Нескучная жизнь

Они шли уже несколько дней. Длинные переходы давались тяжело, даже привыкшему к марш-броскам Захару. Ночуя под открытым небом, мужчина с тоской вспоминал их захудалое жилище. Пусть минимум удобств, но зато крыша над головой, кровать, печь. Горячая еда. Хорошо, что еще дождя не было. Погода установилась достаточно теплая, пусть и не всегда солнечная. Но больше всего раздражало не это. На себе приходилось переть жутко неудобное защитное облачение, тяжелое копье и мешок с запасными вещами. Слава богу, что ему не дали еще шестикилограммовый меч, просто денег на него не было. Хотя, Беремод его обнадежил. Сказал, что после первой битвы будут трофеи и, наверняка, мечи поверженных врагов. А вот копье оставалось наиболее дешевым, а, следовательно, наиболее распространенным оружием, поэтому и было торжественно вручено Захару. Хотя, он и не сильно сопротивлялся. Беремод пытался его научить держать этот тяжеленный меч, но толку за столь короткое время обучения почти не было. А с копьем Захар сразу как-то подружился. От лука он тоже вынужден был отказаться, так как комплекция и сила рук не позволяла натянуть огромный, в человеческий рост, лук. Захар глянул на идущих впереди воинов, и его вновь тисками сжала тоска. Ему казалось, что бронежилет, автомат, боеприпасы, рюкзак, еда и другое необходимое в походе, весили намного меньше. А сейчас он вынужден был тащить на себе чешуйчатый роговой панцирь на кожаной основе, с длинной юбкой и рукавами для защиты ног и рук. Плюс меха с "барского", как говорится плеча, тяжелые сапоги на размер больше, плотные брюки, рубашку и грубый домотканый плащ. В общем, летом в этом было разгуливать еще то удовольствие. Может эти здоровые мужики и были с детства приучены их таскать, но Захара эта, в общем-то, необходимость просто убивала. Захар вновь поднял угрюмый взгляд из-под ног и перехватил настороженный взгляд черноволосого мужчины, кажется, его звали Авдовех. Он часто бросал на него странные взгляды, значение которых Захар понять так и не смог. Захар нашел общий язык почти со всеми. Неплохие, в целом, ребята. Немного угрюмые, но далеко не все. С некоторыми Захар очень даже ладил, другие относились к нему настороженно, не доверяли, все ожидая подвоха. Вот и этот Авдовех, вызывал у него какое-то беспокойство, требуя быть начеку. Еще раз поправив все время сползающий ремень и вытерев со лба пот, Захар скосил глаза на Арисиэля. Тот был одет намного легче, напрочь отказавшись от всего, что ему пытались навязать. Показав себя как прекрасный лучник, Ари был зачислен в "стрелковую бригаду", а его умение ходить по лесу зачислило его в отряд разведчиков. Он вызывал странное доверие почти у всех, в отличие от Захара. Кажется, даже Авдовех, относился к нему менее подозрительно. В общем, Захар даже немного завидовал. Главным образом, из-за одежды - разведчики были одеты на порядок легче и лучше. Ари шел чуть впереди легкой походкой, как будто не было всех этих тяжелых дней и нудных, выматывающих переходов. Длинные волосы были собраны в высокий хвост, сильные руки сжимали походный мешок, внимательный взгляд скользил по окружающей местности. Лук был переброшен назад, там же болтался и колчан со стрелами. Разведка только вернулась, доложив, что все спокойно. Следов чужаков не найдено. Почувствовав чужой взгляд, Ари повернул голову, встречаясь с серыми глазами. Легкая улыбка на мгновение скользнула по красивым губам, смягчив хищное выражение лица. Захар раздраженно тряхнул головой, отводя взгляд. В последнее время у Арисиэля было подозрительно хорошее настроение, что иногда неимоверно бесило, тем более что Захар доподлинно знал из-за чего тот так радуется. Мысли вновь невольно обратились к той памятной для обоих ночи. Что сказать, их отношения почти не изменились. Может быть, они только стали больше разговаривать. Ари, наконец-то, соизволил рассказать хоть что-то о своем мире. Он правда не понимал, почему память до сих пор не открылась. Ари сделал предположение, что это из-за того, что Захар так и не принял их как пару. На что Захар лишь пожимал плечами. А что тут можно сказать? Он ведь действительно не принял и вряд ли примет. Но вслух он об этом не говорил. Ари нравился ему, но вот что-то больше... Мог ли вообще демон рассчитывать на что-то похожее в будущем? Мужчина, на порядок сильнее Захара, с большим магическим потенциалом – этого было более чем достаточно, чтобы сказать твердое «нет». Захар привык всегда полагаться только на себя, на свою силу, ум, профессионализм. Он всегда был доминантом в отношениях, всегда был лидером. А его место рядом с Ари было и так понятно. Ему претили даже мысли о том, что он будет кому-то подчиняться. Это было неправильно, против его природы и характера. Быть может, если бы отношения были равными, тогда… Нет, исключено… Ари не пойдет на это, никогда. Чего стоили его неоднократные заявления, когда Ари был недоволен своим чаэлинье, о том, что за неподчинение старшему в паре, младшему грозило суровое наказание. Захар был категорически против этого. Да и любовь. Захар вообще не понимал значение этого слова. Любил ли он когда-то по-настоящему? Можно ли было назвать его чувства к Лене любовью? Вряд ли. Скорее, вначале это была влюбленность и прекрасный во всех отношениях секс, а потом привычка, ну и вкусная еда, конечно. Как без этого. А еще ощущения, что кто-то ждет. Ждет после тяжелых, выматывающих эмоционально и физически командировок. Проявляет заботу, ухаживает. Чем больше Захар обо всем этом думал, тем больше убеждался в том, что связь нужно разорвать. Он просто не сможет так жить, не в том мире, где все было построено на силе. Выражаясь нормальным языком, мир демонов – это гипер-милитаристический строй, где власть находится в руках сильнейших воинов, где воины - высшая каста. Хотя, если подумать, сила демонов была мнимой, ведь несмотря на всю силу и власть, воины были сильно уязвимы. Достаточно было лишить его источника энергии и демон автоматически становился низшим в клане. Убей чаэлинье – и власть переходила другому. При всей своей силе, мощи, красоте, этим существам не позавидуешь. Подобная власть была призрачной и мнимой. На втором месте, после воинов, стояли жрецы разных культов. Там была такая сложная иерархия, что Захар даже вникать в нее не стал. Фактически, весь этот строй был похож на индийские касты. Жесткая иерархия и субординация, невозможность перехода из низшей касты в высшую. Вождя, как такого, у демонов не было. Были князья-раахи, которые правили на своих территориях и в своих кланах. Низшую касту, которая обеспечивала безбедное существование демонов, составляли другие расы. Сами демоны считали ниже своего достоинства работать где-либо и вообще заниматься чем-то, кроме военного дела. Единственно возможное дело жизни – война, а воевали, судя по рассказам Арисиэля, они часто. Между собой, а еще с расой, которая несколько веков вполне успешно отстаивала свою независимость. Мир, с непроизносимым названием, со слов Ари, был очень красив и живописен. Он располагался на множестве островов, на части находились очень высокие горы, с замками на самых вершинах, на части – равнины, где выращивались животные и растения. Острова были связаны огромными воздушными мостами, для рас, которые не умели летать. Каждый остров или группа мелких островов составляли свое государство. У Захара сразу перед глазами всплывали картинки греческих полисов, а особенно Спарты. Традиционно, были слабые и сильные кланы. Ари принадлежал к клану стоящему на ступеньку ниже самого сильного. У Захара не вызывало сомнений, что Ари являлся воином, но вот какое место в клане он занимает, демон говорить наотрез отказался. Еще особо порадовало Захара то, что раса, с которой не могли справиться демоны, обитала в воде. Вспомнив, как отреагировал Арисиэль на вопрос Захара о симпатичных русалках, мужчина невольно улыбнулся. Многолетняя война из-за территорий, длившаяся с переменным успехом, судя по всему, будет продолжаться, так как эти водяные существа могут размножаться только на суше. Они прекрасно могли долгое время находиться без воды, менять внешность и были почти нечувствительны к магии демонов. К тому же грамотные нападения из воды, где демоны не имели власти, давали водяным дополнительный шанс выжить и остаться независимыми. Жесткая иерархия также распространялась и на семью. Хотя, как таковой, семьи у демонов не было. Был клан. Один воин мог иметь несколько наложников или наложниц и одного чаэлинье. Более сильный воин мог навязать отношения более слабому, подчинив его в поединке и заключив что-то вроде кабального договора. В общем, все в том мире решала сила и Захар совсем не был уверен, что ему хочется жить в таком мире. А еще эта принадлежность к бесправным существам - чаэлинье. Да женщины в арабских странах в средневековье имели больше прав, чем эти Стражи. Захар всерьез недоумевал, почему, имея такую власть над демонами, эти чаэлинье не устроили революцию. Лишив демонов энергии, они могли диктовать свои условия зарвавшимся существам. На это Ари лишь покачал головой, сказав, что чаэлинье с детства воспитываются в соответствующих традициях. Очень редко случалось так, что чаэлинье не подчинялся рональдину (так называли сами себя демоны) и его прилюдно наказывали. - Это ты такой, Захар, моя непокорная любовь. Ты из другого мира, воин, воспитан по-другому, у тебя характер. Мне никогда не нравились те существа в моем мире, что предназначались мне в пару. Поэтому я и искал своего чаэлинье в других мирах. И нашел… - сказал тогда Ари, ласково прикасаясь к губам Захара. В общем, Захар уже не был уверен, что хочет вообще уходить с родной Земли, уже морально готовый жить даже в средневековье. В конце концов, человек ко всему привыкает, привыкнет и он. Найдет себе не слишком грязную, может даже симпатичную женщину, заработает на военном деле деньжат. Может, получит надел от суверена, и заживет. Захар уже не так остро ощущал одиночество, у него появились знакомые, да и Лейдебод к нему явно благоволил. Иногда вечерами они долго разговаривали. Лейдебод рассказывал о традициях своего народа, о слабостях врага, при этом умудряясь не выдавая никаких стратегически важных деталей, которые могли бы повредить его воинам, в случае если Захар все же окажется врагом. А Захар в ответ делился своими скудными знаниями о славянских племенах, немного приукрашивая, а где-то и придумывая детали быта и традиций. - О чем задумался? - к нему тихо подошел Беремод, легко толкнув в плечо. Добродушный, открытый взгляд, выгодно отличал этого медведеподобного человека от других. - О тяжелой жизни, - усмехнулся Захар, а потом задал давно мучавший вопрос, - Долго нам еще? Не привык я такую броню таскать. В наших лесах мы одевались легче, чтобы было удобно и маневренней. Беремод задумчиво щурился. - Два дня пути, может, чуть больше, и будем на границе, а дальше как Бог даст. Не нравится мне эта тишина. Подозрительно. А насчет твоей одежды, к северу станет холоднее, вот тогда спасибо и скажешь. А еще когда в бою твою шкуру сразу не порежут на мелкие кусочки, тоже спасибо скажешь, - ухмыляясь, ответил Беремод, сплевывая сквозь отсутствующий передний зуб. - Они проворны как чертовы демоны и жестоки как сам дьявол. Надеюсь, тебя сразу не убьют. - И я надеюсь, - тихо согласился с ним Захар. Ему явно не улыбалось участвовать в какой-то неизвестной ему войне, убивая ничего, по сути, не сделавших ему людей. Это не его война. Кивнув воину, Захар подошел к Ари, тихо спросив: - Долго еще до того места, о котором ты говорил? - Два или три дня пути, - ответил Ари, вглядываясь вдаль. - Так не терпится?- дразнясь спросил Арисиэль. Захар закатил глаза. Вот же ехидная зараза. Знает чем его можно достать. - Захар, чтобы открыть врата, мне нужна еще энергия. То, что я получил от тебя больше недели назад недостаточно. - И что ты мне предлагаешь? - Захар от негодования фыркнул, серые глаз потемнели. Ари лишь пожал плечами, мол, сам знаешь. - Знаешь, я хотел у тебя спросить... Ты точно никак не сможешь меня вернуть обратно на Землю? Ну, после того как мы разорвем связь... Беспечность вмиг слетела с Арисиэля, спина напряглась, взгляд стал острым, режущим, губы сжались в тонкую ниточку, черты лица заострились, придав ему сходство с ястребом. Захар инстинктивно напрягся. Вокруг Арисиэля концентрировалась сила, она была ощутима и почти видима, аура уплотнилась и потемнела, обрамляя ореолом все тело демона. Казалось, вокруг Ари бушует буря и полыхают огненные молнии. Властность и сила - та которая ощущалась Захаром тогда, на той далекой дороге в Красноярск, которая была почти забыта позже, вновь проявилась, подавляя, пытаясь подчинить. Захар упрямо смотрел в глаза демона, встречая эту бурю, принимая вызов, отвечая на него. Время замерло. Окружающее, как в замедленной съемке, постепенно перестало существовать. Звуки исчезли. В целом мире остались только они вдвоем. Они стояли посреди поля, окруженные замершими людьми, лошадьми и телегами, глядя друг другу в глаза. Никто не хотел уступать первым. Здесь и сейчас они были равны. - Мне не нужны такие отношения, Арисиэль, я тебе уже говорил, - тихий, но твердый голос, в котором звучала сталь, заставил демона чуть отпустить давящую ауру, прислушаться. – Я не смогу так жить. Я много думал об этом и теперь пришло время сказать тебе о своем решении. Ты мне нравишься, нет смысла отрицать. Даже секс с тобой мне понравился, хотя раньше я и подумать о таком не мог. Но я не буду тебе подчиняться. Только не я. Зря ты не захотел найти себе чаэлинье в своем мире. Мы не подходим друг другу, мы слишком похожи. Я приемлю в таких отношениях только равенство. В противном случае, не стоит даже пытаться. Выбор должен сделать ты. Но учти, я говорю о полностью равных отношениях… это касается и постели, - отрезал Захар, глядя в расширившиеся от удивления глаза. Ноздри демона раздулись от негодования, а в глазах полыхала адская смесь эмоций. Он тоже не хотел уступать. Его тоже можно было понять. Он привык к безоговорочному подчинению, а тут человек, слабее его, требовал равенства. Наверно, с его точки зрения, это звучало смешно. Наверно, это было неприемлемо. Но по-другому, Захар в этом был уверен, ничего не получится. Он тоже может быть упрямым. - Я сильнее тебя, чаэлинье, - прошипел Арисиэль, наклоняясь вперед. Сквозь человеческую оболочку проступали черты демона. Ари явно был на грани. Он еле сдерживался. Легкое беспокойство коснулось сознания человека. Хотя у Захара за столько времени уже выработался своего рода иммунитет на подобные яростные взгляды, но липкие жгутики страха не давали полностью расслабиться рядом с демоном. – Я ведь и силой могу взять то, что по праву принадлежит мне… Ты давал мне клятву, я в своем праве… Брови Захара в негодовании взлетели вверх, а губы сложились в ироничную усмешку. - Сильнее, - согласился Захар. - Но только помни, что если сделаешь неправильный шаг, назад пути не будет. Я не прощаю тех, кто предает мое доверие. Для тебя все закончится в тот момент, когда примешь неверное решение. Демон в бессилии зарычал, сжимая руки в кулаки. На прекрасном лице отражалась злость и негодование. Захару казалось, что он действительно сейчас набросится на него. Он шел ва-банк. - Я готов быть с тобой, но на моих условиях, Арисиэль, - Захар специально выделил полное имя Ари, чтобы демон прочувствовал всю ультимативность ситуации. – Я ведь не отказываюсь от тебя. - Но ты меня не любишь, - обреченно проговорил Арисиэль. Захар надолго задумался. Врать не хотелось, но и говорить все как есть… ведь что-то все равно было. Его тянуло к Ари, ему нравилась его внешность. Стоило посмотреть правде в глаза, нравилась его властность, сила, ум, умение справляться с трудностями, нежность и забота. Он привязался к нему. Если бы не секс, Захар очень бы хотел иметь такого друга. Наверно, если они расстанутся, Захар будет скучать. Но все это не любовь… Тяжело вздохнув, Захар ответил: - Нет. Точнее, не знаю. Не знаю, что такое любовь… Хотя… - Не говори ничего. Я все понял, - перебил его Арисиэль. – За ошибки нужно платить, пусть плата и будет непомерной… Резко взмахнув рукой, демон скинул обличье человека. Крылья были широко распахнуты за спиной. Чешуйки переливались на свету. Волосы отдельными прядями спускались на грудь, шевелясь от ветра, закрывая часть лица и глаза. - Что… - резко обернувшись, Захар увидел огромный мегалит, чем-то отдаленно напоминавший Стоунхендж, только вот сами камни были разбросаны по поляне в совершенно вольном порядке. В каждом камне была проделана огромная дыра, через которую смог бы без труда пролезть даже Ари со своими крыльями. – Как… - слов не было, мозг работал в лихорадочном темпе, анализируя происходящее и не успевая за бешеным развитием событий. Арисиэль стоял посреди этих камней с закрытыми глазами. Ветер трепал черные волосы, кожа светилась светло-голубым внутренним светом. Змея на руке извивалась в загадочном танце. Вокруг стояла мертвая тишина. И в ней раздавались странные гортанные звуки, похожие на приглушенное кваканье в разных тональностях и диапазонах. И этот звук нарастал. Захар зажмурившись, закрыл уши руками, пытаясь приглушить неестественные, выворачивающие наизнанку звуки. Они накатывали волнами, вбивались острыми гвоздями под черепную коробку. В висках бились молоточки, нарастающая головная боль, заставила Захара опуститься на колени. И одновременно мужчине казалось, что он оглох. Такие странные, противоречивые ощущения заставили закричать, крепко зажмурив глаза. И вдруг в голове четко прозвучал голос Арисиэля. - «Клятва недействительна. Я, рональдин Арисиэль Ша’ри Архон де Риэни, отпускаю тебя. Прощай, Захар». И наступила такая блаженная тишина, в которой отсутствовали какие-либо звуки. Тьма заволокла сознание.