N.A.me

      – Выходит, это кто-то из них.       Негромкие слова Кайто потонули в шуме, который заполнял класс во время перемены. Люди переговаривались, смеялись, болтали и шутили друг с другом. На их лицах светились улыбки, такие безмятежные и радостные, полные жажды жизни и ленивого умиротворения, а голоса их звучали оживленно и беспечно. Они наслаждались краткой передышкой в длинной череде уроков, кажущихся бесконечно долгими.       Но были в классе несколько человек, что не разделяли всеобщего веселья. Они застыли в стороне, незаметно и пристально наблюдая за остальными, отмечая каждую мелочь, каждую деталь.       Кайто скрестил руки на груди, стоя возле парты, за которой неподвижно сидела Рин. Он снова, уже в который раз, окинул беглым внимательным взглядом одноклассников. Девушка рядом с ним почти не реагировала, когда он пытался заговорить, но к такому ее поведению Кайто уже успел привыкнуть. Несмотря на непроницаемое выражение, застывшее на ее бледном лице, и на ледяной блеск в голубых глазах он чувствовал, что они все же сблизились после произошедшего на этих выходных.       – Логичнее всего было бы предположить, – продолжил Кайто, – что это кто-то из нашего класса, ведь никого другого в ту ночь там больше не было, но…       Он затих, не договорив, потому что его взгляд, скользящий по окружающим, наткнулся на Лена. Блондин как раз направлялся к ним, но не это заставило Кайто умолкнуть.       Лен выглядел безумно уставшим, словно не спал несколько дней кряду. Таким измученным Кайто его еще не видел, но отогнал все мысли прочь, как только парень заговорил:       – О чем болтаете? – вопрос прозвучал на удивление бодро, обыденно.       Выдержав небольшую паузу, в течение которой продолжал разглядывать друга, Кайто спросил:       – Если бы тебя спросили, кто самый странный человек из всех, кого бы ты назвал?       – Вас двоих, – не раздумывая, ответил Лен и бросил утомленный взгляд на сестру.       Кайто подавил желание усмехнуться, потому что был, в целом, с этим согласен и, в общем-то, ждал такой реакции, но все же посмотрел на Лена со всей серьезностью, на которую был способен. Тот обреченно вздохнул в ответ:        – Ну, хорошо, – парень быстро осмотрел класс, – Если бы я задумался, кто же может быть не тем, кем кажется…       Лен внезапно осекся и вперил мрачный взгляд в темноволосого парня в очках, который незаметно подошел к их троице, находившейся в отдалении от остальных. Кайто тоже уставился на одноклассника, пытаясь вспомнить его имя и постепенно осознавая, что впервые пересекся с этим человеком, который улыбнулся им с приветливым и очень важным видом, а затем чинно поздоровался:       – Привет, ребята, – дождавшись натянутых улыбок и слабого кивка Рин, он церемонно спросил: – Как дела?       Раздались вялые односложные ответы, после которых повисла короткая неловкая пауза.       Кайто чуть нахмурился, гадая, что же могло понадобиться от них этому надутому умнику. Лен, на лице которого уже проступило раздражение и безысходность, продолжал выжидающе смотреть на парня, а Рин попросту принялась игнорировать его, задумчиво уставившись в окно.       После нескольких долгих секунд, проведенных в молчании, Кайто все же смог выудить из памяти имя парня и задал ответный вопрос, постаравшись казаться вежливым, насколько возможно:       – А у тебя, Хияма?       – Нормально, – пожал плечами Киетэру и вымученная дружелюбная улыбка, наконец, сползла с его лица. – У вас есть планы на эти выходные?       Этот вопрос уже не показался Кайто проявлением обычного праздного любопытства или навязчивым стремлением пообщаться, а потому он не сразу нашелся с ответом и настороженно сощурился, раздумывая. Киетэру ждал и явно уже удивлялся таким долгим размышлениям, хотя и не подавал виду, а потому Кайто незаметно подтолкнул локтем Лена, призывая его тоже вступить в разговор и как-то спасти ситуацию.       – Полно планов! – тут же воскликнул тот с чрезмерным энтузиазмом и фальшивой улыбкой, плохо скрывающей его раздражение. – Собирались готовиться к экзаменам…       – Экзамены ещё нескоро... – невозмутимо протянул Хияма.       Мельком глянув на друга, Кайто мгновенно понял, что Лен вполне может сейчас ляпнуть что-нибудь грубое, и торопливо спросил:       – От нас что-то требуется?       Киетэру замялся и проговорил слегка неуверенно:       – Вы ведь знаете, что Акита всё ещё в больнице… – Кайто вздрогнул, услышав из уст постороннего слова о том, что он прежде обсуждал лишь с друзьями. – Я подумал, может быть, кто-нибудь захочет сходить узнать, как её дела.       Между ними тремя и этим парнем ледяной стеной повисло молчание, самое неловкое из всего, что происходило на протяжении разговора.       – Она в коме, Хияма, – вдруг резко сказала Рин прежде, чем кто-то еще успел ответить. – Как у неё могут быть дела?       Киетэру оторопело уставился на девушку так, словно только что ее заметил, а Рин вскинула на него горящий немигающий взгляд, явно не собираясь считаться с его чувствами. Парень, обескураженный ее поведением, поджал губы.       – А если бы ваш друг был в таком положении? – его лицо переменилось всего за миг, он смотрел на Рин осуждающе, почти с отвращением.       Он хотел сказать что-то еще, его губы дрогнули, но, сдержавшись в последнюю секунду, Киетэру лишь покачал головой, стремительно развернулся и торопливо пошел прочь.       – Идиот, – буркнул Лен, провожая одноклассника злым и бесконечно усталым взглядом.       – Они с Нэру были друзьями? – вдруг поинтересовался Кайто.       Блондин, прежде с уверенным и раздосадованным видом хмурящийся вслед Хияме, озадаченно склонил голову набок.       – Нет. Нэру общалась только с Хаку и её братом, – он задумался, на несколько секунд погрузившись в воспоминания. – Странная девушка. И этот ботаник не лучше… Да и все в нашем классе.       Лен снова задумчиво осмотрел помещение, и его взгляд вдруг остановился. Парень замер с растерянным выражением на лице, и Кайто, подозрительно покосившись в ту же сторону, увидел Мику и Гакупо. Они вошли в класс, негромко переговариваясь и улыбаясь друг другу, словно общаться на переменах было для них двоих самым обыденным и привычным делом.       – Кажется, я пропустил тот момент, когда они подружились… – едва слышно пробормотал Лен.       Кайто бросил на него быстрый понимающий взгляд и успел изумиться тому выражению, которое застал на лице друга.       – Он её спас, – сказала Рин, явно считая, что это отличный повод, чтобы стать друзьями.       – Она думает, что он её спас! – неосознанно повысив голос, отрезал Лен. – Разве вам не кажется подозрительным, что этот странный тип появился неизвестно откуда, именно когда Мику кто-то преследовал?       Этот вопрос заставил Кайто замереть, широко распахнув глаза, потому что он скорее думал, что Мику показалось, будто ее преследуют, в то время как одноклассник всего лишь хотел догнать ее, чтобы поздороваться. Но предположение Лена относительно того, что Гакупо замешан в самом преследовании, не приходило ему в голову прежде.       – Так что, возвращаясь к предыдущему вопросу, Камуи Гакупо я считаю одним из самых странных людей, – мрачно закончил Лен.       – Ты не прав, – внезапно отрезала Рин, неотрывно глядя на Мику и Гакупо.       Парни изумленно покосились на нее, ожидая разъяснений.       – Почему? – с искренним непониманием спросил Лен. – Разве не с ним мы столкнулись при нашем последнем походе к «проклятью»? Разве он не странно ведет себя? – он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями и продолжая пристально смотреть на сестру. – Мы вообще знаем о нем хоть что-нибудь?       – Я не думаю, что это он...       Рин, казалось, хотела продолжить, сказать что-то еще, но прозвеневший звонок возвестил о начале следующего урока. Со всех сторон раздались недовольные, негодующие стоны и ворчание, ученики разошлись по местам, а Кайто, направляясь к своей парте, успел заметить, что Лен выглядит совсем расстроенным. К тому же, он словно стал еще бледнее, изнуреннее, на его лице отпечатались усталость и непонимание.       Кайто уставился на доску пустым стеклянным взглядом. Рин почти всегда реагировала странно на любое происшествие, и он привык доверять ей, что бы она ни сказала, как бы странно себя ни повела. И, если уж она по каким-то, ей одной известным причинам, уверена в непричастности Камуи Гакупо, то почему бы не поверить ей на слово?       Оторвавшись от бездумного созерцания доски и учителя, Кайто стал медленно осматривать одноклассников еще раз, пока не остановился на Рин.       Кто же самый странный человек из всех, здесь присутствующих?       Кайто приходило на ум только имя Рин.       Она хладнокровная, отчужденная, всегда молчаливая и абсолютно бесстрастна ко всему. Впрочем, дело вовсе не в этом... Ведь даже Лен замечает, что с его сестрой что-то не так...       «Я не думаю, что это он»       В голове громом отзвучали ее слова – то, как она их произнесла.       Может ли быть, что она сама себя подозревает?       Кайто нервно вздрогнул, испугавшись внезапной мысли, и это вернуло его в реальность. Он вдруг осознал, что последние несколько минут – неясно даже, сколько именно, – пронеслись мимо него, он не мог ни понять, ни вспомнить, что происходило вокруг и что он сам делал в это время.       Он так глубоко ушел в свои мысли? Что ж, скорее всего, так и есть...       Кайто тихо выдохнул, пытаясь успокоиться, опустил глаза и увидел, что сжимает ручку с такой силой, что кончики пальцев побелели, хотя он не помнил, чтобы что-то писал. Уже предчувствуя неладное, он перевел взгляд на открытую тетрадь, лежащую перед ним, и прочитал знакомые до безумия строки. Строки проклятия.       Ручка выскользнула из ослабевших пальцев и, покатившись по столешнице, с негромким стуком упала на пол. Кайто не шелохнулся, уставившись в исписанный лист перед собой.       Этого просто не могло произойти. Как бы надолго он ни ушел в свои мысли, как бы сильно ни отвлекся от реальности, он бы заметил то, что начал выводить эти буквы, эти пугающие до дрожи фразы...       Насколько же глубоко они отпечатались в его сознании?       Медленно, почти не осознавая своих действий, Кайто повернулся к Рин. Он не смог бы сказать, чего он ожидал от нее, что хотел увидеть, он просто посмотрел на нее и, встретившись с ней глазами, судорожно вдохнул. Она смотрела на него пристально, так, словно уже точно знала, что именно с ним только что произошло.       Кто знает, сколько еще продолжался бы их зрительный контакт, если бы тишину в классе не разорвал глухой звук упавшего на пол тела. Кайто повернул голову, в глубине души уже зная, что увидит, и страстно желая ошибиться.       Рядом со своей партой неподвижно лежал Лен.       Все засуетились, кто-то вскочил на ноги, и испуганно уставился на распростершегося на полу одноклассника, кто-то подбежал к нему, как учитель, который немедленно отправил старосту в медпункт за врачом. Над Леном собралась толпа, но Рин чудом смогла оказаться совсем рядом с братом. Кайто почти ничего не видел, все загораживали остальные ученики, и, подняв глаза, он встретился взглядом с Мику.       Ее лицо было искажено жутким беспощадным страхом, ее тело сотрясала мелкая дрожь, и Кайто понял вдруг, что и сам со стороны наверняка выглядит так же. Потому что среди всех этих людей лишь три человека точно знали причину случившего – проклятие, темной тенью притаившееся за их спинами.       И оно не отступит, что бы это ни было. Оно будет преследовать их, неосязаемо и бездоказательно, так, словно все происходящее – лишь плоды их разыгравшегося воображения. Просто переутомление, просто глупые фантазии, просто череда нелепых случайностей...       До окончания уроков, прошедших для Кайто словно в тумане, время тянулось нескончаемо медленно. Однако, в конце концов, отзвенел последний звонок, и он вместе с Мику помчался к медпункту. Рин все еще была там – она отказалась отходить от брата, когда его унесли из класса посреди урока.       Двери оказались закрыты, и им пришлось дожидаться, стоя в коридоре. Кайто со вздохом прислонился к стене и тихо спросил:       – Что это было?       Мику пожала плечами, вставая рядом с ним:       – Не знаю… – ее голос звучал совсем тихо, казался непривычно хриплым, глухим. – Мне еще вчера показалось, что он вроде бы немного бледный, но я подумала, что это всё нервы.       – Знаешь, из нас всех Лен нервничает меньше всего, – заметил Кайто со слабой невеселой усмешкой.       Мику промолчала. Кайто закусил губу, размышляя, как бы отвлечь девушку от мрачных мыслей, и неуверенно поинтересовался:       – Значит, ты думаешь, что он действительно нездоров?       – Порой я надеюсь на это, – выдавила она.       – Надеешься? – удивленно вскинул брови Кайто, повернувшись к ней.       – Да! – воскликнула она, вскидывая на него опухшие от слез, покрасневшие глаза. – Послушай, иногда мне кажется, что тебе и Рин всё это нравится. То есть вы как будто рады, что в вашей жизни что-то происходит. Я – нет, и Лен – тоже. Пусть он не показывает этого, но он боится, и только притворяется, что ему нет дела. И это ненадолго. Однажды должно произойти что-то, после чего он признает.       Кайто уже открыл рот, все еще не зная, что должен сказать, но так и не произнес ни слова, потому что послышались чьи-то быстрые уверенные шаги и в следующую секунду из-за поворота показался Гакупо. Он подошел ближе, но остановился на расстоянии пары метров, напряженно переводя взгляд с парня на девушку.       – Я только хотел узнать, всё ли в порядке с Кагамине? – наконец, спросил он негромко.       На лице Кайто все еще читалось нескрываемое подозрение, а Мику уже изогнула губы в своей обычной дружелюбной улыбке, которая получилась ужасно натянутой и через которую явственно проглядывала тревога:       – Мы еще сами не знаем, но вроде бы ничего серьёзного. Лен, наверное, просто слишком много сил тратит на учёбу.       Гакупо улыбнулся в ответ, немного странно, сохранив непроницаемый бесстрастный взгляд. Он определенно ни на миг не поверил в ее ложь.       – Тогда еще увидимся? – он склонил голову, глядя теперь лишь на Мику.       Она кивнула, и парень ушел так же быстро, как и появился. Кайто помолчал некоторое время, не решаясь задать интересующий вопрос и выжидая время, чтобы одноклассник удалился на расстояние, максимально длинное, чтобы не ничего услышать.       – Почему ты так любезничаешь с ним? – тихо полюбопытствовал Кайто.       Мику изумленно посмотрела на него, и переспросила, словно решила, что ослышалась:       – Любезничаю?       – Ты не думала, что это он тогда шел за тобой? – продолжал он, бросив на нее задумчивый взгляд.       – Тебя это Лен надоумил? – прищурилась девушка, и на ее лице проступило понимание.       Кайто снова отвернулся, не ответив ей.       – Ты ведь ничего не знаешь, – раздраженно и на удивление твердо заговорила она. – Не знаешь, как мне было страшно. Вы все смотрите на меня как на сумасшедшую, но я знаю, о чем говорю. Кто-то хотел напугать меня, и это был не Гакупо.       Неожиданно для самого себя, Кайто ощутил мучительное чувство вины. Разве он имеет какое-то право обвинять единственного человека, который пришел Мику на помощь?       – Извини, ты, конечно, права, – пробормотал он. – Просто это странно, что именно он оказался там тогда.       – Что ж, возможно, это не было случайностью, – она дернула плечом, мгновенно успокоившись.       – В каком смысле?       – Ты прекрасно понимаешь, – в ее голосе вдруг прозвучали новые, чуть насмешливые нотки. – Он действительно может что-то знать, так что «любезничаю» я с ним не только потому, что это приносит мне удовольствие.       Кайто посмотрел на Мику с едва заметной полуулыбкой. Ему понравился такой ответ – вернее, такая Мику. И когда их взгляды встретились, он почувствовал восхищение, увидев незнакомый ему прежде блеск во всегда прозрачной, чистой голубизне ее глаз.       Однако вдруг распахнулась дверь в медкабинет, и в коридор вышла Рин. Мику тут же бросилась к ней, воскликнув:       – Наконец-то! Рин, что там? Как он?       Блондинка потерянно посмотрела на Мику, затем перевела взор на Кайто и выдавила:       – У него обезвоживание.       Мику сделала маленький шаг назад, ошарашено уставившись на подругу:       – Что? Но как это возможно?       – Возможно, это от переутомления… – предположил Кайто.       – Да, а возможно, он неосознанно не пил и не ел несколько дней подряд, – растерянно прошептала Рин.       Повисло гнетущее ледяное молчание. Не разрывая его, не издав ни звука, с неподвижным лицом Мику медленно обогнула Рин, даже не взглянув ни на нее, ни на Кайто, и прошла в кабинет, потому что просто хотела находиться сейчас рядом с Леном.       Они оба проводили ее взглядами, и, когда Мику скрылась за дверью, Рин посмотрела на Кайто. Он не сразу понял, что именно отражается в ее глазах, и только заставив себя забыть обо всех сомнениях, обо всех подозрениях, что рождались в его голове, он смог увидеть, что она просто очень напугана. Она очень беспокоиться за брата и нуждается в поддержке...       Он не дал себе времени подумать, не стал подбирать слова. Он за один миг преодолел расстояние, разделявшее их, и порывисто обнял ее, осторожно и мягко сжав в объятиях. Она качнулась ему навстречу, покорно подчиняясь сильным рукам, а затем, спустя несколько секунд, он ощутил вдруг на своей спине ее слабые легкие прикосновения. Она уткнулась лицом ему в грудь и, склонив голову, вдохнув запах ее волос, он явственно услышал ее тихий беспомощный всхлип.