Мой Ангел

      На следующее утро Попов вошел в здание Главкино и еще с порога увидел Матвиенко. Мужчина любезничал с какой-то девушкой и не замечал ничего вокруг. Хотя, Попова он заметить успел. — Аня, я позвоню, завтра! Если жив останусь, — голосил импровизатор, спешно удаляясь вперед по коридору. — Сережа! — окликнул друга Арсений, так же ускоряя шаг. — Стой, сволочь! — гаркнул импровизатор, переходя на бег.       Матвиенко бежал по коридору, успевая дергать за ручки все двери, которые встречались по пути, но все они были закрыты. И вот чудо случилось: одна из дверей оказывается незапертой, и импровизатор влетает в нее как ошпаренный. Но дверь закрыть не успевает. Сережа, как герой боевика, перемахивает через стол, стоящий посреди комнаты, и замирает на другой стороне, вцепившись пальцами в столешницу.       На пороге тяжело дышит Арсений, прожигая товарища взглядом. — О, Арс, а ты че бежал? Спешишь что ли куда? — с опаской улыбается Сергей, не забывая следить за движениями друга. — Ага. Хочу убить одного человека, — Попов выдыхает и озирается по сторонам. Вероятно, ищет что-нибудь тяжелое. — Как вечер прошел? — выдыхает между прочим Матвиенко, продолжая следить за действиями импровизатора. — Серега, сволочь, я тебя убью! — Эх ты, — Матвиенко вздохнул. — Убьешь меня, и кто тогда с тобой дружить будет? Кто будет твою тощую задницу прикрывать?       Арсения вроде попускает, и он садится на край стола. — Что за подстава, Сережа? — Почему подстава? — импровизатор все еще с опаской обходит стол и садится рядом. — Паша сказал, тебе понравится. — Ах, это у вас еще и коллективное творчество? — Попова вновь накрывает. — Благодарствую, друзья, спасибо! Уж не знаю, как и отблагодарить! — Ну тихо-тихо, — Матвиенко хлопает друга по плечу. — Что, не понравилось? — импровизатор заглядывает в глаза друга и успевает заметить легкую ухмылку. — Понравилось, — улыбаясь, протягивает мужчина. — Ото лишь бы истерить, и как шоу? — Нормально, — пожимает плечами Арсений.       Ну не будет же он рассказывать, что не дал стриптизеру исполнить танец, да и вообще сбежал оттуда. Матвиенко бы не понял его. Попов и сам себя порой не понимал. Промучался всю ночь со снами, в которых высокий парень с очень красивыми руками улыбался ему, а Арс улыбался в ответ. Так и проулыбались друг другу до утра.       А на утро у Попова раскалывалась голова, и жутко хотелось спать.