Он - самое дорогое, чего у меня нет.

POV Филипп. Вот и настал тот момент, который я так старался мысленно оттянуть. Родители с Темой улетают в Лондон, чтобы найти школу и чтобы он прошел экзамены. А я остаюсь один, без него. Мне безумно не хочется его отпускать, но уже все решено. - Тем, одень шарф, - кинула брату мать темно-коричневый шарф, - папа, отнеси чемоданы. Сынок, ты все взял? - Да, все. Не переживай, - спокойно, но с нотками грусти в голосе и во взгляде ответил Тема, завязывая шарф. - Тема, я забыла свои серьги, в спальне, принеси пожалуйста, - попросила мама, дальше обратилась к папе, который только хотел вынести чемоданы из квартиры, - дорогой, паспорта у тебя? - Да, а билеты ты взяла? – вопросом на вопрос ответил отец. - Сейчас посмотрю… - мама полезла в свою сумку, - да я взяла их. Тема ты где там!? - Я тут, вот мам, - Тема протянул ей пару золотых сережек с мелкими бриллиантами, - все? - Вроде да, - сделала заключение мама, одевая серьги. Затем она улыбнулась и подойдя ко мне сказала: - Филипп, будь аккуратен, и не запускай учебы, экзамены на носу. Я приготовила жареную картошку и запекла курочку, в холодильнике еще остался салат и йогурты, но если что, сходи в магазин. Деньги я оставила на тумбочке в гостиной. Ложись спать пораньше и не переживай. - Мы уже опаздываем! Рейс в семь часов, а сейчас уже без пятнадцати пять. До аэропорта далеко! – поторопил их папа. - Хорошо-хорошо, Тем, попрощайся с Филиппом и пошли, - сказала мама и чмокнула меня в щеку, - пока сынок. - Пока, мам, - ответил я и посмотрел на Тему, по взгляду которого, было непонятно, куда он смотрит, - Тем, пока, - сказал я и обнял его. Поначалу он не ответил, но уже через несколько секунд он обнял меня в ответ, сильнее прижимаясь ко мне. Так хочется, чтобы время остановилось. Хочу всегда его так обнимать, хочу всегда чувствовать его так близко к себе. Хочу, чтобы он любил меня, а не ненавидел, но самое страшное для меня, что он терпит меня. Я не хочу тебя отпускать, Тема. Темочка, не хочу… Провожу руками по сизым волосам и зарываюсь в них, чувствуя их мягкость, как в ту ночь, которую я так хочу вернуть. Но у времени есть две особенности: первая, его нельзя остановить, а вторая его нельзя вернуть. И это огорчает… Ведь сейчас я бы отдал все, лишь бы он остался со мной, чтобы время остановилось. Но мне приходится ослабить объятия и отпустить его. - Пока, Филипп, - говорит Тема, и схватив портфель выходит из квартиры вместе с родителями. Закрыв дверь на замок, я выдыхаю и иду на кухню. Осматриваю комнату, отделанную в темно-синем цвете с белыми стенами и полотком, большим окном, которое открывает вид на двор и соседние дома. Все так аккуратно убрано и вымыто. Хоть они и уехали, оставив меня, мама прибралась, так как бы все оставила, если бы уехали мы все. Приятно, но от этого и одиноко. Когда, что-то стоит не на месте, ты понимаешь, что этим попользовались и что в доме кто-то есть, а когда все настолько убрано, ощущение, что ты один. Подойдя к чайнику, я нажимаю на кнопку, и ставлю рядом большую кружку с заваркой черного чая. Пока чайник закипал я прошелся по коридору и оказался в большой комнате, где был открыт балкон. Легкий прохладный ветерок витал в комнате, и я закрыл балкон посмотрев на небо через стекло. Погода летная, немного облаков медленно плывут по голубому небу, а солнце светит ярко, изредка скрываясь за белыми тучками. Отойдя от балкона, я посмотрел на черный диван, на котором обязана лежать папин журнал с программами, но он аккуратно лежит на столике рядом с диваном вместе с другими журналами. Осмотрев комнату, я понял, что тут тоже витает одиночество и вернулся в кухню, где уже закипел чайник, а из его горлышко струился пар. Я налил себе чай и решил вернуться к урокам, так как через несколько дней был пробный экзамен по биологии. Проходя мимо комнаты Темы, я не удержался и вошел. Вроде все как всегда, но… Но все сложено, стол не захламлен учебниками и тетрадями, которые сейчас стоят на полках одного из книжных шкафов. Кровать, на которой тогда мы спали в обнимку, застелена покрывалом, шторы открыты, а комнату моего любимого брата озаряет солнечный свет. Но самое главное отличие это не в расстановки мебели или не в чистоте комнаты и порядке, а в том, что нет его. Нет ощущения его присутствия. От понимания, что это ощущение может войти в повседневность больно и страшно. Как я смогу жить без него? Как я смогу жить, не зная, что он делает, где он? Как? Не хочу терять его. Не хочу отпускать его от себя так далеко. Я не могу этого допустить, но при всем желании удержать его, я сам отдаляюсь от него. Ведь если он узнает, то, что я чувствую к нему, он возненавидит меня еще больше. Я его отпускаю, что бы защитить от самого себя, хотя и понимаю, что этим заставляю страдать себя. Сделав над собой огромное усилие, я вышел из такой родной, но и неизведанной комнаты брата и пройдя немного дальше по коридору, вошел в свою. Вот тут нет ощущения, что комната пустует, и это успокаивает. На кровати лежат учебники по анатомии, химии, покрывало которой смято. Стол освещает включенная лампа, стопкой с краю лежат тетради, а поверх них учебники. Поставив чашку с чаем сажусь за стол и разглядываю открытые тетради, книги пытаясь понять, на чем я остановился. Через полчаса таких занятий понимаешь, что в комнате, в квартире кроме тебя никого нет. На сердце становится холодно и тоскливо, настолько, что хочется взвыть. Я не слышу Темкин смех, его разговоров по телефону, звуков от очередной компьютерной стрелялки. Тишина. Тишина, которая пугает и заставляет задуматься о том кто ты, и кто ты без него. А ведь правда, кто? Кто я без него? Он только уехал а я уже ужасно скучаю и постоянно ищу признаки его присутствия. Пытаюсь расслышать в этой гробовой тишине, его голос, смех. Но все тщетно. Я один. Я без него. Почему только когда ты теряешь самое дорогое, ты понимаешь его ценность и важность для самого себя? Почему я не понял своей любви к нему раньше, может все было бы по-другому? По-другому? Как? Как могло все быть по-другому? Ведь он считает меня братом, а сейчас еще и ненависть испытывает. Разве сейчас все может измениться? Если тогда бы не получилось, то, что пытаться сейчас? И самое главное, что мне делать, когда он вернется? Что сказать, как посмотреть, как дотронутся? Что мне нужно будет сделать? Ммм… Солнце светит… Противное… Думаю сквозь сон и переворачиваюсь на другой бок, чтобы лучи не попадали на глаза. Постель теплая, мягкая, не хочу вставать. Хочу спать, спать и еще раз спать. Сон самое сладкое, что есть на свете… Хотя нет. Не самое. Та ночь в обнимку с Темой, тот сон, был намного слаще. В тысячу, миллионы раз, слаще. Тема... Что за звон? Телефон? Да оставте меня в покое! Хватит трезвонить! ...Хорошо-хорошо…. Протягиваю руку к прикроватному столику и взяв телефон наобум жму по дисплею и поднеся трубку к уху слышу, не открывая глаз: - Филипп, привет, ты где? - Кир? - Да, ты где? Что с голосом? - Я в кровати, а ты чего так рано звонишь? – протягиваю я сонно. Уже можно сказать на грани сна и реальности. - Рано? Вообще-то сейчас два часа дня, - говорит она и начинает смеяться в трубку, - ну ты и соня! - СКОЛЬКО!? – в ужасе распахиваю глаза и сажусь на кровать. Оглядываю комнату, в которую во всю рвется солнечный свет из-за закрытых штор, а посмотрев на часы нервно улыбаюсь. Класс, два часа десять минут. - Проснулся? – спрашивает она сквозь смех. - Ага, - отвечаю и мотаю головой, прогоняя остатки сна, - я без него, что даже на такую малость не способен? - Малость? По-моему для тебя это самое трудное, - отвечает Кира, на вопрос, который я задал вовсе не ей, а себе. - Может, а ты, кстати, что звонишь? – наконец, спрашиваю я, а Кира отвечает: - Ты забыл? Ты пообещал занести мне конспекты, я уже час тебе пытаюсь дозвониться. - Ой… И вправду забыл… - виновато говорю я, на что слышу грустный вздох: - Ладно, ты придешь? - Ага, через часик, ок? – спрашиваю, вставая с постели, потягиваюсь. - Ок, пока. - Пока, - говорю и нажав на «Отбой» кладу телефон на стол. Открываю шторы и заправляю постель. Дальше иду в душ. По телу струится теплая вода, но я просто засыпаю на ходу и подставляю под капли воды лицо, но глаза все равно не хотят открываться. Даа.. Кроме Темы меня может разбудить только ледяной душ, но после него я могу заболеть, но выбора нет. Тема! Слышишь, как я от тебя завишу!? Повернув кран в сторону голубой метки я зажмуриваюсь и по телу пробегают холодные мурашки. Но ледяная вода сделала свое дело и я все-таки проснулся. После душа я одел белую водолазку и темно-серые джинсы, чтобы не замерзнуть и не заболеть, а вот на простуды и ангины я падкий. Причесав золотистые локоны, я пошел в кухню и, заварив себе чай, взял из холодильника клубничный йогурт и бутерброд с колбасой. Так странно и непривычно сидеть за столом и не наблюдать недовольное лицо Темы, когда он размазывает ложкой кашу, или наоборот, когда он с улыбкой и с искрами в глазах ест бекон. Без него все не так. Я безумно скучаю, даже встать без него я не могу, а каждый предмет в доме напоминает о нем. А точнее о его отсутствии. Но тут раздается звонок моего телефона, а на дисплее высвечивается «Мама». Быстро подняв трубку я говорю: - Привет, мам, доброе утро как вы? - У тебя только утро? – немного смеясь, говорит она, - проспал? - Ага, как вы? Как Тема? – задаю самый важный вопрос. - Все отлично. Погода хорошая, совсем не холодно. А Тема пусть сам с тобой поговорит, - слышится шуршание, а дальше: - П-привет, как дела? - Привет, хорошо, а ты как? – как же я счастлив слышать его голос. Я так соскучился всего за один день. И только сейчас я начинаю различать его голос. Он такой мягкий, сладкий, только этот голос всегда мог заставить меня проснутся, прогнав сон одним словом. - Хорошо, мы уже посмотрели одну из школ, но она мне не понравилась, да и папа был против. - А что с ней не так? – поинтересовался я. Так хочу поговорить с ним как можно дольше, послушать этот сказочный, волшебный, и теперь любимый голос. - Ну, во-первых, она для мальчиков, - когда он это сказал, у меня сердце остановилось. Куда они хотят его сдать!? Он же такой хорошенький, что его там… - Но ты же в нее не пойдешь учиться?! – прикрикнул я. - Да я же уже сказал. Ты чем слушал? Я изначально не хотел идти в школу для мальчиков, но мама настояла, но так сказать папа мне помог «откосить». - Слава Богу… - выдохнул я. - Ты чего? – непонимающе спросил он. Вот черт, я же так себя выдам. - Да так. И чем она еще тебе не понравилась? - Территория маленькая и в комнатах минимум по двое живут, а я привык спать один, - произнес он, а меня накрыла жуткая злость. Так спокойно, он же отказался… Да и я бы ни за что не позволил ему жить с кем-то! Как такое вообще возможно!? - Ясно, а как ты… - начал я, но он перебил меня: - Прости, мы уже подъехали к другой школе. Пока. - Пока, и я скучаю, - говорю, а затем слышу короткие гудки. Положив телефон, я расплылся в грустной улыбке. И как я смогу без него? А вот именно, никак. Теперь я это понимаю. Меня только от одной мысли, что он с кем-то будет жить в одной комнате, стало плохо, а ревность сковала все внутри. Блин, что же мне делать? Как мне его отпустить, если хочется сделать совсем другое? Хочется спрятать его, и чтобы он смотрел только на меня, любил только меня. А я вынужден его отпустить… Почему? Позавтракав, если это можно так назвать, я оделся и пошел к Кире, которая, наверное, меня уже заждалась. Схватив тетради с конспектами, я положил их в сумку и вышел на улицу, где можно было уже почувствовать приближение весны. Снег уже начал таять, птицы поют, а солнце немного припекает. Хорошая погода, а на душе кошки скребут. А все из-за чего. Из-за того, что я не могу себя пересилить и найти нормальную причину, чтобы не отпускать его. Я не хочу, чтобы он уезжал! Но кроме моей любви к нему я не могу найти оправдания своему эгоизму. И вот что еще… Я только сейчас понял, что я иду к Кире. А Кира ведь моя девушка… Но я ее не люблю. Да, конечно, она красивая, умная, очень милая, но она мне нравится не как девушка, а скорее как подруга. И что мне делать? Расстаться с ней? Но ведь Кира меня любит, и мне не хочется, чтобы ей было больно. Но… Но если я останусь с ней, то получится, что я ее обманываю, а я и этого не хочу. Я не хочу врать ни ей, ни себе, что она мне нравится, ведь я полюбил Тему. - Вася, а ну стой! – слышу крик парня и смех девушки где-то совсем недалеко. Посмотрев в сторону, откуда я слышал голоса, я увидел Василису, которая убегала от Гоши. – Я кому сказал, стой!? - А ты поймай! – крикнула Вася, и оббежала вокруг скамейки, но подскользнулась и чуть не упала, но Гоша ее подхватил. - Аккуратней, дуреха, - тяжело дыша сказал Гоша ей, и помог встать, - где-нибудь болит? - Нет, спасибо. Если бы не ты, я бы могла поцеловаться с асфальтом, - поправляя пальто ответила Василиса, а Гоша улыбнувшись обнял ее за талию. Э? - Может лучше поцелуешь меня? – поинтересовался он, а Вася покраснела и закрыла глаза и… Они поцеловались!? Что? Почему? Разве… Так Вася любит Гошу, поэтому и отказала Теме? Из-за них он тогда так убивался? Тоже мне друзья, они его предали! Как же хочется им все высказать. Меня прямо разрывает от злости и ненависти. Он страдал, столько плакал из-за нее! НО злюсь я не из-за этого, я злюсь от того, что все его мысли были заполнены ей, а не мной. Что он плакал по ней! Почему эти слезы были из-за нее, а не из-за меня… Хотя нельзя так говорить. Но я все равно хочу, чтобы он думал, плакал, дышал, жил только для меня! Стараясь, чтобы они меня не заметили, я свернул за угол и оказался у Кириного дома. Теперь я точно решил, что расстанусь с ней. Не хочу обманывать себя и ее. Я ее не достоин… Подойдя к ее квартире я глубоко вдохнул, с выдохом позвонил в звонок. Через несколько секунд она открыла мне дверь и с улыбкой на губах, но злостью в сизых глазах сказала: - Привет, я уже думала, что ты не придешь! - Привет, прости, - я достал из сумки тетради и протянул ей, - вот все, что ты меня просила. А литературу я взял еще и за прошлый год. - Спасибо огромное, а то совсем ничего не успеваю, - забрав конспекты, она их просмотрела, затем перевела взгляд на меня и спросила, - может, останешься на чашку чая? - Ага, мне нужно с тобой поговорить, - ответил я и снял куртку с обовью. - О чем? – непонимающе спросила она, заходя на кухню и наливая из чайника чай. Я промолчал и дождавшись момента пока она сядет за стол, начал: - Кир, мне очень жаль, и я понимаю как подло с тобой поступаю, ты можешь, а точнее имеешь право на меня злиться, но… - я посмотрел на Киру, которая сжав в руках кружку с чаем, грустно смотрела сквозь меня, - нам нужно расстаться, - она прикусила губу, но промолчала, - ты очень хорошая, добрая и веселая, и правда мне нравилась и сейчас мне нравишься, но… Но мое нравишься совсем другое, нежели твое… Прости… - Ты влюблен.. в кого-то д-другого? – дрожащим голосом спросила она. - Да… Прости, я всегда любил этого человека, просто осознал только сейчас, - честно ответил я, а Кира отпустив чашку закрыла лицо руками. - Этот.. человек – Тема? – тихо задала она мне свой вопрос, от которого я замер и не знал, что сказать. Почему она говорит о нем? Откуда.. почему, к-как? – Значит, я права? – она посмотрела на меня заплаканными глазами, но не злыми, которые я ожидал увидеть, а просто грустными. В которых отражалась боль. - Откуда ты.. – подал голос я, но она лишь улыбнулась уголками губ, и сказала: - Я давно подозревала это, но.. не хотела верить, а после того случая, - она сглотнула очередные слезы, - тогда, когда он убежал, а ты ушел к нему, я поняла… Поняла, что он всегда будет первым для тебя. - Кир, прости меня, - произнес я, она лишь помотала головой: - И знаешь, я рада, что честно мне сказал. - В смысле? - Ты сказал очень точную вещь: «Я всегда любил этого человека, просто осознал только сейчас», - сказала она и распустила волосы, до этого собранные в высокий хвост, - ты встречался и «любил» меня инстинктивно. Ведь я очень похожа на него, верно? - Ты.. – я хотел возразить, но не смог, увидев ее. Темно-сизые глаза, блестящие от слез, смотрели на меня, а в тон им длинные волосы обрамляли бледное лицо, молочную кожу. Короткая челка прикрывала лоб, а у Темы она лезла в глаза, но сейчас я вижу, насколько они похожи. Почему я раньше этого не понял? - Теперь видишь? Когда я только начала догадываться, я спросила у тебя: «А вот чем я тебе нравлюсь? Что-нибудь в лице? Или, может, какая-нибудь часть тела? Ну вот скажи, за что ты меня любишь?» Помнишь, что ты ответил? – спросила она вытирая с щек слезы, которые Кира никак не могла остановить. - Я ответил, разве нет? - Да, но ты сказал не то, что я хотела услышать… - сказав это, Кира грустно улыбнулась, - ты начал перечислять… А когда любишь человека не можешь сказать за что. Потому что ты любишь его всего. - Разве? – тихо спросил я, наблюдая за ней. - Да, вот скажи, за что ты любишь Тему? – спросила она пристально посмотрев на меня, - ты знаешь, за что ты его любишь? - Конечно, я знаю, он такой… Знаешь ли.. Ну в общем… И вот.. Ну что, понятно? – ответил я, но она смотрела на меня с каменным выражение лица. Что я не так сказал? - Эм… - подала она голос, но я перебил ее: - Я не знаю, как это сказать! - Вот о чем я и говорила… - ответила она. - Прости, я правда очень виноват… Прости… - сказал я, а Кира всхлипнула, и проговорила: - А что ты теперь будешь делать? - А? В смысле? – в недоумении спросил я. - Ты его отпустишь? Я просто не понимаю, - она провела пальцами правой руки, по щеке смахивая слезинки и тяжело вздохнула. - Я сам не знаю… - Я не понимаю. Неужели тебе не страшно? – Кира говорила уже более спокойным голосом и от этого становилось легче, - вы ведь братья и оба парни. Тебе не страшно за ваше будущее? - Я прекрасно понимаю, что я делаю и не боюсь… Ведь.. Ведь я не собираюсь ему признаваться. - Что? Но тогда.. Почему.. – мне все время казалось, что она не знала, куда деть глаза, а разговор на счет Темы только причинял ей еще больше боли. Надо прекращать. - Кир, не переживай за нас. Я справлюсь, а ты прости меня, пожалуйста, и постарайся все правильно понять, - встав из-за стола, сказал я, а моя бывшая повторила за мной. Мы молча дошли до входной двери и я начал одеваться, наблюдая за тем как она кусая губы смотрела в пол. Затем она подошла и обняла меня за шею и тихо сказала: - Спасибо, спасибо за все…. Спасибо, за то, что стал моей первой любовью, и за то, что честно мне все рассказал. - Не за что, и прости меня.. - я обнял ее, но через секунду она отстранилась и пытаясь улыбаться произнесла: - Спасибо и удачи тебе. А точнее вам. И Филипп, пообещай мне… - Что? - Пообещай, что если действительно любишь, то не отпустишь так просто. Обещаешь? – спросила Кира и заглянула мне в глаза. - Хорошо, обещаю… - ответив, мы еще постояли некоторое время, смотря друг на друга, а затем я ушел. Когда я вышел из ее квартиры, то услышал, а точнее почувствовал, как она заплакала. Я понимаю, как сильно ранил ее, но… Было больно не только ей, но и мне. Но я всегда считал, что лучше болезненная правда, чем сладкая ложь. Ведь правда дает будущее… А ложь – иллюзию будущего… Надеюсь, у нее все будет хорошо, так же как и у меня с Темой…