Мокрая история

      С того странно визита Найда к нам домой прошло больше трёх месяцев. И не поверите, но каждый новый день я встречал с тревожными мыслями о том, что именно сегодня принц выкинет что-то, что может развести меня с Никитой по разные стороны. Одного факта, что он у нас принц морей и океанов уже достаточно. Ему стоит только щёлкнуть пальцами, и нам с Никитой, Андрею и Марку не поздоровится.       Ещё больше я боялся Найда и потому, что от Захара и императрицы Амалы больше не было никаких вестей. Изредка, но они напоминали о себе, а с тех пор, как Найд вышел на сушу — тишина. Это меня сильно пугало.       К слову, Андрей и Марк больше за мной приступов беспамятства и буйства не замечали, что невероятно радовало. Никиту мне пугать совсем не хотелось. После того, как он смог действительно всё понять, после того как мы втроём рассказали, что под носом у людей живёт морской народ и нас ничуть немногим меньше миллиона, Рокоссовский на некоторое время закрылся в себе, переваривая всё нами сказанное. Даже веря в тритонов и русалок, даже ища с ними встречи, принять сей факт оказалось не так просто. Хотя первая реакция Никиты мне пришлась по душе — я сильно боялся, что после всего того, что он увидел и узнал, мне не суждено остаться с ним рядом. Но, видимо, сама госпожа Фортуна была на моей стороне.       Весна пришла в город как-то резко, неожиданно. Улицы буквально поплыли, кое-где ручьи талой воды превращались в реки. Никита бурчал и ворчал на мокрые кроссовки и свой насморк, а мы с Андреем и Марком выглядели как три идиота с улыбками до ушей. Что ни говори, но сырость нам по душе.       В конце апреля с простудой свалился Антон. Это надо же было додуматься до того, чтобы поплескаться в апрельском море! Балбес! Его выпендрежи перед девушками до добра точно не доведут. Ещё помрёт мне. Что я делать буду без такого друга?!       Потому сегодня в субботу я собрался к нему в гости: навестить, рассказать последние новости из универа, поделиться радостью в отношении Никиты и посоветоваться. При всей своей показной дурости этот парень часто давал дельные советы, и не прислушаться к нему было бы уже моей глупостью.       Общежитие, где коротал свои студенческие годы Антон, выглядело довольно мило. Не сравнить с хорошей квартирой Захара, которую он так любезно нам предоставил, но всё же…       Переступив порог общежития, я нос к носу столкнулся с сердитой, словно цепной пёс, вахтёршей. Женщина возрастом где-то давно за пятьдесят просверлила меня взглядом и тонким визгливым голосом поинтересовалась о том, кто я, куда это намылился и что мне вообще не сидится на месте. Ожидая моего ответа, дама не переставала сканировать меня взглядом, отчего стало дико неуютно: мне вообще почудилось, что она как рентген меня просвечивает.       Старательно изобразив примерного мальчика, почти птичьим голоском пропел о том, что пришёл навестить лучшего друга и принёс ему целый пакет витаминок. И стоило мне заикнуться о гостинцах, как мне тут же было приказано предоставить содержимое для тщательной инспекции. Прекрасно понимая, что обыскивать меня и мои вещи вахтёрша прав не имела от слова «совсем», всё же не стал с ней спорить и, продолжая улыбаться, будто снимался для рекламы зубной пасты, поставил перед ней пакеты.       Глазки завидущие и ручки загребущие принялись слаженно сканировать всё содержимое, однако вахтёршу ждало безмерное разочарование: в моих пакетах ничего кроме фруктов, сока, шоколада и сырокопченой колбасы (которую, к слову, Тошка обожал просто до одури) не было. Курить мы с Чернуцким не курим, к спиртному совершенно равнодушны, а я так и вовсе на дух не переношу пиво (спасибо Тошкиным шуточкам про сушёных рыбок и кальмаров), посему подобных продуктов вахтёрша в моих гостинцах не обнаружила.       Вот только пропускать она меня просто так явно не собиралась, и пришлось мне пойти на старый как этот мир приёмчик. Улыбаясь и наивно хлопая ресницами, вручил бабульке большую плитку молочного шоколада и искренне посетовал на то, какая у неё нервная и неблагодарная работа. Шаблон на то и шаблон, что часто работает безотказно: вахтёрша просияла, заулыбалась и позволила пройти. Правда, глаз она с меня не сводила до самой лестницы.       Медленно поднявшись на третий этаж: ноги до сих пор подводили на лестницах, – я огляделся. Длинный узкий коридор по обе стороны от меня со множеством одинаковых дверей без каких-либо номеров или опознавательных знаков. И как я должен узнать комнату этого больного? В каждую комнату стучаться в поисках светлицы молодца красного?       Пока я стоял посреди коридора и откровенно тупил, мимо меня прошло несколько студентов. По большей части все со старших курсов и мне совершенно незнакомые, но на моё счастье минут через пять после того, как я завис на одном месте в раздумьях, ближайшая дверь открылась, и в коридор пулей выскочил Славка — наш с Тошкой одногруппник и в целом довольно неплохой парень. Слегка занудный, но кто в нашем мире идеален?       Парень едва не врезался в меня: торопился куда-то, по всей видимости, и почему-то смотрел себе под ноги.       — Изви… О, Лазурский! А ты каким лешим в общаге?       Даже не удосужившись поздороваться, Славка заулыбался, словно начищенный чайник, хитро поглядывая на меня. Его как-то с месяц назад пропёрло на «интервью» и больше недели он со всей своей упёртостью доставал каждого в нашей группе на тему отношений. Я на автомате брякнул что-то вроде «отношениями не интересуюсь» и на удивление парень отлип от меня почти мгновенно.       — Да к Чернуцкому в гости пришёл. Вот, — подняв пакет с гостинцами вверх, продемонстрировал его Славке, — витамины принёс. Болеет же. Ты, кстати, не в курсе, где его комната? Триста пятая, но чёрт его знает с какой стороны тут нумерация…       — А, понятно. У нас после ремонта до сих пор не развесили номера по комнатам. Вторая неделя уже пошла. — Славка заулыбался ещё шире и после указал рукой вправо. — Третья дверь по левой стороне. Передавай этому бацилльному «Привет». Я к нему ни за что не сунусь — болеть не хочу.       После этих слов одногруппник исчез так же внезапно, как и появился — только грохот и пронзительный вой вахтёрши с первого этажа явственно указали, куда смылся Славка.       Задержавшись на месте ещё с десяток секунд, я повернулся и потопал к двери в Тошкину комнату.       Стучался долго, и открыли мне только после того, когда я начал буквально барабанить в дверь. На пороге передо мной возникло нечто лохматое в линялой и растянутой по низу красной футболке, почесывая подбородок с недельной щетиной.       — Кого надо?       Слегка прокуренный грудной голос поинтересовался моими намерениями. Я же замер на месте, пытаясь собрать все свои мысли в кучку и выдавить из себя хоть что-то. Потому что помимо нестандартной внешности предполагаемого Тошкиного соседа мне едва не сшиб с ног аромат, волнами исходивший от этого парня. Запах пота и немытого рта вкупе с перегаром и сигаретным дымом оказался тем ещё испытанием для моего несчастного носа.       — Мне бы Тошку… Антона Чернуцкого… — неуверенно произнеся имя друга, я всеми силами держался, чтобы не зажать нос пальцами: запах терпеть было невероятно сложно ещё и потому, что у тритонов и русалок обоняние в разы сильнее, чем у людей. В воде-то запахи куда сложнее уловить и различить.       — Заходи…       Парень махнул рукой, приглашая в комнату. Сам же, явно рассчитывая на то, что я закрою за собой дверь, развернулся и пропал за дверью справа. Кажется, там был санузел.       Я внимательно огляделся, так как до этого момента в общежитии нашего университета, да и какого-либо другого не бывал. Впрочем, ничего примечательного. Просторная комната, разделенная тонкой перегородкой на мини-кухоньку и то, что можно назвать микро-спальней с функцией рабочего кабинета и гостиной.       Две кровати, письменный стол, большой платяной шкаф и маленькая тумбочка с телевизором занимали максимум свободного пространства. Если бы не полки на стенах, ломящиеся от кучи хлама, тетрадей и учебников: места в комнатке практически не было бы.       На одной из кроватей в ворохе пледов и одеял лежал Тошка. Точнее, мне виднелась только его светловолосая макушка.       Тихо хихикнув, я поставил пакет на пол около кровати Чернуцкого и осторожно присел рядом и легонько пихнул ворох одеял. Тут же под ними всё зашевелилось, заворчало и вроде даже заматерилось.       — О, это так ты лучшего друга встречаешь? Каким ты там меня козлом назвал?       Продолжая хихикать, я принялся тормошить друга, параллельно стягивая с него покрывала.       — Блин, Егор, я думал это Димон опять до меня докапывается.       Тошка вылез из своего кокона и, присев на кровати, слабовато улыбнулся.       — Да уж, видок у тебя тот ещё, — оглядев друга, протянул руку и пощупал лоб. По моим ощущениям температура большой не была, но бледная кожа, тусклые глаза и красный нос, которым Тошка то и дело шмыгал, явно давали понять, что парень подхватил простуду.       — На себя посмотри! Весь светишься, солнышко, бля… — тут же отозвался друг, продолжая улыбаться.       — Да ну тебя, — отмахнувшись от Чернуцкого, я наклонился, подхватил пакет и отдал его Тошке. — Вот, это тебе витаминки.       В этот момент в туалете что-то громыхнуло, а после послышался отборный мат.       — Димон опять порезался бритвой. Чудило…       Тошка потянулся, а после накинул себе на плечи одеяло. Видно было, что он мёрз, и мне в один момент стало совестно, что я вытянул его из тёплого «гнездышка».       — Да, странный парень. Ты, кстати, не задохнулся тут ещё?       Последнее я прошептал, так как мне совсем не хотелось, чтобы меня услышал этот Дима. Мало ли…       — А-а-а, да я привык, и к тому же у меня сейчас нос заложен: запахов я совсем не чувствую, — тараторил Тошка, разбирая содержимое пакета. — О, колбаса! Мандарины! Егор, ты просто супер! Не твой Рокоссовский — приударил бы за тобой, чтобы ты мне такие вот.       — За мной и ты? Убеждённый натурал, капающий слюной на любые сиськи от второго размера и выше? Да в жизни не поверю! — я слегка толкнул Тошку в плечо, рассмеявшись. Представить этого парня в объятиях другого у меня никак не получалось. Вот никак!       — Никогда не говори «никогда»! — загадочно улыбнулся друг, уже «шелуша» вовсю мандарины.       — Иди ты!       После пару минут мы молчали. Тошка лопал мандарины, а я собирался с мыслями. Пришёл ведь не просто навестить, но и посоветоваться.       — Тошка, слушай… — я слегка замялся, подбирая слова. — Я с тобой поговорить хотел.       — Погофорить? — с полным ртом переспросил друг, то и дело поглядывая на дверь в туалет.       — Ну да… Насчёт Коли.       — Кофо?       — Тот парень, что преследовал меня.       — А-а-а-а… — понимающе протянул Тошка и проглотив последний мандарин, отложил пакет в сторону. — Давай, вещай. И не переживай, Димон в туалете надолго. Часа на два.       — В общем…       Но толком ничего сказать я не успел. Дверь туалета распахнулась, и в комнату вошёл… совсем другой парень нежели тот, что открыл мне дверь. Умытый, причёсанный, побрившийся, конечно не без косяков, но всё же уже сильно похожий на нормального парня, а не на неандертальца после столетней спячки.       — Димон, научись уже бриться. А то вечно похож на жертву маньяка, — недовольно пробурчал Тошка, почему-то старательно придвигаясь ко мне. В тот момент у меня сложилось стойкое впечатление, что Антон искал у меня защиты от своего соседа.       Всё это показалось мне очень странным…