Проклятье.

Прошло уже четыре дня. Первая волна эмоций прошла, на душе штиль. Нет обиды, нет страха. Ничего. Минхёк возвращает свою старую маску беззаботного шута, но она не клеится обратно. Он не ждет Хенвона больше. Пусть он лучше не приходит. Ли в том же номере, который снимал по прибытии в этот маленький портовый городок. Он сидит в теневой части комнаты и бессмысленно смотрит в окно, распахнутое настежь. Кихен проходит без стука. У него уставшее лицо. -Хозяин сказал, что ты не заказывал завтрак ни разу с момента заселения. Как и ужин. И обед. Минхёк действительно этого не делал. Как-то пропала потребность в пище. Он заметно похудел и кожа стала бледнее на несколько оттенков. Синие реки вен стали особенно примечательны. Они спускались водопадами по рукам, протекали через долину шеи и ключиц. Под стеклянными глазами пролегли легкие тени. -Ходил в трактиры,- ни разу не ложь. Единственная помарка- он ходил выпивать. Ю присаживается на спинку кровати. Он милосердно не комментирует и не возражает. -Хенвон скоро придет. Подожди немного. Минхёк даже не вздрогнул от чужого имени. -О чем ты сейчас думаешь? Чем ты будешь заниматься?- он не уточняет после чего.-Вернешься к прежней жизни? -Попробую. Но уже не получится жить как раньше. Я потерял то чувство и хватку которое было до моего переезда,- после тяжелой паузы Минхёк спросил ещё.- Почему ты волнуешься обо мне? -Не знаю. это и вправду как-то странно. Я дружил с Чангюном в детстве, и всю жизнь общался с Хенвоном. Я просто знаю, что сейчас они сами могут разобраться. А тебе нужна поддержка. Минхёку приходится стиснуть зубы, что бы не выдать лишних эмоций. Его никогда в жизни не жалели. Ненавидели-да. А этот человек-первый, кто видит в нем человека тоже. Вдруг так чувствуешь себя несчастным. Минхёка прорывает. Но только мысленно. Ему жаль себя. Он знает за что расплачивается, но как же больно терять, когда все время был по ту сторону баррикад и сам отбирал. Чангюн пришел за своим, но вместе с тем он забрал все что было у Минхёка. Наверное это изначально была неосуществимая, запредельно далекая мечта. Только мечта, которую можно лишь блаженно смаковать и примерять в воображении. Вместо тысячи слов, которые вертятся в голове, вместо благодарности и признания он выдает только сухое: -Я чувствую, что скоро мне нужно будет уехать. -Куда? -Не знаю. Куда-угодно Я и так слишком долго был здесь. Не привык к такому режиму. Для меня существует лишь вечный поиск, вечный путь. НЕ знаю куда прийду и не помню зачем начал идти. Может быть и уйду в аббатство, дам обет молчания и до конца жизни буду говорить не ожидая ответа с Мадонной. Ты знаешь, боги любят убогих. А ещё они любят жалких и тех кто много грешил, а потом стал ползать на коленях выпрашивая прощения,- ирония как-то легко начинает слетать с языка. Ему немного легче, хотя и кажется что перешел к излишне сложным вещам. Это не его стиль. -Я хочу уплыть на одном из кораблей, которые прибывают в этот порт...

***

-Скажи ему хоть что-нибудь! будь человеком в конце-концов. Хенвон тяжело вздыхает. Он знает. Просто сил не хватает ещё раз взглянуть в чужие глаза. Че жалеет. что просто не дождался своей смерти. Винит себя за то что поддался искушению. Дважды. -Мне страшно. Я никогда так не боялся. -Хенвон, он уезжает. Уже купил билет. поспеши...- советует друг.

***

Чангюн и Минхёк встречаются снова. На этот раз они встречаются, что бы разойтись товарищами. На берегу холодно и писатель кутается в шарф. -Уверен что не останешься? Очень скоро... возможно ты понадобишься ему. -Нет. Не стоит идти на такие жертвы. Я сбился со сценария и читаю не свою роль,- улыбаясь говорит Ли.-Я должен уйти. Это как инстинкт, просто чувствую... -Ты ненавидишь море? -Нет. Только песок и чаек. -А я живу этим. -Живи и дальше.

***

Хенвон тихо стучит в чужую дверь. Его сразу же приглашают внутрь. Он медленно оглядывает покои и наконец поднимает взгляд на Минхёка. Он выглядит посвежевшим, бодрым. Хотя ещё заметны следы крушения, наскоро замаскированные. Он похож на того, с кем знакомился Хенвон. Городской франт. Стильный вид, припудренное лицо, тонкий парфюм. Чемоданы упакованы и стоят в углу. -Сделай одолжение, если мой кот вернется, прогони его прочь. Пусть эта наглая морда выживает как может, сама. -Если этот монстр и вернется, то не ко мне. Мы в плохих отношениях. -Я уезжаю через два дня. Спасибо, что зашел попрощаться,- искренне говорит Минхёк. -Прости. -Не надо. -У нас одна жизнь на двоих. С Чангюном. -Поправка. Ты живешь за мой счет. Точнее так, ты используешь одну из жизней, которую я украл. Ты знаешь, кто я? -Да. Каждое слово обрушивает очередной мост. Слова опасны. Поэтому хочется, что бы разговор был исчерпан сейчас. Пока есть силы быть гордыми и бесчувственными. Пока ещё кажется, что можно забыть все на свете и обмануть себя, сказав что между ними ничего нет. Последний порыв. Последняя страсть. Минхёк позволяет быть близко. И не важно, кому потом будет больно. не важно, что Чангюн узнает. Это месть Ли. Месть и наказание для себя же. Просто хочется ещё раз обнять, что бы запястья сжимали крепкие руки. что бы остались следы чужой любви, которые исчезнут через несколько дней навсегда и бесследно.

***

Они сидят на песке и смотрят как волны подгоняют к берегу пену. Время чувствуется острее чем когда-либо. Чуть ли не до миллисекунд. Вот, рядом Чангюн. Родной. Красивый и молодой. -Что с тобой будет после смерти?Если ты погибнешь, ты обретешь покой где бы то ни было? -Нет. там. за чертой нет ничего. Совсем. Я просто исчезну. -Так не может быть. Как может не быть тебя? -Легко. Зачем ты спрашиваешь? -Ты останешься со мной?- с нескрываемой надеждой. В ответ лишь теплая улыбка и искрящиеся глаза. -Обещай. -Обещаю. Все становится более чем обычным и простым. Следы бывшего соседа постепенно растворяются. Жизнь снова заполнена лишь одним. Хенвон выходит в рейсы. Каждый раз возвращаясь он спешит в чужие объятия. Мягкие рукава свитера, обвивающие шею, щекочут и почему-то хочется плакать от накатывающей нежности.