I Can Feel It

Миа чувствовала себя рядом с Джейсоном, как со старым другом. Он был таким спокойным, уравновешенным и молчаливым, что, казалось, мог считаться и самым завидным другом. Кросс тоже был спокоен рядом с Вурхизом, а он уж точно разбирался в людях; ему безумно нравился этот маньяк, это живое пугало, такое высокое, просто необъятное, способное распилить их с Мией разом одним-единственным взмахом не то что мачете, но и руки. Но он был другим. Особенным. Он был добрым. Добрее всех людей на свете. Миа сразу это поняла, однако как такового представления об убийцах никогда не имела и даже подумать не могла, что жизнь подарит ей его — Джейсона Вурхиза. Они были уже дома. Небо до сих пор было однотонно серым, а лес казался немного загадочней. Конечно, кроме Джейсона здесь не было ничего страшного, и, осознавая это и то, что сам Джейсон находится в одной комнате с ней, Миа улыбалась. Ей было очень спокойно рядом с ним. Она с удовольствием наблюдала, сидя на диване в гостиной, как Вурхиз игрался с Кроссом, нежно и заботливо поглаживая его, хватая за хвост-кренделек и мило утыкаясь маской в его заостренную морду. Маска. Подумав об этом, Миа застыла. Она ужасно хотела увидеть лицо Джейсона, хотя, наверное, он бы не захотел снимать свою пластмасску. И зачем она ему? Росс чувствовала себя наивной пятиклассницей, хотевшей знать все на свете, но именно этот вопрос заставлял ее сердце биться чаще. — Джейсон? — неуверенно квакнула она. Вурхиз поднял лицо, и его глаз внимательно посмотрел на девушку. — Слушай, тут такое дело… — смущенно начала Миа, искривляясь и отводя взгляд в пол. Джейсон тут же взволновался. Он присел рядом с ней, и диван жалобно скрипнул от его веса. Положив громадную холодную ладонь на спину Росс, маньяк стал с интересом смотреть на нее и ждать, что же она скажет. — Я очень беспокоюсь о тебе, — пытаясь составлять из тучи слов, метавшихся в голове, словно ураган, предложения, начала Миа, — мы с тобой так хорошо сдружились… — даже Кроссу стало любопытно, и он запрыгнул на колени хозяйки. — Я… ну… Очень рада, что мы встретили тебя… Ох, ну… Джейсон почувствовал, что Росс хотела сказать что-то важное. Для того, чтобы поддержать ее и как-либо помочь, он ее приобнял. Миа улыбнулась, краснея. — Я хотела бы кое-что у тебя узнать, — более смело произнесла она. Вурхиз глядел в ее глаза, будто гипнотизируя. В его взгляде было умоляющее выражение и было очевидно, что он искренне волновался. Осознав сказанное ею, он кивнул. — Ты ведь не будешь против этого? Джейсон поднялся с дивана и встал перед Мией, разведя руки. Да, он был готов ко всему, что бы она ему не сказала, но то, что она уже задумала, должно было потрясти его. — Мы с тобой очень сблизились и рассказали друг другу все секреты. Ну, у тебя остался один нераскрытый секрет… Мне не одной это интересно, ты уж пойми… До Кросса вся соль дошла быстрее, чем до Джейсона, стоявшего в полных непонятках. Песик с огромным интересом ждал, когда же хозяйка наконец откровенно выскажет свое мнение о маске громилы. Его хвост энергично бил по полу. — Ты будешь против этого, — сказала Росс. Джейсон отрицательно закивал, своим видом убеждая девушку, что готов на все. — В общем… Мы с Кроссом очень бы хотели, чтоб ты показал нам свое лицо. Пожалуйста. Джейсон замер. Миа поняла, что их с Кроссом сейчас либо накроет с головой медным тазом, либо Вурхиз просто психанет и уйдет. Она искривилась; Джейсон смотрел на нее ужасно пронизывающим взглядом, словно видел девушку насквозь. Его глаза сияли тем же блеском, что и всегда, но с каждой минутой становились все ярче и ярче. Он молчал. Он думал. Кросс этой гробовой тишины, в секунду повисшей в воздухе, немного испугался. Ему становилось дурно. Вдруг Джейсон вздорогнул, словно его ударили током. Он возвысился над друзьями, как гора, и продолжил сверлить их взглядом, а затем прислонил руки к своей груди и отрицательно замотал головой. — Почему? Мы же семья! — удивилась Миа. Джейсон опустил голову. — Поверь, нам все равно, как выглядит твое лицо! Мы любим тебя таким, какой ты есть! Джейсон прекрасно помнил те восхитительные речи Мии, ее ласковые прикосновения и такой добрый взгляд… Он хотел показаться ей, но он так боялся, что она испугается, а ведь это было неизбежно. Может, он был слишком самокритичен. Отказ от просьбы был явным. — Джейсон, не вредничай! Ты единственный, кто с нами дружит, ты тот, кто нас защищает и… любит? Любит! Мы с Кроссом знаем, что в твоем сердце есть место для нас, и еще какое! Мы любим тебя! Я, — Миа прервалась, поняв, что зашла слишком далеко; но Джейсон с необычайным восторгом смотрел на нее, готовый броситься и обнять. Девушка глубоко вздохнула и закрыла глаза. Она слышала биение своего сердца в ушах. Ее голова кружилась. Пришло время сказать то, что давно крутилось на языке, оставляло мягкий румянец на щеках и волновало все ночи напролет. — Джейсон, я люблю тебя, — именно эти слова стали главными в ее жизни. Все. Она принадлежала Джейсону. Вурхиз бросился к ней. Обхватив ее обеими руками, он прижал маленькое тельце к себе, чуть ли не рыча от нахлынувших чувств. Они захлестывали и сворачивали его изнутри, такого громадного и грозного, в маленький беззащитный комочек. Душа Джейсона рвалась к Мие. Он верил своим ушам. Он верил ей. Обняв ее так крепко, как только мог, Джейсон внимательно посмотрел в ее глаза; они были мокрыми от слез. Она плакала, говоря правду. Вурхиз почувствовал неописуемую любовь, будто впившуюся в его сердце и душу навсегда. Это было так. Он ее любил. Глаза Росс горели ярким зеленым цветом и начинали краснеть. Она сказала ему все, что хотела, и ощущала неземную легкость внутри себя. — Джейсон, милый, — прошептала Миа, обеими ладонями прислоняясь к его маске, — будь со мною вечно, — девушка нежно поцеловала шершавую поверхность пластмасса. Кросс радостно, громко и отчетливо завыл, тоже наполненный самыми прекрасными чувствами. Джейсон, неотрывно разглядывая счастливое лицо Росс, что-то неразборчиво пробурчал. Через несколько секунд Миа заметила, что из его глаза стала скатываться слезка. Она зажмурилась и крепко-прекрепко стиснула его шею. — Люблю, люблю! — протараторила она, улыбаясь. Джейсон понял, что пришло время раскрыть свой секрет. Он глубоко вздохнул, понимая, что эти двое будут единственными, кто увидит это. Вурхиз аккуратно поставил Мию на диван; их лица были на одном уровне. Девушка широко открыла глаза, задержав дыхание. Джейсон взял ее ручки в свои холодные ладони и прислонил сначала к своему сердцу, потом к краям маски. Миа не стала ничего говорить. Слова им были не нужны. Она ласково погладила мускулистую шею маньяка, отчего он, словно кот, поднял голову и немного прогнулся. Ему не хватало лишь замурлыкать. Подумав об этом, Росс мило улыбнулась, этим самым умилив Вурхиза. Он с нетерпением ждал, когда же она снимет маску и увидит его совершенно другим. Он боялся, но доверял ей. Он знал, что она нормально отреагирует. Он ее любил. Миа двумя пальцами взялась за края маски и стала медленно ее поднимать. Джейсон чувствовал, что у него сперло дыхание. Останавливаться было поздно… Внезапно Росс сдернула маску с его лица. Кинув ее куда-то в район стола, она замерла. То, что она увидела, ни капли ее не напугало, не вызвало ни капли отвращения или страха. Она заплакала. Тихо, похныкивая. Искренне. Кросс жалобно заскулил, подходя ближе и запрыгивая на диван. Лицо Джейсона не было похоже ни на одно другое. Миа ужасно сожалела бедному Вурхизу. Его правый глаз был ниже левого, был мутным, но в нем присутствовало то же выражение, что и в здоровом, в котором до сих пор застыли слезы, — выражение доверия и любви. Глаза Джейсона были грустно опущены, как у какого-то брошенного и бездомного животного, познавшего всю боль и всю несправедливость в этой жизни. У Вурхиза был немного искривленный нос, сухие губы со шрамом, тянувшимся к щеке. Как же он был несчастен все эти годы! Миа дрожащими, просто ледяными ладонями прислонилась к теплым щекам Джейсона; она подергивалась, печально всхлипывая. Маньяк все это время не отрываясь смотрел на нее, на реакцию, на эмоции. Он боялся, что Росс испугается. Однако вместо испуга ее личико выражало глубокое сочувствие. — Джейсон, мой милый Джейсон, — тихо говорила она, — неужели ты боялся этого? — он кивнул. — Я люблю тебя, и это главное, мой мальчик, — девушка улыбнулась. Вурхиз попытался улыбнуться ей в ответ. — Ты очень красивый, — звучало безумно, но с какими глубокими чувствами Миа говорила это. — Я увидела тебя, и мне не страшно. Я все равно буду любить тебя вечно. Джейсон стал трястись от неповторимых ощущений, наполняющих его с ног до головы. Он ласково потрогал лицо Мии. Росс положила свою ладонь ему на затылок. Тут-то и произошло то, чего Джейсон точно не ожидал. Миа его поцеловала. Мягко и нежно ее губы прислонились к его губам; у Джейсона искры сыпанули волной из глаз, и он забыл все проблемы, все прошлое, все эти ужасные и кровожадные сны, что снились ему каждую ночь. Он будто забыл, кто он. Мысли лопнули в его голове, и теперь для Вурхиза существовало лишь одно — Миа. — Мы всегда будем рядом с тобой, на этом озере. Никто не посмеет украсть нас у тебя, — тихо прошептала Росс. Услышав слово «украсть», Джейсон встрепетнулся. В нем сработал какой-то животный инстинкт, и он жалобно обхватил девушку обеими руками и прижал к себе, давая понять, что красть нельзя. — Охохо, не волнуйся! Никто и не собирается нас красть! Мы с Кроссом не позволим этого сделать! Песик гавкнул в знак согласия. В унисон с его лаем по крыше забарабанил дождь, а уже через несколько секунд начался ливень. Стало темно, и сверкнула молния; ее раскат осветил лицо Джейсона. Он обнял Мию и отошел, подобрав маску и нацепив ее обратно. Росс не стала запрещать ему это делать — это была его вещь, только его. Она знала, что Вурхиз всегда будет ее носить. — Зажжем фонарь? — спросила Миа. Они с Кроссом в старом доме всегда зажигали масляные фонари и сидели на чердаке, наблюдая за дождем или метелью. Песик, осознав сказанное хозяйкой, тявкнул и подпрыгнул. — Хорошо, я принесу. Едва она подошла к двери, надев небольшой плащик, как Кросс злобно зарычал. Девушка посмотрела на питомца и непонятливо склонила голову. — Что? Что? Кросс очень грозно посмотрел на дверь, и тут же раздался стук. Пес учуял самый ненавистный запах в своей жизни — запах спиртовки. Носителем этого пренеприятнейшего запаха мог быть только один человек, который, казалось, исчез навсегда из жизни Кросса и Мии. Песик понял, что это нечто здесь. Вот оно, это гадкое чудовище. Оно нашло их. Кросс зарычал, и шерсть на его загривке встала дыбом. Он стал похож на оборотня, так как весь скрючился и оскалился так, что даже у Джейсона сперло дыхание. Глаза животного зажглись ярким бирюзовым цветом, и, услышав повторный стук в дверь, до Мии дошли ужаснейшие догадки. — Кто там? — спросила девушка, не осмеливаясь подходить ближе. Джейсон встал рядом с ней, чувствуя невероятное волнение. — Извините, вы не могли бы открыть дверь?.. ВСЕ. Все пропало для Мии и Кросса. Это был самый ужасный день в их жизни. Росс схватилась за сердце, прячась за Джейсона; Кросс жалобно заскулил, запрыгивая на диван и щетинясь. Вурхиз понял, что пожаловал нежелательнейший гость. Этот голос Миа с песиком узнают из тысячи. Она пришла за ними. Словно смерть. Девушка затряслась, как можно крепче прижимаясь к крепкому телу Джейсона. — Кросс, Кросс, — тихо зашипела она. Песик подлетел к ней и изо всех сил вжался в ее ноги, поскуливая. — Это она! Точно она! Проклятье! Джейсон вытянул мачете. Он понял, о ком шла речь. Миа не раз рассказывала ему об этом человеке. Вурхиз принял устрашающую позу, загородив собой девушку и песика; в его груди зажглось неодолимое пламя, и он знал, что за них порвет на куски эту тварь. — Вы не позволите?.. — небольшая фигура протиснулась в дом. — Ох ты, — костлявая старушка пошатнулась, завидев двухметрового громилу в маске и с мачете. За ним блестели четыре напуганных глазика, которые женщина непременно узнала. Она охотилась за ними больше, чем за любыми сокровищами. Она нашла их. — Милая девочка! Моя Миа! Кросси! Вот куда вы пропали, мои драгоценные детишки! Кросс залаял, чуть ли не срывая голос; Джейсон указал мачете на старуху, будто говоря, что она должна немедленно уйти. — Уходи!!! Уходи!!! Мы ненавидим тебя! — закричала Миа, начав плакать. Ей было так страшно, как еще никогда в жизни. — Тише, моя дорогая! Я всего лишь хочу, чтоб вы вернулись домой. В дом, где вас все любят и ждут! Я вас люблю и жду! Ну, мои ангелочки! Идите к любимой тетушке! — она вытянула длинные сухие руки вперед, шевеля страшными пальцами. Под ее глазами была чернота, а улыбка выражала сущее безумие. Джейсон взмахнул мачете прямо перед ней. Она посмотрела на него, все так же ужасно улыбаясь. — Вурхиз! Наслышана о тебе из местных газет… Защищаешь мою милую девочку? Да? Она тебе нравится? Ты уже вспорол ей живот и вытащил оттуда ее внутренности? — Прекрати!! — надрывисто закричала Миа. Слезы лились из ее глаз. — Ты сожрал мозг моего ангелочка! Негодяй! Ну ничего, ты за это поплатишься! Убил столько людей, сколько в Нью-Мехико живет! Бесстыдный вор душ и жизней! Ты прогрыз дыру в моей Мие, ты заковал ее в холодные цепи и заставил ее плакать! Нравится видеть ее грустной? Миа закрыла лицо руками. Кросс прижался к ней, прижимая уши и жалобно взвывая. Джейсон пилил старуху таким взглядом, от которого можно было получить инфаркт. Ему было так больно это слышать! Он всей душой любил Мию, и слова женщины ранили его в самое сердце. — Отдай мою девочку! Я зашью ее раны, сошью ее изнутри и снаружи! Я запихаю все ее внутренности обратно и заставлю ее тело работать! — старуха топнула ногой. Все это говорила так нереалистично, что можно было подумать, что это всего лишь страшный сон. Голова Мии готова была разорваться от этого проклятого бреда. Она так не хотела вспоминать свои подростковые годы, когда подобные речи тети были сказками на ночь. — Замолчи!!! Замолчи!!! Я не могу!!! Это сведет меня с ума!!! — кричала Росс, затыкая уши. — Плачешь от того, что больно? Бедная Миа! Джейсон сделал тебе больно! Смотри, он убил твоего песика! — от этих слов Кросс сам заплакал и сильно вжался в хозяйку, пряча мордочку в ее кофту. — Он выпотрошил его и повесил шкуру на стену! Дикарь! Давай отомстим ему? Джейсон не мог выдержать этого. Ему стало так больно, как никогда. Он бы ни за что не убил ни Мию, ни Кросса. Он знал, что старуха сошла с ума, но эти речи были невыносимы. Он взмахнул мачете, но женщина ловко увернулась. — Хочешь и меня убить?! — завопила она, выбегая на улицу. — Вытянул кишки из моей Мии, сожрал потроха Кросса! Наказание ждет тебя, ужасный Джейсон Вурхиз! Джейсон сорвался с места и погнался за старухой. Миа громко заревела, обнимая Кросса. Песик облизал ее лицо, вскочив и начав тянуть ее на улицу. Оттуда доносился голос тети. Девушка вытерла слезы и с дрожащими руками и ногами проковыляла к крыльцу. Снаружи все было серым, лил дождь, и лес казался таким мрачным и страшным, что можно было подумать, что он живой. Миа наблюдала, как Джейсон пытался разрубить старуху напополам, но она отскакивала от него, неся тот же чертов бред. Ее слова словно съедали уши. — Убей ее!!! Убей, Джейсон!!! — закричала Миа, падая. Кросс прилег под нее, позволив ей мягко соскользнуть с него на деревянный пол крыльца. Вурхиз подошел как можно ближе к женщине. Она засмеялась дьявольским смехом и развела руками. — Послушай ее, убей меня! Давай, Джейсон! Выпотроши меня! Развесь мои кишки в лесу!.. Джейсон одним взмахом рассек ее. Окровавленное тело упало на сырую землю, неприятно шлепнув. Миа попыталась встать; поняв, что от полученного шока не сможет этого сделать, девушка поползла к любимому, а Кросс помогал ей, до сих пор скуля. Их слезы смешались с дождем, они всхлипывали, добираясь до маньяка. Джейсон осмотрел труп этого чудовища. Мачете выпало из его руки, и он упал на колени, склонив голову. Миа приподнялась, достигнув его, и крепко обняла. Вурхиз сдернул маску и, сильно прижав к себе девушку, принялся расцеловывать ее мокрое лицо. Кросс облизал ладони Джейсона и, бросив взгляд на мертвую тетю, чьи губы, уже синие и не двигавшиеся, застыли в той самой дьявольской улыбке, присел рядом с ней и протяжно завыл, подобно волку. Дождь лил на них троих стеной. Заунывный вой Кросса звучал на весь лес; поднялся туман, и все это так завораживало и пугало, что Миа затряслась. Джейсон взволновался и крепко обнял ее, целуя в макушку и обвивая руками ее талию. — Я люблю тебя, Джейсон, — всхлипнула Миа, — господи… мой милый… Вурхиз закрыл глаз и погладил ее дрожащую спину. Поднявшись, он понес девушку в дом. В воздухе растворилась последняя нота печального воя, и Кросс, взяв в зубы маску, побежал рысью за громилой. Мертвое тело исчезало в тумане.