Paradise

Escape the Fate — Issues

Таканори стоял, чуть сгорбившись и упираясь спиной в кирпичную стену. Перед ним стояло человек семь или восемь. Каждый из них что-то говорил, но парень был совершенно не в силах расслышать хоть что-то. Уши заложило, а глаза заволокло белой пеленой, не давая возможности разглядеть даже место, где Матсумото находился. Руки и ноги подрагивали в слабой судороге, а само тело будто свело. Он уже получил несколько ударов по лицу, и теперь парня всего трясло, с чем тот ничего не мог сделать. Было страшно стоять здесь, в одном из районов Токио на окраине, и ждать, пока тебя изобьют эти парни и, что было более подходящим вариантом, оставят в покое. -Хэй, — очередной выкрик, который брюнет все же смог услышать в своем состоянии. — Долго будешь там стоять? Мы же ждем, когда сможем поразвлечься. В твоем случае такое долгое ожидание может плохо кончиться, — послышался громкий смех, который поддержали и остальные парни, собравшиеся здесь, но который не вызвал внутри Матсумото ничего, кроме страха и отвращения, настигшие его в этой ситуации. Он не мог сам до конца понять, почему его загнали в этот угол. Почему именно к нему прицепилась эта подвыпившая компания. Что он сделал такого, что они вдруг обратили на него свое внимание? Было ясно одно — так просто никого не отпустят. Через несколько секунд брюнет почувствовал, как щеку обожгло от крепкой пощечины, и еще ниже опустил голову, принимая свое бессилие как нечто должное. Кожу на лице неприятно саднило, а разбитая губа только добавляла больше красок в сложившуюся картину. Но Таканори терпел, не выдавая ни единого звука — он не хотел привлекать внимания, не хотел полиции, не хотел расспросов. И самое главное — он не хотел еще больше раздражать этих парней. Единственным желанием было лишь убежать, испариться или исчезнуть, чтобы не слышать мерзкие голоса напротив, которые рассуждали о том, где и как лучше трахать таких мальчиков, как Матсумото. Ему стало тошно, поэтому парень снова мотнул головой и проморгался, после чего все-таки пелена с глаз сошла и позволила Таканори увидеть парня перед собой. Тот был гораздо выше, чем сам Така, крепче и сильнее. - Долго будешь молчать, мелкий? — от этого типа воняло перегаром, потом и еще чем-то, что не смог различить парень. — Можешь звать меня Таро. Снова этот противный смех. Младший постепенно терял сознание и даже был этому рад, ведь он не почувствует совершенно ничего из того, что с ним сделают эти парни. Ему уже было все равно. В таких ситуациях всегда стараешься делать все, что угодно, лишь бы после не помнить всего произошедшего ужаса. - Таро, выруби его уже скорее. Мы хотим поразвлечься с мальчиком! — раздался другой голос совсем рядом с Матсумото, и брюнет пошатнулся, падая на колени перед тем самым типом, который несколько секунд назад пытался заговорить с ним. — О, он уже и на колени встает сам, без ударов. Силой мысли научился им управлять? — более хриплый голос вновь заливается смехом и, если судить по смене интонации, затягивается сигаретой. -Погодите, парни, — махнул рукой тот, кого звали Таро, а затем наклонился, поднимая лицо юноши за подбородок, — а ну-ка, покажи что умеешь. Матсумото резко подняли за шкирку и откинули в сторону, заставляя влететь прямо в стену. Парень хорошо приложился виском и плечом. Упав на спину, он застонал от невыносимой боли, которая пронзила все его тело. Под ним лежали осколки какой-то бутылки, которые разрезали ткань и немного, но вошли в кожу Таканори. Где-то рядом слышался смех и выкрики о том, что скоро Таканори будет заглатывать член каждого здесь присутствующего. - Ты посмотри на его губки. Они просто созданы для минета, — какой-то мужчина опустился рядом с брюнетом и стал грубо вертеть его лицо из стороны в сторону, рассматривая несчастного. Матсумото чувствовал себя каким-то товаром, который был выставлен на обозрение. — Давай, поднимайся на ноги. Иначе хуже будет. Не веришь? На дрожащих руках Таканори кое-как удалось подняться на четвереньки. Он тут же почувствовал неслабые удары ногами по своим ногам, но это не помешало ему встать в полный рост, опираясь на ту же стену. Парень поднял взгляд и увидел лица каждого, кто стоял перед ним. Все они были одеты будто под копирку, и лишь какие-то незначительные детали были различны. Трое точно являлись азиатами, а внешность остальных больше походила на европейскую. Неприятная наружность и примерно одинаковый возраст под тридцать лет дополнял всю картину. Они смеялись или ухмылялись, но все до единого наблюдали за каждым движением юноши. Брюнет был слишком слаб, чтобы просто проскочить мимо этих типов и удрать куда подальше. Он еле стоял на ногах, старался не упасть, чтобы снова не чувствовать новых ударов по каждому участку тела. - Ну что, готов? — мужчина с короткой стрижкой сделал шаг в сторону Матсумото. — Хватит прикидываться больным, давай, оживай уже, — подойдя вплотную, он одним движением схватил Таканори за горло и поднял вверх. Крепкая хватка перекрыла доступ кислороду, и парень начал задыхаться, беспомощно стараясь убрать от себя чужие руки и хотя бы осесть на землю. Воздуха не хватало, перед глазами уже все плыло, а в горле стало еще суше. - Пусти, прошу тебя… — только и смог прохрипеть в ответ парень, уже постепенно теряя сознание, — прошу… -Джексон, мать твою, брось его. Не развлечемся. Он какой-то дохлый, — заговорил тот самый Таро за спиной мужчины. — Пойдем лучше в бар — там можно еще больше повеселиться. Мгновенье — и Матсумото снова лежит на земле, жадно глотая ртом воздух. Он слышал удаляющиеся шаги, маты и все тот же смех, который теперь надолго отпечатается у него в памяти. Таканори прекрасно понимал, что эти люди уже не вернутся и не тронут его. Его слабость впервые принесла хоть какую-то пользу парню. Он плотно закрыл глаза и почувствовал, что лежит на тех же осколках. Это заставило его перевернуться на бок. К горлу подступила тошнота. Парень потянулся рукой к карману и еле-еле выудил оттуда смартфон, который был разбит сразу с обеих сторон. Брюнет нашел в последних вызовах отца и набрал его номер, но абонент был недоступен. Матсумото мысленно чертыхнулся. Родители уехали еще с самого утра в Сайтаму, оставив сына одного в Токио. Перевернувшись на живот, Таканори положил голову на землю, не думая совершенно ни о чем. Он прекрасно понимал, что просто пришелся по вкусу тем мужчинам, но не смог угодить им в сексуальном плане. Все это крутилось в его голове, словно карусель в парке аттракционов. И она не могла остановиться, уже становясь какой-то фурией, мелькавшей перед глазами. Така никогда прежде не попадал в такие ситуации. Он старался меньше общаться с людьми, в которых он видел какой-то негатив или угрозу. Его устраивал тот круг общения, который он имел. Но, кажется, этот вечер перевернет всю его жизнь. Сейчас парень должен подняться и дойти туда, где ему смогут помочь и хотя бы вызвать скорую помощь. Матсумото не очень хорошо помнил, как он встал на ноги и дошел до первого пешеходного перехода. У него болели ноги, живот, голова и спина. С каждым шагом росло понимание того, что эта боль не прекратится никогда, а никто так и не пришел на помощь. Хотя это вполне логично — сейчас, почти в час ночи, в этом районе никого не было. Город спал, за что Таканори проклинал это место. Ему нужна была помощь, но ее нигде не было. Юноша смутно знал, что где-то поблизости находилась больница, и он шел туда по памяти, вечно оглядываясь по сторонам и тихо постанывая от пронзающей с каждым шагом боли. Перед парнем оставался лишь один пешеходный переход, возле которого располагалась больница. Таканори медленно плелся, часто останавливаясь и хватаясь за каждый фонарный столб, чтобы перевести дыхание и попытаться справиться с головной болью. Конечно, тут была только его вина. Ведь он сам гулял так поздно в том месте и наткнулся на тех типов, сразу не дав деру. Опираясь телом на дорожный знак, парень проклинал себя и свою глупость. Матсумото все-таки смог перейти небольшую дорогу, где не было машин, и дошел до дверей больницы. Массивные двери поддались с трудом. Яркий свет заставил поморщиться, а острый запах медикаментов только еще более раздражающе подействовал на парня. Голова закружилась, а глаза снова застлала пелена, которая за сегодняшний день стала незаменимой подругой для брюнета. Он схватился за ручку двери, чувствуя, как ноги немеют и предательски подгибаются. Охранник, который заметил Таканори, тут же подбежал к парню и осторожно поднял его на руки. - Каталку и санитаров на первый этаж, срочно! — юноша слышал каждое слово мужчины, у которого до сих пор находился на руках. Сейчас он понимал, что здесь он в полной безопасности и можно ни о чем больше не думать. — Парень! Черт возьми, приди в себя! Крики и шаги вокруг становились лишь громче. Вскоре Таканори ощутил, как его положили на что-то твердое и повезли в непонятном направлении. Оперативно поставленная капельница теперь не давала парню провалиться в бессознательное состояние. Иголка доставляла дискомфорт под кожей. Каталка остановилась в каком-то светлом помещении, где, казалось, количество голосов осталось прежним.Вокруг стояла настоящая суета: медсестры и санитары перекладывали его с каталки на реанимационный стол, осторожно снимали грязную верхнюю одежду и начинали обработку ссадин и ран. Парень шипел и жмурился, кусая до красноты нижнюю губу. Было неприятно, когда женщина обильно обмачивала вату в специальном растворе и тут же накладывала на рану парня. Но он осознавал, что та поступает правильно и пытается обезопасить его от всяческих инфекций, которые вполне могли занестись в организм из-за подобных ран. В какой-то момент все замолчали, и послышался звук открывающейся двери. Судя по тяжелым шагам и хрипловатому кашлю, в помещение зашел мужчина. - Сузуки-сан! — вскрикнула одна из медсестер, подбегая к пришедшему и протягивая ему какие-то бумаги. — У него обильное внутреннее кровотечение, переломы и сотрясение… Блондин взял в руки несколько листов, но не вчитываясь в суть, и тут же вернул их, подходя к столу и склоняясь над ним. Так как Матсумото лежал на боку, Акира смог проверить его зрачки и убедиться, что парень еще не потерял сознание. - Эй, — мужчина тихо позвал парня, пока все остальные подготавливали операционную, — скоро все закончится, потерпи немного. Брюнет приоткрыл глаза и увидел перед собой напряженное лицо врача, которому едва можно было дать тридцать лет. Он не мог разобрать еще хоть что-то, чувствуя, как ему вкладывают что-то внутривенно. Видимо, это был наркоз. Глаза снова закрылись, и парень провалился в глубокий сон. Первым, что ощутил Таканори, придя в себя, была мягкость под ним. Парень открыл глаза и проморгался, чуть повернув голову. Он понял, что находится в одиночной палате. Хотелось немного приподняться, но тело не слушалось, и брюнет тут же оставил эту идею. Ему ничего больше не оставалось, кроме как взглядом бегать по палате, рассматривая все, что только можно — небольшую тумбочку рядом, окно и несколько цветков в горшках на подоконнике. Обстановка успокаивала. Она не угнетала, а наоборот успокаивала и расслабляла. Это было именно то, что сейчас было необходимо прооперированному пациенту. - Проснулся? — парень перевел взгляд на дверь, которая тихо закрылась и впустила минутой ранее того самого врача. На нем была светло-серая водолазка, наполовину скрытая белым халатом. На шее висело удостоверение с небольшой фотографией и надписями, которые Таканори не мог разглядеть. Скорее всего, там были фамилия, имя и должность. — Как ты себя чувствуешь? Мужчина сел на край кровати и внимательно посмотрел на Матсумото, все еще ожидая от того ответа. И только сейчас парень смог прочитать иероглифы на удостоверении: «Сузуки Акира. Заведующий хирургическим отделением». - Голова немного болит, — хрипло произнес юноша и сглотнул, —и вот здесь тоже. — Таканори положил ладони на свои ребра и взглянул на врача, который о чем-то задумался, уставившись в одну точку. - У тебя сломано несколько ребер, — приподняв одеяло, которым был накрыт Матсумото, Сузуки внимательно оглядел эластичные бинты, обтягивающие бледную грудь брюнета. — Поэтому случилось внутреннее кровотечение и нам пришлось сразу же делать операцию. Таканори хотел задать еще некоторые вопросы, но его мысли тут же были прерваны врачом. — Мы не нашли при тебе никаких документов, поэтому тебе придется мне сейчас все рассказать, чтобы твои родители смогли приехать и подписать за тебя некоторые бумаги, — блондин вытащил из нагрудного кармана ручку и, взяв удобнее папку, раскрыл ее. - Моих родителей нет в городе, — замялся парень, отводя взгляд в сторону. — Но я скажу вам мобильный своего отца… -Отлично. Диктуй.