Осколки

Хосок придерживается за дверной косяк, чтобы не упасть и звонко смеется, потому что шутки Чангюна такие глупые, но все равно забавные. А если еще и количество Чангюна увеличивается до двух, то это смешно просто в квадрате. Хосок старается увидеть не двух, а одного Чангюна, но у него не получается, поэтому он смеется еще громче и допивает водку с намешанным в ней лаймом и спрайтом. Хосок просто переполнен любовью, мир кажется ему прекрасным и хочется любить каждого человека. Именно в дуэте такого радостного настроения и данного момента взгляд Хосока встречается со взглядом только что вошедшего в комнату парня с пластиковым стаканчиком в руке. Парня, черты лица которого слишком утонченные и женственные, привлекающие и притягивающие к себе взгляд. Поэтому, не прекращая его рассматривать, в самой ответственной части шутки Чангюна, Сок перебивает его простой фразой: - Кто это? - заставляя младшего резко обернуться назад и сразу же понять о ком идет речь. - Ты о парне в рубашке с японским принтом? - в голосе проскальзывает хитринка, но Хосок слишком пьян и увлечен, чтобы обратить на это внимание, а Чангюну не столько важен сам ответ, сколько реакция друга. Гюн хмыкает, отпивая из своего стаканчика виски с колой. - Он новенький с факультета иностранных языков. По обмену, что ли. Говорят, очень плохо понимает по-корейски, но очень хорош в английском, соответственно, в японском тоже. Его Минхек пригласил, - Гюн снова усмехается, охотно наблюдая за тем, с каким аппетитом Хосок наблюдает за новеньким, а самое главное - новенький и сам не отводит взгляда, прислонившись к стене с противоположной от них стороны. - Да, жаль, что ты совсем не шаришь, - бросает удочку Им, все еще пристально наблюдая за любым изменением в лице Хосока. Но буквально через секунду, пошатываясь, Хосок двигается с места, позабыв о Чангюне, и идет прямо к тому высокому худому парню модельной внешности. Он неловко откашливается, в голове его пустота и Чангюн, слишком хорошо зная своего хена, видит это буквально в каждом взмахе его ресниц. Видит, как старший отдаляется от него, начинает действовать, ничего не придумав заранее. За этим забавно наблюдать, собственно, что Чангюн и делает. Хосок останавливается слишком поздно, чтобы было можно сказать что незнакомец находится на расстоянии, подходящем для незнакомых людей. Но он не отшатывается назад(правда, ему и некуда), смотрит холодно, однако и взгляда не отводит, скорее наоборот, рассматривает без тени смущения. Хосок мнется и на корявом английском говорит примитивное: - Hello, - парень приподнимает одну бровь и начинает спокойно говорить. Однако Хосок совершенно не понимает японского. Ему и слова не понятно. Ему понятно лишь то, что низкие частоты его голоса вызывают мурашки, а сила самовнушения подпитывает все это, воображая его дыхание на своей коже. Хосок наблюдает за пухлыми губами, складывающимися в разные неизвестные слова и зачарованно говорит: - You are beautiful, - заставляя незнакомца смолкнуть. Его пышные губы медленно смыкаются, а взгляд останавливается на глазах Хосока, похожего на щенка. Тонкая и изящная рука зарывается в волосы Хосока, без особого труда притягивая его лицо к себе. Размеренно сократив расстояние, они целуются. Хосок одновременно и удивлен, и слишком боится упустить такой шанс, поэтому отвечает на поцелуй очень нежно и бережно. Чангюн присвистывает, видя, как проходящие мимо них парни и девушки, удивленно оглядываются, видя собственными глазами поцелуй, который до того момента им доводилось видеть только в кино. Незнакомец отбрасывает пластиковый стаканчик, который держал до того кончиками трех пальцев, и оплетает руку вокруг талии Хосока, а тот немного неуверенно поддается к новенькому. Когда их губы отстраняются, он слышит что-то на японском, но потом до его сознания доходит, что в контексте прозвучало что-то похожее на "кимотти", а если Хосоку не изменяет память, то из аниме он помнит, что это вроде "хорошо". Он решает блеснуть и говорит все те немногочисленные слова, которые знает по-японски. Возможно, для того, чтобы произвести впечатление. Среди них: доброе утро, спасибо, пожалуйста, приятного аппетита, кошка, выпьем, мама, еще добавки. Незнакомец вскидывает брови вверх и Чангюну становится интересно, что такого там наговорил Хосока, начиная жалеть, что стоит так далеко, да и еще эта чертова музыка. Высокий парень берет Сока за руку, и они выходят из комнаты, оставляя Чангюна смеяться, нисколько не смущаясь. Хосок запинается о приступок, когда они минуют коридор, а симпатичный незнакомец кое-как придерживает его, сам еле удерживаясь на ногах из-за слишком разных весовых категорий. Он проводит языком за ухом Хосока, прикусывая мочку и спускаясь губами ниже к шее и ключицам. Его тонкие изящные руки насколько это возможно крепко держат Сока за широкие плечи, пока тот обмякает, не в силах устоять перед приятными прикосновениями губ. Они неловко сталкиваются носами, когда одновременно, не сговариваясь, тянутся друг к другу за поцелуем. Мимо них проходят полупьяные и пьяные в ноль гости вечеринки и уже сильно не обращают внимания, правда, все-таки раздается свист за их спинами. Хосок цепляется за рубашку сильными руками, не думая о том, что подобная хватка может повредить тонкую ткань. Они сплетаются языками, вжимаясь друг в друга. Какими-то неловкими раскачивающимися слепыми шагами Хосок врезается спиной в стену, не отрываясь от незнакомца из Японии, тогда тот, чувствуя какую-никакую опору, целует более настойчиво и вжимается теснее в тело Сока, пару раз потеревшись о его пах. - Какой же ты горячий, - стонет Хосок, трепетно и часто дыша. Его пальцы вплетаются в волосы и ерошат, наглаживают, массируют и просто делают приятно одним прикосновением к коже головы. Ему не стыдно говорить что-то подобное, так как иностранец его все равно не понимает, поэтому Хосок, забывшись в процессе глубокого и страстного засоса на своей шее, позволяет себе быть слегка развязным на выражения и говорить: - Из-за тебя мне так сильно жарко. Твой язык это нечто. Это все потому что ты из Японии? - Хосок сам усмехается из-за своего замечания. Парень никак не реагирует на сказанное. Конечно, он ведь совершенно ничего не понимает по-корейски. Зато ему хватает сил увлечь за собой Сока под какую-то лестницу, где они более менее скрываются от глаз мимо ходящих. И буквально в тот же момент забирается под резинку хосоковых штанов с лампасами, а заодно и в нижнее белье, без смущения или намека на него, принимаясь активно водить вдоль ствола. Он проделывает всякие такие штуки с выворачиванием запястья и всякие такие трения, которые Хосок когда-то видел в порно, как раз в японском. Его руки творят что-то такое, из-за чего Сок вздрагивает раз за разом из-за болезненно-приятных ощущений. Незнакомец тяжело и возбужденно дышит ему на ухо и первый совсем забывается в ощущениях, путается, теряет себя. А находит только тогда, когда член этой японской модели уже скользит между его ягодиц. Но, в принципе, не сопротивляется, позволяя ему это делать. Они в темном углу, но мимо ходят люди. И, возможно, кое-кто из них замечает то, чем Хосок и этот милашка из Японии занимаются. Но это становится таким неважным. Сок слышит низкий шепот на японском у своего уха, снова не понимая ни слова. Но это так возбуждает. Он сам не понимает, как кончает на обратную сторону лестницы, где они находятся, толкаясь в клетку из тонких пальцев, сомкнувшихся у основания. Тогда незнакомец разворачивает его к себе и глубоко целует, перемещая руки на свою промежность. И уж Хосок, окончательно сходя с ума, встает на колени, разрывая поцелуй, и с тянущейся от их губ ниточкой слюны, отсасывает так глубоко, как может. Он глотает все, что в последствии выплескивается в его рот, напоследок оставляя пару нежных поцелуев в головку. Незнакомец тянет его на себя и снова целует, целует и целует, застегивая на себе джинсы. Хосок чувствует крепкую привязанность, очарованность и влюбленность. Поэтому очень нежно обнимает тоненькое тело иностранца.

***

Чангюн смеется так, что у него через нос льется банановое молоко и он шипит из-за неприятных ощущений. Хосок, красный как рак, прикладывает к щеке холодную бутылку воды и смущенно закрывает глаза. - Ты отсосал ему, даже не зная имени, - Им вытирает нос салфеткой, кидая сразу несколько штук на стол, где красовалась молочная жидкость. - Ты бьешь все рекорды. - Не нужно говорить это так, будто я веду разгульный образ жизни, - Хосоку очень стыдно и он не может оправдать себя тем, что был очень пьян. Ну, или этот парень, может быть, что-то втер ему в член? Или, может, что-то еще такое? Он же не шарит во всяких таких японских штучках. - А он что? - Не буду я тебе ничего говорить, - расстраивается старший, отпивая огромный глоток из бутылки. Его глаза выглядят очень грустно. Но ему не жаль, потому что, простите, отсосал он вчера от всей души, он хотел ему отсосать, потому что этот парень так обходился с его членом, что желать чего-то другого было просто невозможно. Конечно, Сок не знает, может, этот парень из Японии делает это со всеми? Может, для него это совсем ничего не значит он, может, даже смеется над Хосоком или думает о нем какие-то очень плохие вещи. Оно и не удивительно, конечно. Что можно подумать о человеке, который сосет в самый разгар вечеринки даже не зная твоего имени? Хосок опускает голову на стол под смех Гюна и закрывает глаза. Ему просто отвратительно. Он так смущен, он так подавлен и он так сильно хочет познакомиться с тем парнем. Он ему чертовски понравился. - Хэй, хен, - слышит Сок и понимает, что это не ему, когда слышит в ответ голос Минхека: - Чангюн-а, - не удивительно, что он тут, они ведь сидят в университетском кафетерии. И Хосок поднимает свою голову, чтобы тоже поздороваться, но его сердце обрывается, когда рядом с Минхеком он видит того самого вчерашнего парня. У него неловко приоткрывается рот, а Чангюн рядом разрывается дичайшим смехом, плюясь в разные стороны. На лице Минхека усмешка, которую он пытается скрыть, сразу становится ясно, что он все знает, от чего нисколько не легче. Но самое страшное то, что на лице новенького нет совершенно никаких эмоций. - Ну поздоровайся, чего молчишь-то? - сквозь слезы от смеха выплевывает Гюн. - Не смущай хена, - улыбается Минхек. - Хосок-хен, знакомься, это Хенвон, - представляет Мин. И тут Хосок понимает, что имя-то незнакомец носит совсем не японское. Нет, конечно, было понятно, что он не японец, у него совсем не японские черты лица, совсем наоборот, классические корейские, но тогда почему?.. в этот момент в его сердце зарождается сомнение. Хенвон вводит в ступор своей протянутой для рукопожатия рукой. Хосок чувствует, как по виску стекает маленькая капелька пота и он говорит себе, что это, наверняка чертова лампа, светящая прямо в его макушку. Его рука неуверенно обхватывает протянутую изящную ладонь, мягко пожимая. Он уже хочет отнять ее, но понимает, что Хенвон держит его руку достаточно крепко, чтобы это удалось. Тогда Хосок неуверенно заглядывает в глаза напротив. И он не понимает их выражения. Он понимает только то, что они слишком пристальны и он сам не может выносить такого давления, поэтому очень быстро сдавшись, опускает свои вниз, сглатывая слюну. Ему хочется умереть. Теперь смеется и Минхек, правда, не так громко, как Чангюн, привлекающий к себе внимания. Хенвон абсолютно невозмутимо целует тыльную сторону ладони Хосока, заставляя того резко подскочить и замолкнуть обоих парней-свидетелей. Хенвон еще раз целует и на чистом корейском, слабо, но обезаруживающе улыбнувшись, говорит: - Я очень рад нашему знакомству, Хосок-хен. Пожалуйста, заботься обо мне и впредь.