Развеять мглу

      Кристофер и Крис — младший сидели в комнате ожидания местного роддома и то и дело смотрели на часы. Оба сильно нервничали, Томми уже три часа был на операционном столе. Врачи решили делать всё и сразу. Провести кесарево сечение и сделать пластику. Теперь муж и сын вздрагивали от каждых шагов в коридоре. Наконец дверь открылась, и вошёл довольный врач: — Поздравляю. Мы успешно справились с задачей. У вас омега. — Спасибо, — Кристофер тайком посмотрел на сына, опасаясь, что тот будет ревновать из-за того, что у него не было детства, но тот был доволен. — Я могу их увидеть? — Да-да идёмте.       Бледный, но счастливый Томми лежал в палате, когда дверь открылась, и на пороге показался альфа. Крис сказал, что подождет в коридоре. У мальчика было трудное детство, и он повзрослел слишком рано. — Томми, — тихо позвал альфа, — ты как? — Ничего, только низ живота горит огнём как после тех ужасных родов. — Ничего, родной. Мы справимся, зато потом больно не будет. — Угу. У меня омега, прости. — За что? — Я же не подарил тебе ещё альфу. — Глупенький, ты мне счастье подарил.       Он долго просидел в палате у Томми, пытался убедить и сына зайти, но тот отказался. Сначала Кристофер решил, что тот просто ревнует. Весь обратный путь до дома, Крис — младший молчал, и только когда они зашли в квартиру он тихо сказал: — Папа, я так тебя люблю, но если ты сделаешь детство брата похожим на моё, то я клянусь, что убью тебя. Сказано было так, что альфе стало понятно, что угроза не пустая. Вместо ответа он посмотрел сыну в глаза и тихо сказал: — Я никогда вас больше не обижу. Я раньше не спрашивал, но скажи, ты мне веришь? — Верю, папа. Теперь уже верю.

***

Два месяца спустя. — Томми, проснись, проснись, мой хороший, — Кристофер легонько тряс омегу за плечо. — А, Крист, — Том сонно потянулся за поцелуем, — что случилось? Кристофер сел на кровать и тихо сказал: — Война закончилась, командировок больше не будет. Теперь я с вами навсегда. — Это хорошо. Я люблю тебя и … — проснувшийся омежка потребовал к себе внимания громким криком. — Спи, спи, я сам подойду. Кристофер пошёл к детской кроватке, а усталый Томми уже засыпая прошептал: — Люблю тебя, муж мой.