Стереотипам назло

      Что хуже: находиться в страшном и мрачном месте или же понять, что привязался к этому месту?       Ань уже как неделю живет в особняке Ферида Батори. Если честно, хоть девушке сначала и казалось все это плохой идеей, на самом деле все оказалось в точности наоборот. Вампир показал истинного учителя. Особенно он хорошо объяснял историю и литературу.       Разные книги были на особом счету. Аристократ любил часто слушать мнение Ань насчет той или иной книги, а когда девушка спрашивала, зачем ему это нужно, тот лишь отмахивался, говоря, что ему просто интересно. Также эти книги часто становились причиной дуэли. Не настоящей, конечно, с оружием и секундантами, а словесной. Хоть противником русоволосой был сам Седьмой Основатель, она нередко одерживала победу. Батори же по своему обычаю изображал обиду, но быстро убирал еще одну свою маску и заменял ее уже такой привычной, хоть и фальшивой, улыбкой.       Историю он любил так же сильно, как и литературу. Ань оставалось удивляться, как так он помнил все даты и факты. Потом же быстро вспоминала, что перед ней вампир, возраст которого мог превышать тысячу лет и скорее всего он поучаствовал во многих битвах. Наверное, это было великолепно. Сражаться бок о бок с будущими известными людьми. Иметь возможность с ними поговорить и узнать их мысли о чем-то. Ань всегда была неравнодушна к истории. Девушке, конечно, нравились все эти битвы, реформы и задумки правителей, но больше всего ей нравился Античный мир. Древний Египет, Греция и Рим. Восхитительная мифология, традиции и превосходный склад ума у людей тех веков. Порой ей бы хотелось хоть на день оказаться в прошлом и увидеть все своими глазами. Но, к сожалению, такой возможности нет ни у кого. Оно и к лучшему.       С новыми уроками русоволосая немного узнавала о загадочном вампире. Например: у него хорошая память. Батори похвастался, что даже когда был человеком, запоминал все с одного раза и поэтому некоторые вещи ему были скучны и при жизни. Однако тяжело ему живется, раз даже его человеческая жизнь была скучна. Став вампиром, он не облегчил себе судьбу. Ведь как-никак вампиры не живут... Они лишь существуют. Существуют и пьют кровь. Даже их глаза красные, словно эта жидкость. Пугающие зрелище, в особенности, когда смотришь в них. Но...       Насколько бы эти глаза не были ужасны, они...       Прекрасны.

***

      Сидя напротив, они прожигали друг друга взглядом. Ферид и Ань. Батори естественно безмятежно улыбался, а вот Ань была больше похожа на львицу, которая в любой момент готова броситься на вампира и разорвать эту улыбочку в клочья.       — Выйди, это моя комната. Забыл?       — Ань-чан, это мой особняк! — улыбка его стала еще шире, а Ань злобно цокнула.       Этот визит стал последний каплей. "В чем дело?" — спросите вы. Да нет, ничего такого. Просто уже как неделю, то бишь со дня переезда сюда Ань, Батори каждое утро, в одно и тоже время будил девушку. Но перед этим как-то умудряется даже приготовить ей завтрак. Завтрак... Завтрак! Вампир готовит скоту завтрак?! Ань это еще с первого дня не понравилось. Но еда оказалась не отравлена. И это настораживало еще сильнее.       — Ферид Батори, скажи, в еде яд, который убивает медленно?       — Ха-ха, какая ты шутница, Ань-чан! С чего это ты решила?       — Ты готовишь мне еду, а сам между прочим мою кровь после того раза не пил. Значит, в еде яд! — нахмурила брови девушка, думая, может ли на самом деле яд убить вампира.       — Ох, боюсь, ты ошиблась, еду готовил не я, а одна вампирша. А кровь я твою не пью лишь... Стоп, а ты хочешь, что бы я пил твою кровь?! — глаза вампира заблестели и его улыбка немного, лишь немного, стала похожа на оскал.       — Нет. — Отвернувшись в сторону, девушка вздохнула, и неожиданно ее взгляд нарвался на одну книгу, которая лежала на столике рядом с окном. Теперь почему-то лицо Ань стало как капля воды похожа на лицо вампира. — А можно тебе задать один личный вопрос?       — М? — похоже, Аристократ заинтересовался столь странным поведением подопечной.       — У тебя были дети? — прищурившись, хитро спросила девушка, отчего брови Батори стремительно поползли вверх.       — Ах, вот оно что, — помедлил вампир, смотря на название книги, на которую обратила внимание разноглазая, — Кровавая графиня Батори...       — Так она твоя родственница?       — Нет, с чего ты решила?       Ань усмехнулась и приподняла одну бровь. Как же любил этот тысячелетний вампир над ней издеваться.       — У вас одинаковые интересы. Оба любите кровь и милых и невинных деточек. — Самый весомый аргумент после фамилии.       — Ну, это же не зн...       — А может быть эта Елизавета Батори и есть ты? — войдя во вкус, поинтересовалась Ань. — Как-то раз в шестнадцатых-семнадцатых веках тебе стало скучно, и ты решил разнообразить свою жизнь...       — К сожалению, такая идея мне в голову не пришла, но думаю, платье тех веков на мне бы смотрелось хорошо! — поняв, на что намекает девушка, произнес вампир усмехаясь.       Жаль, что, скорее всего, Ань так и не узнает совпадение это или тут причастен сам Ферид. Все врут и вампиры не исключение.       Внезапно девушка поняла, что людей и вампиров отличает только сила и питание. Люди, как и вампиры изворотливы, лгуны. Есть власть и каждый кого-то считает скотом. Тех, кто, по их мнению, просто никто, жалкая пешка или же доход в прибыли. Они не отличаются и Ань это немного пугало. Неужели вампиры и люди настолько похожи. Ведь у первых нет эмоций, нет чувств, а люди? Они же способны сострадать, любить, плакать, страдать. Может сказки и страшилки, которые нам рассказывали с детства не такие и мифы, даже для тех, кто ни разу не видел вампиров? Нужно лишь вглядеться, узнать истину и все сразу станет понятно. Хоть истина иногда бывает ужасна и горька на вкус, но это истина и она такова.       — Ну, что ж, Ань-чан, — Русоволосая перевела взгляд на мужчину. Похоже, она начала привыкать к своему имени и теперь хотя бы не морщится каждый раз, когда Батори его произносит. — Все же я тебя оставлю, да и тем более, сейчас подойдет Хиро, а ты еще не одета.       Когда вампир удалился, Ань чертыхнулась и, прокляв красноглазого, схватила одежду, что оставила на стуле вчера вечером перед сном, и бросилась за ширму.       Как и предугадал Ферид, мальчик вошел в комнату через три-четыре минуты. К этому времени Ань уже оделась и вышла в гостиную.       — Здравствуйте! — когда мальчик вошел, у Ань на лице появилась улыбка и новоиспеченная ученица вампира сразу же обняла его.       — Хиро, ты даже не представляешь как ты вовремя. — Всю эту неделю девушка абсолютно никуда не выходила по просьбе Батори, хоть ей очень хотелось навестить своих... Свою семью. За это время черноволосый мальчик по имени Хиро стал единственным человеком, с кем она общалась. Да и выхода у нее не было. Общение с вампиром надо было чем-то разбавлять, а иначе пролилась бы кровь. — И я тебя уже много раз просила обращаться ко мне на "ты"! — разомкнув объятия, добавила разноглазая.       — Прости, — черноволосый стеснительно улыбнулся и поспешно отвел глаза.       Еще раз улыбнувшись, девушка села на диван и, посмотрев в окно, задала свой каждодневный вопрос:       — Как там?       Другого от нее ожидать сначала и нельзя было и поэтому, приноровившись, Хиро начал свою подготовленную заранее речь:       — В Сангвинеме пока ничего нового не происходило. Мы сдаем кровь, получаем еду. Тот бунт, что хотел устроить Котаро, перенесся на более позднее время...       — Этот бунт ничем хорошем не закончится, — вспомнив парня, девушка скривилась. Хоть его она и недолюбливала из-за того случая с Акане, но русоволосая не хотела бы чтобы кто-то пострадал, даже такие как он. Может быть, это немного и неправильно, но это мнение Ань, и его она пока менять не собирается. Все же они все дети и им свойственно ошибаться.       — Хоть я и не считаю, что действия его разумны, но он хоть как-то пытается... — замявшись, мальчик вдруг покраснел и отвел взгляд, чем и вызвал удивление Ань.       — Если ты считаешь что служить вампирам — плохо и омерзительно, то ты прав. — От подобных слов Хиро покраснел еще сильнее и захотел было что-то сказать, но его прервала русоволосая, которая едва заметно улыбнулась и добавила, — Но несмотря на это в этом ничего постыдного нет. Бывают такие ситуации, когда лучше проиграть в одном, но выиграть в другом. Я прекрасно понимаю, что хоть ты и служишь Батори, но делаешь это не по доброй воли. — Девушка наклонилась немного ближе и прошептала настолько тихо, чтобы услышать мог ее только мальчик, а не какой-то проходящий мимо вампир, — Раз ты оказался в такой ситуации, то вынеси из нее максимум пользы.       — Я понимаю это, но не могу. У меня нет ни семьи, ни друзей. Лишь только страх.       Выпрямившись, Ань вздохнула. Страх. Главная проблема, которая постигла ее в этом городе. Но как ни странно, именно он помогает, побуждает действовать, чтобы спасти жизнь. Хотя, если она постоянно поддавалась этому чувству, то лишилась бы всего, кроме своей жизни.       — Всем это чувство знакомо.       — Но не тебе...       — Поверь, даже я боюсь.       После минутной тишины Хиро внезапно заговорил:       — Ань-сан! — Непонимающе посмотрев на черноволосого, девушка заметила, что тот дрожит. — Я перед вами очень виноват, ведь если бы не я... Если бы не я...       Немного испугавшись, Ань положила руки на плечи кареглазого и слегка встряхнула того. Эта небольшая встряска, по мнению девушки, помогла ему прийти в себя. Взгляд стал более осознанный, а слезы, которые было уже хотели политься из глаз, как по приказу остановились.       — Я же просила обращаться ко мне на "ты"? Ты же всего на три-четыре года меня младше. Верно? — Увидев более или менее уверенный кивок, русоволосая и сама стала чувствовать себя уверенней и поэтому мигом перевела тему. Нечего спрашивать о том, что явно неприятно мальчику. — Ну, что ж, раз ничего интересного в Сангвинэме нет, то может все-таки выйдем и прогуляемся? Сейчас, если не ошибаюсь, все после сдачи крови и сидят дома.       Неожиданно Хиро оживился и замотал головой:       — Ань-сан! Нет, я совсем забыл... — произнес он и, после секундного раздумья, выдал, — Я пару раз видел тебя с одними и теми же ребятами. Одна девочка из них серьезно заболела. У нее очень высокая температура.       После этих слов разноглазая как вихрь вылетела из комнаты, не забыв прихватить свой плащ.       — Я буду таким же как вы, Ань-сан, — прикусив губу, сказал Хиро, — Я помогу, даже если...

***

      "Главное успеть!"       Это было единственное, о чем могла думать на данный момент девушка. Бежав по закоулкам, чтобы сократить путь к дому, Ань крепко держала в руках пару небольших банок. Ей не было важно, что Батори запретил ей появляться на улице. Ее волновало лишь то, что член ее семьи в опасности.       Голова ужасно болела, а сердце бешено билось от волнения.       Девушка прекрасно знала, что бывает с теми детьми, кто заболевает. Как только про это узнает стража, ребенка убивают. Один заболел, значит, заболеют другие. Вампиры довольно скупы и поэтому искать, а тем более тратить лекарства на кого-то они уж точно не собираются. Обычно соседи или же те ребята, что живут в одном домике с заболевшим и сдают его. Спасают собственную жизнь, пожертвовав чужой. По-другому в этом городе никто и не поступает. Всем наплевать на других, но не на себя. В первую встречу с Акане, Ань тоже самое услышала от нее. От маленькой девочки, которая уже все понимает как взрослая. В их жизни детьми быть просто некогда.       На улицах было практически пусто, а кто и были, то совсем не обращали внимание на бегущую девушку.       Закоулок. Поворот. Один. Второй. Величавые колонны. Страшные гаргульи.       Картинки мелькали перед глазами, а Ань все бежала. Бежала так быстро как могла, ведь небольшой двухэтажный домик был уже так близко.       Как только девушка остановилась около ступенек, ее дыхание стало более глубоким. Со стороны казалось, что Ань только что вернулась с того света и хотела как можно скорее наполнить свои легкие спасительным кислородом. Хотя от реальности эта теория почти что не отличалась. Ань никогда на своей памяти, а точнее все, что от нее осталось, так не бегала.       Мимолетно и невольно окинув взглядом табличку на двери, которая гласила: "Добро пожаловать", Ань хотела постучать, но вместо этого отпрыгнула в сторону.       — Сестренка Ань? — Акане, открыв дверь с удивлением смотрела на русоволосую.       — Я рада тебя видеть, Акане, — сказала Ань, проходя мимо девочки и быстро обнимая ее. — Кто у вас заболел? — Пройдя в дом и закрыв за собой дверь, спросила разноглазая, оглядывавшись по сторонам в поисках заболевшего.       — Ф-фумиэ... Но как ты узнала?       — Я же обещала, что несмотря ни на что буду вам помогать.       Не найдя тут ребенка, Ань скорым шагом забралась на второй этаж.       Фумиэ лежала здесь. Каштановые волосы были разбросаны на подобие подушки, а часть челки прилипла к мокрому от пота лбу. Девочка, полуприкрыв глаза, обнимала своего мишку, с которым даже сейчас не расставалась и шептала что-то в бреду.       Облизав пересохшие отчего-то губы, Ань выдавила из себя подобие улыбки и, подойдя к ребенку, присела рядом с ней на коленки. Осторожно, словно боясь ранить, девушка притронулась рукой сначала ко лбу, а после к немного розоватым щекам заболевшей.       — Акане, — тихо произнесла Ань, после того как встала, — ты же понимаешь, что надолго остаться я не могу, — получив кивок в ответ, девушка продолжила, — поэтому ты должна сама давать ей эти таблетки и сироп. Я тут все подробно написала, думаю, ты сможешь разобраться, ты же сильная? — с полуулыбкой сообщила русоволосая и потрепала волосы на голове девочки.       — Можешь не волноваться, сестренка Ань! — широко улыбнувшись, хоть и с капелькой грусти, Акане с готовностью посмотрела на ученицу Ферида. — Можешь положиться на меня, я справлюсь.       — Даже не сомневаюсь.       Когда две названые сестры тихо спустились на первый этаж, Акане, перед тем как проводить русоволосую, поведала, как поступила, когда заболела Фумиэ. Оказывается сейчас вся оставшаяся семья Хякуя, можно сказать, гостит у друга Таичи. Когда же те ушли взрослый Ангелочек делал своей заболевшей сестре холодные компрессы, как учила когда-то мама.       — За что же такое им... — тихо и только для себя проговорила Ань, как только попрощалась с Акане и вышла из дома.       Акане так старательно пыталась спрятать боль при разговоре о маме, но вот только глаза девочки никогда не умели врать. Неумение врать, конечно, нужная вещь сейчас, но для такого Ангела это и необязательно.       Завернув за угол, Ань тут же пожалела, что смотрела лишь под ноги и думала о своем. При падении девушка больно ударилась о каменную дорогу и, закрыв глаза, до крови закусила губу, чтобы не издать звук. Когда же русоволосая открыла очи, то увидела перед собой руку человека, который послужил причиной падения. Не раздумывая ни секунды, Ань схватилась за нее, и девушку, придержав еще за талию, подняли.       — Спасибо за то что... — посмотрев на человека протянувшего ей руку помощи, разноглазая отшатнулась.       Перед ней стоял вовсе и не незнакомец, да и не человек тоже.       — Ань-чан, нужно быть аккуратнее, — буквально пропел Ферид, улыбаясь.       Вампир, все еще придерживая девушку, с любопытством смотрел на нее, а точнее на ее реакцию.       — Я... Дело в том, что...       — Ох, не нужно объяснений, я и так все понял.       — Поняли? — ответила девушка и нервно улыбнулась, думая, что пора бы отучиться от дурацкой привычки обращаться к Фериду то на "вы", то на "ты". — Что именно?       — Ты птица. И ты не можешь сидеть в клетке, даже если она золотая, — пояснил Батори.       Мысленно вздохнув с облегчением, Ань более или менее успокоилась. Ферид, хоть, и не назвал истинную и главную причину ее выхода из, так называемой, золотой клетке, но и это тоже было не менее важно. Сидеть в четырех стенах не ее.       — Я ищу Хиро. Ты не видел его?       — Его нет, — ошарашил Батори, но увидев изумленный взгляд Ань, Ферид усмехнулся и поспешно добавил, — Его перевели из Сангвинэма в другое место.       — Почему? — нахмурилась девушка и высвободила руку.       — За невыполнение приказа его выслали. Не моего, конечно, это решение принял Основатель куда сильнее меня. — Неожиданно взмахнув руками, сереброволосый произнес, — Но к тебе я приставил нового помощника. Он сейчас ждет тебя в твоей гостиной.       — Я, наверное, пойду в особняк, да? — вздохнув, неуверенно спросила русоволосая, сильно расстроенная столь неприятными известиями. Почему Хиро отсюда выслали? Какой приказ?       — Конечно, конечно! — крикнул вслед уходящей Батори, а после тихо, еле слышно сказал, облокотившись об угол и смотря на небольшой двухэтажный домик, на пороге которого уже стояла группа детей во главе двух мальчиков, — Но в следующий раз, когда ты будешь уходить к своей семье, лучше предупреждай.