AlterTale

Их деревня была очень маленьким посёлком. После Сноудина он казался захолустьем, но красивым захолустьем. Красивый звон колокольчиков и тихих разговоров сопровождал Монстр-Кида, Фриск и их сопровождающих. Это было очень красиво. Мимо шли Аароны, а иногда и представители других рас монстров. Девушка-рыба, со слов Монстр-Кида, очень похожая на Андайн, но одетая слишком красочно. Это и Фриск заметила: одежда была пёстрой даже для Ватерфолла. На голове были рога и чёрные, как смоль, волосы лежали позади. Некоторые локоны торчали, некоторые лезли на лицо, на котором были фиолетового цвета очки. — Здравствуйте, путники. Что вас сюда привело? — проявила гостеприимство рыба. — Нам бы в магазин, закупить еды, — сказал Монстр-Кид, — Я у вас тут был, но слишком давно, чтобы запомнить, где находится рынок или что-то наподобие этого. — Идите по прямой, сворачиваете после двух поворотов. Там будет рынок. — Спасибо, — кивнула Фриск и они с другом поспешили, ибо не хотели оба разделять внимание на тех странных Ааров. — Аве, как думаешь, она выберет меня?.., — услышали они часть разговора этих двух. — Ней, тебя выберет разве что рыба, — и оба даже не засмеялись — заржали, что их смех отражался от стен и заставил появиться головной боли у Фриск. Городок, нет, поселение выглядело красиво. Многие дома были сделаны из дерева, чем-то напоминающего бамбук, только более синего, а иногда и красного цвета. Многие были одноэтажными, но иногда попадались и двухэтажные здания. По обеим сторонам дороги росли странные грибы, которые при приближении к ним, начинали светиться. Так же можно было увидеть маленькие канавки, в которых росли те же цветы, что и вырастали, когда Монстр-Кид бросал в воду семечки. Когда они достигли нужного поворота, красота немного потерялась. Тут было так же многолюдно, как на улицах Сноудина, но, что странно, тише. Большинство покупателей было Аароны. На прилавках продавались шкатулки со светящейся краской в темноте. Обычно, это были изображениями голубых цветов, иногда грибов, которые они видели по дороге до рынка. Монстр-Кид остановился у прилавка с амулетами и постучал по столу. Фриск встала рядом. — Что-то собираешься купить? — поинтересовалась Фриск. — Да, у родителей скоро годовщина, хочу подарок купить. Ну как скоро, через месяц. А как вернёмся — уже неделя пройдёт, второго похода родители мне не простят, — Монстр ещё раз постучал хвостом по столу. Из тени вышла слизень, моргая своими глазами на палочках, — Можно у вас купить амулет света? — слизень кивнула и достала из-за прилавка два браслета: один с узором солнца, другой — огня, — Спасибо. Монстр-Кид расплатился и убрал сдачу, несколько магических монет, обратно в кошелёк. Вообще, к монетному двору Фриск привыкала очень долго. Если в Руинах не было вообще денег, все жили в условиях бартера*, то как только девушка вышла, как говориться, «в свет», долго не могла привыкнуть к деньгам Подземелья. Самая маленькая монета была магической: её делали из особого вида магии, которая образовывается в ядре и не тает со временем, как иная магия. Полупрозрачная монета переливалась всеми цветами радуги и называлась майко**. Существовали только монеты с единичным значением, четверичным значением и девятеричным. Из истории можно было узнать, почему именно четыре и девять: в древности у монстров было по четыре пальцам на руке, в основном, а девять состоит из четырёх и пяти: число пальцем людей и монстров. Это число символично: обозначает единство и крепкую дружбу двух рас. Сорок две монеты эквивалентны одной светящейся голубой монете люлуви***. Сто шесть таких же монет равны одной золотой футья****. Только у футьи есть бумажное «начало». Только их могут делать бумажными, но с элементами футьянной пыли, чтобы ассигнации не смогли подделать. Они весят меньше, их легче таскать, нежели мелочь. На данный момент в кармане Фриск было сто футьяр бумажных, ещё двенадцать монетных, тридцать люлуви и тридцать девять майко. Это месячная зарплата среднего обеспеченности монстра. Амулеты света, если Фриск помнит, всегда двойные. В истории монстров, когда они жили с людьми ещё до войны и принятия единобожия, в расцвет язычества, существовали различные амулеты. Сейчас, в Подземелье нет язычества, только отдельные дома, как Монстр-Кида, ещё проповедуют эту религию. В истории амулет света есть символ единства женщины и мужчины: «Свет есть составляющее солнца и огня. Огонь есть мужское начало, солнце есть женское». Следующий магазинчик по дороге привлёк Фриск: там продавались странные животные:. Сами белые, светящиеся, напоминающие кошку с крыльями. Но у кошек было два рта, а глаза горели изумрудами. — Азагату*****, — сказал Монстр-Кид, — Их ещё называют ищейками. Найдут всё, что только можно. — А их можно купить? — спросила Фриск, — Точнее, они не дорогие? — Не знаю. Они по всей территории Водопадов обитают, но вот приручить их — очень сложно. Они очень свободолюбивые животные. Фриск посмотрела на продавца, которым оказалась рыба с лягушачьими конечностями и спросила тот же вопрос, что и Монстр-Киду. — Три футьяр за обученного котёнка, один за взрослого и бесплатно — старые. — Можно выбрать, да? — Фриск не смогла удержаться от покупки одного. Она выбирала долго. В одной клетке, где спали котятки, из пяти не спала только одна, с голубыми глазами. Она взяла эту на руки и показала продавщице. Та кивнула. — Я продам за полцены, — сказала рыба, — Она слишком не обучаемая. Оплатив один футья и пятьдесят три люлуви, они пошли дальше. Котёнок тут же заснул на руках хозяйки. Фриск смеялась над котёнком Азагату. — Они едят только молоко, а когда подрастают — могут что угодно, — сказал Монстр-Кид, поглаживая малыша. — Вот сейчас и купим, — сказала Фриск, — Я назову эту крошку Тофос******. Вышли они из города через два часа после прибытия. Уставшие, но довольные. Рюкзак был полон еды, питья, в основном, молоком для Тофос, и нескольких сувениров. Фриск ещё купила фонарик, огранённый камушек, который чем темнее вокруг, тем ярче светится, а Монстр-Кид купил игрушку цветка для брата. Они шли недолго, по меркам Фриск, по крайней мере. Издали они увидели пещеру со знаком «пост», рядом прикреплена записка «Собственность Ториэль Дримурр». Они пришли, можно расслабиться. Пещера была сухой, на удивление Фриск и Монстр-Кида, потому что снаружи были просто огромные лужи. Душно, повышенная влажность - все «прелести» жизни. Посередине следы костра, около которого стояли брёвна. Они на скорую руку сделали костёр и Фриск взялась за готовку ужина, в то время, как Монстр-Кид ушёл на улицу, набирать в фляжку воды, ибо в пещере не было ничего, кроме кастрюли и маленьких стаканов с парой-тройкой вилок, ложек и ножей. И три спальника. Ужин был сытным. Даже Тофос проснулась. Маленькая торпеда ещё не умела летать, но бегала, мягко говоря, быстро, а после примчалась к Фриск и замяукала, прося еду. Молока холодного она не хотела, привереда, а вот от тёплого не отказалась. — Привыкай, когда она вырастет, голос ещё громче станет. — Тофи, кис-кис-кис, — улыбнулась Фриск, после чего почесала за ушком, — Ты же будешь хорошей девочкой, да? Та лишь фыркнула и улеглась спать рядом с хозяйкой. Вскоре в пещере раздавались лишь сопение трёх путников.