Западня

      Изуну донимало любопытство, буквально пожирало изнутри, словно дикая дворняга. Брат не появлялся в Конохе уже недели две, а Хокаге и вовсе сам не свой с тех пор, как вернулся в последний раз от Мадары… Изуна уже готов грызть край стола от любопытства!       Взгляд старшего Сенджу прикипел к двери, а пальцы бездумно перебирают бумаги. Он будто не здесь. Все еще придумывает новые ответы и как всегда находит самые лучшие только сейчас. Думает наверное, а что бы случилось, поступи я так?       – Дай угадаю, – проворчал Тобирама, – ты похож на овощ, потому что вы с Мадарой опять по...       Взгляд зацепился за ранку на губе Хаширамы. Изуна едва не подскочил от догадки. Недостойно Учихи взвизгнул:       – ...целовались?       – Что? – братья Сенджу разом встрепенулись, Хаширама подскочил как по команде, ладони уперлись в стол.       Хокаге выплюнул слова со скоростью куная:       – Что? Нет! Нет конечно! Это он рассказал?!       Тобирама посерел, глаза едва ли не больше собственной головы. Изуна подскочил к Хокаге, губы расцвели в широкую улыбку. Спросил, словно кот, что ластится к рукам:       – И как? Ну как прошло? А? – в последний раз таким шелковым Изуна был… дня три назад, когда вымаливал прощение у Мадары за сожженный ужин. Но и это немало!       Хаширама вздохнул так тяжко, будто на шее висит гора Хокаге, не меньше. Словно висельник посмотрел на брата, затем вновь взгляд скользнул на Учиху.       – Я не... Он кинул в меня диваном, Изуна, диваном. Это неприятно, знаешь ли.       – Ой, да брось, Хаши, – он махнул рукой и примостился на краю стола, – в тебя просто никогда не кидали труп.       – Серьезно? – голос у Тобирамы чуть охрип. Он продолжает коситься на брата как на предателя.       – У него было очень скверное настроение, – Изуна улыбнулся младшему Сенджу, но быстро переключил внимание на Хашираму. – Ну, ты всегда можешь попробовать подмешивать ему в чай успокоительное. Я так делаю иногда.       – Ага, – пробасил Тобирама, – пусть ему окончательно станет плевать и на деревню, и на Хокаге. Хоть дышать легче будет.       – Вот только не надо мне тут! – Изуна крутанулся, взгляд будто копье, едва не проткнул Тобираму насквозь, – Мадара вчера ляпнул, что ради Хаширамы и танцевать бы научился!       – Кто? Мадара? – Хокаге усмехнулся.       – Ну, – Изуна запрокинул голову, словно видел на потолке недоступное остальным, – он конечно, притащился в стельку пьяный... и скорее всего это было бы опасно не только нам, но и будущим поколениям… но это неважно! Иди к нему! Я знаю, настоящего Хокаге так просто не остановить! А теперь иди, иди!       Хаширама открыл рот чтобы возразить, но дверь в кабинет распахнулась. Мадара вошел в комнату, с обычным, слегка небрежным превосходством мазнул взглядом по младшему Сенджу и остановился на Хашираме.       А вот такого взгляда Изуна у брата не видел никогда. В черных безднах будто горел огонь, что затерялся среди звезд отголосками взрыва. И почему-то, сразу стало понятно, что так смотреть Мадара будет лишь на Хашираму. Всегда.       – Вот теперь нам действительно нужно поговорить, – голос брата вывел Хокаге из оцепенения, Сенджу улыбнулся, и столько тепла пряталось за этой улыбкой, что Изуне стало неловко.       Мадара метнул в него взгляд, кивнул на дверь. Изуна понимающе ухмыльнулся, схватил Тобираму за рукав. Они вылетели из кабинета со скоростью куная, Тобирама выдернул руку раньше, чем надеялся Изуна.       Но дверь уже захлопнулась, и младший Сенджу увидел лишь ровное дерево. Седые брови сведены вместе, сопит словно рассерженный вепрь.       Изуна потянул его за рукав, а как только Сенджу кинул на него взгляд, улыбнулся:       – Идем, у меня есть одна идейка, как выбить из тебя остатки ненависти к Учихам.       Не сработало. Тобирама выдернул руку, глаза расширены. Сенджу отошел, взгляд метнулся к выходу.       Это даже обидно. Изуна надулся.       – Я не знаю, о чем ты подумал, – проворчал он, – но я говорю о пьянке. Идем?       Тобирама расслабил плечи. Только вот теперь смотрит как на блохастую кошку под ногами, того и гляди скривится!       – Да ладно тебе! – Изуна хлопнул его по плечу и словил хмурый взгляд из-под седых бровей, – Пойдем. Я тебе гадостей наговорю… ну, то есть, расскажу, что о тебе наш клан думает. Так сказать, поделюсь общественным мнением.

***

      Мито Узумаки лучшая в клане. Бесспорно. С детства знает, что рождена быть на виду, рядом с вершителями судеб.       Красота восхищает многих и Мито умеет этим пользоваться. Красные, как свежая кровь волосы собраны в высокую прическу, а стан гордый, на зависть любой королеве. Мито держится прямо, с достоинством. И мужчины готовы на все, лишь бы одарила хоть одним взглядом.       Мито Узумаки настолько значима, что позволено выбрать мужа самой. И она выбрала, самого лучшего, самого сильного. И уже знает, что Хаширама Сенджу не сможет отказать.       Но сегодня еще рано говорить о браке, отец сам должен договориться о таком. А ей остается лишь вести степенные беседы с будущим мужем и восхищать.       На тонкие губы легла тень улыбки, Мито вошла в резиденцию Хокаге. Из-за поворота грянул шум, ругань, а затем вышли Тобирама с Изуной.       – О, Мито-сан! – Учиха улыбнулся ей, а Мито подумала, что он какой-то… странный, но неожиданно для себя улыбнулась в ответ, – Если вы к Хокаге, то не советую…       – Пусть идет, – буркнул Тобирама и подтолкнул Учиху, – и ты иди, пока я не передумал.       – Простите, – Тобирама почти вытолкал Изуну за дверь, но Учиха успел прокричать: – еще увидимся! Обязательно!       Узумаки склонила голову, а на губы набежала улыбка. Хоть и Учиха, но кажется, парень хороший. Даже… нет, она не станет об этом думать.       Мито подошла к двери в кабинет Хокаге, но притормозила. Уха коснулись приглушенные крики: «Да потому, что ты дальше носа не видишь!» «Вот кто бы говорил, слепошарый!»       Загрохотало, кто-то ударил кулаком по столу, а затем неожиданно закричал, будто убивают. Мито отшатнулась от двери, глаза прикипели к дереву. А внутри продолжали кричать сквозь грохот, ругательства смешивались со странными звуками.       Мито не выдержала, распахнула дверь. Грохот оборвался, а Узумаки не могла поверить глазам. Кабинет Хокаге превратился в поле боя, на стене тлеет выжженное пятно, стол перевернут, а мелкие корни и ствол дерева прорвали пол.       – Что за… – голос не слушался Мито.       – Это… – Хаширама будто проглатывал слова: – Мадара…       – Я вижу! – воскликнула Мито, всплеснула руками, – Почему ты на нем сидишь?!       – Потому что этот Хокаге мой, сученька, – губы Учихи исказились в пугающем оскале, Мадара дернул Хашираму за ворот, заставил склониться еще ближе. - Ищи себе другого.       Для двоих возмущенный вопль Мито потонул в сладостном поцелуе. Впервые Учиха чувствовал нежность и надежную поддержку, а Хаширама не мог и слово вымолвить от одной мысли, что Мадара рядом, вот он, ближе чем когда-либо… и уж точно, Сенджу не позволит ему уйти.

Не в этом мире