Развлечения промышленного масштаба в домашних условиях

— Он предложил встречаться, а я согласилась. Вот так вот, нежданно-негаданно у меня завелся парень, — закончила я свой рассказ для подруг в скайпе. — Ты так это сказала, будто у тебя кот завелся или тараканы в квартире, — насмешливо уточнила Элен. — Можно подумать, ты этому не рада. — Я ещё всё не осознала, — честно призналась я. Мысль о том, что я теперь не свободна, упорно не хотела укладываться в мозгу. Что теперь делать? Как себя вести? Тем более, что мы решили пока держать в тайне наши отношения. И даже не от широкой общественности, а от друзей. Но такой новостью с девчонками не поделиться я просто не могла. — Да нормально всё будет! — успокоила меня Стю. — А как у тебя с Филей? — переключилась я на другую тему разговора. А что? Я тут, понимаешь ли, душу изливаю, тайной за семью печатями делюсь, а она ничего не рассказывает. — Даже не знаю, — задумчиво произнесла Стю, рассматривая свои ногти. — За столько времени мы сильно изменились. — И именно поэтому они опять идут на свидание! — перебила Элен и закатила глаза, демонстрируя своё отношение к словам Стю. — Как будто это что-то меняет!       Я фыркнула, пытаясь не засмеяться. Эта парочка как всегда. Даже спрашивать не стоило. Вечно у них столкновение стихий и вечные проблемы. И за то время, что они не виделись, это — ни капельки не изменилось. Стабильность, ага. Стю проигнорировала нас, с царственным видом, и уточнила у меня: — Так, значит вы теперь вместе, а об этом никто, кроме нас с Элен, не знает?       Я поморщилась. — В принципе, да. Но есть ещё Чонгук. Он, если и не знает наверняка, то очень скоро догадается. Тем более, он в курсе свиданий. И, вроде как, обещал хранить язык за зубами.       Мы помолчали, каждая думая о своем. Первой в себя пришла Стю. — Вы как хотите, а мне надо ехать по делам. Так что, пока Энни. И удачи! Текущий отчет по дебюту скину сегодня, — она отправила мне воздушный поцелуй и исчезла с поля зрения.       Я попрощалась со Стю и Элен и отключилась. Посидела ещё пару минут перед ноутбуком, разглядывая заставку со сладостями, а потом меня посетила одна мысль. Ведь скоро же день всех влюбленных! Блин! Вот и зачем я в это ввязалась накануне такого праздника? Не могла несколько дней подождать? Идиотка. Резюмировала я свой диагноз и пошла разогревать себе ужин.       Не успела я дойти до кухни, как меня отвлёк телефонный звонок. Звонил Хичоль. Как всегда, до неприличия энергичный и надоедливый. — Привет! — радостно завопили из трубки, мне аж пришлось отодвинуть аппарат от уха. — Как твоё ничего?       Я набрала в лёгкие воздуха, чтобы высказаться по поводу столь высоких децибел, но мне не дали вставить слово. — Расскажешь при встрече. Тем более, я звоню тебя на неё позвать. В общем, в субботу жду у себя. Посидим тихонько, пообщаемся. Будут только свои. — Тихонько? — недоверчиво уточнила я. — Мы хоть раз сидели «тихонько»? И кто это свои?       Пока я задавала все эти вопросы, я поняла одну вещь. Придти к Хичолю я не смогу при всем желании. У меня в субботу свидание с новоприобретённым парнем. И вообще, первый совместный праздник, о котором я только вспомнила, выпадает на этот день. Так что пока Хичоль залечивает мне что-то очень важное, надо придумать отмазку. Срочно. — Ну, я, — вещал, тем временем, Хичоль, даже не догадываясь о том, что его слова до меня не доходят. — Хонки, Зико, Шинхе, этого ребенка Чонгука позову — он как-то хорошо вписался, Кюхен и Чунхен. Вроде все. Никого не забыл. Правда, я пока только тебе позвонил. Так что, гордись своей избранностью! — О, Боже! Сам Хичоль позвонил мне! Я на седьмом небе от счастья! — машинально огрызнулась я. А потом поняла, что этот товарищ назвал имя Чунхена в числе приглашённых. Ну, да, как же без него. Но, если мы не придем вдвоем, то это подозрительно. Или нет? У меня чувство, что я скоро стану параноиком. — Не надо благодарностей! Лучше приходи! — снисходительно разрешил Хичоль и повесил трубку.       Как говорится, "Не было печали". Ладно, прорвемся. Как говорила одна известная героиня: «Я подумаю об этом завтра». Что ж, последую совету умного человека.       Суббота наступила как-то незаметно. Можно сказать, внезапно. С самого утра меня доставал Хичоль, так как точного ответа я ему до сих пор не дала. Он закидывал меня тонной сообщений однотипного содержания, с адресом и временем. Причём доставал он не меня одну. Пока мы с Чунхеном ехали к нему домой, его телефон тоже буквально раскалялся от сообщений и звонков. Такое пристальное внимание утомляло, поэтому мы просто отключили телефоны и вернулись к общению. Самолюбию немного польстил тот факт, что на телефоне парня был один из чехлов подаренных мною на рождественскую игру. Приятно, однако.       Квартиру Чунхена я помнила довольно смутно. Да и вообще, прошлый раз было не до разглядывания интерьера. Поэтому сейчас обстановке я уделила максимум внимания. Минимум мебели, однако, в деталях чувствуется уют и комфорт. Много света и пространства. Просто и со вкусом. Мне нравится.       План на вечер был довольно прост. Сначала мы решили приготовить ужин. Ничего особенного. Без сильных заморочек. Но это у нас ушло чуть больше часа. Но оно того стоило. Тем более, что это было весело. Чунхен вообще редко готовил, и его кулинарные навыки отсутствовали как таковые, в принципе. Максимум пожарить мясо. Собственно, этим он и занимался. А когда всё было готово, мы просто перебазировались к телевизору, вместе со всеми тарелками. А потом был долгий спор на тему, что бы посмотреть. В итоге, сошлись на фильме «Мой кровавый Валентин». А что? Фильмец про день святого Валентина. А то, что жанр вроде как ужасы, это уже дело десятое, и к нам не относится. У нас вообще потушен свет и романтика.       И вот, сидим мы на диване, все такие увлеченные сюжетом с бегом по шахте настолько, что забываем жевать, как вдруг входная дверь с писком открывается и в прямоугольнике света показывается силуэт. Честно, в этот момент я, кажется, забыла, как меня зовут. Только смотрела на стоящего в дверном проёме человека и думала о том, что мы сейчас повторим судьбу героев фильма. И ведь дата совпадает даже. Я сглотнула в ожидании неизбежного. Но тут вспыхнул свет и раздался возмущенный голос Чунхена: — Ну, мама!       На пороге стояла уже немолодая женщина с сумкой в одной руке и телефоном в другой. Я облегченно выдохнула, понимая, что нервы не к чёрту. И фильмы подобного жанра могут сделать меня заикой. И вообще, сегодняшнее убийство, видимо, откладывается. Но сердце всё ещё колотилось как бешеное, от этого единственное, что я смогла произнести, стало банальное приветствие. Женщина кивнула мне в ответ и приступила к наезду на своего сына. — Тебе телефон на что? Я весь вечер пытаюсь до него дозвониться, а он кино смотрит! — в это время от телевизора раздался душераздирающий вопль, заставивший меня вздрогнуть. — И вообще, чем вы тут занимаетесь?       Чунхен, видимо вспомнивший о правилах приличия, решил, наконец, меня представить. — Мама, это Энни — моя девушка, и мы тут день влюблённых, вроде как, празднуем.       В подтверждение его слов я кивнула, а герои фильма вновь нас порадовали своими вокальными данными. На это мама моего парня закатила глаза и, решительно преодолев разделяющее нас расстояние, подхватила пульт и остановила воспроизведение фильма. Удовлетворенно кивнула сама себе и всё же обратила внимание на меня. — Ну что ж, будем знакомиться! — резюмировала она.       Честно говоря, на столь скорое знакомство с родителями Чунхена я не рассчитывала. Более того, я вообще о нём ещё даже не думала. Так что сейчас я растерялась. Но, тем не менее, это произошло, и от этого никуда не деться. Заметив мою растерянность, мама взяла быка за рога и приступила к нашему совместному допросу на предмет кто, где, когда и как долго. Причём Чунхен почти тут же слинял под предлогом сделать кофе. Ага, как же! Мог бы и поддержать меня в столь трудной ситуации! У меня же в глазах застыл немой посыл гигантскими буквами «HELP ME!» Но меня бессовестно проигнорировали. Более того, его мама вскоре отправила его прогуляться, аргументировав это тем, что девочкам надо посекретничать. А тот и рад слинять от столь пристального надзора родительницы. А я? Я вспомнила все просмотренные мною сериалы, где родители против отношений своих детей. И прочую лабуду по теме.       Все мои опасения, тем не менее, не оправдались. Мама оказалась хоть и строгой и волевой женщиной, но не лишённой чувства юмора. Да и вообще, приятной собеседницей. После того, как с допросом было окончено, она буквально в считанные секунды превратилась в располагающего и доброжелательного человека. Так что я даже простила Чунхену его побег. Начала интересоваться моими увлечениями и вставлять ничего не значащие комментарии. Она даже посетовала на то, что её сын нормально не питается, а она не всегда может проследить. Но теперь она спокойна и доверяет это дело мне. Тут же мне перечислили список любимых и нелюбимых продуктов, так сказать, для общего развития. В списке «нелюбимых» оказалось почти всё сладкое, в том числе и шоколад. Поэтому я тихонько вздохнула, радуясь, что ещё не подарила ему эту злосчастную сладость сегодня. А ведь упаковка оного, собственного изготовления, лежит у меня в сумке. Ну, как собственного… Я просто перетопила свой любимый шоколад, разлила по формочкам, остудила и красиво упаковала. Но не суть. Хорошо то, что я вовремя узнала о вкусовых пристрастиях своего парня и не села в лужу со своим презентом. А мама тем временем продолжала. Так же она поинтересовалась тем, кто в курсе наших отношений. И дождавшись моего ответа, что в принципе никто ничего не знает (ну не стала я уточнять о некоторых лицах) удовлетворённо кивнула, поддерживая нашу конспирацию на все сто.       Когда Чунхен вернулся, то его маман встретила его замечательной фразой: — Ну и где ты ходишь? И почему ты до сих пор не включил телефон? Мы тебя уже заждались! — и, приобняв меня на прощание, выскользнула из квартиры. Как будто её тут и не было. До нас лишь из-за двери донеслось пожелание не засиживаться допоздна. Мы обменялись недоумёнными взглядами и вновь сели на диван досматривать фильм.       Остаток фильма мы периодически нервно косили на дверь. Мало ли, кто ещё может заявиться. Но никто не пришел. А после фильма, пока мы убирали и мыли посуду, Чунхен заинтересовался, о чём же мы тут секретничали с его мамой. Я, мстя за его побег, только улыбалась и отделывалась малозначащими фразами. — Ты ей понравилась, — видимо, Чунхен настолько отчаялся получить от меня ответ, что перешел к запрещённым приемам. — С чего ты так решил? — с улыбкой спросила я, поддерживая разговор. — Да так, — и загадочный прищур глаз.       Я дернула его за майку. Ну, мне же интересно! И Чунхен сдался. — Она выставила меня за дверь, чтобы поговорить с тобой. А зная мою маму, она могла заартачиться и выставить нас обоих. Да и закатить скандал, что я таскаю домой непонятно кого. — Это я-то непонятно кто? — возмущённо выдохнула я и начала надвигаться на парня. — Нет, — тут же поспешил откреститься от своих слов Чунхен, отступая от меня. — Ты просто не так поняла.       Я фыркнула, скорее сдерживая смех, нежели раздражённо. И Чунхен это прекрасно понял, но продолжил подыгрывать. — Я тебя сейчас покусаю! — прибегла я к угрозам, продолжая преследование. — О, нет! — смеясь, ужаснулся Чунхен. — Ты меня заразишь бешенством! — Я теперь ещё и бешеная? Ну, всё! — я кинула в него полотенце и попыталась догнать и покусать.       Наши догонялки довольно скоро переросли самым банальнейшим образом в форменный бедлам. И вот уже мне пришлось убегать. Хорошо, квартира большая и есть место для маневров. Но сколько бы я не пряталась за мебель, я всё равно попалась. Меня самым безжалостным образом уронили на диван и защекотали. А я щекотки до смерти боюсь! Еще и Чунхен буквально лежит на мне, отрезая пути к отступлению. Пришлось щекотать в ответ, так как чисто физически по-другому справиться я не могла. И что вы думаете? Не я одна боюсь этих самых щекоток. Поэтому заключив взаимовыгодное соглашение о не нападение, мы прекратили все военные действия. Просто остались лежать на диване в обнимку, даря друг другу легкие ленивые поцелуи.       Позже, когда Чунхен подвозил меня домой, я всё же рискнула включить телефон. Тут же посыпались сообщения о пропущенных от Хичоля и компании. Видимо, он всех привлек к попыткам дозвониться до меня. Но с Хичолем будем разбираться потом. Решай проблемы по мере их поступления — гласит народная мудрость.       После долгого прощания в машине, я всё же направилась домой. И не успела я дойти до квартиры, как мне уже позвонил Чонгук с воплями, что ему прямо очень срочно надо увидится со мной и поделиться новостями. Аргументы, что уже поздно, и вообще, я ещё даже входную дверь не открыла, не подействовали. Он заявил, что уже на подходе и, чтобы я ставила чайник.       И ведь действительно пришёл, спустя пять минут! Я даже толком переодеться не успела. Нарисовался на пороге квартиры, с коробкой в руках и загадочным видом. Нетерпеливо дождался, пока я до конца переоденусь и налью нам чаю, и только после этого заговорил. Он говорил торопливо и, слегка проглатывая окончания слов. — Нуна, Ты представляешь?! Мне Инсу подарила шоколад! — радостно известили меня и потрясли коробкой перед лицом. — О, поздравляю! Но тебя же вроде Хичоль должен был пригласить к себе на посиделки? — уточнила я, радуясь за друга. — Она мне шоколад ещё днём подарила. Вечером у неё какие-то дела были. Поэтому, я и не позвал её на свидание, — печальным голосом сказал Чонгук. — А вечером я был у Хичоля-хёна. Кстати, он счёл довольно подозрительным то, что ты и Чунхен-хён не пришли, да ещё и телефоны выключили. Вы ведь на свидании были?       Чонгук с любопытством заглянул мне в лицо, всё ещё прижимая к груди коробку с драгоценным шоколадом. — Много будешь знать — быстро состаришься! — я показала ему язык.       Парень притворно обиделся, но продолжил. — Я так и знал, что вы были вдвоём. Но я никому не сказал, хотя хёны меня пытали, где ты можешь быть. — Молодец, Гукки! Моя школа! И вообще, давай пить чай, пока он не остыл.       Я вытащила из сумки упаковку со своим, так и не подаренным шоколадом. Чего добру пропадать? Надо есть, тем более, что и я и Гукки сладкоежки. — Нуна, это же подарочный шоколад. И ты готовила его Чунхену-хёну? А почему он здесь, а не у него? Вы поругались? – осторожно начал выспрашивать Чонгук. — Ну, да. Я готовила это для Чунхена. Но сегодня узнала, что он не ест сладкое, — как можно спокойнее ответила я. — Он отказался его принимать?! — изумился мой собеседник. — Нет, — я грустно улыбнулась. — Я просто не стала его дарить. Он даже не знает о нём. — Ну и дура!, — заключил Чонгук, тут же уворачиваясь от моего подзатыльника. – Тут же главное — внимание!       Парень даже нравоучительно воздел палец к потолку. Посмотрел на меня как на неразумного ребенка. Я печально вздохнула. — Расстроилась? — тут же участливо спросил Гукки.       Я кивнула. На душе и правда, остался неприятный осадок. — Не расстраивайся! — Чонгук сгрёб меня в объятия, уткнув меня носом куда-то себе в грудь. На все мои попытки отбрыкаться, он даже не обращал внимания. А я затихла, понимая всю тщетность этих самых попыток. Так мы и сидели на диване, пока Чонгук на полном серьезе не спросил: "Успокоилась? Хочешь конфетку?"       Я ткнула его кулаком в бок. Что-то сегодняшний вечер внезапно стал слишком шоколадный. Чонгук рассмеялся и выпустил меня из своих объятий. Открыл свою коробку и царственным жестом разрешил мне угощаться. — И вообще, цени — я только с тобой делюсь! — проинформировал меня парень, с набитым ртом. — Я даже хёнам своим не сказал о шоколаде, не то, что поделился. — Я ценю, — улыбаясь, ответила я.       Так и закончился наш день всех влюблённых. Мы сидели на диване, ели шоколад, смотрели телек и тихо переговаривались.