Дождись.

Трандуил неспешно шёл в свои покои. На пути ему не встретился ни один эльф, что было к лучшему, так как Король не был в настроении даже кивать кому-либо головой. День был слишком длинный, и некому было отвлечь Владыку от угнетающих мыслей. Та, что дарила ему радость, исчезла несколько столетий назад, забирая с собой тепло, окутавшее тогда дворец Короля. Трандуил качнул головой, будто прогоняя непрошеные мысли из головы. Подходя к дверям своих покоев, он кивнул двум стражникам. — Вы свободны сегодня, — резко сказал Владыка, берясь за ручку тяжёлой резной двери. Стража лишь чинно склонила головы и строевым шагом исчезла за ближайшим поворотом. Король наконец-то вступил в комнату, неслышно закрывая за собой дверь. Здесь он уже мог стянуть с лица такую надоевшую, но такую необходимую маску. Всё так же медленно Трандуил вышел на просторный балкон, выходивший на запад. На рассвете первые лучи солнца всегда касались его покоев в первую очередь, пробуждая Короля своими мягкими касаниями. Но сейчас день угасал. Кроваво-красный солнечный диск медленно скрывался за горизонтом, озаряя кроны вековых деревьев последними вспышками света. Огромная комната была погружена в сумрак, ни одна свеча не горела. Безупречное лицо Короля озарял лишь тёплый свет последних лучей. Но тут тихий шорох отвлёк его внимание. Он резко обернулся, делая шаг обратно в зал. Без света комната казалась слишком неприветливой и холодной. Липкий мрак таился за мраморными колоннами, а резная мебель отбрасывала чудаковатые тени на мягкий ковёр. Снова раздался шорох, и в следующее мгновение в другом конце комнаты зажглась свеча, а за ней ещё несколько. Король судорожно втянул в себя воздух, а его кулаки непроизвольно сжались. Умиротворенность и усталость улетучились мгновенно, сменяясь колючей яростью. — Кто пустил тебя сюда, девчонка? — если бы лишь одним голосом можно было убить, то гостья бы уже давно бездыханно лежала на ковре. — Я пришла сама, — спокойно ответила Эвалон, подходя ближе к Королю. Казалось, что гнев Владыки, способный испугать даже самого бесстрашного, не трогал её вовсе. — Я самолично отпустил стражу, когда вошёл в эту комнату, — процедил Трандуил, чувствуя, что ещё немного, и его гнев вырвется наружу. — Я предупреждал тебя, что не потерплю ложь. А ты решила воспользоваться моим гостеприимством, глупая девчонка. А теперь говори правду: кто ты на самом деле и как пробралась в мои покои? Глаза Эвалон были все так же спокойны. Она стояла ровно, держа руки в замке на уровне груди. Её походный наряд сменился простым, лёгким платьем с запахом, которое ей добродушно дала эльфийка в купальне. Слегка влажные от воды волосы обрамляли её тонкое лицо, спускаясь до самой талии по спине. — Я пришла тайным ходом, идущим из библиотеки, — мягко проговорила она, не сводя глаз с Короля, — тем, который проходит по южной стене. Трандуил напрягся ещё больше. Кого же он пустил в свой замок? — Назови своё настоящее имя, — обычно холодные глаза Владыки сейчас горели недобрым огнём. — Что за шпиона я пустил в свой дом? — У меня много имён, мой Король, — спокойствие непрошеной гостьи разъяряло Трандуила все больше и больше, но девушку это не пугало. Она смотрела Королю прямо в глаза, стойко выдерживая волны его праведного гнева. Девушка заговорила снова, на этот раз тише, делая паузу после каждого слова. — Эвалон, Элиан, Элмэ, Эниа… Она замолчала, протягивая руку к Владыке, будто желая наконец ощутить тепло его кожи под своими пальцами. Но Трандуил жёстко перехватил её руку за запястье, сжимая до лёгкого хруста. Но Эвалон даже не поморщилась. Она неотрывно смотрела в потемневшие глаза Короля, не сгибаясь под валом его ярости. — Кто ты такая? — делая паузу после каждого слова, жёстко проговорил Трандуил. Он не понимал, почему ещё не вышвырнул девчонку за дверь в руки страже. Он чувствовал, что должен сам узнать, откуда у человеческой девушки такая небывалая смелость. Она разозлила его так, как давно никто не злил. Ярость кипела в Короле, норовя выплеснуться наружу смертоносным вулканом. Но также какая-то неведомая сила не позволяла ему отвести взгляд от наглой незнакомки, от её нечеловеческих глаз. Наконец разрывая зрительный контакт, Эвалон резко отвернулась, рывком сбрасываясь с плеч платье, оголяя узкую спину, вдоль которой проходило несколько шрамов. Она отвела волосы в стороны, открывая тонкую шею. Трандуил не смог даже сделать вдох. Могильную тишину прорезал лишь могучий стук мужского сердца и лёгкие трепыхания девичьего. Король разжал руку, выпуская из мёртвой хватки тонкую кисть. Ему казалось, что время остановилось, и весь мир остался где-то далеко позади. Эвалон вздрогнула, когда холодные пальцы прикоснулись к её разгоряченной шее, а затем спустилась ниже по позвоночнику. Прикосновения были невесомыми, но по спине девушки сражу разбежались мурашки. Трандуил не мог даже дышать, обводя пальцами давно забытый рисунок. Он не верил своим глазам. Происходящее казалось ему дымчатым видением, хоть и горячая кожа девушки находилась прямо под его длинными пальцами. Он ещё раз обвёл контур круглой Луны, изображённой чуть ниже шеи, провёл пальцами по россыпи мелких звёзд. Наконец он судорожно вдохнул, на секунду прикрывая глаза, будто пытаясь собраться с мыслями. Его пальцы снова коснулись обнаженной кожи, но уже ниже шеи. По диагонали от Луны, почти под левой лопаткой было изображено Солнце. Трандуил снова прикрыл глаза, останавливая пальцы на мелких птичках, кружащих вокруг солнца. Рисунок, который он уже давно выучил наизусть, казался ему не больше, чем просто дымкой. — Эруанна, — наконец прошептал он, не скрывая боль в голосе, — «дар Божий». Он резко развернул девушку к себе, впиваясь пальцами в её нежные плечи. Её лицо уже не было спокойным. В уголках переливающихся глаз собрались слезы, её губы дрожали, но взгляд был полон света. Несколько секунд Трандуил пристально всматривался в её глаза, а затем крепко прижал к себе, будто боясь, что его Эруанна может рассеяться под первыми лучами лунного света. — Как я мог не узнать тебя сразу, — надломленный голосом прошептал Король, на что девушка лишь ещё ближе прильнула к эльфу, вдыхая такой знакомый и такой любимый запах его мягких волос. — Я так много должен тебе сказать. Но ещё больше ты должна мне объяснить, свет жизни моей. Трандуил мягко отстранил девушку от себя, снова заглядывая ей в глаза. Он мягко провёл пальцами по тонким ключицам, цепляя платье и возвращая его на плечи хозяйки. Зов плоти — было последним, что сейчас слышал Король. Он все ещё не мог поверить в происходящее. Спустя почти две сотни лет та, которая заставила его сердце биться быстрее снова, вновь стояла пред ним. Та, которую он думал, что потерял навсегда. Та единственная, которая могла разогнать тучи, впуская искрящийся свет в его одинокую жизнь. Эруанна прикрыла глаза, опуская голову, но Владыка не позволил ей сделать это, мягко приподнимая её подбородок двумя пальцами. Большим пальцем другой руки он нежно смахнул слёзы с бледных щёк той, что он ждал так долго. Он провёл пальцем по высокой скуле, очерчивая острый подбородок и обводя контур тёплых губ. Девушка вздрогнула, снова поднимая взгляд на своего Короля. Её Король. Только её. Глаза, в которых мог бушевать страшнейших шторм, и которые в следующее мгновение превращались в чистое небо, озарённое бликами солнца. Все её сомнения, нерешительность, неуверенность в правильности своего решения сразу же таяли под взглядом этих чистых, прекрасных глаз. Трандуил. Её Трандуил. — Я так виновата перед тобой, весна моей жизни, — прошелестела Эруанна, накрывая холодную руку Короля своей маленькой, тёплой ладошкой. — Я провела сотни лет, раздумывая имею ли я право снова потревожить тебя, зная, что вынуждена буду уйти снова. Но я знала, что моя жизнь не будет спокойной, покуда я не увижу тебя снова. Моё сердце вело меня сюда, совсем не слушая мой разум. — Нет, не говори так, — покачал головой Трандуил, — я бы отдал всё на свете лишь бы увидеть тебя ещё раз, лишь бы ещё раз заглянуть в твои глаза. Всё это время я больше всего хотел знать, почему ты так внезапно исчезла. И не было ни дня, когда я не думал о тебе. Какое-то время они просто стояли посреди комнаты, наслаждаясь долгожданными прикосновениями и утопая снова и снова в глазах друг друга. Никто бы не посмел назвать это любовью. Ведь Король уже любил однажды. Это было больше, чем любовь. Это было предначертание.

"cause darling I wake up just to sleep with you / потому что, любимый, я просыпаюсь только чтобы уснуть рядом с тобой i open my eyes so I could see with you / я открываю глаза только чтобы увидеть то, что видишь ты and I live so I can die with you / и я живу только чтобы умереть с тобой в один день" beyonce — die with you