О Франции, вине и психушке

      Я вздохнула и постучала в дверь. Звук получился тихим, поэтому я постучала ещё раз, но сильнее.       — Не надо стучать двадцать семь раз! — послышалось за дверью.       Дверь открыла красивая улыбающаяся девушка.       — Привет…       Я кивнула.       — Роберт! — крикнула Кристина. Я увидела в её глазах замешательство.       Узнала меня? Отлично. Потому что я сама не знаю, что на меня нашло — прийти сюда. К Роберту домой.       — Карен? — удивлённо произнес Роберт, как только подошел к двери и увидел меня. Он не был в замешательстве, как его невеста, оно ему не присуще. Психиатр, что сказать!       — Могу я зайти? — спросила я.       — Конечно, — сказал Роберт.       Я кивнула ему и зашла в дом. Их прихожая была красивая, как и дом снаружи. Наверное, внутри такой же!       — Эм… Карен… А зачем ты пришла? — спросила Кристина, осматривая меня сверху вниз.       Я посмотрела на Роберта в поисках поддержки. Он попросил Кристину принести мне воды. При виде его невесты мне стало нехорошо. Она оставила нас наедине, хотя и без особого желания.       — Я думал, ты живёшь у брата, — Роберт скрестил руки.       — Жила.       Пора прояснить ситуацию, верно? Месяц назад, в феврале, меня выпустили из психушки. Классно, да? Да! Я была очень рада. Иногда мне кажется, что та сцена с поцелуем в моей палате была своего рода экзаменом… Если я признала, что влюбилась в Роберта — сдала экзамен и вышла на свободу. О другом сценарии я и не думала, ведь его не было. Психиатры самоуверенны.       Ну так вот, о чём я… Я вышла из больницы и задышала свободой. Эрик снимал квартиру для нас двоих. Но средств нам, разумеется, не хватало. Он учится на третьем курсе, студент. А я… психически больная. Или уже нет? Месяц мы кое-как прожили вместе, а потом я заявила, что не могу обременять его своими проблемами и ушла. Эрик, конечно, пытался остановить меня, но я настояла на своём. И вот сейчас стою в прихожей Роберта, смотрю в его глаза. Пойти мне больше некуда было.       — Карен? — спросила Кристина, протягивающая мне стакан воды.       — Да, — я оторвалась от своих мыслей и взяла стакан. — Спасибо.       Я сделала глоток и отдала стакан обратно Кристине. Она помогла мне снять плащ и повесила его в шкаф. Одежду мне купил Эрик, а потом практически не ел какое-то время. Он мне об этом не говорил, но я ведь видела.       — Проходи, — сказал Роберт.       Я пошла за ними в гостиную. Какая большая! Наверное, днем здесь очень светло. Я взглянула на часы. Восемь вечера. Роберт сел в кресло и указал мне на точно такое же кресло напротив него. Я усмехнулась и села.       — Как будто снова терапия.       — Возможно.       — Так зачем ты пришла, Карен? — Кристина не стала садиться.       — Я могу пожить у вас? — я смотрела на Роберта.       Мы молчали двенадцать секунд, я посчитала.       — Конечно, — отозвался он.       Мне не нужно было иметь третий глаз на затылке, чтобы увидеть, какое лицо сделала Кристина. Я бы сделала такое же. Это она ещё о поцелуе не знает!       Кстати, об этом. С Робертом мы не разговаривали об этом случае на терапиях. Я как-то пыталась, но он не поддержал. Возможно, стыдно было. Да и неважно уже.       — Да, — кивнула Кристина. — Можешь остаться.       — МНЕ ВСЁ РАВНО, КАКОЙ У НЕЕ ЗАПУЩЕННЫЙ СЛУЧАЙ!       — Мне нет.       — Я ВИЖУ! КАК ТЫ ПОСМЕЛ РАЗРЕШИТЬ ЕЙ ОСТАТЬСЯ У НАС В ДОМЕ?!       Я лежала в кровати и смотрела в потолок, слушая, как ругались Кристина и Роберт. После ужина Роберт показал мне мою комнату, и я хотела спросить его о многом, но только поблагодарила. Потом поговорим. Успеется.       — Кристина… Она моя пациентка!       — БЫВШАЯ ПАЦИЕНТКА, РОБЕРТ!       Странно она произнесла его имя. С каким-то акцентом. Я не так произношу. Роберт… Я помню, как он написал свой адрес на каком-то клочке бумаги и отдал мне. Наверное, знал, что мне некуда будет податься. Эх, Роберт! Даже в голове его имя звучит не так, как сейчас его прокричала Кристина.       Я взглянула на часы. Двенадцать ночи. И ругаются они уже минут десять точно. Я вообще стала теперь чаще смотреть на часы. Не знаю, почему. Надо спросить об этом у Роберта.       — Это ничего не значит!       — НЕ ДЛЯ МЕНЯ! Я ТВОЯ НЕВЕСТА, НЕ ЭТА ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНАЯ ДЕВОЧКА!       — Кристина, не говори так.       — А ЧТО МНЕ СКАЗАТЬ?!       Конечно, я понимала её гнев. Но я не собиралась уводить у неё жениха, как можно было подумать. Просто в этом мире не так много людей, у которых я могу остаться хотя бы на ночь. Не то что в другой стране. Смешно, что я даже не видела город нормально. Два года живу здесь.       Я не обиделась на слова «психически больная девочка», разве что «девочка» меня смущало. Мне не десять лет, а в два раза больше! А так… Это правда, я бывшая пациентка психбольницы. И это нормально для меня. Я не стыжусь. У меня действительно проблемы.       — Да ты ведь сама разрешила ей!       — ЭТО ПОТОМУ ЧТО Я ВЕЖЛИВАЯ! Я НЕ МОГЛА ВЫГНАТЬ ЕЕ ТАК ПОЗДНО! ЭТО ВЕДЬ ГРУБО!       — Она бы поняла.       Роберт не врал. Я бы поняла. И стала бы бомжом Карен. Отличная история!       Я всё ещё не верила, что Роберт поцеловал меня. Сам, я ничего не делала. Интересно, в какой именно момент он в меня влюбился?       — Карен умна!       — КАКАЯ МНЕ РАЗНИЦА! ТЫ ДАЖЕ У МЕНЯ НЕ СПРОСИЛ!       — Я не спросил, потому что думал, ты меня поймёшь и не будешь против!       — Не буду против другой девушки в нашем доме?!       — Да. Карен нуждается в помощи. Я выполняю свою работу.       Дальше я ничего не слышала. Либо Кристина пырнула Роберта, либо перестала орать и успокоилась. Роберт ведь мог применять свои «психиатровские штучки». Я вздохнула и перевернулась на левый бок, к стене лицом.       Моя комната была небольшая, но всё лучше, чем больничная палата. Я посмотрела на часы. Полпервого ночи. Быстро же время летит, какой ужас! А я снова повернулась к стене и закрыла глаза. Спи, Карен. Надеюсь, ночью мне не перережут горло…       — А кем ты работаешь? — спросила я у Кристины утром за завтраком. День был воскресенье, так что ни Роберт, ни она на работу не ушли. — Потому что я знаю, кем работает Роберт.       — Я стилист, — ответила Кристина.       Я кивнула. А чего ещё ожидать от такой гламурной истерички? И как Роберт собрался на ней жениться? Если ему нравятся такие женщины, то почему он влюбился в меня? Я что, на неё похожа? Роберт, ублюдок!       — Я не такой, — сказал он.       А я уж и забыла, что он мысли читает!       — Что? — Кристина нахмурилась.       — Ничего. «Психиатровские штучки», — говорит Роберт, улыбаясь мне. Это заставляет меня засмеяться. А Кристина злится.       Я бы не сказала, что это меня позабавило. Но у меня вообще уже сложилось впечатление о Кристине ещё в первый день, когда я её увидела, а сейчас оно только подтверждается. Кристина — типичная молодая избалованная модница, нуждающаяся в том, чтобы её содержали. Я объясняла это тем, что она выросла в богатой семье. Она любит закатывать истерики. С ней может быть только такой человек, как Роберт. Психиатр. Я даже не была уверена, что она — не его очередной эксперимент. Он ведь уже проводил такие. На мне. С Робертом нельзя быть уверенной ни в чём.       Не думаю, что Кристина правда ревновала Роберта ко мне. Не думаю, что она его любила настолько, чтобы ревновать. Не думаю, что она его любила. Для такой девушки это просто игра. В будущем я прямо вижу её модной домохозяйкой с кучей детишек. Упаси Боже, от Роберта!       Чуть позже Кристина убежала на работу, потому что «совершенно забыла, что у неё клиент». Я осталась с Робертом. Странно, но когда Роберт закрыл дверь за невестой, я бросилась к нему и обняла. Не знаю, зачем. Он тоже меня обнял. Мы так постояли десять секунд, а затем пошли в гостиную. Беседовать.       — Итак, — сказал Роберт. — Что ты хочешь рассказать?       — Много. Но начну с того, что поблагодарю тебя. За всё. Спасибо.       — Я просто врач, Карен.       — Не просто врач, а лучший психиатр. Роберт… Ты правда женишься на ней?       — Я просил тебя не говорить о моей личной жизни.       — Мы больше не в больнице, а я фактически не твоя пациентка.       Роберт вздохнул. Он понял.       — Если ты хочешь поговорить о поцелуе… Не стоит.       — Ты думал обо мне, Роберт? — спросила я.       — Карен…       — Отвечай на вопрос.       — Глупый вопрос, — сказал он. — Конечно. Я думал о тебе практически каждый день.       А что ему сказать? Он думал обо мне. Практически каждый день. А я вот о нём каждый день.       — Хорошо… — сказал Роберт. — Эм… Ладно, расскажи мне что-нибудь.       — Я теперь чаще смотрю на часы. Считаю секунды. Раз, два, три…       Роберт кивнул.       — Это может быть из-за того, что…       — Почему не стоит? — перебила я. — Мне кажется, ещё как стоит поговорить о поцелуе.       Роберт вздохнул.       — Карен, я тебе повторяю…       — Нет, послушай, — снова перебила я. — Ты видел все мои внутренности, так сложно поговорить о поцелуе, случившемся два месяца назад?       Это правда, Роберт как психиатр должен был отправить меня на полный медицинский осмотр, а потом мы собирали бумаги от каждого врача. Весело было, как сейчас помню.       — Да, сложно! Карен, у меня есть невеста.       — Тогда не надо было влюблять меня в себя!       — Это моя вина, прости! Я не хотел, чтобы всё так закончилось.       Я встала и посмотрела на часы. Опять.       — Кристина ушла двадцать две минуты назад. Я слышала, как вы ругались ночью.       — Да? Прости, если разбудили.       Я лишь покачала головой. Как можно быть таким спокойным, Роберт!       — Нет, я всё равно не спала.       Он кивнул.       Утром я встала с кровати и посмотрела в зеркало. ЧТО?! Я закричала во весь голос.       — Карен?! — в мою комнату ворвался Роберт. К счастью, я была одета.       — ЧТО ЭТО ТАКОЕ?! — крикнула я, указывая ему на свои волосы.       Роберт нахмурился. Да, меня тоже смутило, что моих длинных волос не было на голове! Кто-то (интересно, кто?) оказал мне услугу, освободив кучу времени от просиживания штанов в парикмахерском кресле! Если вы ещё не поняли, мои прекрасные волосы были отрезаны ночью, пока я спала. Спасибо за каре!       — Кристина! — позвал её Роберт. Разумеется, это она сделала. Не он же.       — Как ты посмела?! — закричала я, когда Кристина появилась в дверях.       — Посмела сделать что?       — Посмела отрезать мои волосы! Пока я спала!       — А ты думала, что можешь просто так жить в моём доме и уводить моего жениха?       Роберт глубоко вздохнул. Я уже поняла, что его всё это достало.       — Мы закрыли тему, — произнёс он. — Карен остаётся у нас.       — Уже нет! Спасибо! — я бросилась к полке со своими немногочисленными вещами, побросала их в свой рюкзак и хотела выйти, но Роберт остановил меня, схватив за правый локоть, к тому же сильно сжав. На эмоциях.       — Пожалуйста. Мы не закончили.       — Так вы ещё и что-то начинали! — вскричала Кристина.       — Кристина! — Роберт посмотрел на неё и повысил голос.       Ух, не хотелось бы мне, чтобы он когда-нибудь на меня так смотрел.       — Карен, — продолжил он, уже обращая взор на меня, кстати, совсем другой, — Останься. Куда ты пойдёшь?       — Мне плевать!       — Я прошу тебя, — выдохнул он.       — Роберт! — закричала Кристина. — Выбирай, она или я!       В этот раз он даже взглядом её не удостоил.       — Мистер Кросс, отпустите меня, — сказала я.       — Ты никогда не… — начал он, но не закончил. Ошарашенный, он ослабил хватку.       Я гневно посмотрела на Кристину, вырвалась и побежала на первый этаж. Я знала, что Роберт попытался пойти за мной, потому что уловила фразу:       — Никуда ты не пойдёшь! Я твоя невеста, Роберт!       Как только я оказалась на улице, я пнула его машину так сильно, что в следующую секунду почувствовала адскую боль. Я закричала и схватилась за правую ногу.       — Карен! — крикнул Роберт и подбежал ко мне. Я в это время уже сидела на земле.       — Отойди от меня! — воскликнула я и попыталась встать, несмотря на ужасную боль.       Роберт вздохнул и помог мне встать. Я стояла на левой ноге, потому что правая слишком болела. Хотелось кричать от боли! А Кристина только и порадовалась бы!       Придерживая меня за талию одной рукой, Роберт открыл дверь машины.       — Садись.       Не просьба. Скорее, приказ.       — Нет! — я покачала головой. — Не поеду я с тобой никуда.       Роберт просто приподнял меня и посадил на переднее сиденье машины, не обращая внимания на моё сопротивление. И на крики невесты, доносящиеся из открытого окна. Затем он сел за руль и завёл машину.       В больницу мы ехали молча. Из больницы тоже. У меня произошёл перелом! Отлично, Карен, сломала ногу! Теперь от Роберта и не убежать при всём желании.       Вдруг он свернул с дороги и припарковался.       — И куда мне тебя отвезти? — устало спросил он.       — Оставь здесь, я сама дойду до свалки. Бомж Карен.       Это заставило его улыбнуться, хотя улыбался он так же устало.       — А серьёзно?       Я пожала плечами. Некоторое время мы молчали, а потом Роберт снова завёл машину, и мы куда-то поехали.       — И что ты решил?       — Знаю я одно место, — загадочно сказал он. «По-психиатровски».       — Торговый центр?       — Нет.       — А жаль. Тоже бы не помешало.       Я посмотрела на свою ногу в гипсе. Мне никак не шло. Рассмотрев гипс ещё раз, я взглянула на часы на руке Роберта. Три часа дня.       Зазвонил его телефон, и Роберт попросил меня выключить его. Я послушалась. Даже думать не надо было, чтобы понять, кто звонил Роберту семнадцатый раз. Не без удовольствия я выключала его телефон, отстраняя от нее.       — Где мы? — спросила я, когда он остановил машину.       Роберт лишь улыбнулся и вышел из машины. В больнице мне дали костыли, но Роберт сказал, что сам позаботится обо мне. Я открыла дверь и достала костыли с заднего сиденья.       — Убери эти палки, — Роберт нахмурился.       — Нет.       — Я твой врач.       — Уже не прокатывает.       — Думаешь, мне есть дело? — серьёзно сказал он.       Я лишь усмехнулась, но послушалась его. Который раз за день!       Роберт взял меня за руку, помог выйти из машины, а второй рукой обхватил за талию. Я даже засмущалась!       — Я же твой врач, — сказал он серьёзно, но мы оба понимали, что он шутит. — Я видел все твои внутренности.       — Не все.       — Ох, Карен, — он покачал головой, улыбаясь.       Кое-как мы дошли до какого-то здания. Если честно, я даже не посмотрела на название, мой мозг решал проблему важнее — как идти, не опираясь на Роберта.       — Ты мне доверяешь? — вдруг спросил он.       — Да.       — Тогда почему боишься? Держись за меня.       — Если бы у меня были «палки»! — съязвила я.       — Ни к чему. У тебя есть я.       Я вздохнула. Психиатры!       Как только мы оказались в здании, я услышала жужжание фенов и разговоры. Запах краски… Я посмотрела на Роберта и вспомнила свои волосы. На фоне других проблем это оказалось наименьшей. Как ни парадоксально!       — Я знал, что тебе понравится, — улыбнулся Роберт.       Мы пошли дальше, и я увидела всё это в действии. Небольшая комната с пятью стульями и зеркалами. Две милые парикмахерши и одна посетительница.       — Здравствуйте! — к нам подошла свободная работница.       — Здравствуйте, — сказал Роберт. — Моей… подруге нужна помощь.       — Всем нужна помощь, — засмеялась парикмахерша.       С этим я согласна.       — Бедная вы девушка! — воскликнула она. Я и не поняла, она это о моих волосах или о сломанной ноге. Или обо мне в целом.       Парикмахерша была женщиной сорока лет, высокая и худая, всё время улыбалась. Они с Робертом усадили меня в свободное кресло, и я осмотрела свои отрезанные волосы.       — Ух! — женщина тоже осматривала мою шевелюру. — Канцелярскими ножницами резали?       — К сожалению, так и было, — произнесла я.       — Какой ужас!       — Сделайте всё, что мисс Уэйд захочет, — сказал Роберт. — Она умная, всё объяснит.       — Ты уходишь? — испугалась я.       — Нет, — Роберт покачал головой. — Я не оставлю тебя одну. Просто мне нужно закончить работу, и я заберу тебя. Сколько примерно займёт работа?       — Часа четыре, не меньше, — цокнула парикмахерша. — Приходите через четыре часа.       — Четыре?! — воскликнула я. Остальные даже обернулись на меня посмотреть. Я не удивилась, в психбольнице на меня часто так смотрели.       — А у тебя были планы, Карен? — усмехнулся Роберт, кивая на мою загипсованную ногу.       Я вздохнула.       — Какой молодой человек! — улыбнулась вторая парикмахерша, когда Роберт ушёл. Если честно, я почувствовала себя грустно без него в окружении незнакомых.       — Келли! — засмеялась моя парикмахерша. — Разве не видела у него кольца? Нашей девушке со сломанной ногой повезло с ним.       — Не говори! А глаза его… Вообще улёт!       — Он не мой жених, — сказала я.       Келли и её коллега Ронни позаботились обо мне и предоставили отдельный стул для моей загипсованной ноги. Когда клиентка Келли ушла, она заварила кофе, и мне даже перепало.       — Правда? — удивилась Ронни, включая фен в розетку. — Вы так смотритесь!       — А кто же он? — спросила Келли.       Но я не успела ответить, потому что Ронни принялась сушить мои волосы, которые только что помыла. На самом деле от моих красивых блондинистых волос осталось всего ничего, да и за всё это время краска практически смылась. Мы с Ронни сошлись на том, что она мне подравняет концы, Кристина ведь очень постаралась испортить всё, а потом покрасит в блондинку. Я этого и хотела.       — Так кто? — повторила свой вопрос Келли, когда Ронни закончила сушить.       — Друг, — ответила я. Не хотелось говорить им правду.       — Не ври! — засмеялась Ронни. — Нам ведь интересно. И машина у него крутая!       — Он раньше был моим врачом, пока я находилась в больнице, — я заставила себя сказать это.       — Да? А каким именно? — спросила Келли.       — Психиатром, — спокойно ответила я.       Эти лица надо было видеть! Я ведь так и знала. Ронни даже ножницы выронила. Она быстро наклонилась и подняла их. Разговоры сразу же закончились.       — Карен?       Ровно через четыре часа Роберт был здесь. К этому времени Ронни закончила работать с моими волосами. На самом деле получилось очень хорошо! Я никогда не думала, что мне пойдут короткие волосы. Раньше они дотягивались практически до поясницы, а сейчас и плеч не касались. Спасибо, Кристина!       — Привет, — я повернулась к Роберту.       А как он на меня смотрел! Этот взгляд я уже не забуду. Именно так смотрит жених на невесту в свадебном платье. Я улыбнулась. А ещё я же накрасилась! Точнее, мне помогла Ронни. С прической мы уже закончили, а оставалось ещё полчаса. Поэтому она сходила в соседний магазин косметики и купила там всё, что должна иметь у себя девушка (как считала сама Ронни). Затем она учила меня пользоваться тушью, тональным кремом, подводкой. Я и сама умела накрасить губы, но вот на этом мои познания заканчивались. Оказывается, мне идёт красная помада!       Все свои услуги она оценила (в кругленькую сумму) и попросила Роберта расплатиться. А вот Роберт… Он смог лишь достать карточку и протянуть Ронни.       — Тебе нравится? — спросила я. Могла не спрашивать.       Он кивнул. Наверное, не в силах был сформулировать свою мысль «по-психиатровски». По-нормальному он редко со мной общался.       Ронни вернула ему карточку и улыбнулась.       — Ваша милая Карен очень хорошая собеседница!       — Да, мне это известно, — только и сказал Роберт.       Затем он снова приобнял меня за талию и взял за руку. Снова пришёл без «этих палок». Я полностью доверилась Роберту. Раз он говорит, что так идти — безопасно, значит, так и есть. И в этот раз уже намного крепче за него держалась.       Мы уже ехали куда-то, как Роберт произнёс:       — Тебе очень идёт.       Я улыбнулась.       — Спасибо.       — Прости, Карен. Я не хотел приносить тебе и физические страдания.       Я пожала плечами.       — Это не ты виноват. Машину я пнула сама, а вот волосы мне отстригла твоя невеста.       — Я расстался с ней.       — Что?       Я посмотрела на него, чтобы узнать, шутит он или нет. Не шутил.