Ты меня совсем не знаешь.

Оставив мальчика и его мать на попечение лекаря, я отправился в зал судилища. Сегодня четверг и я в этот день рассматриваю жалобы народа и вершу над виновными суд. Приготовившись рассматривать все тяжбы, я, не отпуская с рук Густи, стал слушать первую жалобу. Там оказалось все довольно просто, причем настолько, что я просто поразился как можно с такой мелочью идти ко мне на разбирательство. А все было в том, что соседская коза, каким-то образом отвязавшись, зашла на огород соседа, а тот, не упустив такую возможность, надоил с нее молока. Хозяин же, найдя козу и собравшись подоить ее, понял, что это уже сделал кто-то другой. Вот они и спрашивали, как им быть. Вот же глупые. Я просто присудил тому, кто воспользовался чужим отдать деньги хозяину на крынку молока и все. Следующие тяжбы были похожими. То жена загуляла и надо бы ее наказать, то корова заблудилась и ее надо найти, то сосед подрался с соседом неизвестно из-за чего, видимо бутыль эля не поделили. Я откровенно скучал. Меня забавляли все эти несерьезные жалобы. А вот последняя... В зал вошли двое. За одним из них шла женщина, довольно красивая, хотя и немного потрепанная жизнью, но все же даже сквозь бедный наряд, весь в заплатках, в ней ощущалась какая-то грация и была видна красота. Тот, который был один, начал высказывать свои претензии: - Ваше Сиятельство, этот парень хладнокровно убил моего брата, - вот это заявление, я даже привстал, ведь за такое обвинение у нас казнят сразу. - И вы можете это доказать? - поинтересовался я у обвинителя. - Конечно, - согласился он, - у меня есть несколько свидетелей, которые своими глазами видели, как вот этот парень ссорился с моим братом, после чего, схватив того за руку куда-то поволок, а через несколько минут моего брата нашли мертвым. - Хм, - я задумался, - а свидетелей вы привели с собой? - Конечно, Ваша Светлость, они за дверью, ожидают приглашения войти, - охотно ответил парень. - Позови их, - распорядился я, что он и сделал. В зал вошли трое парней. Вот только их внешность не внушала доверия, но против фактов не пойдешь. И если они что-то видели, то я обязан их выслушать. Но все трое, как заведенные, твердили об одном и том же, что видели ссору, а потом и убитого парня и все. Больше от них было ничего не добиться. Я задумался и обратился к обвиняемому парнишке. - Ну а ты что мне скажешь? - он еще ниже опустил голову и произнес: - Мне нечего сказать, потому что я ничего не помню, что было в тот вечер, потому и сказать ничего не могу. - Что значит не помнишь? - удивился я, - совсем ничего? - он только кивнул головой, после чего я все же решил уточнить еще кое-что, - но знаком-то ты с ним был? - Он был моим единственным другом, - охотно стал пояснять парнишка, - мы были почти как братья. - Но-но-но, - тут же влез второй парень, - вот только не надо давить на жалость. У него был только один брат - это я, и нечего примазываться со своей плебейской кровью к семье аристократов. - Да я и не примазываюсь, - возразил парень, - я говорю то, что было, - и снова опустил голову. А я сидел и размышлял. Но по всему выходило, что парень виновен. И, уже собравшись встать и объявить свое решение о казни парня, почувствовал, как в мою руку впились когти Густи. Я чуть не взвыл, спасла меня только выдержка. Но от укоризненного взгляда в сторону кота я не удержался и... поразился. Во взгляде Густи, обращенном на обвинителя, полыхал огонь. Это удивило и поразило. Поэтому, решив подождать с вынесением приговора, я изрек: - Я решил, - все напряглись и стали ждать вердикта, только один, обреченно опустив голову, а второй со злорадной усмешкой, - что я сам лично займусь расследованием, - после моих слов обвинитель вздрогнул и его ухмылка сползла с лица. - Н-н-но... - начал было он, - все ведь и так ясно. Зачем расследование? - А вы против? - от выражения моего лица тот вздрогнул, но промолчал, - если вы так уверены, что убийца он, то вам нечего бояться правды, которую я узнаю, а я обязательно узнаю, - в моем голосе появилась сталь. И ему ничего не оставалось как согласиться. Отправив их всех дожидаться моего личного расследования, я, убедившись, что больше ко мне никого нет, отправился к тому самому трактиру, где и нашли парня. Естественно, кота я взял с собой. Да он и сам бы не остался в замке, все равно увязался бы. Придя в тот трактир, я подошел к упитанному дядьке, стоявшему за деревянной стойкой, он только, выпучив глаза, смотрел на меня, дожидаясь с чем же я пожаловал. И я решил узнать все, что меня интересовало. - Вчера вечером работали вы? - он только кивнул головой, - молодого человека, которого нашли за вашим трактиром убитого сможете вспомнить? - снова согласный кивок, - и с кем он был тоже? - вот честное слово, как болванчик все время кивает головой. Мне пришлось замолчать и дожидаться его рассказа. Он томить не стал и много чего интересного смог поведать. Суть его рассказа сводилась к тому, что двое молодых людей, что-то весело обсуждая тихо-мирно сидели за столиком, когда к ним подошли еще четверо. Один из них стал кричать на парнишку, который сидел с другом за столиком, что тот яшкается с плебеями, а еще наследник называется. Очень уж задело пришедшего что-то, но вот что именно, понять никто так и не смог. Тогда все четверо расположились за столиком с парнями и стали заказывать им выпивку. Но один из парней что-то подмешал в кувшин, но что именно дядька не заметил. Увидел только результат. Обоих пришедшая четверка подхватила под руки и повела на выход. Что было на улице, этот мужик уже не знал, но через полчаса за трактиром один из постояльцев обнаружил труп парня. Вот и все. Так-так-так. Что-то эта история мне начинает не нравиться. Здесь явно не все так чисто, как пытался показать мне аристократ. Ведь он явно что-то скрывает. Осталось только узнать что. Вернувшись в замок, вызвал к себе тех самых троих свидетелей. Очень уж мне хотелось пообщаться с ними. Их доставили ко мне через час. Но вот опрашивать всех вместе не было смысла, поэтому я и решил опросить их по отдельности. Оставив двоих ждать около двери, третий был введен в кабинет. Я даже разрешил ему присесть, но он не воспользовался приглашением, оставшись стоять. - Зачем вы убили парня? - решил я сразу же взять быка за рога, но он не повелся. Крепкий орешек оказался. Состроив удивленное выражение лица, он поинтересовался: - Ваша Светлость, с чего вы это взяли? Мы никого не убивали, это сделал тот самый плебей, что-то не поделив с парнем. - Хорошо, - решил я для вида согласиться, - тогда что вы подсыпали в кувшин с элем? И почему ребята резко захмелели? - а вот этого вопроса он явно не ожидал, но все же попытался сохранить лицо, хотя я видел каких трудов ему это стоило. - Н-ничего, - кое-как совладав с голосом, ответил тот, - мы просто пили вместе с ними тоже самое, что и они, кто же виноват, что организм у них оказался послабее нашего. Поняв, что от этого я точно ничего не добьюсь, решил отправить его дожидаться в другую комнату, а к себе пригласил следующего, но и с ним была та же история. И этот уперся и не стал говорить правду. Отчаявшись что-то узнать, я решил с последним пойти на хитрость. И когда его ввели, я сразу же начал разговор с вопроса: - Зачем же вы подсыпали парням всякую гадость? - его челюсть поползла вниз и он хотел было что-то возразить, но я, махнув рукой молчать, продолжил, - отпираться бесполезно, я уже все знаю. Ваши товарищи сказали, что эту гадость подсыпали вы и идея была вашей. И парнишку тоже... - договорить мне не дал вопль затравленного зверя, после которого просто полился поток слов: - Это неправда. Неправда. Это все он. Аристократ. Это он все придумал. Он хотел наследство одного и жену другого. Потому и придумал весь этот план. Он же и убил своего собственного брата, чтобы потом все свернуть на его друга, который в тот вечер был все время вместе с братом нашего аристократа. И это он же и подсыпал снотворное в кувшин. Он. Не я, - парень чуть не рыдал от такой несправедливости, что все хотели свалить на него это убийство. А я только порадовался, что так удачно схитрил. Так вот в чем оказывается дело. Недаром я обратил внимание на женщину, пришедшую с обвиняемым. Он даже побоялся оставить ее дома, взяв с собой. Чтобы этот аристократ не придумал еще что-нибудь и не похитил женщину. Вызвав стражу, приказал всех троих упечь в подземелье. А обвинителя вызвал вместе с обвиняемым, чтобы огласить приговор. Передо мной предстали два парня и девушка. На меня смотрели один - с триумфом, а второй - с сожалением. А я решил огласить свое решение. - Я разобрался с вашим делом, - на лицах обоих ожидание и надежда, только надежда у каждого разная, - и пришел к выводу, что... - повернувшись к обвинителю, в моем взгляде появился лед и сталь, - вы оклеветали парня, захотев его жену, а посему... - я увидел как обвинитель побледнел и его взгляд стал затравленным и испуганным, - вы приговариваетесь к смертной казни за убийство собственного брата и клевету на невиновного человека. После сказанных мной слов, в зал вошла стража и увела брыкающегося и сопротивляющегося парня. А я, обернувшись к молодой паре, поздравил их с удачным исходом дела и отправил восвояси. У девушки из глаз текли слезы, да и у парня тоже. Ведь он даже надеяться на такое не мог. Потому, низко поклонившись, они, взявшись за руки, покинули зал тяжб. А я снова поблагодарил Густи, что не дал совершить ошибку и казнить невиновного. Вот только умаялся я с этим делом, поэтому, наспех поужинав, как время-то быстро пролетело, даже и не заметил, что пробегал целый день, взял кота под мышку и отправился спать. А ночью... Снова проснулся как от толчка. И все повторилось заново. Я снова увидал рядом с собой парня, полностью обнаженного и сладко спящего. Протер глаза... Ничего... Кот сладко спал на подушке. Да что же это со мной творится-то? Я конечно не ангел во плоти, люблю как девушек, так и парней, но еще ни разу не было такого наваждения. К чему это все? Я никак не мог ответить на этот вопрос, поэтому, решив не засорять мозг, перевернулся на другой бок и стал досматривать прерванный сон.