Виновный

      – Ты не должен был меня найти, – мы с тобой преследовали преступника до его квартиры, но он определенно не ожидал нашего появления, – никто не знает об этой квартире.       – Шерлок Холмс знает всё, а чего не знает, то выяснит, – люблю, когда ты так уверенно говоришь о моих способностях. Вот что что, а это мне нравилось с самого начала нашего знакомства.       – Я точно уйду, – преступник выхватывает пистолет из-за пояса и, не ожидая моих новых дедукционных выкладок, стреляет в меня почти в упор. До чего же я тогда испугался, ведь ты закрыл меня собой, а когда выстрел достиг своей цели, сделал шаг назад и упал. Мне чудом удалось тебя поймать, удержать от падения и аккуратно положить на пол. Пока я тебя осматривал на предмет повреждений, убийца, естественно, смылся.       – Джон, ты меня слышишь? – явных повреждений я не увидел, а крови вообще не было. Когда же я расстегнул на тебе рубашку, то очень удивился, увидев надетый на тебя бронежилет. Тебе его мог дать только Лестрейд, поэтому мой уровень уважения к нему тут же подскочил.       – Давай же, Джон! Очнись! – ты был всего лишь без сознания. Нужно было только подождать, когда ты очнешься, что и произошло через несколько минут. Ты резко подскакиваешь и начинаешь стонать от боли. Я тебе сочувствую, ведь в меня тоже стреляли и я понимаю, что ты испытываешь.       – Не пугай меня так больше, – я бросаюсь тебе на шею и крепко обнимаю, а ты обнимаешь меня в ответ. – Меня чуть удар не хватил!       – Не переживай, я уже в полном порядке… – не дослушав тебя до конца, я затыкаю тебя поцелуем. Я тебя очень люблю и точно знаю, что не смогу себе простить, если с тобой из-за меня что-то произойдет.       Следующие несколько дней мы не выходим из квартиры, в первую очередь потому, что ты настаиваешь на отдыхе из-за ушиба груди, а во-вторых, из-за того, что Лестрейд мне не звонит, и это тоже произошло по твоей просьбе. Я соглашаюсь на все условия, потому что с каждым днем ты становишься для меня все важнее и важнее, и то, что я тебя люблю, уже никто и ничто не изменит.       На следующее утро я встаю раньше обычного и, пока ты спишь, готовлю тебе завтрак. Удивительно, да? Мне никому раньше не приходилось готовить завтрак. А когда ты проснулся, я принес тебе его в постель, так как ты, как врач, сам прописал себе постельный режим. А я этим бессовестно пользуюсь, садясь рядом на кровать и целуя тебя в губы.

***

      Где-то через месяц мне звонит Лестрейд и приглашает на место преступления; естественно, я тут же соглашаюсь. Дело наклевывается интересное: серийный маньяк и почти полное отсутствие улик. После вводного инструктажа от Грега я возвращаюсь домой преисполненный детским восторгом и радостью. Я обожаю такие дела: они всегда интересны, загадочны и, конечно, опасны.       Тебе должно понравиться. Осталось только ввести тебя в курс и отправиться на поиск улик. Вот только, когда ты пришел домой, мне пришлось снова звонить Лестрейду.

***

      Ты вошел в квартиру как всегда нагруженный пакетами из Теско, только в этот раз их было гораздо больше.       – В честь чего у нашего холодильника праздник? – я заглянул в каждый пакет и нашел там обычный набор продуктов, которые ты берешь по дороге домой раз в пару дней, но сейчас их было гораздо больше.       – Тут такое дело, Шерлок, – новость была не то что бы неприятна – она была несвоевременная, особенно когда у меня уже почти началось расследование. – Меня отправляют на конференцию по работе.       – Не понял, – я в недоумении смотрел, как ты мнешься на месте, не зная, как смягчить эту новость для меня.       – Я сам не хочу туда ехать, но меня заставляют, – ты подходишь ближе и берешь меня за руки. – Она длинная, так что я закупил продуктов, а потом договорюсь с Майкрофтом, чтобы он тебя проверял раз в пару дней. Очень прошу тебя, не мори себя голодом и ешь регулярно.       – Вот так просто?– я хотел бы уйти в комнату и закрыться там, но ты не пускал. – Просто уедешь и оставишь меня тут одного? – я знал, что поступаю нелогично и неправильно, но как-то само собой глаза защипало от непрошеных слез. Неужели я стал настолько эмоциональным?       – Это всего на пару недель. Ты и не успеешь соскучиться, как я вернусь, – ты улыбаешься, но я знаю тебя как облупленного, и твои глаза говорят обратное. Я покусываю нижнюю губу, принимая решения и взвешивая все варианты: провести вечер с тобой или пойти расследовать убийство. Ты прижимаешься ко мне вплотную и обнимаешь за талию. – Ты не сердишься? – ты уперся подбородком мне в грудь и смотришь в глаза щенячьими глазками – это становится решающим фактором.       Я проведу этот вечер с тобой. А завтра прямо с утра пойду в Ярд и раскрою все их висяки, чтобы не чувствовать по тебе тоски. А она точно будет, если я про нее задумываюсь и так эмоционально реагирую на новости о твоей поездке.

***

      Утром перед выходом из комнаты ты целуешь меня в губы и обещаешь приехать как можно скорее, если это будет возможно. Я лежу в кровати и внимательно слушаю, как ты ходишь по квартире, собирая последние вещи в сумку, меня так и тянет вскочить с нее и броситься в гостиную, чтобы сказать или сделать что-нибудь иррациональное для своего обычного поведения.       Когда я слышу, как ты закрываешь сумку, меня подбрасывает с кровати и я чуть ли не бегом несусь в соседнюю комнату.       – Джон! – ты уже вышел в коридор, но мой крик заставляет тебя заглянуть обратно в комнату.       – Да?       – Я… – ну вот и что я хотел сказать? Зачем остановил его? – Я…– твоя левая бровь приподнимается, и из-за этого я чувствую себя очень глупо. – Нет, ничего. Возвращайся скорее, ладно? – я уже почти развернулся, когда ты одной рукой схватил меня за футболку и, развернув к себе лицом, крепко целуешь в губы.       – Я тоже тебя люблю, – улыбаясь, говоришь и, чмокнув меня еще раз напоследок, скрываешься за дверью. Через минуту я слышу, как хлопает дверь на первом этаже.       И я тебя люблю, но понимаю это только сейчас, когда ты уходишь. Я знаю, что это всего лишь на пару недель, но уже по тебе скучаю. С трудом представляю, как проведу это время без тебя: кто будет меня кормить и заставлять спать? Конечно, есть расследования, и я могу провести какой-нибудь эксперимент, но без тебя это все не то и не так.       Теперь я искренне люблю тебя, Джон! И повинен в этом только ты.