Лорд и Леди

      Волкам потребовалось несколько дней для того, чтобы обдумать случившееся.       Большую часть этих дней Санса проводила в богороще. Она сидела у дерева, опираясь об него спиной, и терпеливо вышивала золотой нитью герб Старков на кожаном дублете. Иногда руки девушки замерзали и становились белее снега, а глаза слезились и болели от долгой сосредоточенной работы — тогда она бросала иголку, укутывалась сильнее в волчий мех шубы и смотрела на застывший пруд. — Красиво. Для кого это?       Королева Севера повернула голову. Джон стоял справа от нее и с интересом смотрел на золотую голову Лютоволка. Его сестра не носила подобных одежд и он знал это. — Арья сказала, что танцевать в платье будет не удобно. — Санса смотрит на результат своей работы. От ее выдоха белый пар дымкой опустился на вышивку и растворился в ледяном воздухе. Мороз пробирал до костей даже сквозь слои одежды.       Юный Лорд улыбнулся: он представил сорванца-сестру в этом легком доспехе с гербом дома на груди. Наверняка она обнажит свою Иглу и, показывая па с оружием в руке, потанцует перед собственным отражением в зеркале. Таким доспехом нельзя было не любоваться. Мужская рука коснулась ремня — того самого, который ему подарила Санса перед освобождением Винтерфелла.       Сноу сел рядом с ней, и посмотрел серыми, как зимнее небо, глазами на лед пруда: — Я не ее видел уже много дней. Она все такая же дикая, как и раньше, только выше ростом.       При одном лишь упоминании о младшей сестре, лицо Джона становилось радостным. Они всегда были близки с Арьей и оба были точной копией Эддарда. Может потому, что оба были одиноки: шалунье-волчице было не интересно со своими родственниками, а родственникам не был интересен Джон Сноу. Леди Винтерфелла не могла не заметить его улыбки. — Это верно. Она так выросла. — Мы все повзрослели. — Джон попал в самую точку — в то самое прошлое, которое Сансе никогда не хотелось бы вспоминать. Лицо девушки покрылось льдом так же быстро, как пруд в богороще с приходом зимы. Брат не мог этого не заметить, он понял свою ошибку и тут же поспешил все осторожно исправить. Ему не хотелось, чтобы она грустила. — Пойдем в дом. Ты замерзла. — Теплые руки Джона мягко накрыли заледеневшие женские пальцы. Он помог ей встать и отвел внутрь крепости — туда, где зимние ветра Севера не смогли бы достать ее кожи и медно-имбирных волос. Когда Санса была такой хрупкой, ее очень хотелось защитить.       Для Короля и Королевы Севера разожгли очаг, приготовили горячую еду и подали теплый мед. Вдвоем они сидели за одним столом напротив друг друга и наслаждались сочным мясом оленя, убитого сегодня на утренней охоте Принцем Винтерфелла — Браном. Благодаря чертежу седла Беса и юной Мире, которая не отходила от друга ни на минуту и помогала во всем, варг проводил большую часть времени вне замка. Юный Старк был счастлив вновь стрелять из лука, и у него была прекрасная компания для прогулок по северным лесам.       Джон долго собирался с мыслями, чтобы начать разговор — тот самый, который дважды привел их к ссоре. Он смотрел на сестру, размышлял и подбирал слова так, чтобы не вызвать ее гнева. — Санса, — два голубых озера глаз вопросительно посмотрели на лицо бывшего дозорного, — я отправил письмо в Королевскую Гавань.       Девушка положила приборы на стол, оставляя на время оленью вырезку. — О чем? — О помощи. Я попросил у Королевы войска для борьбы с Ходоками.       Он боялся этого: она застыла. Лицо Сансы вмиг стало каменным — такое выражение лица она использовала для Джоффри, когда говорила ему о своей любви в последние недели его жизни. Так смотрела она на Рамси Болтона на их свадьбе. А теперь волчица смотрит так на него. — Мы уже, кажется, обсуждали это. — Джон боялся, что его сестру снова охватит гнев, не хотел, чтобы она повышала голоса, но… Лучше бы она накричала на него, громко ударила по столу и убежала прочь. Юноше было бы легче, если бы Санса в третий раз показала свой характер, но вместо этого она спокойно вытерла губы салфеткой, аккуратно свернула ее и положила рядом с недопитым медом. Ее взгляд был стеклянным, равнодушным. — Мне жаль. У меня пропал аппетит и… — Лорд Старк! — Дверь с грохотом отворилась, прерывая женскую речь. Сразу два правителя Севера посмотрели на вошедшего стражника: совсем молодой мужчина в доспехах и с тяжелым дыханием еле стоял в проходе. — В чем дело? — Джону было непривычно слышать подобное обращение к себе, поэтому он ответил с задержкой. — Милорд… письмо. Из… Королевской Гавани. — Его уставшая рука протянула свиток. Санса сделала глоток из небольшого кубка. Джону ничего не оставалось, как прервать обед, подойти к стражнику и прочитать послание вслух: — “Королева Серсея… убита.”       Комната зажглась звонким стуком, а после — тихим шипением. Санса уронила чашу с медом. — Это же прекрасная новость! — Голубые глаза даже не взглянули на осколки с лужей на полу.       Она, конечно, была рада это услышать. Где-то внутри себя северная леди определенно желала смерти этой гордой и жестокой женщине. Санса не терпела большую часть Ланнистеров, ей было даже не важно кто избавил мир от львицы. Но Джон был с ней не согласен: его вопросительный взгляд вновь оказался на стражнике. — Если Серсеи больше нет, — он, все же, научился мыслить логически: — то кто же сидит на Железном троне? — Дейенерис. Дейенерис Таргариен. И сейчас она направляется сюда, милорд.