Противостояние Пламени и Льда

      Первое, что Сильвия почувствовала, пробираясь сквозь сон, — это неожиданное тепло, тяжелым одеялом накинутое на ее плечи. Она медленно открыла глаза и в слабом утреннем свете, пробивающемся сквозь щели полуразрушенного домика, увидела поверх себя ветровку Наша.       Сильвия приподнялась на локте и, обведя взглядом постройку в поисках самого Драгнила, заметила его на чудом уцелевшем стуле. Он сложил руки на почерневшем от сырости столе и положил на них голову, повернувшись к ней лицом. Наш спал, но Сильвия видела, как подрагивают его ресницы — верный признак того, что в любой момент он готов вскочить на ноги и броситься в бой.       Ее сердце наполнилось нежной благодарностью: ночью было очень холодно, и вместо того, чтобы обеспечить себе хотя бы минимальный комфорт, он предпочел позаботиться о ней. Так было с самого детства: то он отдавал ей последнюю конфету, то ломал носы задиравшим ее соседским мальчишкам, несмотря на собственные разбитые кулаки.       Как только она пошевелилась, чтобы стянуть с себя куртку и накинуть ее на него, Наш тут же проснулся. На его лице не было ни тени сна — лишь мгновенная собранность, которая тут же сменилась привычной насмешкой, когда он понял, что тревога ложная.       — Оцените качества сна в нашем пятизвездочном отеле, — начал он, вынуждая Сильвию, всего минуту назад умилявшуюся его умиротворенному спящему виду, цокнуть языком и закатить глаза.       — Здесь воняет плесенью, — Фуллбастер с преувеличенным отвращением окинула взглядом паутину в углах и покосившиеся стены, с которых осыпалась труха, устелившая пол отсыревшим ковром. Она натянула на себя его ветровку, словно это был не согревающий ее элемент одежды, а защитный костюм.       — Зато персонал гостеприимный, — Наш подставил ладонь маленькому паучку, позволив ему на нее забраться, и посмотрел на надувшую щеки Сильвию с безобидной издевкой.       — Наш-сан, это не смешно! — возмутилась Сильвия. — Это не место для ночлега, а обитель грибов!       — Тогда чур, ты — мухомор, — поддел ее Наш, щелкнув пальцами с видом человека, который только что поставил точку в многолетнем научном споре. — А вообще…       Он резко замолчал. Вся насмешливость в мгновение испарилась, и вместо нее на его лице появилась напряженная сосредоточенность. Наш склонил голову набок, прислушиваясь скорее к внутренним ощущениям, нежели к звукам, доносящимся снаружи.       — Наш-сан? — тихо позвала его Сильвия, подойдя поближе и инстинктивно спрятавшись за его спиной. Наш шикнул на нее, приказывая молчать, и сделал осторожный шаг в сторону перекошенной двери.       Он подозвал ее жестом, и как только она подошла, заранее зажал ей рот ладонью. Убедившись, что визг Сильвии не пронзит округу, Наш кивком указал ей на широкую щель в стене. Фуллбастер перевела на нее взгляд, и ее сердце бухнуло в пятки: вокруг их полуразвалившегося убежища расхаживал неестественно огромный иссиня-черный волк с голодными желтыми глазами, нарушая утреннюю тишину топотом тяжелых лап и утробным рычанием.       Сильвия медленно распахнула глаза, отказываясь им верить. Мимо этого зверя было невозможно проскочить незамеченными. У Наша бы даже не получилось призвать Звездных Духов: связка могла громко звякнуть, и тогда волк моментально бы ворвался в домик, учитывая хлипкость последнего и габариты первого.       Наш тяжело, но бесшумно вздохнул, убирая от лица Сильвии ладонь. Его обычно быстрый мозг лихорадочно пытался придумать, как выбраться из этой ситуации, но тщетно: единственным вариантом, который пришел ему на ум, было выйти на улицу и попытаться успеть открыть врата, например, Тельца до того, как волк позавтракает их телами.       Наш нахмурил брови. Сначала он думал, что ему показалось, но, понаблюдав за зверем еще несколько минут, окончательно убедился в том, что от того исходит хорошо знакомый ему магический фон. Фон, который обычно принадлежал Звездным Духам.       Смирившись с тем, что его либо загрызет волк, либо засмеет Локи, что было менее предпочтительным, под неодобрительным взглядом Сильвии Наш протянул руку к связке ключей. Медленно, стараясь не издавать ни звука, он перебирал их пальцами, пока не остановился на нужном.       Наш крепко зажмурился и мысленно взмолился, чтобы на этот раз Локи обошелся без своих фирменных глупых шуток. Спустя мгновение за спиной вскрикнувшей от неожиданности Сильвии материализовался Лев, тут же зажавший ей рот ладонью, но было слишком поздно: волк протяжно взвыл, и для Наша этот звук прозвучал как болезненный стон. Позабыв об осторожности, он резко толкнул дверь и увидел перед собой зверя, враждебно припавшего к земле.       — А от меня-то ты что хотел, сын Люси? — с тяжелым вздохом поинтересовался Локи, проследовав за хозяином. Он взял побледневшую Сильвию за руку и слегка сжал ее ладонь в ободряющем жесте, после чего остановился за спиной Драгнила, внимательно наблюдавшего за волком.       — Чтобы ты запомнил, что у меня есть имя, — Наш ответил колкостью скорее по привычке, нежели с искренним недовольством. — У этого волка магический фон, как у Звездных Духов, — он подбородком указал на испуганно ощетинившегося зверя, ощутив необъяснимый прилив жалости.       Локи поправил очки свободной рукой и проскользнул по волку анализирующим взглядом, после чего усмехнулся и выпустил ладонь Сильвии, которая тут же опасливо прижалась к его спине. Кроме того, что Наш безошибочно определил схожий со Звездными Духами магический фон, на неземное происхождение животного указывала и гипнотизирующая красота его переливающейся темной шерсти.       — Ты прав, сын Люси, — согласился Локи, в голосе которого впервые за всю жизнь Наша прозвучало уважение. — Это действительно Звездный Дух.       Словно отзываясь на его слова, волк немного расслабился. Он перестал рычать, но все еще сохранял бдительность, следя за Нашем. В голове Драгнила мгновенно родилась одновременно безумная и гениальная идея, когда он вспомнил про стеклянный ключ — подарок матери на совершеннолетие. Тогда она в шутку сказала, что однажды он подчинит себе Звездного Духа, и это оказалось неожиданной правдой.       — Что ты задумал, сын Люси? — с усталостью в голосе протянул Локи, готовясь к тому, что ему опять придется вытаскивать Драгнила из беды.       Наш проигнорировал его и сделал несколько быстрых шагов к поджавшему уши волку. Тот посмотрел на его лицо с мольбой, от которой у Драгнила заныло сердце: он не мог смотреть на страдания Звездного Духа, казавшегося ему таким одиноким в этом гниющем лесу.       — Сын Люси, учти, что вместо твоей задницы я буду спасать Сильвию-чан, — предупредил Локи, но в его глазах читалась неподдельная готовность броситься на защиту хозяина, если того потребует ситуация.       Наш усмехнулся и бросил на него быстрый взгляд через плечо, соглашаясь с таким раскладом: безопасность Сильвии была для него превыше всего. Несмотря на то, что Локи беспощадно издевался над ним, к Фуллбастер тот относился с почти отцовской нежностью, поэтому Наш мог безоговорочно положиться на него в вопросах благополучия своей лучшей подруги.       Драгнил повернулся к умоляюще поскуливающему волку и поднял руку, в которой держал стеклянный ключ — пустой, как его два месяца назад назвала мать, когда рассказывала ему о разбросанных по земле Звездных Духах без ключей.       Пространство вокруг них осветил яркий изумрудный свет с красными искрами. Медленно, но беспощадно тело зверя начало распадаться на частицы, напоминающие маленькие звездочки, которые устремились в ключ. Его обвил шипованный зеленый стебель, а на головке образовалась морда волка — чем-то похожая на ту, которая блестела на ключе Льва.       — Поздравляю, сын Люси, — произнес Локи, и его голосу вернулась привычная издевка. — Это первый хороший поступок за всю твою жизнь.       Наш фыркнул, но скорее от смеха, нежели от возмущения. Он покрутил ключ в пальцах, после чего передал его Сильвии, заинтересованно выглядывающей из-за его спины. Драгнил заметил, как ее глаза засветились от восторга, и позволил себе возгордиться своими действиями.       — Не забудь заключить с ним контракт, — напомнил Локи, с плохо скрываемым интересом поглядывая на ключ.       — Займусь этим дома, — ответил Наш, закрепляя необычную находку на связке.       — И девушку себе найти, — добавил Локи, наслаждаясь тихим рычанием смутившейся Сильвии.       — Вы все время говорите о девчонках? — возмутилась она, покраснев до корней волос.       — Не сравнивай меня с ним! — оскорбился Наш, кивком указав на Локи. На лице последнего расцвела ухмылка, которая не предвещала ничего хорошего, и это заставило Сильвию забыть о своем недовольстве и хихикнуть, пряча улыбку в воротнике ветровки. Наконец-то Наш, подтрунивающий над ней весь вчерашний вечер, получит по заслугам.       — Запомни, сын Люси, — Локи понизил голос до конспиративного шепота и подошел к отчаянно застонавшему Нашу, положив ладонь ему на плечо. — Ты еще хуже, чем я.       — Если это окажется правдой, то я лучше повешусь, — съязвил Наш, грубо одернув руку рассмеявшегося Льва. Тот исчез прежде, чем Драгнил успел сказать что-нибудь еще, оставив после себя лишь шлейф дорогого одеколона и двух волшебников, питающих надежду, что с пришедшим рассветом им удастся как можно скорее вернуться домой.

***

      В здании пахло табачным дымом и алкоголем. Свет только что взошедшего солнца протискивался сквозь плотные дорогие шторы, и один солнечный луч упал на лицо Луны, бессознательно лежавшей на полу под до блеска наполированным окном. Едва отойдя ото сна, она почувствовала на себе с десяток заинтересованных взглядов местных обитателей — бестолковых громил с кривыми ухмылками. Один из них, явно заскучавший за игрой в покер с соратником, решил развлечься и выплеснул на Луну стакан виски, в котором позвякивали кубики льда.       Драгнил, только что осознавшая, что находится в незнакомом месте, резко вдохнула и мгновенно вскочила на ноги. Она стиснула зубы и сжала ладони в кулаки так, что побелели костяшки, испепеляя взглядом громилу, хохочущего над ее видом, напоминающим кошку, упавшую в лужу.       — А ты ничего, — протянул один из верзил с изуродованным шрамами лицом. Луна инстинктивно отступила назад и нащупала за своей спиной пустую бутылку из-под спиртного. Она занесла ее для удара, как тут же остановилась, когда один из неприятных на вид мужчин лениво за нее заступился.       — Мастер же сказал ее не трогать, — вяло напомнил он.       Луна застыла, перестав слышать собственное сердцебиение. Получается, ее, все еще не отошедшую после вчерашнего, намеренно притащили в это место и оставили наедине с этими уродами? Неужели она, дочь небезызвестных Нацу и Люси Драгнилов, стала чьим-то заказом?       Покрытая лаком дверь из массивного дуба бесшумно открылась, но и этого оказалось достаточно, чтобы громилы тут же присмирели и разбрелись по углам. На пороге стоял мальчик лет десяти-двенадцати с иссиня-черными волосами и карими глазами, в которых читалось искренняя злость за то, как эти головорезы издевались над беззащитной девушкой.       — Прекратите! — его голос прозвучал твердо и уверенно, несмотря на юный возраст.       Он неуклюжими, но быстрыми шагами преодолел расстояние между ним и опешившей Луной, после чего схватил ее за руку и потащил к выходу. Один из верзил преградил ему путь и, скрестив руки на груди, надменно усмехнулся.       — Мастер сказал, чтобы она оставалась тут до его прихода, — напомнил он, нависая над Луной и ее юным спасителем.       — А еще Мастер говорил, чтобы вы меня всегда слушались, — парировал мальчик, прожигая бандита взглядом, полным ненависти. Он оттолкнул его и вывел спасенную им волшебницу на улицу, не обращая внимания на раздраженное бормотание за спиной.       Мальчик тащил Луну до самого выхода с территории этого жуткого места, окруженного высоким железным забором, сотканным из прутьев в мрачные узоры, не оглядываясь. Драгнил покорно позволяла ему вести себя, обескураженная увиденным: откуда в темной гильдии мог взяться ребенок, и почему эти бугаи должны его слушаться?       — Теперь ты можешь бежать! — улыбнулся мальчик, наконец подняв на впавшую в ступор Луну сияющие глаза, в которых плескалась гордость за свой благородный поступок.       — Спасибо, но… — Драгнил опустилась перед ребенком на одно колено, чтобы быть с ним на одном уровне. — Почему ты меня вытащил?       — А разве для доброго поступка нужны причины? — искренне удивился мальчик.       Этот вопрос, такой простой и такой наивный, заставил Луну добродушно улыбнуться. Она погладила его по щеке, и впервые за прошедшие сутки у нее потеплело на душе. Несмотря на обстановку, в которой мальчик находился и, наверное, даже вырос, его сердце оставалось добрым, а душа — светлой.       — Ты из «Хвоста Феи»? — изумленно прошептал ребенок, заметив красную метку на ее правом плече. В этот момент в его голосе прозвучало все: и удивление, вызванное этой встречей, и вера в лучшее, и тоска, словно его самого оторвали от родного дома. — Моя мама рассказывала, что там очень хорошо…       — Ты даже не представляешь, насколько хорошо… — Луна улыбнулась и потрепала мальчика по волосам, собранным в длинный густой хвост. Тот растерянно сморгнул, и на его глаза навернулись слезы. Значит, это место и правда существует, и у него теперь даже есть друг оттуда? Друг, которого он, наверное, больше никогда не увидит… — И мне нужно найти моих друзей, чтобы вернуться туда.       Перед ее глазами непроизвольно возникли картины того, как они с ребятами разделились, и… как погиб Шторм. Она ведь даже не знала, где осталось его тело, да и осталось ли оно вообще. От этой горькой мысли ей захотелось плакать, но она проглотила слезы, заставив себя держаться ради этого ребенка.       — Я не смогу проводить тебя до станции, — виновато опустив глаза, признался мальчик. — Мне нельзя отсюда уходить, но я могу тебе помочь!       Луна непонимающе нахмурила брови и недоверчиво прищурила глаза, не представляя, каким образом этот ребенок сможет ей помочь, если ему запрещено выходить за территорию этого, будь оно проклято, места?       — Смотри, — заговорщицки прошептал мальчик, когда на его ладони возник маленький огненный сгусток, который он осторожно подтолкнул вверх, словно воздушный шарик. — Просто назови имя того, кого ты хочешь найти, и он отведет тебя к нему.       — Красота! — прошептала Луна, провожая пылающий шар, переливающийся перламутром в свете солнечных лучей, восхищенным взглядом. Она впервые в жизни увидела белое пламя, и теперь не могла оторвать от него глаз. — Просто назвать имя? — переспросила она, повернув голову к мальчику.       Тот утвердительно кивнул и сделал несколько шагов назад, чтобы не мешать Луне исполнить ее главную на данный момент мечту — найти друзей. Сделать то, о чем он сам мечтал уже очень много лет.       — Тогда… — задумалась Луна, выбирая, кого из ребят она хотела бы найти в первую очередь. — Покажи мне дорогу к Шторму Фуллбастеру, — ровно, но с отчетливо слышимой болью в голосе произнесла она. Они не должны оставлять его здесь. Они должны забрать его домой.       Пламенный шар так и остался висеть на месте, сместившись, может, всего лишь на пару шагов вправо. «Отлично, — промелькнуло в голове у Луны. — Нихрена это не работает». И теперь ей предстояло понять, что именно: ее голова или магия. Она упрямо повторяла имя Шторма несколько раз, но пламя упрямо отказывалось двигаться, будто специально игнорируя ее голос — если оно вообще могло на него отзываться.       — Глупый огонек, неужели тебе так сложно показать мне дорогу?! — яростно взревела Драгнил, пытаясь поймать проворный шарик. Тот не собирался сдаваться и уворачивался от ее рук с завидной скоростью, вынуждая Луну носиться за ним кругами. — Ну мы же как родственные души! Помоги мне, хватит упрямиться! Или ты перенимаешь говнистый характер того, кого ищешь?!       Драгнил бы так и продолжала марафон в погоне за огоньком, если бы не бутылка, заботливо выкинутая за забор одним из местных пьяниц. Судя по ее внешнему виду, лежала она здесь уже очень давно, словно поджидая удачный момент, чтобы кто-нибудь об нее благополучно споткнулся. А именно — Луна Драгнил, которая со сдавленным криком рухнула на промозглую землю, распластавшись звездочкой.       — Совсем ебнулась? — раздался совсем рядом знакомый голос.       Луна резко перевернулась, позабыв об испачканной одежде. Перед ней стоял Шторм. Живой и невредимый Шторм, сжимавший в руках ее совершенно чистый шарф.       С губ Фуллбастера сошел облегченный вздох. Он был искренне рад, что смог отыскать кого-то из друзей, а в особенности — все такую же активную Луну, и это заставило его губы растянуться в легкой улыбке.       — Ты жив… — прошептала Драгнил, отказываясь, но надеясь верить собственным глазам. Она намертво вцепилась в руку Шторма и ловко поднялась с его помощью на ноги. — Жив… — не в силах сдержать нахлынувшие на нее эмоции, она обняла его за шею так крепко, как только могла.       — Сейчас снова умру, — Шторм сделал вид, что задыхается, но все же обнял расхныкавшуюся подругу, уже успевшую его похоронить, в ответ.       Им потребовалось несколько минут, чтобы убедиться, что оба живы и здоровы, прежде чем Шторм отстранился первым, чтобы осмотреться. Снаружи здание ничем не отличалось от обычной гильдии, но запах спиртного, исходящий от Луны, навел его на мысль, что все не так просто, как могло показаться на первый взгляд. Драгнил пила только по праздникам, а это означало, что ее целенаправленно облили алкоголем. Нормальному человеку такое в голову бы точно не пришло, — выходит, они находились на вражеской территории.       — Моя смерть была иллюзией, — заключил Шторм, но Луна, переполняемая эмоциями, пропустила его слова мимо ушей.       — Мы из-за тебя разгромили деревню! — она толкнула его в плечо, недовольная этой дурацкой шуткой. — Что нам теперь делать с заданием?!       — Какая деревня? — вмешался в разговор доселе молчавший мальчик, удивленно глядя на лица Луны и Шторма. — В этом лесу нет никаких поселений, кроме нашей гильдии.       — Получается, задание поддельное? — насторожился Шторм, переведя взгляд на Драгнил.       В ответ она лишь неопределенно пожала плечами, не особо понимая, как такое задание могло попасть на доску их гильдии. Сам Мастер должен был убедиться в его подлинности, поставить печать и лишь затем выдать волшебникам. Значит, липовый заказ попал на стену, обойдя проверку или не проходя ее вовсе, из чего следовал лишь один вывод — в гильдии завелся предатель.       Их размышления прервал шум из здания: судя по всему, там началась драка. Приглушенные звуки намекали на то, что внутри уже вовсю летала мебель и разбивались бутылки. Вакханалию подкрепил спор на повышенных тонах, завершившийся глухими ударами.       Это подтвердило догадку Шторма: стоявшее перед ними здание было гильдией темных магов. Волшебники молча продолжали смотреть на дверь, медленно отступая от входа. Фуллбастер вздрогнул, переведя взгляд на напуганного мальчика, вцепившегося в его рубашку. Тот прижался к нему так крепко, что сердце Шторма пропустило удар, когда он увидел слезы, навернувшиеся на большие карие глаза. Фуллбастер больше не мог позволить ребенку это слышать, поэтому потянул его и Луну подальше от этого ужасного места.       — Его нельзя оставлять с ними, — уверенно заявил Шторм, с братской бережностью взяв мальчика за плечи.       Впервые Луна сразу согласилась с его решением и уверенно кивнула. Мальчик, явно обрадованный перспективой выбраться из этого места, обернулся и обнял Шторма так сильно, что тот на секунду болезненно поморщился, но почти сразу облегченно выдохнул. Если ребенок нашел в нем утешение, то Шторм был совсем не против потерпеть хруст собственных ребер.       — Слушай, дружище, — заговорила Луна, обращаясь к мальчику. — А как тебя зовут-то?       — Ты серьезно? — Шторм скептически приподнял бровь, скользнув по лицу подруги, на котором читалась крайняя степень недоумения, насмешливым взглядом. — Ты до сих пор не узнала его имя?       — Я не успела! — оскорбленно фыркнула Луна, махнув на расхохотавшегося друга рукой. Ему несказанно повезло, что в его объятиях находился ребенок, иначе бы она, не мешкая, с удовольствием повторила вчерашний вечер.       — Ровендо Конбальт-Марвелл, — мальчик, решивший остановить начинающуюся перепалку как можно скорее, по очереди посмотрел на волшебников. — Но никому не говорите мою фамилию! Пожалуйста! — взмолился он, вынуждая волшебников растерянно кивнуть.       Луна провела по губам пальцами, делая вид, что закрывает рот на замок, а Шторм похлопал ребенка по плечу, без слов обещая сохранить его странный секрет, заставивший их задуматься.       — Конбальт? — Шторм задумчиво повторил первую часть фамилии Ровендо, перекатывая ее на языке. Что-то тут не сходилось. Конбальт — фамилия нелюдимого Ромео, который появлялся в гильдии только тогда, когда у него кончались деньги. После работы он всегда уходил на могилу к отцу и так же молча, ни с кем не прощаясь, возвращался в свой пустой дом.       — Марвелл? — заинтересованно хмыкнула Луна, припоминая, что она уже где-то слышала эту фамилию. Но где именно?       Взглянув друг на друга, Луна и Шторм увидели в глазах одно и то же — решение разобраться во всем позже. Сейчас куда важнее было увести Ровендо подальше от этого места и решить, что делать с заданием, навсегда изменившим их жизнь.