсенем погрызли! Я вернулась в клуб. Нашла Киквана. Потом мы долго сидели за барной стойкой, и я жаловалась ему, что меня все бросили, и вообще, никто меня не любит. Потом пришёл его друг и утащил нас в вип-зону, на диваны. Там мы продолжили тему брошенных и покинутых. А потом темнота, разрезаемая вспышками цветных огней. Ещё помню такси. И я там точно была с Кикваном. Стоп! А где я сейчас?       За все время своего мысленного монолога, я даже не удосужилась открыть глаза. Справедливо полагая, что яркий свет не несёт ничего приятного для похмельного организма. Упущение пришлось наверстывать. Я осторожно приоткрыла один глаз и прислушалась к своим ощущениям. Хм, не всё так плохо! В комнате царил полумрак, создаваемый плотными тёмными шторами. Хорошая вещь, шторы! Правда, интерьерчик в общем мне не знаком. Пришлось продрать оба глаза и изучить обстановку внимательнее. Определённо, здесь я была впервые. И где это здесь?       Для получения необходимой информации, пришлось в срочном порядке эволюционировать до прямостоящего состояния. В ходе эволюции я обнаружила, что на мне безразмерная майка и шорты. Ну, я предположила, что это шорты. На мне это стали бриджи. Ладно, с этим разберемся после. А пока я медленно двинулась к закрытой двери из спальни.       За дверью обнаружилась, до отвратительности светлая комната. Солнечные лучи в огромном количестве проникали в помещение через большие панорамные окна. Этот факт меня опечалил настолько, что на глазах выступили слезы, и зрение исчезло на некоторое время. Дабы вернуть миру резкость красок, я потерла глаза, почти сразу осознавая, что они всё ещё накрашенные. Пришлось убрать руки и просто моргать. Раздался глухой звук падения, громкий вздох, а после немного нервный голос: — Знаешь, в фильме звонок была девочка из колодца? Так вот, она эталон красота, по сравнению с твоим нынешним внешним видом!       Наконец-то, сфокусировав зрение, я увидела Чунхена, поднимающего кружку с пола. — О, привет, — обрадовалась я знакомому человеку. И подумаешь, что голос со сна охрип немножко. Ну, ладно, не немножко. Несмазанные ворота и то звучат музыкальнее. — Воды? — догадливо предложил Чунхен.       Я кивнула, не решаясь повторять голосовое фиаско. Парень вручил мне ту самую кружку, но уже с водой. — Ванная там, — мне указали на коридор.       Я вновь кивнула, на этот раз по причине того, что пила. Отставив кружку, я потопала в указанном направлении. Хватит уже народ пугать своим внешним видом. Хотя, если мне предложат сняться в ужастике, то над образом можно будет не париться. А фильм можно будет назвать «Восставшие из пьянки» или «Утро живых пропойц». Нет, над названием ещё, определённо, нужно поработать.       В ванной из зеркала на меня глянуло нечто. Нет, не так. НЕЧТО. Оно было с вороньим гнездом на голове, чёрными потеками туши под глазами, отпечатком подушки на правой щеке и общим помятым видом. Красотень! Не, стоит, всё-таки, всерьез рассмотреть идею со съёмками в фильме ужасов. Если бы я встретила себя внезапно среди ночи, то лёгким испугом не отделалась бы точно. Сердечный приступ, пара психических расстройств и несколько фобий были бы обеспечены. Интересно, Чунхен там в порядке, не?       Однако, чтобы не говорили завистники, а прохладный душ творит чудеса! Спустя минут сорок я уже могла похвастать улучшением самочувствия, и вообще, приличным внешним видом. Ну, с приличным видом я немного погорячилась. Влезать в одежду, в которой я спала, было не охота. Своего платья я не обнаружила. Впрочем, как и самого захудалого халата. Поэтому плюнув на все, я просто замоталась в полотенце. Тем более, что оно было более чем широкое. У меня некоторые платья короче, чем это полотенце. Поэтому из ванной комнаты я вышла вполне бодрой и свежей и с интересующим меня вопросом: — А где моё платье? — Воу! Кажется, мы что-то пропустили, — присвистнул, сидящий на диване, Хичоль, а Стю смерила меня подозрительным взглядом. Чунхен же просто молча, указал на спальню, из которой я вышла ранее.       Пришлось приводить в действие план пингвинов, улыбаться и махать. Правда, с одной поправкой, попутно я ретировалась в спальню. И только закрыв за собой дверь, я выдохнула. Блин, вот какая нелёгкая сила принесла сюда Хичоля? Это же человек, знающий абсолютно все сплетни в шоу-бизнесе. Хуже только Сынри. Спрашивается, зачем он здесь? Неужели Стю мало? И вообще, я обиделась на этих двоих! Они без меня свалили домой, оставив меня в клубе. Из-за этого я, непонятно пока как, оказалась у Чунхена. И ещё вопрос: где Кикван? Ведь я помню, что ехали мы в такси вместе с ним. Куча вопросов и ноль ответов.       Пока я размышляла над превратностями судьбы, я надевала платье. Кое-как застегнув его, я рискнула показаться на глаза остальным. Никто из присутствующих даже не поменял позы за то время, что меня не было. Однако, едва я показалась в дверном проеме, как Стю встрепенулась. — Давай быстрей! Я уже заждалась тебя!       И меня буквально на буксире за руку потащили к двери. Я даже опомниться не успела, как меня упаковали в пальто, и я оказалась в такси, которое везло нас со Стю домой. Хичоль остался у Чунхена. Блин, я ведь даже попрощаться с ними не успела. Спасибо за водичку сказать.       Дом встретил меня бардаком и кучей букетов во всевозможных емкостях. От тяжёлого запаха даже как-то дурно стало. Однако, Стю, невзирая на мое нытьё, усадила меня на диван и приступила к допросу. Знаете фильмы, где пленным светят яркой лампочкой в лицо и выспрашивают тайны государственного масштаба? Вот и Стю проделывала нечто подобное. Нет, она не опускалась до дешёвых фокусов с лампой. Но ощущение складывалось похожее. — Ну! И как ты оказалась в квартире Чунхена?       Да если бы я сама знала! Я даже спросить об этом не успела. Да что там спросить. Мы вообще не говорили толком. Две с половиной фразы не считаются. Если бы некоторые так сильно не торопились начать мой допрос, может, я бы и узнала историю своих ночных перемещений. Но сказала я совсем другое. — Как вы вообще умудрились меня забыть? — Забыть? — удивленно переспросила Стю. — Вот именно! Вы уехали на такси, а я могла вам только на прощание платочком помахать. — Мы думали ты уже в такси, на переднем сидении.       Я уже хотела высказать всё, что думаю о том месте, которым они в тот момент думали, но меня прервал телефонный звонок. Стю тут же подхватила трубку. — Да, шеф Ли!       Далее последовал целый спектр молчаливых эмоций на лице Стю и редкое: «Да, шеф!» и «Конечно, шеф!» Едва разговор закончился, как Стю бросила раздраженно: — Вот олухи! — Что случилось? — осторожно поинтересовалась я. — Эти курьеры-идиоты, доставили наш отчёт не в тот отдел. Там его отдали в другой отдел. Так он прошел несколько отделов, и, в итоге, пропал без вести. Все его видели, но никто не может сказать, где он! — И что теперь? — спросила я, предчувствуя худшее. — Что, что, едем в офис делать повторный отчет. Плюс, у них там какие-то накладки в работе. Без нас — никак, — вздохнула Стю, поднимаясь с места. ***       Отчеты и накладки затянулись больше чем на неделю. В компании все бегали, как загнанные лошади, всё в мыле. Все были нервные. Отовсюду слышались постоянные вопли. Хёна выглядела, как зомби не первой свежести. Впрочем, все мы так выглядели из-за отсутствия сна, бешеного темпа работы и нервного напряжения. До отлета в Штаты и дебюта оставались считанные дни. Судорожно перепроверялось всё, что можно и нельзя. С Хёной должна была лететь Стю, для координации деятельности и общего контроля. Я оставалась здесь и занималась текущей проектной документацией. На этот раз, при распределении деятельности, мы даже не прибегли к моей «любимой» игре. Просто не было времени. Решили, раз Стю и так всё время в неё выигрывает, то и этот раз ничего не поменяет. Априори мы сошлись на этом. Всё это время я пыталась выяснить у Чунхена, как я у него оказалась той ночью. Он, с серьёзным видом, утверждал, что я сама умоляла забрать меня. Но так как мой телефон тогда был у Хичоль, а его телефон был защищен неизвестным мне паролем, то я отмела этот вариант сразу. Попыталась выяснить у Киквана, но тот молчал как мальчиш-кибальчиш на допросе. Даже Хичоль молчал. А это — неспроста! Дело явно пахло заговором, но на его раскрытие у меня просто физически не было времени.       В день отлета аврал на работе как-то внезапно прекратился. Чемоданы были собраны, документы готовы, команда в режиме ожидания и все вопросы улажены. Поэтому, я даже не знала, чем мне толком заняться. Я даже в аэропорт поехала, чтобы проводить всю эту процессию в общем, и Стю с Хёной в частности. Лишь проводив улетающий самолет взглядом, я поняла, насколько сильно же я устала за эти дни. Поэтому, забив на всё и всех, я сорвалась домой отсыпаться. Тем более, что трудовой день уже близился к закату. В квартире без Стю и её вещей стало пусто. Но расстраиваться по этому поводу у меня не было ни сил, ни желания. Я хотела спать. Кроватка встретила меня как блудного сына тёплыми объятиями простыни-одеяла, и я погрузилась в сон.       Следующее утро я уже встречала бодрая и выспавшаяся. Привыкший за столько дней к авралу организм, бурлил жаждой деятельности и был готов к любым свершениям. Поэтому, недолго думая, я приняла решение, наконец-то, распутать этот клубок заговора о ночных перемещениях.       По прибытию в компанию, я тут же приступила к осуществлению своего плана. А для этого мне нужно было узнать, где сейчас Чунхен. Бегать, искать его мне было, откровенно говоря, лень. Поэтому, я просто спросила у проходящего мимо Дуджуна, не видел ли он Чунхена. Тот тут же откликнулся и сообщил, что буквально пять минут назад видел его в студии. Но тут же серьезно добавил, чтобы я ему не мешала. К их композитору прилетела муза и он творил новый хит. Заверив Дуджуна, что все музы останутся на месте, я уверенно двинулась в студию. Музы музами, а у меня тут вопрос о насущном. Как-то неприятно жить и осознавать, что кто-то знает о тебе не в пример больше положенного. Да ещё и те фрагменты твоей жизни, которые ты не помнишь. Так что, будем выяснять!       Заглянув в студию, я действительно обнаружила там Чунхена. Он увлеченно строчил песню на листке бумаги и не обращал внимания на меня. Вот и отлично! Я тихо вошла и закрыла дверь на замок. Ну, чтоб наверняка не сбежал ни он, ни музы. И, сложив руки на груди, произнесла зловещим тоном: — А вот теперь, ты мне все расскажешь!