Драбблы по жанрам и предупреждениям

      Зонтик не мог заснуть. Голова гудела и трещала, ноги отяжелели и плохо сгибались, тело обмякло, но бессонница была сильней. На глаза, разъедаемые как ржавчиной, болью, уже наворачивались солёные слёзы, и клон поминутно запрокидывал голову, останавливая их. Работать в таком состоянии возможным не представлялось, и он, стараясь выглядеть как можно убедительней, попросил Алебарда заменить его. Рывком откинув тяжёлую тёмную занавесь, Зонт впустил в комнату поток света, и устало посмотрел на караван звёзд, плавающих в тёмном небесном океане.       Если Госпожа Бессонница и отступала на время, ночь тут же наполнялась кошмарами, заживо съедающими трефового валета. Почти в каждом видении с клонами что-то случалось — война, голод, массовое вымирание, предательство, — и почти всегда Шестой оставался один на один со всполохами розоватого огня, разрухой, своим ужасом, покинутый навсегда.       Каждое утро начиналось с паники и чувства вины. Он пытался сделать всё возможное, но попытки заснуть, либо отогнать жуткие мысли ни к чему не вели. Его и без того жалкая жизнь постепенно превращалась в хаос и бессмыслицу, рушилась, как карточный домик. Одержимый неведомой до этого паранойей, некогда не такой уж и внимательный, трефовый жадно ловил каждое слово на собраниях, пытаясь предвидеть необратимое. Из-за бессонных ночей ему было невероятно трудно сосредоточиться на выполнении своих обязанностей, и даже Куромаку теперь с явным неудовольствием отмечал бледность кожи и красные глаза своего валета.       Имело ли это смысл? Пожалуй, нет, но Зонт уже так привык ко всем этим действиям, что не давал себе отчёта в их правильности.       Страх напополам с отчаянием постоянно мешались с яростным желанием защитить себя, рождая адский коктейль чувств, ведущих к саморазрушению. И без того богатый эмоциональный спектр голубоглазого валета сейчас находился в совершенно разных состояниях: от печали до жажды разрушения и прекращения всех этих мук.       «Давай же, тебе надо выспаться!» — убеждал себя Шестой. Мозг готов отключиться в любую минуту, с трудом переваривая простейшие мысли. Все органы чувств были на пределе.       …Быть может, поэтому уже засыпающий трефовый и не почуял тонкий запах гари, сочившийся из-под двери.