N.A.me

      – Итак… Всего четыре персонажа.       Голос Кайто мгновенно утонул в напряженной тишине темного старого класса. Они стояли рядом с открытым люком, безуспешно стараясь не глядеть в его сторону, и тихо переговаривались. В руках Лена белел листок, испещренный его аккуратным почерком. Даже переписанные на этот клочок бумаги слова проклятья выглядели угрожающе и жутко, внушали странный, почти неконтролируемый ужас, который всегда испытываешь, силясь бороться с неизвестным.       – Если я правильно понимаю, то именно актеров было только трое, – заметил Лен, вскинув задумчивый взгляд.       – А если считать человека с двумя головами за разных людей? – не уступил Кайто, упрямо воззрившись на блондина.       – Значит, вместе с тем директором, что под десять метров, всего пятеро, – подала голос Мику, чтобы не дать разгореться спору.       – Получается, осталось еще две жертвы, – решительно подытожила Рин.       На нее уставились три пары изумленных глаз. Слово «жертва» так неприятно резануло слух, что несколько секунд никто не решался произнести ни слова, и, кроме того, каждый гадал, откуда она взяла число несчастных. Они переглянулись, и Лен, наконец, с нескрываемым сомнением поинтересовался:       – Я понимаю, что столь внезапное исчезновение Хаку действительно попахивает чем-то мистическим, но мне интересно, кто те двое, которых ты уже успела записать в… – он невольно сделал незначительную паузу, но закончил вполне уверенно, даже слегка насмешливо: – ...«жертвы»?       Его вопрос был встречен молчанием. Рин то ли просто медлила с ответом, то ли вовсе не собиралась говорить, возможно, потому что была обижена пренебрежительным настроем своего брата. Она устремила взгляд в пустоту и, казалось, глубоко задумалась, и Кайто торопливо заговорил, пытаясь спасти ситуацию:       – Кажется, я знаю, что имеет в виду Рин. Говорят, что в школе уже неделю не появлялось двое старшеклассников. Тето и Тед Касане…       – Да, я тоже об этом знаю, – вмешалась Мику, – Я общалась с Тето, когда мы ходили в клуб для рисования. Она и ее брат замечательные, всегда такие активные… Я даже не припомню, чтобы хоть кто-то из них пропускал уроки…       Кайто опустил глаза, вспомнив свою первую встречу с обоими Касане, и его губы невольно дрогнули. Он усомнился на мгновение, стоит ли сейчас упоминать об этом, но вдруг все же быстро сказал, не дав себе времени задуматься:       – Они любовники.       Теперь уже он стал мишенью для шокированных взоров. Все трое ошарашено уставились на него почти с одинаковыми выражениями на лицах.       – Что ты говоришь? – в замешательстве спросила Мику и тут же добавила торопливо: – Возможно, ты не знаешь, но они брат и сестра…       – Я уверен в том, что сказал, – твердо ответил Кайто, – Поверь, я был удивлен не меньше, но они сами мне признались.       Глаза Мику только больше расширились от удивления, и девушка затихла, пытаясь осмыслить столь неожиданную новость. Лен медленно выдохнул, и в его голосе слышались напряжение и усталость, когда он заговорил:       – Мне это совсем не нравится, но зато теперь есть вполне логичное объяснение, куда они пропали, – он пожал плечами, – Решили сбежать от проблем.       – Но, может быть, что-то их действительно вынудило, – Мику вскинула глаза, очнувшись от размышлений, – Было бы странно, если бы они вот так просто посреди последнего года в школе решили сбежать.       – Было бы странно, если бы хоть что-то из того, что они делали, не было странным, – усмехнулся Лен.       – Но ведь… – хотела было возразить Мику, однако ее внезапно перебила Рин:       – Мы здесь не одни.       Все обернулись к ней, словно только сейчас вспомнив вдруг о ее присутствии. Она давно уже их не слушала и не вступала в разговор, а только смотрела куда-то на дверной проем, будто видела там нечто такое, чего никто не мог узреть.       – Ты смеешься, Рин? – вздохнул Лен, – Кто еще здесь может быть?       – Я тоже слышу что-то, – встревожено сказала Мику, непроизвольно переходя на шепот.       Кайто и Лен молча переглянулись, едва заметно кивнули друг другу и направились к выходу в коридор. Рин нашла в темноте подрагивающую от страха ладонь Мику и не спеша повела ее следом.       – Эй, кто здесь? – крикнул Кайто, пока Лен подсвечивал стены фонариком.       Узкий желтоватый луч шарил вокруг, пока не выхватил из тени далеко впереди чью-то фигуру, и все четверо резко остановились. На мгновение ужас пронзил каждого, они застыли, скованные страхом, и вдруг Мику вскрикнула:       – Гакупо!       В ее голосе мелькнуло удивление, облегчение, даже радость, и девушка выбежала вперед, вырвав ладонь из пальцев Рин. Только сделав несколько шагов, она остановилась, осознав ситуацию, и в ее глазах на мгновение мелькнуло сомнение.       Гакупо медленно приблизился. Выражения его лица никто не мог разглядеть, фонарик, который он крепко сжимал, был направлен вниз, как и фонарик Лена. Впрочем, блондина такое положение явно не устраивало, потому что он вдруг вскинул руку, и луч света устремился прямо в лицо парня:       – Что ты здесь делаешь, Камуи? – спросил Лен с нескрываемым подозрением в голосе.       – Вы знаете, что здесь нельзя находиться? – игнорируя вопрос, спокойно полюбопытствовал Гакупо.       – Знаем – отрезал Лен, стиснув зубы, – Потому я и спросил, что ты здесь делаешь.       – Я шел за вами, – спокойно ответил Камуи, окинув одноклассника ледяным непроницаемым взглядом.       – Долго же ты идешь, – с мимолетной усмешкой заметил блондин, – Мы здесь уже полчаса, как минимум.       Гакупо прищурился, и его губы едва заметно изогнулись в ироничную полуулыбку:       – И что же вы делаете в таком месте уже полчаса?       На это нечего было ответить. Повисло неловкое молчание, которое нарушил через несколько секунд вопрос Камуи:       – Что-то происходит, да? – и вновь тишина. Парень добавил, склонив голову: – Что-то необычное…       – Мы просто гуляем, – осторожно произнесла Мику.       Гакупо метнул на нее быстрый испытующий взгляд, и, казалось, с трудом удержался от ухмылки, но все же принял этот немного нелепый ответ.       – Мы все знаем, что здесь произошло, – немного помолчав, сказал он, – Так что не имеет смысла скрывать что-либо.       С этими словами он развернулся и пошел прочь, оставив всех четверых смотреть ему вслед с сомнением, непониманием или откровенной неприязнью. Только когда его шаги вдалеке совсем затихли, раздался голос Лена:       – Лучше нам тоже уходить отсюда. Этот нажалуется, мы и глазом моргнуть не успеем.       Он первым двинулся вперед, подсвечивая дорогу и увлекая остальных за собой. Мику пристроилась рядом с ним и тихо, но уверенно возразила:       – Не помню, чтобы он хоть раз жаловался.       – Знаешь, Мику, если бы было поменьше таких умников, как он, никаких странностей не происходило бы, – отрезал Лен, безотчетно скривившись и сильнее сжав пальцами фонарик.       – А с кем он был в ту ночь? – вдруг поинтересовался Кайто.       – Он даже не пришел. Сказал, что «не собирается страдать подобными глупостями», – передразнил блондин, явно не одобряя подобное, что всем показалось весьма странным, почти неуместным, потому что именно такого поведения можно было ждать и от самого Лена.       Кайто помолчал, раздумывая, а затем неуверенно задал очередной вопрос:       – И вам не кажется это странным?       – Думаешь, он мог похитить Хаку, отправить Неру в кому или даже сделать нечто неизвестное с Тето и Тедом… – Лен поджал губы и передернул плечами, насмешливо произнеся: – Это бы многое объяснило, но сомневаюсь, что он стал бы пачкать руки.       – Лен, с такими вещами не шутят… – недовольно пробормотала Мику.       Блондин только в очередной раз закатил глаза и пошел быстрее. Кайто же, напротив, замедлил шаг, глубоко задумавшись. Само появление в этой заброшенной школе Гакупо не могло не настораживать, а его отсутствие на пресловутой глупой вылазке класса вызывало лишь большие подозрения. Однако попытавшись представить, как именно этот тип может быть причастен к происходящему, Кайто вдруг осознал, что понятия не имеет, что именно происходит. Вокруг творилось нечто неясное, абсолютно необъяснимое, и, даже если бы он и хотел предъявить кому-то обвинение, то попросту не знал бы, в чем обвинять.       Тяжело вздохнув и в очередной раз отказавшись от идеи разобраться во всем, Кайто искоса глянул на Рин, шагающую рядом с ним. Она заметила это, ответила ему долгим пронзительным взглядом, и парень вдруг понял, что она ни слова не сказала о Гакупо. Девушка словно прочитала его мысли и, выйдя из здания следом за братом и подругой, негромко проговорила:       – Он что-то знает – я уверена.       Лен оглянулся на нее и, пристально всмотревшись в лицо сестры, произнес:       – Значит, он шел не за нами. Он шел в этот класс, в это подземелье. А это уже более чем странно.       – Может, стоит поговорить с ним? – предложила Мику, – Вдруг он сможет помочь нам?       – Не думаю, что он знает нечто большее, чем мы… – устало отмахнулся Лен.       – Он знает гораздо больше, – блондинка остановилась, и остальные сделали то же, замерев вокруг нее, – Но нам необязательно связываться с ним…       – Слава Богу... – с облегчением вздохнул Лен, однако Рин уверенно закончила, игнорируя его:       – …думаю, вскоре он сам заговорит с нами.