Wounded Bird

Мизинец стоял, облокотившись плечом о стену, и наблюдал за сладкой местью Сансы. Именно такое впечатление у него сложилось, когда он увидел эту довольную усмешку на ее лице, когда она отходила от Рамси, которого пожирали его собственные псы. Какая поэтическая смерть. От нее так и веяло ликованием, отчего уголок губ Петира тоже приподнялся, что свидетельствовало о его гордости за девушку. Однако она прошла мимо него, совершенно игнорируя мужчину перед собой. Ей хотелось побыть одной и переварить все, что сегодня стряслось. Она понимала, что ей предстоит нелегкий и серьезный разговор с Джоном, но не сейчас… Старк тяжело вздохнула, оглядываясь на Винтерфелл, и почему-то ее обуяла грусть. Смерть Болтона лишь на несколько минут принесла ей радость, но теперь она впала в какую-то апатию, не заметив, как пришла к чардереву. Упершись рукой в ствол, она прикрыла глаза, чувствуя небольшую тошноту. Все-таки она не часто была очевидцем таких жестоких сцен, как сегодня… Но она знала, что должна была увидеть все собственными глазами, чтобы убедиться, что этот ублюдок действительно мертв. Вряд ли Джон будет зол на нее за это, все же она имела право. После всего, что он сделал… Ее рука невольно сжалась в кулак при воспоминаниях о его зверствах. Санса помнила, как была не в состоянии сомкнуть ноги вместе после его визитов в ее постель. Его больше нет… Не стоит думать о тех ужасах, уже все позади. Набрав в легкие побольше воздуха, девушка обернулась, чтобы направиться обратно в замок, как вдруг в паре метров от себя она обнаружила Петира, который будто бы не решался подойти к ней, молча ожидая ее реакции. Наверное, Старк слишком погрузилась в свои мысли, а потому даже не услышала его шагов. — Вам стоит быть осторожней, дорогая, все-таки люди Болтона еще остались среди нас, и не всем будет по нраву возвращение и правление леди, — заговорил мужчина, делая неуверенный шаг по направлению к ней. Санса гордо вскинула голову, отвечая Бейлишу холодным взглядом голубых глаз: — Неужели теперь вас волнует моя безопасность? — съехидничала она, пытаясь сохранять неприступное выражение лица. — Почему же вы не побеспокоились об этом, когда выдавали меня замуж? Когда Санса смотрела на него, то внутри нее боролись сразу два чувства — чувство долга и некая злость. Как-никак, но без армии Долины Джон бы точно проиграл бой. Несмотря на пламенную речь Старк несколько недель назад, Мизинец все равно откликнулся на ее зов. Вот только она была не настолько глупа, чтобы считать, что он сделал это из-за чувства вины. Именно поэтому девушка и испытывала злость. Эти его проклятые схемы! Даже если он признается, что ему нужно, то не факт, что она сможет поверить ему. Одновременно с этим какая-то таинственность, что окутывала этого мужчину, манила ее. Звучит глупо, учитывая, что она противоречит сама себе, но уж больно долго она пробыла с ним рядом и не могла теперь относиться к нему, как к чужому человеку. — Санса, я… — начал было Петир, однако Старк прервала его, махнув рукой: — Я сейчас не в настроении для откровенных разговоров, лорд Бейлиш. Прошу, оставьте меня. Когда она услышала поскрипывание его ног на снегу, то с облегчением вздохнула, но к ее удивлению Мизинец не ушел, а наоборот приблизился к ней еще на несколько шагов, пытаясь заглянуть в глаза, которые Санса упорно прятала. — Санса, дай же мне объяснить, — попросил он, наконец хватая ее за плечи, удерживая на месте, но та все еще не поднимала глаз. — Когда я говорил с Рамси, то прямо сказал ему, что у меня совсем мало информации о нем. Он пообещал мне, что не причинит тебе вреда. Если бы я знал, дорогая, я бы не предлагал тебе этот брак… Ведь есть Робин… Но я видел, как ты скучала по дому, как хотела вернуться, и я подумал, почему бы не убить сразу двух зайцев? — Вы лжете, — спокойно ответила девушка, и тут пальцы Петира резко приподняли ее голову за подбородок. — Посмотри мне в глаза и скажи, что я вру сейчас, — пылко произнес мужчина, отчего у нее внутри что-то екнуло, хоть внешне она и старалась оставаться такой же каменной. Санса встретилась с ним взглядом, и как бы ей хотелось увидеть, что он лжет… Так было бы легче — просто ненавидеть его… просто расстаться и больше никогда его не увидеть. Но Бейлиш не врал. Она чувствовала это, и потому ей стало еще хуже. — Теперь ты мне веришь? Ох, Санса, — он снова шокировал ее тем, что прижал к себе, поглаживая по голове, будто утешая. — Если бы я мог повернуть время вспять… — Вы не можете, — безэмоционально ответила девушка, отрываясь от него, в душе напуганная подобным поведением со стороны Петира. Он редко бывал с ней искренен, и теперь ее это немного напрягало. Она ожидала совсем другого. — Да, не могу, — согласился он, опуская взгляд, продолжая удерживать ее на месте. — Когда ты заставила меня угадывать, что он сделал с тобой, признаюсь, это был один из самых тяжелых разговоров в моей жизни. Я заметил, как ты изменилась, как он изменил тебя… И в тот момент я понял свою ошибку, но ничего уже было не исправить. — Вы манипулировали мной. Хотели настроить против Джона. Вы ведь знали, что я не расскажу ему? И что Черная Рыба не сможет помочь мне? — Я бы не назвал это манипуляцией, дорогая. Я просто… — Бейлиш снова посмотрел на нее, — я просто хотел, чтобы ты нуждалась во мне. Если бы я оставил все, как есть, то возможно, мы бы больше не увиделись, или еще хуже… — Я была бы мертва, — закончила за него Санса, поджав губы. Почему он всегда оказывается победителем в их словесных перепалках? Хотя ему в этом нет равных. Он — ее учитель, а она всего лишь ученица. — Так чего вы хотите? — сухо спросила Старк, отойдя от Мизинца, чтобы не видеть его лицо. Даже, если он и не знал о Рамси, ей все равно хотелось сделать ему больно за то, что он уехал, что не остался с ней… Она начала привязываться к нему, а он так легко бросил ее. — Я думал, что ты знаешь, чего я хочу, — голос Петира стал ниже, почти охрип, когда он в одно мгновение оказался подле девушки, а их лица находились сейчас в паре сантиметров друг от друга. — Ты ведь сама тогда сказала, что знаешь. Или это был блеф? Старк не нашлась, что ответить, сначала открыв, а потом закрыв рот. Ее раздражало, когда он так делал. — Впрочем, вопрос не в том, чего хочу я. Вопрос в том, чего хочешь ты, — его пальцы нежно прошлись по огненным волосам Сансы, а губы исказило подобие улыбки. Он был слишком близко, чтобы она могла мыслить здраво. Девушка даже ощущала его мятное дыхание; его глаза показались ей черными. Она могла ошибаться, но в них как будто отражалась… страсть? — И чего же я хочу? — напрямик поинтересовалась северянка, хмыкнув, стараясь не подавать виду, как присутствие Бейлиша волнует ее. — Тебе нужна защита, дорогая. — Джон сумеет меня защитить. — Сможет ли он следовать за тобой повсюду? В конце концов, у него появится своя жизнь, а у тебя — своя. И к тому же… он может злиться на тебя еще некоторое время. — Вы на что-то намекаете? — снова задала в лоб вопрос Санса. — Тебе нужно выйти замуж и укрепить свое положение, Санса. — То есть такова ваша цена за помощь Северу — чтобы я вышла за Робина? — Нет, я предлагаю тебе совсем другую кандидатуру. Свою. На пару секунд Старк опешила, во все глаза смотря на Петира, который терпеливо дожидался ее ответа. — Вы серьезно? — все, что она могла из себя выдавить. — Разумеется, — девушка почувствовала, как хватка Мизинца стала сильнее, сдавливая ее плечи. — Разве ты еще не поняла, что все, что я хочу — это защитить тебя? — Потому что я — дочь своей матери? — Санса все еще не доверяла ему, с подозрением относясь к его предложению. — Не только. В свое время я подвел Кейтилин, но сейчас хочу сделать все правильно. Твоя мать мертва, но ты здесь. Поэтому прошу, подумай. — Вы видите во мне только мою мать, я для вас не существую, — упрямо заявила Старк, слегка отталкивая Бейлиша от себя. — Думаете, мне нужен еще один неудачный брак? Нет, я больше не хочу и не выйду замуж. По крайней мере, уж точно не за вас. Вам нужен Винтерфелл, как и всем остальным, а не я. Никто не удосужился спросить, что чувствовала я все это время, пока этот подонок мучил меня снова и снова… — Прекрати, Санса, — в его голосе слышались нотки отчаяния, а на лице она вновь заметила тень скорби, как при их прошлом разговоре. Неужели, ему и правда больно это слышать? Что ж, хоть как-то она сумеет отплатить ему! — Я была рабыней этого человека… я даже не могу назвать его человеком! Джоффри по сравнению с ним просто сущий ангел. Я не думала, что найду кого-то хуже него, но, видимо, судьба просто смеется надо мной. Может, вы и не знали о нем всей правды, но уверена, что хоть что-то до вас доходило! Вы позволили этому случиться! Он вытворял со мной такое, что… — на этих словах на глазах Сансы выступили слезы, и ей совсем не хотелось сдерживать их, ведь ей так давно нужно было выговориться. — Я слышала, что в первый раз девушкам обычно бывает больно, но Рамси постарался, чтобы я никогда не забыла то, как он буквально разорвал меня пополам! По телу Петира прошлась дрожь, но Санса продолжала: — Он брал меня каждую ночь, совсем не заботясь о том, каково мне… Да что там, он хотел, чтобы я страдала. Никогда не трогал лицо, но все остальное… Он был так жесток, что боюсь, что теперь я… Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь родить ребенка! — на этом моменте девушка совсем разревелась, а перед глазами у нее все расплылось от слез, поэтому она не заметила, как мужчина быстро подошел к ней, заключая в свои объятия. — Санса, тише, — повторял Петир, поглаживая ее по голове, стараясь хоть как-то утешить. — Мне так жаль, дорогая. Ей сейчас очень нужна была поддержка, а потому она больше не сопротивлялась, сжимая пальцами ткань плаща Бейлиша, всхлипывая у него на груди. Даже с Джоном она не была так откровенна, не желая нагружать брата еще большими проблемами перед битвой. — Может, у меня и были личные мотивы, Санса, но я не врал тебе. Когда ты попросила меня рассказать тебе, почему я убил Джоффри, я ответил тебе честно. Если ты спросишь меня, почему я предложил тебе помощь в этой битве, то ответ будет таким же… В голове девушки сразу же всплыла сцена, предшествующая их первому поцелую. «Что мы делаем с теми, кто ранил тех, кого мы любим?» Но Мизинец не любит ее! Заботится — да, возможно, но не любит. Когда слезы на ее лице высохли, Старк выбралась из объятий Петира, смеряя его презрительным взглядом. — Мне не нужна ваша жалость, лорд Бейлиш. Вы сослужили свою службу, приведя рыцарей Долины. Я могу отблагодарить вас иным способом, но я точно не выйду за вас замуж. Мы с Джоном будем править Винтерфеллом вместе. Вы же вольны оставаться здесь в качестве гостя — все-таки вы спасли много жизней — но в дальнейшем наши с вами пути расходятся. — Санса… — пытался вразумить ее Мизинец, но она даже не взглянула на него, собираясь уйти отсюда как можно быстрее, однако его рука в одно мгновение оказалась на ее запястье. — Ты боишься. Не только меня, но и мужчин в целом, я это понял. Ты думаешь, что всем от тебя что-то нужно. И что все они считают женщину своей вещью. Но позволь мне доказать тебе, что это не так. Прежде чем девушка успела возразить, губы Петира уже сминали ее собственные, а длинные тонкие пальцы погрузились в копну рыжих волос, притягивая ближе к себе. Из-за шока рот Сансы слегка приоткрылся, чем Бейлиш и воспользовался, углубляя поцелуй, проникая языком в недра ее сладкого ротика. Старк охнула сквозь поцелуй, не в силах отстраниться, чувствуя, как земля уходит у нее из-под ног. Что он с ней делает? Почему ей это нравится? Ей срочно надо убежать, ударить его, остановить это безумие, но руки не слушаются. Вот они поднимаются, сейчас она даст ему пощечину, однако вместо этого они сами по себе обвиваются вокруг его шеи, и теперь уже Санса добровольно отвечает на поцелуй. Она всегда успеет отвергнуть его, но в данный момент ей хотелось хоть немного ощутить себя нужной кому-то. Все их поцелуи до этого были вполне невинными, и уж точно без использования языка, потому для Старк все это оказалось в новинку, так как Рамси, слава Богам, почти что не целовал ее, потому как ему нравились забавы другого рода. Санса схватилась за плечи Петира, боясь упасть, но тот крепко держал ее, атакуя ее обветренные губы снова и снова, пока она не начала задыхаться. Еще никогда он не позволял себе такой вольности с ней, и уж точно она сама ему такого не позволяла, однако только сейчас девушка осознала, как же ей этого не хватало. Только что она убеждала его и саму себя, что справится в одиночку, хотя теперь уже не была так в этом уверена. А если их кто-то сейчас видит? Испугавшись не только этого, но и своих чувств, Санса оторвалась от Мизинца, вытирая губы тыльной стороной ладони. Он, казалось, тоже был немного удивлен своим порывом, но не старался сделать вид, что ничего не было. — Я все равно не выйду за вас, лорд Бейлиш. Черт, и это все, что она может сказать? Видимо, да, так как стучащее будто в ушах сердце не давало ей возможности подобрать подходящие слова. — Чего еще вы хотите? — Ты знаешь ответ, — его губы дернулись, как будто он хотел улыбнуться и в последнюю секунду передумал. — Мне надоели ваши загадки! У меня нет на них времени! Я ухожу, — с этими словами Старк оттолкнула его, чувствуя предательский румянец на щеках, и даже северный ветер не помог ей остудиться, пока она чуть ли не бегом возвращалась в замок. Вечером, когда она уже допивала чай и готовилась ко сну, в ее комнату постучала одна из служанок, передавая Сансе письмо, на котором красовалась печать с пересмешником в качестве эмблемы. Девушка очень долго изучала сверток, не решаясь его прочесть, но все-таки любопытство взяло верх, и, разломав печать, Старк развернула пергамент, обнаруживая всего лишь несколько слов, нацарапанных на бумаге аккуратным почерком, который ей был уже до боли знаком. Но вот содержимое письма повергло ее в легкий шок. Она даже выронила его, чувствуя, как по телу пробежали мурашки.

«Ты спрашивала, чего я хочу… Я хочу показать тебе, что ты для меня значишь. Хочу доказать, что ты заблуждаешься. Одна ночь с тобой — это все, что мне нужно. Завтра. В полночь. Я буду ждать. Искренне твой, Петир».