strange question

      В общежитии в кои-то веки стоит тишина и спокойствие, все семеро мемберов заняты своими делами и отдыхают от плодотворной тренировки, длившейся больше пяти часов. На огромном экране телевизора крутят какую-то очередную серию пакчиминовской дорамы, которую никто, кроме Чимина, не смотрит. Чонгук копается в смартфоне, валяясь на коленях рыжего хена, Юнги спит, привалившись к читающему манхву Хоупу, Джин и Намджун шепотом обсуждают сегодняшнюю тренировку, восхищаясь успехами младшеньких, а Тэ-Тэ, кажется, снова полностью внутри своего маленького мирка, общается с «лунными кроликами»       — Хен, а ты с парнем целовался когда-нибудь? — неожиданный вопрос Чонгука, раздавшийся в умиротворенной тишине комнаты, вводит в ступор не только адресата, но и остальных пятерых парней.       — Ч-чего? — Пак, заикаясь, переспрашивает, переводя взгляд на любимого макнэ, и очень надеется, что ему послышалось.       — Ну, с парнем, у тебя был опыт? — Гукки разворачивается к старшему и пристально смотрит в глаза, явно не собираясь уходить от неловкой темы.       — Э-э-м, Чон Чонгук, что за фигня? — Тэхен, очнувшись от своей «летаргии», выражает всеобщее недоумение, повисшее в комнате.       — Да интересно просто, ну в этом же ничего такого нет, правда? Так что, Чимин-хен? — допытывается макнэ до Пака, который уже по цвету напоминает майскую розу.       — Д-да, — еле слышно шепчет вокалист и сжимается от смущения — ему хочется сейчас просто провалиться сквозь землю.       — Серьезно?! — Джин вскрикивает и оседает прямо в руки лидера, немного пафосно хватаясь за сердце.       — Блин, ну да, было пару раз, — неловко хмыкает смущенный донельзя Пак, — Так, развлекались немного.       — И с кем? — Чон-младший почему-то недовольно хмурится, смотря на старшего.       — Да какая разница! — неловко смеется Тэхен, обращая всеобщее внимание на себя.       — Да ну нахер?! — Рэп-Монстр выражает всеобщее…изумление, переводя взгляд на тонсена.       — Тэ-Тэ! Какого?! Договорились же не вспоминать об этом больше! — Чимин краснеет еще больше, взгляд панически переводит с одного мембера на другого, мечтая просто провалиться куда поглубже.       — И как много мы еще о вас не знаем, уважаемые 95-лайн? — проснувшийся Юнги ухмыляется и буравит взглядом своего особенного тонсена.       — Юнги-хен, да все не так! — Чим-Чим почти впадает в истерику от всего происходящего в общем, и в частности от взгляда хена, совершенно забывая о макнэ, который неожиданно напоминает о себе, вскакивая с колен хена и уходя в другую комнату, шарахнув напоследок дверью так, что потолок мог бы вполне поздороваться с полом, будь Чон немного сильнее.       — И что это сейчас было? — заторможенно спрашивает Джин, уставившись на закрытую дверь, замок которой теперь наверняка нужно будет чинить.       — Ревность? — ухмыляется Шуга и снова закрывает глаза, теряя интерес к происходящему и пытаясь уснуть. Однако, странности этого дня на этом не заканчиваются, и у бедного Чимина мир рушится и адекватность происходящего теряется, когда через пару часов, Чонгук зажимает его у ванной и шипит на ухо, чтобы «хен больше не смел подходить к Ким Тэхену».

***

      — Что происходит с Чонгуком? — Пак весь красный и растрепанный врывается в комнату лучшего друга и падает рядом с ним на кровать, вырывая наушники из ушей Тэхена.       — Чим-а! Там был мой любимый момент в песне! — взрывается Ким и обиженно смотрит на рыжего, захлебывающегося адреналином. — Что опять учудил макнэ?       — Да он совсем уже! Больной какой-то! Запретил мне к тебе подходить сейчас! — Чимин под конец переходит почти на ультразвук, от чего Ви морщится и затыкает рыжего, прижимая ладонь ко рту друга.       — Чего? Серьезно? — Ким взрывается смехом, а Чимин растерян и сбит с толку как странным поведением младшего, так и непонятным поведением друга.       — Наш малыш растет, Чимин-и… — многозначительно и слегка на пафосе хмыкает Ви, возводя глаза к потолку.       — Не понял, — Чимин хлопает глазами, уставившись на друга, примерившего амплуа великого философа (почти Кант, ага).       — Чимин-ни пабо-о-о-о, — ржет КимТэ, возвращаясь обратно в свою обычную придурковатость.       — Ой, понятно, пойду с Юн-хеном поговорю, от тебя нормального ответа не дождешься! — Чим психует и встает уже было с постели, когда друг внезапно дергает его обратно, опрокидывая на покрывало и плюхаясь сверху, складывет руки на груди Пака, сверху пристраивая свой подбородок.       — Да ревнует он, правильно Шуга-хен сказал, наш Чонгуки собственник ведь до мозга костей, а сейчас ты ему в разы меньше внимания уделять стал из-за тренировок и постоянных прогонов песен, еще и в студии с Джун-хеном и Юнги-хеном пропадаешь вечно, вот и соскучился парнишка, а сказать гордость не позволяет, — Тэхен усмехается и сползает с друга, ложась рядом.       — А про поцелуй он зачем спросил? — Пак все еще не до конца понимает ситуацию, слишком все запутанно и непонятно, а Чим никогда не был в дружеских отношениях с госпожой Логикой.       — Ой, ну деби-и-ил! — Тэ безбожно фейспалмит, думая о том, что его лучший друг и вправду идиот, а не просто притворяется. — Наш мальчик чувствует к тебе кое-что, сам правда не определился еще что, поэтому ему тяжело, он психует, копается в себе, возможно, таким образом он пытался выяснить у тебя, что ты думаешь об отношениях между мужчинами, а ты сказал ему, что целовался с другим. Он запутался, он один со всем этим разбирается. Чимин, ты нужен ему, — Тэхен заканчивает свой монолог многозначительной, почти театральной паузой, а у Чимина в третий раз за день внутри все взрывается, а вместе с тем и бабочки внутри рождаются, крыльями своими внутренности щекочат.       — Охренеть, Тэ-Тэ… Мне надо поговорить с Чонгуком! Срочно! — Чимин суетливо выскакивает за дверь, продолжая бубнить что-то себе под нос.       — Может, эти придурки наконец-то разберутся в своих отношениях, а то достали со своими флюидами, не группа, а бордель какой-то… — Ким хмыкает и снова затыкает уши наушниками, ставя на репит ту самую песню, прослушивание которой прервал Пак.