stay in place (sing a chorus)

— Погоди, дай мне разобраться, — говорит Джош. — Ты пытался съесть спагетти ложкой, назвал своего брата придурком, когда тот попытался дать тебе вилку, слушал рассказ сестры о ее баскетбольном турнире, упал со стула, когда твой другой брат пнул тебя под столом, наблюдал, как твой папа пьет безалкогольное пиво, слушал рассказ мамы о баскетбольном турнире сестры и расплакался, когда брат, который пнул тебя, спросил, когда ты вернешься в школу. — Ну, примерно, все так и было, — произносит Тайлер, кивая. Брови Джоша поднимаются в удивлении: — И почему ты спустился ужинать? — Это была случайность, — краснеет Тайлер. — Как ты случайно согласился поужинать? — Я…ах,— Тайлер проводит рукой по волосам. — Ну, я собирался спросить маму кое о чем, но, в конце концов, спросил, что у нас на ужин. — О чем ты хотел ее спросить? Тайлер чувствует, как его лицо заливается краской, после чего он быстро говорит: — Ни о чем. Брови Джоша поднимаются еще выше, да так, что исчезают в копне ярко-голубых волос. Прежде чем Тайлер может остановить себя, он приближается к Джошу и сам опускает его брови. Они смотрят друг на друга какое-то время, а после уже смеются. Все заканчивается тем, что они прижимаются друг к другу лбами, а их пальцы переплетены между собой, и они оба все еще хихикают, когда взгляд Тайлера опускается вниз на мягкие, до мажорные губы Джоша. И ведь так легко просто… — Тайлер? Тайлер возвращает взгляд на глаза цвета мокко. Их лбы все еще прижаты друг к другу. — Могу я, эм…— прежде чем Тайлер думает об этом, он прижимается к губам до «осталось совсем чуть-чуть» расстояния и, в итоге, слегка касается их. Это было так быстро, но Тайлер до сих пор может почувствовать такие прекрасные, до мажорные губы, которые замерли, когда он наклонился назад. — Ох, — говорит Джош, выглядя пораженным. — Ох, — повторяет Тайлер, вставая. — Оу, оу, чувак, мне так жаль, я…— он практически скатывается с лестницы. — Нет, подожди, Тайлер, — зовет Джош, но Тайлер даже не оглядывается назад.

***

— Ты выглядишь сегодня мрачным, — комментирует мама Тайлера, пока он льет молоко в тарелку с хлопьями. — Я в порядке, — пожимает плечами Тайлер. — Ты даже не выходил из дома сегодня, — хмурится она. — Не в настроении, — он снова пожимает плечами. — Не против, если я присоединюсь к тебе? — спрашивает его мама, указывая на место напротив. Он качает головой: — Спасибо. Они сидят в тишине какое-то время. — Не знала, что тебе нравятся эти хлопья, — говорит мама Тайлера. — Хмм? — произносит Тайлер, глядя на нее. — Ох, да, это любимые…— он не заканчивает предложение, поскольку смотрит вниз на коричневые колечки зерен, «Джоша» Прежде чем он успевает осознать всю ситуацию, Тайлер неожиданно начинает плакать из-за миски с хлопьями. — Тайлер, — говорит его мама встревожено. — Эй, что случилось? — Прости, прости, — произносит Тайлер между всхлипами. — Я…я не знаю, я…— он не успевает сказать из-за плача. — Шшш, — говорит мама, внезапно становясь на колени рядом с его стулом и придерживая его за плечо. — Эй, все хорошо. Тайлер обхватывает ее двумя руками, прижимая к себе и кладя голову на ее плечо. Он неожиданно вспоминает, как раньше цеплялся за нее после, казалось бы, бесконечных ночных кошмаров, когда он был маленьким. Он перестал просить об этом маму, когда появился Джош. Он мог цепляться за Джоша вместо нее. Тайлер хихикает сквозь рыдания, задаваясь вопросом, должен ли он будет вернуться к объятьям мамы, когда ему снятся кошмары. — Все хорошо, — говорит мама Тайлера мягко, гладя его спину. — Милый, все хорошо. — Мам? — шепчет он в ее шею. — Да, Тайлер? — отвечает она. — Я влюблен в Джоша, — и его голос ломается на слове «влюблен». — Ох, — мама Тайлера прижимает его к себе еще крепче. — Ох, Тайлер. — И я знаю, — Тайлер останавливается, глубоко вздыхая. — Я знаю, что вы думаете, что он ненастоящий, и все так настойчиво уверяют меня в этом, что иногда мне кажется, что его действительно нет. И разве меня это остановило? — его начинает трясти. — Влюбиться в призрака. — Ох, малыш, — произносит его мама мягко. — Мне так жаль. Положение, в котором они находились, не было удобным, и мама Тайлера медленно помогает им встать, прежде чем они дошли до дивана. Тайлер сразу же сворачивается и кладет свою голову на плечо мамы. — Я все испортил, — произносит Тайлер, дрожа. — Я поцеловал его, и он не ответил мне, и мне хочется умереть, мам. Он многое для меня значит, а я все испортил. — Ох, дорогой, — говорит мама Тайлера, гладя его по голове. — Все испортил, — повторяет Тайлер. — Абсолютно все испортил. — Тайлер, — произносит его мама осторожно. — Может, это к лучшему? — Что? — спрашивает Тайлер, сбитый с толку. — Это не хорошо — полагаться на такого человека, — говорит его мама. — Может, тебе нужно с Джошем сделать перерыв? — Перерыв? — говорит Тайлер, потрясенный настолько, что перестает плакать. — Перерыв, Тайлер, — повторяет она. — Лишь на короткое время. Найди новое хобби или еще что-то. — Джош — не хобби, мама, — произносит Тайлер, возмущенный ее словами. — Он человек. Человек, с которым я должен помириться, — говорит он, вскакивая. — Тайлер, подожди… Но Тайлер уже выбегает через заднюю дверь и бежит в лес, чтобы найти Джоша.

***

Тайлер может слышать, как бессмысленно бормочет Джош, когда он добирается до домика на дереве. Он осторожно взбирается по лестнице, просовывая голову вовнутрь. Джош сидит там же, зажигая и снова гася зажигалку, делая все это в трансе. — Эй, — говорит Тайлер, и Джош роняет зажигалку в удивлении. — Привет, — говорит он, пряча зажигалку. — Заходи. Тайлер нерешительно заходит: — Я хотел изви… Он прерывается, когда Джош подходит и прижимается до мажорными губами к нему. Поцелуй длится дольше, чем предыдущий, и на этот раз оба отвечают. Губы Джоша теплые и сладкие, и Тайлер может чувствовать, как его собственное сердце безумно бьется. Нежные, голубого цвета руки Джоша касаются его. Одну он размещает на шее, а другой придерживает его за подбородок. Руки Тайлера также нерешительно достигают Джоша, хватая того за плечи. Они отстраняются друг от друга, и Тайлер медленно открывает глаза, чтобы увидеть довольного Джоша, чьи глаза до сих пор закрыты. Они просто сидят некоторое мгновение, пытаясь отдышаться. — Почему ты убежал? — спрашивает Джош, нарушая тишину. — Почему ты не ответил на поцелуй? — также спрашивает Тайлер. И снова наступает тишина. — Ты мне нравишься, – внезапно говорит Джош. Его голос звучит по-другому. Словно падающие капли дождя. — Ты мне очень нравишься. — Ты мне тоже очень нравишься, — говорит Тайлер, и Джош лучезарно улыбается ему, что его тигровые зубы видны через до мажорные губы. — Хорошо, — шепчет он, снова целуя Тайлера.

***

— Ох, — вздыхает Тайлер в рот Джоша. — Джош. — Хорошо? — бормочет Джош, пока он крутит пальцами. Тайлер вскрикивает. — Как..как.. — Тайлер откидывает голову назад, ударяясь о деревянный пол их домика. — Я могу попробовать на вкус…ахх… Джош сдерживает стон и прижимается идеальными до мажорными губами к нему. Тайлер хныкает снова, двигая бедрами. — Джош, — задыхается он. — Тайлер, — тепло говорит Джош низким голосом, словно и мед, и пение птиц, и темнота, и сладкий апельсин. Тайлер задыхается от стонов, пока Джош аккуратно двигает пальцами внутри. Он может попробовать что-то металлическое, но не совсем, он отчаянно нуждается в чем-то, но он сам не знает в чем. — Пожалуйста, — шепчет Тайлер, неуверенный, о чем он умоляет. Джош надавливает пальцами, и неметаллический вкус становится таким невероятным, что из него вырываются рыдания. — Эй, — говорит Джош, останавливаясь. Он прикасается к щекам Тайлера нежными, голубого цвета руками. — Ты в порядке? — Да, — шатко говорит Тайлер. — Да, я в порядке. Джош мягко целует его в лоб: — Скажи мне, если будет слишком больно, ладно? — Ладно, — бормочет Тайлер. Он пододвигается к пальцам Джоша, и тот улыбается ему милой до мажорной улыбкой. — Давай же, — говорит Тайлер, и внезапно у него пересыхает во рту. — Ты можешь…ах… Джош продолжает медленно двигать пальцами. Тайлер не совсем уверен в том, что он делает, но все хорошо. Он может почувствовать что-то еще в венах: горячее, отчаянное и черно-красный бархат. Он стонет, и сжимается вокруг пальцев Джоша. — Так хорошо, — произносит Тайлер. — Так…так…словно…ах, неметаллическое, но почти, и бархат и…аххх… — Шшш, — говорит Джош мягко. — Я знаю. Джош медленно отстраняется. Тайлер хмурится, ощущая пустоту внутри. — Что? — начинает спрашивать он, но Джош неожиданно перемещает бедра Тайлера и проталкивает что-то теплое и твердое в него. — Ох. — Все хорошо? — бормочет Джош, смотря на него вниз широко раскрытыми глазами цвета мокко. — Да, — отвечает Тайлер уверенно. — Да. Джош мягко двигается вперед, а его нижняя до мажорная губа зажата тигриными зубами. Глаза Тайлера закатываются, пока он медленно наполняется. Все горит, но это словно кофе со сливками, словно красные перья малиновки, и все хорошо. — Нормально? — шепчет Джош. — Да, — подтверждает Тайлер, закрывая глаза. Неметаллический вкус он снова ощущает во рту, и он задыхается, так как Джош слегка меняет угол проникновения. — Ох! Оххх…. Джош снова его целует, и Тайлер страстно целует того в ответ. — Это так…так..ах, — стонет Джош прямо в рот Тайлера. — Ты такой…ох, ох…— Тайлер целует, глотая его стоны. Джош начинает медленно и равномерно двигать бедрами, а Тайлер начинает двигаться ему в такт. Джош попадает внутри Тайлера по какой-то точке каждый раз, отчего Тайлер лишь может поскуливать низким голосом. — Скажи мне, — произносит Джош, — скажи мне, если слишком больно. — Это так, — бормочет Тайлер в ответ. — Продолжай. Джош мягко и немного испуганно смеется, но продолжает двигаться. Тайлер пропускает руки через мягкие, голубые волосы, слегка оттягивая их назад. Джош стонет, пальцами хватая его за плечи, а Тайлер обхватывает ногами талию Джоша. Он снова немного меняет угол, и Тайлер хнычет, когда Джош начинает попадать именно в то место сильнее. — Давай же, — бормочет Джош в ухо Тайлеру. — Могу я…? Тайлер не знает, о чем просит Джош, но он прижимается бедрами еще ближе к Джошу, сжимая, и с вскриком движения Джоша приостанавливаются. — ….Все нормально? — спрашивает Тайлер. Джошу трудно дышать, и он тянется рукой вниз и обхватывает Тайлера за – ого. — Я в порядке, — говорит он и начинает двигать рукой. — Ах… — произносит лишь Тайлер. Он дотрагивается руками до спины Джоша, отчаянно цепляясь за него. Неметаллический вкус ощущается более отчетливо, чем когда-либо, и Тайлер со стоном кусает Джоша за ключицу. — О, господи, — выпаливает он. — О, боже. Тайлер чувствует в венах бархат, во рту ощущается неметаллический вкус, и он может слышать низкий звук, совершенный соль-диез. Он громко стонет, и Джош проходится губами вдоль его челюсти вниз к его шее. — Ну же, — бормочет Джош. — Уже почти. Тайлер даже не понимает, о чем говорит Джош, к чему он близок, но он слишком переполнен эмоциям и ошеломлен, чтобы спрашивать. Джош двигает рукой, потирая большим пальцем верхушку, и неметаллического вкуса во рту Тайлера становится так много, что тот начинает рыдать, утыкаясь в Джоша. — Все хорошо, — шепчет Джош. — Просто отпусти. Отпусти. И Тайлер отпустил. Он падает, тонет и может почувствовать, как дрожит. Неметаллический вкус во рту выливается в настолько громкий стон, что он сам этого не ожидал. Он выворачивает свои руки, и одна с глухим звуком врезается в деревянную стену, он чувствует, как все его мышцы сжимаются и разжимаются. Соль-диез становится громче и громче, пока он наконец не кричит, издавая стоны и всхлипы. Джош бормочет мягкие, ласковые, как облака, слова, пока Тайлер успокаивается. — Ох, — все, что может сейчас сказать Тайлер. — Привет, — говорит Джош в шею Тайлера. — Привет, — эхом отзывается Тайлер, чувствуя гудение в ушах. — Это было…это было…— впервые, есть что-то, что Тайлер не может описать. — Да, — говорит Джош, целомудренно его целуя. — Я знаю.

***

— Я знаю, — говорит Тайлер, и ему тут же хочется засунуть свои слова обратно, потому что глаза мокко становятся темными. — Что, — произносит Джош мягко, и его до мажорные губы раскрываются, показывая тигриные зубы, — ты сказал? — Прости, Джош, — незамедлительно отвечает Тайлер. Джош выдыхает, и Тайлер может это описать, как красное, зеленое и оранжевое, словно поток неровных кристаллов проходит через кровать. Совершенная опасность. — Прости, — повторяет Тайлер. — Ты не…— Джош делает глубокий вдох. — Ты не понимаешь, ясно? — Я… — У тебя даже нет представления каково это, — произносит Джош, — бояться идти домой. Не знаешь, что значит быть напуганным собственными родителями, — он встает и ходит вокруг, насколько это позволяет тесный домик. — Ты не знаешь, каково это — прятаться, когда твой отец напивается и рушит все на своем пути, а твоя мать слишком укурена, чтобы о чем-то волноваться. Ты не понимаешь, каково это — загораживать своим телом сестру, маленького брата. Ты не знаешь, что такое страх, который проходит через тебя, когда твой отец вытаскивает свой ремень, потому что он злой и ему нужно выпустить пар. Ты и понятия не имеешь, каково это — быть избитым взрослым невменяемым человеком, которым управляет гнев. И позволь мне сказать тебе кое-что, Тайлер, — он остановился и повернулся, чтобы взглянуть в глаза Тайлеру. — Это. Больно. Тайлер сглатывает: — Мне… мне жаль. — Жаль, жаль, — произносит Джош с усмешкой. — Всем, блять, жаль. — Все черно-синее, — повторяет он, затем останавливается и хмурится, — для меня,— добавляет он.

***

— Что случилось, Тайлер? — спрашивает мама Тайлера. — А? — произносит Тайлер. — Ты сидишь здесь целый день, — говорит она, присаживаясь рядом с ним на диван. — Тебя что-то беспокоит? — Ну, — отвечает Тайлер. Он пытался остановить себя, но слова внезапно вырываются. — Джош и я занимались сексом, понятно? И после этого он выглядит слишком угрюмым, а я не знаю, что делать. А вчера мы поругались, потому что я согласился с ним, когда он сказал, что все черно-синее. Он ужасно разозлился, и я не понимаю, почему это произошло. Он прав, я действительно не знаю, каково это, когда все выглядит черно-синим. Но он продолжал кричать снова и снова, и, мам, ему так плохо дома, и я хочу помочь ему, но не могу, и от этого так больно. — У тебя… у тебя и Джоша был секс? Тайлер смотрит на абсолютно белое лицо мамы. — Да, — отвечает он медленно. — Это то, что я сказал, да? — Тайлер, — быстро произносит мама, хватая его за руку так сильно, что причиняет боль. — Это больно? Тайлер чувствует, как выражение его лица меняется на потрясение и отвращение одновременно: — Что? — Когда ты занимался сексом с Джошем, это было больно? — Ну, немного. Но я этого не замечал, — он выглядит задумчиво. — Больно, когда садишься на следующий день, — говорит он честно. Его мама выглядит абсолютно испуганной: — Ох, Тайлер, — шепчет она, сжимая его в объятьях. — Мне жаль. — Что? — произносит Тайлер, не понимая. Почему она извиняется? Разве секс это плохо? Ты же чувствуешь себя хорошо после. — Все нормально, — произносит его мама, качая его. — Все нормально. Теперь ты в безопасности. Тайлер сидит рядом, выглядя очень удивленным. Разве он не получил удовольствия? Мама проводит рукой по его волосам: — Ты в порядке. Никто не причинит тебе боль. Никто.

***

Мама Тайлера не спускала с него взгляда с тех пор, как он рассказал о том, что занимался сексом с Джошем. Он надеется, что Джош поймет, почему он не приходит. Его мама оставила его на короткое время, чтобы позвонить каким-то людям и его отцу. — Я просто собираюсь сказать привет твоим брату и сестре, ладно? — говорит она, когда слышит, когда дверь гаража открывается. — Я скоро вернусь. Тайлер медленно кивает. Он может слышать, как его мама встречает его брата и сестру, а после раздается небольшой стук в окне гостиной. Он выглядывает и видит Джоша, стоящего на улице, который машет рукой. Тайлер бежит к окну и открывает его. — Привет, — говорит он осторожно. — Пойдем, — произносит Джош, указывая на лес позади себя. Тайлер кусает губу: — Моя мама сойдет с ума, когда вернется и увидит, что меня нет. — Пожалуйста? — вздыхает Джош. — Прости, Тайлер. Я не хотел кричать на тебя. Пожалуйста. Мне очень жаль. — Ладно, — бормочет он, выбираясь из окна. — Привет, — мягко спрашивает Джош, осторожно беря его за руку. — Мы можем поговорить? — Хорошо, — произносит Тайлер, а затем они идут рука об руку в лес. — Мне жаль, что сорвался на тебе, — извиняется Джош, как только они скрылись в лесу. — Прости, что сказал, что понимаю тебя, — произносит Тайлер. — Я не понимаю. Я не знаю, о чем я тогда думал. Джош улыбается, но его до мажорные губы выглядят грустно: — Всем, блять, жаль, — шепчет он, а после наклоняется и целует Тайлера. Глаза Джоша закрыты, когда он отстраняется, зато он выглядит спокойным. — Спой, — говорит он, и его глаза по-прежнему закрыты. — Что? — озадаченно спрашивает Тайлер. — Спой, — повторяет Джош. — Что ты хочешь, чтобы я спел? — спрашивает Тайлер изумленно. Джош пожимает плечами: — Что-нибудь, что знает каждый. — Эм, — делает паузу Тайлер. По какой-то причине, все, о чем он думает, так это о «Twinkle, Twinkle, Little Star». Джош, наконец-таки, открывает глаза, когда Тайлер заканчивает петь: — Спасибо. — Да не за что, — произносит Тайлер. Они идут глубже в лес, их руки все еще сцеплены вместе. — Ты когда-нибудь замечал, — начинает Джош, смотря на темнеющее небо, — когда ты крепко зажмуриваешь глаза, все меняется? — Да, — отвечает Тайлер. — Не существенное, но достаточно для того, чтобы расстроиться. — Точно, — щелкает пальцами Джош. — Как тот парень. С закрытыми лицами. С именем красный, август и буква л. — Эм, — задумывается Тайлер. — Рене Магритт? — Да-да, он, — произносит Джош. Все не так, как должно быть. Тайлер медленно кивает, разглядывая вокруг себя лес. Жуткий мрак наступает и немного уходит. Он дрожит, оглядываясь на Джоша, который…который является не тем, кем должен быть. Это он и говорит ему, отчего Джош напрягается, и Тайлер думает, что тот снова начнет кричать, но Джош просто сжимает его руку. — Это хорошо, — шепчет он, — до тех пор, пока ты помнишь меня. Тайлер сжимает его руку в ответ. Они идут в тишине, и все зелено-оранжевое. Тайлер может это почувствовать на вкус. — Что, если все это нереально? — неожиданно спрашивает Тайлер. — Что ты имеешь в виду? — хмурится Джош. — Что, если все это происходит у меня в голове, — объясняет Тайлер. Джош поднимает голову. — Ну, конечно, это все в твоей голове, — произносит он, а Тайлер моргает. — Что? — Это все в твоей голове, — жестикулируя, говорит Джош. — Но это не означает, что это ненастоящее. — Да, но что, если все это, — он указывает на вещи вокруг себя, — только в моей голове? Джош пожимает плечами: — Тогда это должно быть реальным, не так ли? Если ты это видишь, то ты можешь это почувствовать, почему это не может быть настоящим? — Я..я не знаю, — произносит Тайлер, хмурясь. — Может, потому что это нереально для всех остальных. — Поэтому? — Поэтому, возможно, и ты ненастоящий. Джош замирает, глядя на Тайлера: — Что? — Может, ты вовсе не существуешь, — повторяет Тайлер. Джош качает головой: — Нет, не говори это. — Все говорят мне, что ты…— произносит Тайлер. — Мои врачи, мой психолог, мои родители… — Не слушай их, — твердо говорит Джош, все так же глядя на Тайлера. — Не слушай. Ты можешь меня видеть, так? Ты слышишь меня? — он сжимает руку Тайлера. — Чувствуешь меня? — Галлюцинация? — предполагает Тайлер. — И тот, кто целует тебя? — возражает Джош. Тайлер выпускает руку Джоша и прижимает ее к своей голове. — Тайлер, я настоящий, — хватает его Джош. — Ты слышишь меня? — Дай мне подумать! — кричит в ответ Тайлер. — Я сказал тебе помнить меня, — произносит Джош, рыча. — Ты думал, что все это неправда? Я всего лишь твое воображение? — Замолчи! — орет Тайлер, закрывая руками уши. — Заткнись, заткнись, заткнись! — Послушай меня! — Ты ненастоящий! — Нет, это не так. — Ты ненастоящий! — Я настоящий! Тайлер, послушай… — Ненастоящий, ненастоящий, ненастоящий…. И затем Джош ударяет его по лицу. Они оба замирают. — Ты…ты только что… — Тайлер, — выпаливает Джош. — Тайлер, мне так жаль, я не… — Отвали от меня. — Ох, Тайлер, прос…. — Оставь меня одного! — кричит Тайлер. — Убирайся! — Тайлер, пожалуйста, прости меня! — Держись от меня подальше! — вопит он, убегая в сторону дома. — Тайлер! Тайлер плачет, его слезы бегут по щекам. Он бежит на свет возле его дома, после стучит в дверь, и его брат открывает ее. — Тайлер, мама была так… Тайлер бежит через него в свою комнату, рыдая. Он падает на свою кровать, даже не потрудившись закрыть дверь. Он прячется под одеялами, сворачивается в клубочек и засыпает.

***

Тайлер просыпается, чувствуя, как его мама лежит рядом с ним на кровати, гладя того по спине. — Эй, — произносит она мягко, пока тот присаживается и потирает глаза после сна. — Привет, — говорит он, чувствуя себя опустошенным. — Хочешь поговорить? — осторожно спрашивает мама. Тайлер начинает качать головой, но все же произносит: — Джош ударил меня. Глаза мамы расширяются: — Он что? — Это была моя вина, — говорит Тайлер, пропуская руку через волосы. — Я продолжал кричать, что он ненастоящий, и он тоже кричал, но я не остановился, и в конце он ударил меня. Его мама уставилась на него, выглядя испуганной. — Он ударил тебя, — говорит она медленно. Тайлер потирает глаза, кивая. Внезапно он ощущает себя стиснутым в объятьях. — Мама? — говорит он неуверенно, так как чувствует, что она дрожит, будто плачет. — Тайлер, — произносит она. — Ох, Тайлер. Мне так жаль. — Почему…почему ты…? — начинает Тайлер, но не заканчивает, нерешительно гладя спину его мамы. — Мой мальчик, — шепчет она, обнимая его так крепко, что становится трудно дышать. — Мам? Тайлер замечает, как его младший брат заглядывает в комнату. — Хм, я не хотел вас беспокоить, но папа звонит, — произносит он, держа в руке телефон. Неохотно, мама отпускает Тайлера и берет в руки телефон. Чувствуя, что ему тут делать больше нечего, его брат тут же покидает комнату. — Крис? — говорит его мама, держа телефон возле уха. Она слушает некоторое время. — Нет, он только проснулся, — она снова останавливается. — Да, я…нет, я скажу тебе об этом позже, — еще одна пауза. — Да. Скоро встретимся, — она заканчивает разговор и кладет телефон на одежду Тайлера. Мама Тайлера продолжает сидеть рядом с ним. — Ты голоден? — спрашивает она. Тайлер качает головой: — Который час? Его мама проверяет время: — Три часа пятьдесят минут. — Дня или… — Утра, — произносит она. Тайлер хмурится: — Что тогда делает папа? И чем занят мой брат? — Твой папа вышел, чтобы купить кое-какие вещи, — говорит мама. — А все остальные были не в состоянии заснуть. — Это из-за меня, я уверен, — безразлично говорит Тайлер. Его мама сжимает его руку: — Это моя вина. Я наделала много шума. — Ох, — произносит Тайлер, не зная, что еще можно сказать. — Мы собираемся сходить к доктору Поулсону, хорошо? — говорит она. — Зачем? — Нам нужно поговорить обо всем вместе, — произносит мама ему. — Поговорить о чем? Она пожимает плечами: — О всем, что произошло. Тайлер вздыхает: — Секс, — произносит он, а его мама вздрагивает. — Да, Тайлер, — говорит мама. — И об этом тоже. Тайлер медленно кивает, снова ложась в кровать. Он кладет свою голову на подушку и притворяется, что Джош никогда его не бил.

***

— Я не понимаю, почему мы придаем такое большое значение всему произошедшему, — говорит Тайлер. — Почему ты думаешь, что мы не должны это делать? — Спрашивает доктор Поулсон. Тайлер пожимает плечами: — Это просто секс. Много подростков этим занимаются. — Многие дети занимаются этим, потому что им это нравится, — мягко поправляет его мама. — Но мне понравилось, мама, — говорит Тайлер, хмурясь. — Понравилось. Его мама смотрит пристально на Тайлера: — Понравилось? — Да? — отвечает он. — А разве не должно было? Почему нет? — Ну, нет, я…я имела в виду, что… — Что? — требовательно спрашивает Тайлер. — Мы никогда не думали, что тебе понравится секс с кем-нибудь, — прерывает их доктор Поулсон, — после того, что произошло с доктором Крэйгом. Тайлер замирает. — Но доктор Крэйг, — он останавливается, сглатывая. — Он просто…он просто ударил меня. Правильно? — О боже, — произносит его мама, накрывая свою голову руками. — Ох, Тайлер. — Мама? — говорит Тайлер, чувствуя страх. Его мама качает головой, пряча лицо в плече отца. — Папа? — спрашивает мягко Тайлер, и его отец с трудом сглатывает и переплетает свои пальцы с пальцами мамы. — Тайлер, доктор Крэйг…— он делает паузу, делая глубокий вздох. — Доктор Крэйг….— он качает головой, глядя на доктора Поулсона. — Тайлер, — произносит доктор Поулсон, выглядящий обеспокоенно, а не как обычно спокойно. — Доктор Крэйг ударил тебя, да. Но, ах…— он коснулся рукой своих волос. — Он причинил тебе, ну, боль. В сексуальном плане. Тайлер откинулся назад. — Он…он изнасиловал меня, — произносит он. — Да, это так, — говорит доктор Поулсон, его глаза полны печали. — Я не помню этого? — спрашивает Тайлер. — Это последствие детской травмы, — говорит доктор Поулсон. — Неудивительно, что ты подавил в себе эти воспоминания. — Но никто не сказал мне? — спрашивает Тайлер. — Мы не хотели тебя расстраивать, — объясняет доктор Поулсон. — Это бы тебя только ранило. — Нам так жаль, Тайлер, — произносит его мама сквозь слезы. — Так жаль. — Жаль, жаль, — бормочет сам себе Тайлер. — Всем, блять, жаль. — И поэтому все сводится к Джошу, — говорит доктор Поулсон. — Ты начал говорить о нем почти после того, как доктор Крэйг стал твоим лечащим врачом. — И? — спрашивает Тайлер. — Тайлер, — осторожно произносит доктор. — Джош всего лишь твое воображение. Он ненастоящий. — Нет, — пытается сказать он, но все вещи начинают вставать на свои места. — Ох. Ох, нет. — Прости, — говорит доктор Поулсон, стараясь выглядеть миролюбиво. — Но…но мы…— целовались, касались друг друга, занимались любовью. Это все было по-настоящему. Было ли? Тайлер накрывает голову руками. Никто никогда не видел Джоша. Ни у кого нет доказательств того, что он действительно существует. Черт, Тайлер даже не знает фамилии Джоша. О боже. — Тайлер, — произносит мама, — ты что-нибудь хочешь? Тебе что-нибудь нужно? Тайлер медленно качает головой, сильно сжимая колени руками. — Нет, нет, — произносит он, зажмурившись. — Нет. — Тайлер, — кто-то говорит. Он не знает, кто это был, потому что все звуки сейчас сливают в один единственный. — Еда отравлена, — шепчет он, прежде чем все погружается в темноту.

***

Тайлер просыпается в своей комнате, его мама спит рядом на кресле возле кровати и крепко держит его за руку. Он смотрит в окно, наблюдая, как заходит солнце, отчего тот щурится. — Помни меня, — шепчет он. Его мама рядом шевелится, ее глаза медленно открываются. — Эй, малыш, — бормочет она. — Привет, — говорит он, все еще глядя в окно. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает его мама. — Я устал, — произносит он. — Можно мне, эм, немного воды? — Конечно, — говорит она. — Я скоро вернусь. Не вставай, хорошо? — Хорошо, — отвечает Тайлер, все также глядя на солнце. — Эй, посмотри на меня. Тайлер неохотно отводит взгляд от окна и смотрит на маму. — Никуда не уходи, — приказывает она. — Хорошо, — повторяет он, и она обнимает его, прежде чем уходит. Как только она закрыла дверь, Тайлер открывает окно и выбирается из дома тем же способом, который проделывал Джош. Он бежит в лес, ему неприятно находиться в собственном теле. Грязный. Грязный, грязный, грязный. Вся его душа грязная, и Тайлер чувствует это, но это единственное место, которое он не сможет отмыть мылом. Его ноги мокрые из-за иссиня-черной воды, и он оглядывается вокруг, понимая, что все превратилось в черно-синее. Он хочет крикнуть Джошу, рассказать ему, что он все понял сейчас, но Джош ушел и больше никогда не вернется, и Тайлеру кажется, что его легкие просто разорвутся. — Прости, — кричит он, — я все понял. Я обещаю. Но все становится синим, все становится черным, и Тайлер может чувствовать холод, пробирающийся сквозь кости. Холод проходит через его глаза, поэтому он зажмуривается так сильно, как только может, но все остается по-прежнему. Он дрожит, его трясет, он просто отвратителен. Тайлер медленно понимает, что начинает просить Джоша вернуться назад, но он не вернется, потому что он ненастоящий, а Тайлер, блять, сумасшедший идиот, который остался только со своими ебаными сумасшедшими мыслями, и он такой, такой, такой грязный, он мерзкий, и его никто никогда не сможет полюбить. — Пожалуйста! — вопит он гортанно, словно сами слова вырвались из его горла. — Ох, пожалуйста! Но слова эхом отдаются в лесу, отскакивая от дерева к дереву, и Тайлер может ощутить, как слова проходят сквозь него, проходя через кости, заставляя их вибрировать «пожалуйстапожалуйстапожалуйста». — Где же ты? — кричит он. — Ты мне нужен! Ты мне так, блять, нужен, пожалуйста! Его руки на голове хватают за волосы и тянут их вместе с кожей. Его ногти царапают нежную кожу щек, разрывая ее, и он думает, что боль — самая реальная вещь, которую он когда-либо чувствовал. Он хватает себя отчаянно за лицо, шею, руки. Это больно, это чертовски больно, и он рыдает, но одновременно и смеется, потому что разве это не самая прекрасная вещь? — Я настоящий! — кричит Тайлер. Он указывает на небо, обвиняя его. — Я, блять, настоящий! Почему не ты? — он падает на холодную землю. — Почему ты ненастоящий?! — вопит он. — Почему. Ты. Не. Существуешь?! — спрашивает он, ударяя свою голову об землю с каждым произнесенным словом. Тайлер быстро успокаивается, понимая, что он рухнул перед домиком на дереве. Их домик на дереве. Он зажмуривается и позволяет воспоминаниям чередой проноситься перед глазами. Поцелуи, прикосновения, тихие колыбельные, которые были выдумкой. Все было ненастоящим. Задыхаясь из-за рыданий, Тайлер встает с земли. Он забирается на дерево, где находится домик. Там темно и тихо. Воздух тяжелый, и Тайлер не может даже вымолвить слово. Он садится на пол и наблюдает, как слезы падают на слово «У-Ж-А-С-Н-О», что вырезано на полу. Зажигалка Джоша лежит рядом с обувью Тайлера, он подбирает ее и щелкает. Пламя вспыхивает в темноте, и Тайлер будто наблюдает со стороны, как пламя отбрасывает его к стене. Он держит зажигалку, наблюдая, как дерево становится темным, как будто обугливается. На какой-то миг ничего не происходит, но внезапно Тайлер видит, как огонь охватывает дерево. Он кидает зажигалку и смотрит, как пламя растет и становится все больше и больше, поднимаясь к потолку. Тайлер лежит на спине и смотрит, как огонь охватывает крышу. Домик заполняется дымом. Что-то внутри его тянет, настаивая, чтобы он выбирался отсюда, прежде чем он задохнется или сгорит. Но он игнорирует это чувство. Ему все равно. Тайлер заснул, а все вокруг него горело. Ему все равно.

***

"Как ты себя чувствуешь?" У-Ж-А-С-Н-О

***

Похороны — небольшая тихая церемония. Мама кричит, отец сознательно молчит, брат и сестра немного скорбили по брату, которого никогда действительно не знали. Доктор тоже там, потирает место загара на своем безымянном пальце и медленно делает вдох-выдох. Священник, проводящий ее, спрашивает, хочет ли кто-то сказать пару слов. Парень с ярко-голубыми волосами и глазами цвета мокко (с до мажорными губами, голубыми руками и тигровыми зубами) встает.