Огненная битва.

В то же мгновение в голову ударило множество самых разных аур. Её бросал то в жар, то в холод, в глазах темнело или начинало жутко рябить. Она не понимала, что происходит, но она хотела только одного — чтобы все прекратилось. И что было самым худшим — вся энергия отрицательная. Вся она принадлежит тёмными существам. Но одна из них была особенно мощная, приносила серьёзную боль. Фея и не заметила, как на лбу выступил капельки пота, а сама она уже крепко держалась за ручки кресла, глубоко дышала и тряслась, как осиновый лист. — Адена, милая, что такое? — едва услышала она голос испуганной матери. — Ты меня слышишь? Да, слышать она её слышала, но ответить была не в силах. Девушка смогла лишь выдавить из себя что-то непонятное, после чего растянулась на нескольких сиденьях, корчась от боли и бормоча. Руки жутко жгло, остальную кожу неприятно покалывало. Ауры все мелькали, сменяли друг друга. Где-то рядом послышался грохот, и кто-то тут же тоже засуетился, беспрестанно зовя юную ведьму по имени. Может, ей тоже плохо? Рядом о чем-то нервно переговаривались Дафна с Блум, а после подхватили фею и потащили к выходу из корабля, что-то крича ведьмам. В лицо дунул прохладный ветер, но он ничем не смог облегчить участь девушки. Было все так же очень больно. — Адена, дорогая, сделай хоть что-нибудь! — Дафна заглянула в помутневшие от боли глаза. Девушка видела её очертания очень размыто. — Что угодно, любое заклинание! Скорее! Фея сделала огромное усилие, чтобы зажечь на пальцах огонёк. Как ни странно, но должного эффекта это не принесло. По рукам заструилось что-то горячее, даже обжигающее. Адена ужаснулась. Кровь?! Она все текла по рукам, но взрослые феи даже не беспокоились, а с облегчением вздохнули. Стало значительно легче, а боль быстро уходила, словно вытекала вместе с кровью. Но теперь пришёл самый настоящий ужас. А вдруг она потеряет слишком много крови? Судя по тому, что она ещё текла, то это будет огромное количество. Адена раскрыла глаза и вдруг осознала, что мир вновь стал чётким. Она судорожно посмотрела на руки, с которых уже тонкими струйками, а не бушующую потоком, стекла сверкающая белая жидкость. — Что это?! — ахнула фея, в непонимании уставившись на мать и тётю. — Магия, — ответила Дафна. На её лице было написано самое настоящее облегчение. — Комета приближается, и вы с Аидой чувствуете её первые. От резкого скачка энергии вам стало плохо, потому что вы не могли удержать в себе такое количество. Вот мы её и выпустили. Пусть и в таком странном виде. — она посмотрела на лужи магии. Фея тут же развернулась. В метрах двух от неё была группа ведьм, а её подруга лежала на земле. С её рук тоже стекла магия, только чёрная, как нефть. Аида уже начала приходить в себя. Адена поднялась на ноги. Ей больше не было плохо. Так же она наконец-то перестала чувствовать эти ауры. И магия с одежды, к счастью, очень легко стряхивалась. — Ох, как же ты нас напугала! — сказала Блум, обнимая дочку. — Да я и сама ой как напугалась. Тем временем Аида уже сидела на траве и слушала объяснения о произошедшем от тех трех ведьм. Она с неподдельным удивлением смотрела на свою магию и даже с любопытством ткнула в неё пальцем. Мужчина тем временем стоял в стороне и только равнодушно наблюдал за происходящим. Адену очень это заинтересовало. Почему он так хладнокровен? Она почему-то уверена, что именно он отец Аиды. Так почему же он так к ней относится? Наверное это ей знать не дано… или же это просто вопрос времени.