Я не твоя игрушка!

НЕ БЕЧЕНО От третьего лица. Черный джип резко свернул в темный переулок. Рыжеволосый парень жестом приказал покинуть салон машины телохранителям и водителю, оставаясь наедине с девушкой. Парень смотрел на мирно спящую девушку, чьё лицо было спокойным и умиротворенным, но какова же будет ее реакция, когда она узнает, кто сидит рядом с ней. Он знал, что Шима ненавидит его. Знал и все равно продолжал делать все, чтобы она искала его. Он сам не знал, но его влекло к этой девушке. Винсент предал его, а предателей не любят, особенно рыжеволосый парень. Он не знал свою мать, только отец, которого он в детстве почти не помнил. Терренс Леонетти — наследник и будущий глава. В отличие от некоторых, в его семье «сын босса» ничего не значит. Там нужно показывать свое лидерство, карабкаться и зубами цепляться за этот грёбанный и прогнивший мир, а если оплошаешь, то значит ты недостоин. Значит ты ничтожество, которое даже находиться в их «семье» не должен. 10 подпольных казино, 15 клубов и столько же притонов для наркоманов, и это только в одном городе. Семья Леонетти имела большое влияние. Леонетти младший еще в детстве на своей шкуре узнал, как это быть курьером с наркотой. Был еще один доход, наркота, доставляют которую дети, возраст был не важен, если ты умеешь ходить, знаешь наизусть город и говоришь нормально, то работа твоя. Для этого даже детей воровать не пришлось бы, таких же бездомных и сирот, которые хотят заработать на жизнь, много. Были и слабые, только их быстро устраняли, а на их место приходили новые. Терренс, сын босса криминала и, если бы на его месте был другой, то он купался бы в деньгах и катался на сыром масле, но это было слишком легко для Терренса, поэтому он решил на своей шкуре испытал все тем, чем зарабатывает на жизнь его отец. Терренс, как и его «семья», живет на теневой стороне этого мира, поэтому он и прикрывается фальшивым именем «Николс Рив», ведь криминал — дело гиблое, сколько имен он уже поменял, сам уже со счету сбился. Отец мальчика, а именно Дерен Леонетти, поздно вспомнил о том, что у него есть сын и его нужно воспитывать, поэтому, когда он опомнился, мальчик уже вырос. Ему пришлось доказывать всем, что он не просто «сын босса», а правда хороший лидер, каким должен быть каждый. И ему нравилось, нравилось что его уважают и подчиняются ему. Он очень хорошо помнит тот день, когда впервые познакомился с Винсентом. Чтобы семья не голодала он воровал, правда, в этот раз он своровал не у тех людей, за что был жестоко наказан. Терренс тогда проходил мимо и заметил парня, мокрого, худого, глаза которого хотели жить и бороться за жизнь. Он сам не знает зачем, но рыжеволосый протянул ему руку. Он решил помочь парнишке, конечно, не за просто так. Винсент стал ему другом, нет, он стал ему братом, которого никогда не было. Винсенту все это не нравилось, он смотрел на Терренса и удивлялся, ведь тот наслаждался кровью и болью своих врагов. Вот только, в отличие от Терренса, Винсенту было ради кого жить, поэтому на каждой миссии он молил бога вернуться живым, чтобы снова увидеть улыбку своей младший сестренки. Терренс не мог понять, почему Винсент пришел к нему со словами, что он сворачивает удочки и больше не участвует в этих делах. Заявил, что у него есть ради кого жить. Леонетти младший очень долго ходил мрачным и ненавидел всех и вся. Он не понимал, ведь именно он дал Винсенту все, что он сейчас имеет, как он может бросить его в столь тяжелый момент, когда их ищет полиция и банда серьезных людей, по слухам они устраняли всех тех, кто перешёл им дорогу. И Терренс был этим человеком, который полез в драку не подумав. Робкие движения девушки выбили Терренса из старых воспоминаний. Шима приходила в себя, но в глазах все плыло, она четко понимала, что лежит на ком-то, и ее похищение было отнюдь не сном. Резко вскочив, Шима пыталась разглядеть своего похитителя. — Вечер добрый, Шима, — равнодушным голосом произнес Терренс. Шиму словно окатили холодной водой, миллион мурашек прошлись по ее позвоночнику. Этот голос просто невозможно было спутать с каким-либо другим. С нотками равнодушия, надменный и высокомерный. Он смотрел на людей свысока и, если те предавали его или не оправдывали его ожиданий, он просто убирал их, без толики сомнений на лице. Когда зрение девушки нормализовалось, сомнений больше не было, это был он. Тот, из-за кого ее жизнь стала адом. Горло сдавило в одно мгновение, ее охватил приступ. Воспоминания волной накатили на нее, будто заново переживая тот случай, готовая расплакаться Шима держала перед ним маску неприступности и спокойствия. Правда, в душе творилось черти что. — Мы так давно не виделись, что, даже «привет» не скажешь? — обидчиво проговорил он, надув губы, показывая свою невинность. — Мне нечего сказать убийце моего брата, — хрипло проговорила шатенка, удивляясь насколько тихо она это произнесла. — Правда? Тогда зачем ты меня искала? Вот я, перед тобой. Может хотела спросить за что я убил твоего брата? А может хочешь послушать какими были его последние слова? — Молчать! Не смей говорить о моем брате, сволочь! — рявкнула она на всю машину. — Единственное, зачем я искала, так это для того, чтобы убить тебя! Шима говорила это уверенно и без доли сомнения, холодно и жестко, показывая этим, как сильно она его ненавидит. — И все? Я могу это тебе предоставить, — вытаскивая из чехла пистолет, он положил его в руку Шиме и приставил его к себе в висок. — Стреляй сейчас, отомсти за своего любимого брата. Терренс без доли страха поставил ее перед выбором. Можно сказать, что вот он, ее шанс, но именно сейчас в ее голове всплыли слова Джона, брата Изабеллы. «- Так ты хочешь отомстить? — сидел спиной к шатенке Джон. — Да. Поэтому, пожалуйста, научи меня пользоваться пистолетом, — просила она его, склонив голову. Джон повернулся к ней и его лицо выражало холод. Девушке на тот момент было очень страшно, но отступать она не решалась. — Пожалуйста! — Убив его, ты будешь такой же, как и этот человек. Убийцей. Ты ребенок, и твои руки чисты. Я понимаю твою ненависть, но если сойдешь с этого пути, то назад уже не вернешься, я знаю это и поэтому, когда у тебя будет выбор подумай, что хуже: стать убийцей или знать, что он жив. Такие люди долго не живут и каждый из этих людей со временем получает свое наказание. Его смерть не вернет тебе брата, от этого станет хуже только тебе.» Шима опустила пистолет, она сделала свой выбор. — Я так и знал, ты слишком труслива, чтобы сделать подобный шаг. Убить человека, это ведь не плюшку жевать, — горько вздохнув, ухмыляясь, сказал он. — Просто, такой, как ты, не заслуживает смерти, ты заслуживаешь что-то похуже этого, — гневно проговорила шатенка. Парень забрал у нее пистолет и рукой сжал ее горло, девушке не хватало воздуха. В миг спокойный и уравновешенный парень превратился в зверя с бешеными, жестокими глазами, чьи руки по локоть в крови и в такой грязи, которой шатенка во снах не видела. — Не забывайся, ты искала меня, а я следил за тобой. Я знаю все, что происходило с тобой с похорон твоего брата. Даже твоя новая влиятельная семейка не сможет остановить меня. Ты умничка, правильно сделала, что не рассказала маме, кто убил ее обожаемого сына. А то на завтрашнем вечере будет ой как неудобно, — расплываясь в жестоком оскале, пояснил рыжеволосый. Он не хо­тел при­чинять ей боль, но ведь ни­как ина­че в этом ми­ре нель­зя.

***

Юки выпивая уже какую таблетку успокоительного не могла найти себе места. Ее муж еще не приехал с работы, поэтому о долгом отсутствие своего дитя знала только, сама она и Тора. Шима и раньше пропадала недолгое время, но она всегда звонила, успокаивая мать, что все с ней все хорошо. Дверь в большой особняк распахнулась и в дома зашла Шима, ее взгляд был очень уставший, слово она всю ночь не спала. Юки подбежала к своему ребенку зажав в крепких объятиях. — Шима, что случилось? Куда ты так надолго пропала? Я так перепугалась! Не делай так больше, — понимая, что уже начинает плакать, Юки не могла остановится. — Прости, мам, — хрипло произнесла Шима, грустно улыбаясь и в ответ обнимая мать. — Больше я не заставлю тебя волноваться, обещаю. Теперь уже точно. Так что все в порядке. — Ты мне объяснишь почему тебя так долго не было? — Нет, сейчас не могу. Я очень устала. Можно я пойду спать? Получив одобрительный кивок, она поднялась к себе, спиной чувствуя прожигающий взгляд, спорить с Игараши младшим сейчас не хотелось, да и видеть тоже. Но судьба жестокая шутка, поэтому он сейчас и стоит в дверях ее комнаты, облокотившись об косяк. — Я тебя внимательно слушаю, — спокойным тоном произнес он. Будто бы докладывать детали личной жизни, ее прямая обязанность. — Тора, уйди, не до тебя. Играши младший закрыл дверь, оглядываясь. В этой комнате стало очень уютно, по домашнему уютно, и почему-то тепло. Не сказать, что комната забита предметами. Цветок у окна, рамка на столе с ней и ее братом и что-то из косметики, плюшевый, белый мишка лежал на кроватки рядом с ней. Сколько себя помнит Тора, комнаты в особняке всегда были одинаковые, холодные, пустые. Даже его комната. Парня всегда это устраивало. — Я ведь не уйду. — Ну и стой там пока ноги не отвалятся! — Вот и отлично. — Замечательно! — Да. — Да! Вскочила она начиная спорить с пустого места. — А у тебя талант, — Тора изогнул бровь, не понимающе. — Выводить меня! — Поверь мне, — блондин улыбнулся, искренне, без фальши. Аж что-то екнуло… «Ёкнуло? Фу-фу.» — Что бы вывести тебя, особо стараться не приходится. — Да ну?! — Ну да. — Боже, как же ты бесишь. Все вокруг такие невинные, такие правильные и хорошие, что складывается впечатление, что в аду гореть буду только я. — К чему ты это? — с прищуром спросил Тора. — Что случилось после школы? — Ничего, я нашла подработку… — сдалась Шима под напором его взгляда. Она рассказала, все как было на самом деле. Тора слушал не смея ее перебивать, за что та была ему очень признательна. — Так он будет на празднике? — задумчиво сказал. — Да. Он сказал, что будет ждать меня там, — Шима сжала простынь руками, так что аж костяшки побелели. — Я не пойду туда. Не хочу видеть его снова! — Отклонено. Ты пойдешь туда и это не обсуждается. К тому же там будет мой друг Том, я попрошу его наблюдать за тобой. Сам я не смогу, так как мне нужно будет быть с отцом. Девушка не могла поверить своим ушам. Зачем он все это делает? Он же сам сказал, что не признает во мне его семью! Да что с эти типом не так?! Ну все, она выскажет всё, что думает, слишком долго терпела, накипело так накипело. — Какого черта?! То ты пытаешься унизить меня перед всей школой, говоря, что я никогда не стану твоей сестрой! То пытаешь меня защитить! Что, с тобой не так?! Может ты уже определишься?! Я не твоя очередная игруш… Шима не смогла договорить, ее истерику в миг прикрыли поцелуем, язык Торы был таким напористым, что девушка чуть сознание не потеряла, забывая о своем пыле. Сердце бешено стучало, словно пыталось вырваться из грудной клетки и навсегда попрощаться с владельцем. — Да, только я могу дразнить тебя и так будет всегда, — оскалился парень. — Ты только моя игрушка. Он ушел и хлопнув дверью и в этот момент Шима пришла в себя, осознавая, что сейчас произошло, она вспыхнула, щеки покраснели, а сама она скатилась на пол, ноги не держали. — Тора, ты больной ублюдок!!!

***

Гости потихоньку собирались в гостиной, на мне было длинное, светло бирюзовое платье, со стразами вокруг груди. Волосы были слегка накручены, чтобы создавался вид легкой волны. Девушка спустилась в зал, людей было слишком много, незнакомых людей, так непривычно много, что у Шимы голова шла кругом. Увидев пару мамы с ее мужем, на губах появилась улыбка, наверное впервые за долгое время она смогла улыбнутся. Заметив краем глаза, что к ней подходит Тора. «Глаза б мои его сейчас не видели.» Вспоминая все, что произошло вчера ее лицо снова вспыхнуло… Тут же подошел и Том, он и правда показался хорошим парнем на Дне Рождения. Хоть он и старше Торы, но Шима могла с уверенностью назвать их друзьями. — О, смотрю, у вас настроение выше плинтуса, — увидев мою легкую улыбку, прокомментировал аристократ. — Даже у тебя, — отправил он колкость Торе. — Не буди спящего тигра, — съязвил Тора, допив из бокала с шампанское. — Всегда хотел это сказать? — не растерялся Том. Девушка тихо хихикнула, обращая на себя внимание парней. Было забавно видеть как, кто-то еще мог спорить с Торой, это и правда было забавно. — Не хочешь узнать кто подбирал тебе это платье? Улыбка в миг исчезла. Заменяя ее кислой гримасой. — Том, не забудь напомнить мне сжечь после бала, платье к чертям. — Ого, как же ты ей насосил, что она так говорит? — искренне удивился парень. — Понятие не имею, я думал ей понравилось, — продержал его удивление Тора. — Ты сделал это против моей воли! — Но тебе понравилось. Шима промолчала и гордо ушла в глубь зала. Том пошел за ней, все как и сказал Тора, он не обманывал, стало немного стыдно. Но гордость сильнее стыда. Через некоторое время семья Игараши решила сфоткаться. Это был незабываемо, ведь это был самый ужасный гребанный момент в жизни Шимы. Если вы когда-нибудь заметите, что плохо получились на фотографии, просто подумайте о закатах.  Вы когда-нибудь пробовали сфотографировать закат с паршивой камеры?  Получается дерьмово. Я имею в виду, что этот закат может быть самым красивым закатом, который вы когда-либо видели в своей жизни, но на фото он выглядит ужасно.  Это не значит, что закат не захватывает дух, это значит, что камера не может передать всю его красоту.  Вы великолепный грёбаный закат, никогда не забывайте об этом. В толпе людей Шима разглядела рыжую макушку, это был он, без сомнения. Пара зеленых глаз с маниакальным взглядом разглядывая девушку. Сердце будто остановилось, по телу пробежался табун неприятных мурашек. Как раздражает. Как же бесит. Этот взгляд. Не забуду никогда. — Прекрасно выглядишь принцесса. Время перестало идти, все замерло. Все чувства смешались. Страх, ненависть, злость. Она видела его только вчера, но все равно не смогла смотреть на него с каменным лицо, ее чувства слишком сильном ее выдавали. Хотелось сбежать. — З…зачем, — хотела уверенно, но голос дрогнул, что не скрылось от парня, да он улыбнулся, глумливо. Чертов лис. — Ну и зачем ты подошёл? — Хм, дай подумать, наверное сказать какая сегодня ты красивая, — он поднял бокал и в мгновение осушил. — За такое грех не выпить. Шима взглядом искала Тома, она согласилась бы даже остаться с Торой только не с этим придурком. — Интересно, будь тут твой брат, радовался бы он также, хихикал бы он так же как и ты, — последние он сказал мне на ухо, тихо и мерзко. — Ну и что теперь? Ты хотела меня найти, а когда нашла сама убегаешь, ты просто трусиха. Признай и успокойся уже. Тора скучающим взглядом обвел всех здесь присутствующих. Он не знаю многих, но та половина которую он знал были доверенными лицами отца. Скучно. В толпе Тора нашел Шиму с каким-то рыжеволосым парнем, девушка была белая как мел, словно еще чуть чуть и повторится история с ее недавним срывом. Том не мог пройти к Шиме, ему как будто бы специально закрыли проход бугаи, которых он видел в первые. Играши не думая больше сорвался с места. — Вы кажется не нравитесь Моей сестре, прошу больше не подходить, — холодным, приказным тоном заявил блондин. — Тора… — Пошли, — отрезал он взяв ее за руку и уводя куда-то на балкон. — Уходим. — Что? Но как? Это закрытый вечер, можно выйти только когда все закончится, — недоумевала девушка. — Я прекрасно осведомлен. Что мы по твоему тут делаем? Шима наверное еще минут пять пыталась все переварить, но потом ее как будто бы из ведра облили. — Не-е, я через балкон не полезу. У меня клаустрофобия! — Клаустрофобия — это боязнь замкнутого пространства. Где ты тут видишь замкнутое пространство? — В гробу! В гробу замкнутое пространство! — Успокойся. Сама ведь хочешь сбежать? Я вот очень, слишком здесь шумно. С этим словами и улыбкой кота, он прыгнул с второго этажа в кусты. — Ну, давай, я тебя поймаю. — Упаду, разобьюсь, кости сам собирать будешь! — Хорошо. — Ничего хорошего, больной придурок!!!